Глава 17.

«Чтобы прийти в равновесие, надо сорваться с цепи»

Пасмурно-багровый вечер плавно прокрадывается на мягких лапах, опускаясь на улицы Сеула и окутывая тенями туманный город. Тэхёна не видно за тонированными стёклами авто. Он останавливается напротив центрального отдела полицейского участка столицы и кусает губы в нетерпении. Его наручные часы практически разряжены, режим экономии энергии уже включён. Он скользит глазами по засветившемуся экрану и точно знает, что рабочий день его альфы подходит к концу.

17:57

«Три минуты...»

«Какие-то несчастные три минуты, и я увижу тебя, Гуки»

Тэхён выбрал удачное место для остановки.

Вся противоположная сторона улицы и главный вход в здание практически на ладони.

18:01

«Где же ты... почему ты не выходишь?»

Омега начинает ковырять кожаный ремешок от часов и чувствует, как от волнения сжимается горло. Безумно хочется курить или открыть окно, но он не может сделать ни первое, ни второе. Он безотрывно всматривается в открывающиеся и закрывающиеся двери и в совершенно незнакомых людей. И когда в очередной раз дверь толкают изнутри, и в выходящем из участка он узнаёт родное лицо, то на секунду перестаёт дышать и оставляет в покое это давящее запястье электронное устройство.

«Ты такой же...»

«Ты совсем не изменился, мой Чонгуки»

Тэхён любуется тем, как всё те же чёрные, завивающиеся и длинные до плеч волосы беспощадно терзает осенний ветер. Следит за каждым движением. За тем, как альфа прячет руки в карманы пальто и ёжится от промозглой октябрьской погоды. За тем, как снова вытаскивает руки из-под непродуваемой ткани и затягивает плотнее шарф. За тем, как пытается поправить и убрать за уши растрёпанные, выбивающиеся пряди под порывами холодного воздуха. За тем, как Чонгук направляется в сторону парковки для сотрудников.

Тэхён осторожно давит на педаль газа, двигаясь параллельно вдоль проезжей части, совсем медленно и не опережая его шаг. Омеге видно, что его альфе совершенно некуда спешить. Его лицо не выражает никаких эмоций, будто тот живёт по привычке, по инерции. Глаза Чонгука пустые и отрешённые. В этом они с Тэхёном слишком похожи. Омега так и продолжает катиться следом, находя среди чужих авто всё те же цифры на номерах и всё ту же марку, которая когда-то была и у него.

БМВ, которая уносила его прочь в отдалённые уголки города, как только яркое солнце проваливалось за горизонт и сменялось сумерками. Как он натягивал на голову капюшон, а летом надвигал на лицо кепку, чтобы их не нашли. Чтобы их никогда не нашли и не разлучили.

Чтобы не убили.

Два года прошло, а Тэхёну до сих пор от этого дико.

Вдох.

Выдох.

Выжил...

«Тэхён, как только он разденется у себя в квартире перед зеркалом, его проявившаяся метка повергнет его в шок. Ты готов?»

«Я готов ко всему. Во мне больше не осталось сил. Я без него не смог»

Запись из дневника N

«В момент, когда обстоятельства ставят тебя перед выбором между «умрите вместе» или «убей любимого, но живи», ты выбираешь третье: «спасти его, уничтожив при этом себя». Жертвуешь собой во благо? Кому? Ему? А что, если твой любимый человек не просил его спасать? Вот в чём подвох.

Ты был для меня убежищем, Чонгук. Моим местом силы, а я превратил тебя в живую мишень. Это всё я. Я обрёк тебя не на жизнь, а на существование порознь. Я никогда не устану говорить тебе «прости».

За то, что струсил. За то, что снова сбежал. За то, что принял решение в одиночку. За то, что заставил поверить тебя в свою смерть.

Я был там в день похорон. В день собственных похорон я там тоже был. Я находился в машине Юнги и видел, как ты опускал цветы к рыхлой земле, не замечая перед собой ничего, кроме слёз.

