8 Глава
Чимин проснулся ночью. На улице слышались голоса военных. Которые выводили из домов парней. Многие не понимали, что происходит, но покорно выполняли приказы.
Как только Чимин привстал, в комнату влетело несколько военных. Чимин испугался.
Военные были в два раза больше Чимина. Один сразу подбежал к Чимину, схватив того за руку, повел его на улицу. Не церемонясь, толкая каждого парня, выводили из домов. Матери плакали.
Всех парней заковали в кандалы, чтобы не сбежали.
Чимина постигла та же участь. Он, как и многие, не понимал, что происходит.
/ Мда, Чимин, влип ты по полной... /
Подумал Чимин, как вся колония отправилась в сторону дворца.
С каждой минутой Чимин понимал, что оказывается в полной жопе. Остаётся пару метров, и вся колония будет во дворце.
Всех вывели на площадь перед входом в тронный дом.
Юнги заседал на троне, оглядывая первых, кто принял участь воинов-смертников.
Советник Юна. Начал свою речь о том, что на границах идёт война. И все присутствующие удостоились чести быть первыми военными, которые будут защищать страну. (Ну мы же всё понимаем, что с малой вероятностью кто-нибудь выживет.)
Советник сказал, что по приказу Юна все будут записаны, и каждый после окончания временной акции будет награждён.
Бедное население было рады. Терять им нечего.
А если вернуться с победой, будут в золоте плавать.
Чимин понимал, что это билет в один конец, и денег никто не даст, если даже вернёшься живым, тебя просто возьмут на постоянную службу за гроши.
Всех распределили в военном доме. Было много народу, каждого записывали.
И вот очередь дошла и до Чимина.
Чимин подходит до стойки, где записывают. Писарь странно посмотрел на Чимина и что-то сказал рядом стоящему охраннику.
Тот тоже внимательно посмотрел на Чимина, через пару минут он незамедлительно ушёл.
Чимин испугался данной ситуации. Но все-таки записался и ушел.
Вечером всех новобранцев покормили и отправили в покои. Чимин лежал на кровати.
Время шло, была глубокая ночь. Стрекотание насекомых. Прохладный ночной вечер. Позволяет погрузиться в свои мысли.
- Всё ли я в жизни правильно делал... Почему мне нужно столько всего вынести?
В детстве издевались из-за материального положения моей семьи, подрос, начал зарабатывать. Обеспечил семью, начали называть шлюхой. Вечно доказывал, что это не так, а когда устал от этого всего, просто не обращал внимание на то, что говорят.
Был изнасилован императором.
Чимин говорил всё это, анализируя свою жизнь, с глаз потекли слезы. Чимин закрыл лицо руками. Попытался себя успокоить. И вот как только Чимин начал засыпать, к спящему Чимину подошли люди. Поднесли тряпочку с примесью разных трав, Чимин почувствовал влажную тряпочку, которая перекрывала нос и рот, от чего Чимин начал паниковать и брыкаться. В течение 5 минут Чимина держали, пока действие снотворного подействует. С каждой минутой Чимин становился менее активным, он не кричал, а просто пытался что-нибудь выговорить. Тело становилось тяжёлым. Веки закрывались.
Люди взяли тело и понесли его в неизвестном направлении.
Мин Юнги.
Вечером Юнги сидел в тронном зале. Размышляя о военной акции и о том, что шлюха ещё не вернулась, а новостей от охраны нет, придется отправить на эшафот.
(Эшафот (от фр. Échafaud — «театральные подмостки») — помост для совершения смертной казни или для приведения в исполнение публичных наказаний.) Вдруг кому-нибудь интересно...)
В двери постучали.
Через минуту в зал вошёл советник.
- Император Юн, в первой группе воинов 384 человека.
- Это с одного поселения?
- Да, господин. Мы отправили наших людей для сбора юнош.
- Это хорошо.
Юнги сел так, что его локти были на коленях.
Советник хотел уйти, как снова начал говорить.
- Господин, мы обнаружили, где мистер Пак.
- И где он?
- Сейчас он находится в военном лагере.
- Ночью приведите его в покои «будущей императрицы», все равно её не будет, смысла в этих покоях не будет. Как приедете, заковать его в цепи. Я потом с ним разберусь.
Юн пошло улыбнулся, в предвкушении того момента, когда он будет унижать это тело.
Советник поклонился и ушел выполнять приказ.
Юн же пару минут ещё посидел на троне и отправился в свои покои