Я думал, что научусь жить без тебя. Но с каждым прожитым днём и месяцем в разлуке я понимал лишь одно: моя жизнь действительно закончилась тогда, пятого сентября, два года назад, когда я в последний раз смотрел на тебя из окна заднего сиденья чёрного бронированного Гелендвагена, принадлежащего Юнги»

Воспоминание, сентябрь, 2022 год.

5 сентября, 2022 год.

— До вечера, Гуки.

Тэхён шепчет ему в самое ухо, как только такси, которое подхватило их у выхода из зала аэропорта, заезжает во двор, где живёт альфа. Да, Чонгук настаивал на том, чтобы вначале довезти до дома своего омегу, и плевать, что водителю пришлось бы делать круг и потом возвращаться к его высотке. Но Тэхёну эта идея не понравилась.

Зачем эти сложности? Да и какая разница, кто перешагнёт порог квартиры первым? Всё равно ведь машина доставит прямиком к подъезду. Эти условности ни к чему. И сейчас, в утро понедельника, такси притормаживает у многоквартирного дома Чонгука. Оба бесконечно зевают. Сонные, но такие счастливые, разморенные отдыхом и перелётом.

— Сегодня просто созвонимся, а завтра великий день, — омега целует его в щёку и делает вдох напоследок как можно глубже.

Киму никогда не сможет надоесть, и он, Тэхён, никогда не сможет привыкнуть к самому притягательному и дурманящему аромату своего альфы. Шафран и апельсин. Для Тэхёна, так же как и для Чонгука, ничего приятнее и любимее не может быть.

И Тэхён сейчас абсолютно прав, напоминая о величии завтрашнего дня. Ведь уже завтра Сокджин в сопровождении своего прихвостня Хосока с не менее гниющей душонкой, как и у него самого, пожалует в кабинет Юнги. Встречу они уже согласовали, осталось просто подождать сутки.

Последние сутки после долгих и томительных восьми лет. Сегодня Мину передают дела и освобождают для него кресло начальника полиции главного отдела Сеула. Совсем скоро всё свершится, если бы не одно «но».

— Почему тебе нужно видеться с ним сегодня? Почему тебе нельзя выключить телефон, ведь последний вечер ничего не изменит, Тэ? А если он... — Чонгуку крайне неприятен тот факт, что омеге придётся поужинать с Джином и Хоби.

— Гу-у-к-и-и, — омега невесомо касается желанных губ и продолжает. — Это всего лишь ужин на пару часов. В ресторане. В людном месте. Я игнорировал его неделю. Завтра важная дата. Мы же не можем допустить, чтобы он психанул и перенёс её из-за меня, правда? Если он сорвётся и отложит визит, то кому это выгодно? — Тэхён прикусывает место пирсинга, а Чонгук точно пленён его голосом и интонацией в нём. — Правильно. Никому это не выгодно. Как только я буду дома, я обязательно позвоню, родной, — альфа нежно целует его в ответ и пытается себя внутренне успокоить. Вроде бы и ничего такого нет в той встрече. Но как же ему не хочется отпускать Тэхёна к этим гиенам даже на два часа.

— Позвони мне, Тэ. Как только вернёшься, позвони сразу. Иначе я с ума сойду, — необъяснимое беспокойство поселяется внутри Чона, и он ничего не может с этим поделать. Чонгуку хочется схватить вещи и багаж обоих, отнести всё это в свою квартиру, утягивая омегу за собой, закрыться в ней и никуда его не выпускать до наступления следующего утра, когда дата на календаре сменится на новую. Но он не может его к себе привязать. Всего лишь ужин среди людей. Что может случиться? — И браслет не снимай. Мне что-то совсем тяжело тебя отпускать, Тэ, — после этих слов омега накрывает его щёку ладонью и узнаёт этот страх во взгляде. Он жил с точно таким же последние годы. Он о нём не понаслышке знает.

Страх за чужую жизнь.

Тэхён узнает его из миллиона.

— Как только я окажусь в квартире, я наберу тебя по видеосвязи, а сейчас разбирать чемоданы и спать, — задержавшись ещё на несколько секунд губами на губах своего альфы, Тэхён прощается с ним до вечера, провожая взглядом спину Чонгука, скрывающуюся за тяжёлой дверью подъезда, и таксист везёт омегу домой.

Проехав на лифте до нужного этажа, Чонгук выкатывает чемодан, а после выходит сам. Он вставляет ключ в замочную скважину, но тот не поворачивается. Дверь в квартиру не заперта. Внутри его давно заждались...

Тэхён не смотрит из окна на мелькающие тротуары. Он роется в своём мобильном и перечитывает сообщение от Юнги, которое тот прислал ему позавчера:

«Сокджин похоронил мужа. На встрече сделай вид, как тебе жаль. Ты это умеешь»

Тогда омега ответил «ясно», и на том всё. Тэхён собирался позвонить Мину, как только останется в одиночестве. Он не хочет лишний раз заставлять Чонгука дёргаться и нервничать из-за Джина.

Через недолгие минуты машина довозит омегу до его многоквартирного дома. Тэхён, прихвативший из багажника компактный чемодан, захлопывает за собой дверь в квартиру и шумно выдыхает. Эта совместная поездка сделала его таким счастливым, но чувство тревоги не улетучивается до конца. Тэхён безумно хочет спать, но перед тем, как рухнуть в постель, он звонит Юнги на пару слов.

— Приземлились? Или дома уже? — у альфы нет привычки здороваться, потому как он тоже будто на иголках. Сегодня у него максимально загруженный день. Он готовится, как никто другой. И, надо заметить, одной лишь взяткой от Сокджина должностному лицу дело не ограничится.

Завтрашним утром в компанию «Контур» и в его логистическую фирму, которая вовсе не занимается тем, чем должна, нагрянет обыск. Перевернут абсолютно всё до последней бумажки. Ни Сокджин, ни Хосок из тюрьмы живыми не выберутся. Естественно, это неслучайно, а по наводке Юнги. Он очень старается, и у него бы всё получилось, но вот только у жизни порой совсем другие планы.

— Чонгук у себя. А я у себя. Что там за история с омегой Джина? Это он его? Или как? — Тэхён интересуется будничным тоном, мол, такие вопросы в порядке вещей. Ему нужны детали, чтобы понять, насколько адекватно состояние Сокджина.

— Сам, Тэхёни. Тебе придётся сказать ему несколько слов утешения. Пока вы с Чонгуком наслаждались архитектурой и колоритом парижской атмосферы, Джин похоронил своего омегу, — снова повторяет слова из СМС Юнги и сейчас вдаётся в подробности. — Тот бедняга не выдержал своей участи и наглотался таблеток. Откачать не удалось или не успели. Или вовсе никто не старался вернуть его к жизни, — Мин изучает целую кипу документов и раскладывает их в своём новом кабинете для личного удобства, но это не мешает его беседе с Кимом. — Тэхён, включи при встрече заботливого и беспокоящегося партнёра за эмоциональное состояние своего «любимого».

— Как же мне не хочется туда идти. И что? Совсем никак не отвертеться? — омега всё это время копается в чемодане в поисках косметички. Находит и, переместившись в ванную, кладёт мобильный на край раковины, включает прохладную воду и умывается.

— Никак. Сделай вид, как ты скучал всю неделю, которую якобы пролежал с высоким жаром и сильнейшей простудой. Последний вечер, Тэхёни, — Юнги хлопает ящиками стола, убирая в них некоторые файлы. Ему слышно, как тот сопит от недовольства. А вот как Тэхён закатывает глаза, он видеть не может. — Всё будет хорошо. Не торопись расставаться со своим браслетом. Он всегда должен быть при тебе, даже сегодня, — альфа не привык опережать события. Завтра ещё не наступило, а значит, опасность нельзя до конца исключать. Юнги слышит утвердительное согласие в ответ, и разговор завершён.

«Чёрт! Вот же чёрт!»

Тэхёну, который снова вернулся к разбору вещей, наконец, попадается на глаза упаковка с противозачаточными таблетками, которую он сунул наспех в маленькое отделение под замочком. Он судорожно пересчитывает их количество, хотя уже начинает понимать такое очевидное. Там на блистере и дни недели есть. Вести счёт нет никакого смысла. Он бегает глазами по количеству оставшихся. Он пропустил семь дней подряд.

«Как я мог забыть о них?! Неужели я...»

Проблема вот в чём. Подавители запаха и течки омега принимает строго по утрам. Давно выработанная привычка. А вот противозачаточные почему-то на ночь. Да, он взял их с собой, но толку от того, что они так и провалялись неделю в чемодане? Тэхён знает, что если пропустить хотя бы одну, то возможность забеременеть возрастает на следующие сутки. Если не пить вообще, то вероятность составляет 5-7 процентов. Да, это немного. Но всё же риск обзавестись маленьким альфой или омегой никуда не девается.

Он обязательно сходит к врачу или для начала в аптеку за тестом, но не сегодня. Тэхён, выдохшийся после длительного пути над облаками, падает на кровать, предварительно поставив будильник за полчаса до намеченного ужина в компании двух невыносимых и мразотных гиен.

Он больше не позвонит Чонгуку до вечера, омега полагает, что тот успел уснуть раньше него. Но дело в том, что позвони Тэхён ему прямо сейчас, тот бы не взял трубку. Ему, Чонгуку, никто бы не дал этого сделать.

Что ж, ночной сон не заменит ничто. Какими бы долгими и сладкими ни продлились минуты при свете дня, лучше от них и от валяния в постели не стало. Ну, разве что чуть-чуть. Тэхён надевает брюки, рубашку, а сверху пиджак. На ногах у него туфли. Сокджин любит его только таким.

«Ну же, Тэхёни. Последний вечер, и всё»

«И ты справился»

«Мы справились...»

Он себя уговаривает и улыбается своему отражению в зеркале. Обычно перед встречей с Сокджином желание улыбаться пропадает напрочь. Но сегодня всё иначе. Тэхёну пора спускаться, ведь «любимый» уже ожидает его внизу.

— Я думал, ты будешь вместе с Хоби, — омега натягивает ремень безопасности и решает уточнить, почему Джин приехал один.

— Он встретит нас в другом месте, малыш, — Сокджин берёт его руку в свою и прижимает пальцы омеги к губам. Тэхён не дёргается, просто позволяет тому продолжать это делать. — Как здоровье? Вижу, ты поправился? — альфа сверкает глазами, а Тэхён не понимает поддельной интонации в голосе и отвечает, что он в порядке. Они выезжают со двора, но вместо обозначенного ресторана поворачивают в совершенно другую сторону.

— Прими мои соболезнования, Сокджин. Я знаю о твоём муже, что он... — Тэхёну сейчас противно от самого себя, но ничего не поделаешь.

— Это ничего, мой мальчик, — альфа усмехается и не выпускает его руку из своей. — Это существо не в состоянии было даже ребёнка выносить. Он абсолютно бесполезен и никчёмен. На тот свет ему и дорога, — после этих фраз Тэхёну хочется вырвать свои пальцы из крепких чужих, но он не может ему воспротивиться. Сегодня всё должно пройти ровно и хорошо. — У меня есть ты, Тэхёни. Совсем скоро мы поженимся, и ты родишь мне чудесного и здорового альфу. Мне нужен наследник и ты, малыш, — омега про себя хмыкает, вспоминая о том, что нужно купить тест на беременность.

«Этого не будет даже под страхом смерти»

Отмечает про себя Тэхён, а сам безучастно кивает на весь только что услышанный бред из уст Джина.

— А куда мы едем? Ресторан же в противоположной стороне, — омегу начинает напрягать этот диалог и эти идеи слетевшего с катушек альфы.

Тэхён давно считает его сумасшедшим психом, потому как человек в здравом уме никогда не станет так отзываться о кончине мужа, который плясал под его дудку много лет и терпел издевательства и унижения.

Нормальные люди не убивают других людей только потому, что им того захотелось. Был не в настроении и решил оторваться на ком-то. Это как раз про Сокджина. Как же Тэхёну сейчас паршиво и мерзко находиться рядом с ним.

— Знаешь, Тэхён. Я думаю, ты не сильно голоден. Или в самолётах из Парижа в Сеул перестали хорошо кормить? — Сокджин отпускает его руку моментально. На светофоре загорается красный сигнал, и машина замедляется у запрещающей черты. — Маленький, неблагодарный ублюдок! — альфа подаётся к нему и плотно сжимает пальцами горло омеги, наклоняясь к самым губам. — Думал, я не узнаю? Так ты думал, малыш? — Сокджин не ослабляет хватку, оставляя на шее Тэхёна следы.

Липкий страх, парализующий мышцы и пропускающий через мясорубку внутренности завладевает телом. Участившееся сердцебиение, больно ломающее изнутри рёбра и выворачивающее наизнанку грудную клетку. Не за себя. За Чонгука.

И без того расшатанная и подорванная психика заставляет Тэхёна впечататься в спинку сиденья и запретить шевелиться. Беспокойство и нарастающее чувство тревоги граничит с ужасом и страхом за чужую жизнь.

Омега, погружённый в шоковое состояние, не теряется полностью. Дрожащими пальцами он нащупывает на запястье правой руки тонкий силиконовый браслет и удерживает в течение трёх секунд потайную кнопку. Всё, он успел. Теперь его местонахождение доступно для отслеживания в реальном времени и для Юнги, и для Намджуна. Его геолокация известна, и его смогут найти и двинуться по горячим следам. Тэхён никогда её не нажимал. Время пришло.

Юнги реагирует незамедлительно. Намджун в следующую секунду связывается с ним по телефону и ждёт дальнейших распоряжений. На улице уже вечер, который совсем скоро сменит непроглядная темень. Стало быть, ужин отменяется у всех.

— Чимин, слушай меня внимательно, — Юнги обхватывает его предплечья и не просит успокоиться. Заглядывает в глаза и точно знает, что времени на разговоры и утешения мужа у него просто нет. — Ты останешься один, но в безопасности, родной, — хотя, кого альфа обманывает, потому как во взгляде напротив покоя и умиротворения вовсе не наблюдается. — Я приказал охране оцепить дом. Ты под защитой, понял? Тебя никто не тронет, — Юнги чмокает его в кончик носа и больше не касается хрупких плеч. — Мне пора, всё будет хорошо, Чимини, — после этих слов Мин спешно покидает стены особняка, и до его слуха доносится тихий плач любимого человека за спиной. Юнги и сам не знает, что принесёт этот вечер, но медлить нельзя.

— Я тебя люблю, — полушёпотом от омеги. — Пожалуйста, береги себя. Привези Тэхёна живым, — это последнее, что альфа успевает разобрать и громко хлопает дверью.

Вгрызающаяся в сознание Чимина паника пробирается царапинами от острых и больно ранящих шипов по коже, крича лишь об одном: сегодня не обойдётся без смертей.

— Они сворачивают с главной магистрали и едут за город, — Юнги выезжает на Гелендвагене, стёкла которого пуленепробиваемые, а броня располагается не только по бокам кузова, но и вдоль крыши и под днищем. За ним вторая такая же машина. За рулём Намджун и трое крепких альф. Все пятеро в обоих авто вооружены. По внешним признакам автомобили практически ничем неотличимы от обычных, но при этом являются настоящей крепостью на четырёх колёсах. Даже при повреждении шин они смогут сохранить способность передвигаться. — Кажется, он везёт его в сторону недостроенного посёлка, — Юнги не теряет из виду перемещение Тэхёна и Джина. И он оказывается прав.

Сокджин там строит однотипные, похожие друг на друга двухэтажные дома. Их можно вполне себе называть дачами для богатых. Земля в этом районе стоит приличных денег. Свежий воздух, не то что в мегаполисе, а рядом лес. Но пока что здесь пустырь и не полностью возведённые бетонные стены без крыши. Строительство на начальном этапе. Рабочие давно покинули объект. Здесь никого, так же ,как и во всей округе в радиусе нескольких километров.

— Где Чонгук? — омега с трудом выдавливает из себя слова из-за недостатка кислорода и возможности спокойно дышать. Красная лампочка светофора сменяется зелёной, и Сокджин вынужден отпустить его шею и продолжить управлять авто. — Что ты с ним сделал? — Тэхён откашливается после натиска чужих рук и поворачивает голову, следя за профилем альфы.

— Я? Ничего, — Сокджин улыбается лобовому стеклу и щурится от слепящих глаза уличных фонарей по обе стороны дорожного полотна. — А вот ты... Какой же ты глупый мальчишка, Тэхён. Твой Чонгук живой, но это ненадолго, малыш, — хмыкнув, он вращает руль, двигаясь по кольцу, и поворачивает направо.

— А что будет со мной? — омега надеется на то, что Джин говорит правду, и его Чонгуки жив. Он не знает, зачем интересуется о самом себе. Он теперь вообще ничего не знает. Его волнует только один человек, и это снова не он сам.

Тэхён ждёт, когда в зеркалах заднего вида покажутся фары бронированного Гелендвагена, который практически у них на хвосте. Юнги и Намджун догоняют машину Сокджина, но за стёклами лишь темнота и свет только от одного авто, уносящего Тэхёна за пределы Сеула. Юнги ведь никогда не оставит. Он ведь поможет ему. Он его обязательно спасёт. Тэхён готов молиться всем Богам о том, чтобы эту ночь ему и Чонгуку удалось пережить.

— С тобой? Малыш мой, тебе ничего не угрожает. Я ведь люблю тебя, — голос Джина вдруг снова мягкий и заботливый. Он кидает на омегу быстрый взгляд и не выглядит взволнованным. Тэхёну никак не удаётся предугадать дальнейшее развитие вечера и поступки альфы. — Совсем скоро мы сыграем свадьбу, Тэхёни. Самую шикарную и пышную, каких Сеул ещё не видел, — вновь это настойчивое напоминание о бредовых намерениях, которые ставят Тэхёна в тупик.

Пара машин во главе с Юнги и Намджуном видят, наконец, вдалеке нужный автомобиль и не отстают ни на метр. Попытка связаться по мобильному с Чонгуком не увенчалась для Мина успехом. Телефон отключён. Чонгук точно в беде.

— Помнишь, мой мальчик, что я говорил тебе восемь лет назад? — Сокджин заезжает на территорию стройки и останавливается неподалёку от одного из недостроенных домиков. В рядом стоящем автомобиле омега узнаёт номера. Это машина Чон Хосока. — Ты думал это шутка? — альфа переводит рычаг коробки передач в режим парковки и поворачивается к Тэхёну всем корпусом. Тэхён молчит и не кивает в ответ. Он не то чтобы помнит. Эта ядовитая фраза красуется выжженными шрамами на его сердце уже много лет подряд. — Я сказал, что если я узнаю, что ты трахаешься с кем-то за моей спиной, то убью его, — Джин выжидающе смотрит, точно жаждет ответа. — Отвечай, когда я задаю вопрос! — он хватает его за волосы, что спадают завитками на виски и мочки ушей, и притягивает к себе.

— Я помню, — Тэхёну снова больно. Он чисто интуитивно накрывает своей ладонью крепкую руку, пальцы которой спутались в каштановом шёлке, и заглядывает в глаза.

— Да. Я говорил, что убью. Но я не говорил, чьими руками я это сделаю, — Сокджин ему улыбается и разжимает кулак, только что скомкавший его волосы. — Выходи из машины, Тэхён, — после этих слов альфа покидает кресло водителя и, обогнув капот, берёт за руку омегу, который не чувствует ног и опоры под собой. — Идём, — плотно держа его руку, Сокджин шагает к источнику света, который совсем рядом от них.

Заводя омегу за одно из бетонных перекрытий, он снова растягивает губы в улыбке, а Тэхён забывает, как дышать.