Глава 6. Хо-Син

Вновь пройдя по всем комнатам, Синь не нашел и намека на ванну. Тогда он решил выйти во внутренний двор, где была тренировочная площадка и маленькая пристройка - оружейная, защищенная несколькими мощными барьерами. Недалеко оттуда Синь заметил вход в пещеру, полностью скрываемый пологом свисающих вниз растений, и решил пройти внутрь. Пламенный шарик последовал за незнакомцем, озаряя его путь. Синь не мог не заметить этот живой огонек, что как собачка бегал за ним, прислуживая в качестве личного солнышка. Он очень привлекал взгляд и, каждый раз освещая дорогу, Синь тихо любовался им.

Насильно оторвав от него свой взгляд, Синь осмотрел пещеру: та казалась не очень глубокой, но сразу за поворотом виднелась большая галерея. Всю полость занимал источник, по краям его окружали ровные мраморные плиты, на которых стояли статуи непонятных существ, а между ними круглые камни, как те, по которым передвигается алый эфирный сгусток. Со сводов пещеры свисали растения с круглыми маленькими листьями и большими цветами, в некоторых местах создавая имитацию зеленой занавески. От стен эхом раздавалось мирное журчание воды.

Подходя к краю источника, Синь лучше разглядел его: на поверхности бассейна плавали серебряные лотосы, а дно переливалось разными оттенками небесно-голубого и зеленого, словно на глубине находился слабый источник света.

Синь положил на камень чистую одежду и снял обувь. Приподняв подол ханьфу и промучившись в баталиях разума и эмоций некоторое время, Синь все же распустил пояс, с шелестом роняя одежды на мраморный пол. Вода не показалась особо холодной, а потому быстро, не глядя вниз, Синь залез в воду, погрузившись по шею. Волосы тут же потяжелели и начали колыхаться под маленькими волнами, порой касаясь особо чувствительных мест.

Синь сжал кулаки и тяжело вздохнул. Ему придется принять текущую ситуацию, придется принять себя таким какой он есть. По случайности, он назвал тому духу свое ненастоящее имя. А что, если бы назвал настоящее, привело бы это к последствиям? Узнавать не хотелось. А если он проговорится впоследствии? Сморщившись от вынужденного принятия факта, Синьюэ пришлось смириться.

Подобрав колени к груди, Синьюэ глянул на огонек, что решил перебраться к нему поближе. Огибая статуи, кидая на них тень и искажая истинный облик, огонек прыгнул в центр источника, где стоял пьедестал, похожий на большой каменный подсвечник, покрытый сине-зеленым мхом. Словно устроившись на свое законное место, пламя распалилось и приобрело бело-сиреневые цвета. Мерцая и отбрасывая блики на стены, он немного потрещал, искорки коснулись воды и огонек зашипел.

Не отрывая взгляда, Синьюэ не мог отделаться от мысли, что этот эфирный клубочек разумный. С самой первой встречи он сопровождал его, освещал путь. Такая поддержка выглядела очень трогательной. Синьюэ простосердечно, не ожидая взаимности, спросил:

- Огонек, кто же ты все таки такой?

В ответ, огонек притих, будто удивился, а после разгорелся янтарным цветом, пышущий из стороны в сторону. Он не знал, куда себя деть от счастья. Пьедестал, на котором сидел огонек, стал слишком мал для него. Через пару минут пламя стихло и обернулось красным.

Синьюэ улыбнулся. Его заинтересовала такая реакция. После перерождения в другом мире в чужом теле, появлении системы и говорящего духа-волка, он бы почти не удивился другому разумному существу не походящего на человека. Одной магической твари больше или меньше - главное, чтобы оно не несло вреда Синьюэ, а остальное не важно.

- Ты здешний дух? Помощник или артефакт?

Огонек недовольно распалился, разбрасывая искорки в воду, а после вернулся к обычному состоянию.

- Тебе что-то не понравилось. - Резюмировал Синьюэ, тогда огонек радостно завилял золотым хвостом. - Я правильно тебя понял?

Пламя на несколько секунд активнее замахало из стороны в сторону и затем вновь стало красным эфирным сгустком. Такая игра увлекла Синьюэ и он продолжил играться и задавать вопросы, не замечая, как пламя подогрело бассейн, и тот вполне стал походить на горячий источник.

- Ты злой дух?

Уменьшившись, пламя потускнело до сине-зеленого цвета, будто отвечая отказом.

- Ты помощник Тан Ли? - Продолжил Синьюэ.

Словно задумавшись, огонек замер, проявляя в себе фиолетовый, но вскоре вновь стал холодных тонов.

- Разумный артефакт? - Четкого ответа Синьюэ не услышал. - Ты защищаешь это место?

Огонек замялся и зеленоватым свечением неуверенно покачал эфирным тельцем, будто сам не знал правды на этот вопрос.

- Мне сложно гадать, кто ты такой. Тогда давай спрошу так - ты на моей стороне?

Эфирное тельце замерцало багряно-фиолетовым, твердо и решительно качнув хвостом, сдерживая языки пламени как можно ближе к себе, чтобы показать собранность и серьезность.

Наблюдая за всеми переменами этого огонька, Синьюэ не переставал улыбаться. Ему впервые интересно разговаривать с молчаливым собеседником и пытаться понять, что тот хочет сказать ему. Собственно, неважно кем он был, духом или другой сущностью, что обрела разум, то, что тот не навязывал общение и тихо наблюдал, было достаточно. Само его присутствие странным образом успокаивало.

Наслаждаясь тихим, еле слышным потрескиванием огня, Синьюэ опустился в воду поглубже. Задержав дыхание, он оставил на поверхности лишь свои длинные ресницы. Вода так нагрелась, что бассейн наполнился густым паром, а на бледной коже выступил румянец.

Синьюэ приподнял подбородок, чтобы сделать глубокий вздох, и резко нырнул с головой. Из-под воды длинной цепочкой пузырился воздух, который через несколько секунд прекратился. Огонек заволновался, туман не давал рассмотреть головы его хозяина, поэтому язычки пламени затряслись над остаточной рябью, пытаясь заметить малейшие волны. Но человек, что с ним только что разговаривал, не появлялся.

Огонек впервые встречал этого заклинателя, однако казалось, что он давно его знал и по случайному стечению обстоятельств забыл. Их что-то связывает? Если нет, то почему он жаждет защищать этого человека, помогать ему, освещать его дорогу. В жизни и смерти сопровождать его. Может, заклинатель был прав и он чей-то дух, потерявший свои воспоминания? Или он нечто обретшее сознание?

Огонек чувствовал, что правда где-то рядом, но она еще не является полной. А обманывать дорогого человека не хотелось, поэтому отвечал неуверенно. Но в чем тогда его смысл жизни? Был бы он защитником этого места, не был бы так привязан к этому человеку. Тогда, возможно, он его дух-хранитель?

Эфирное существо обесцветилось, проявляя в себе прозрачные и темные цвета. Он был готов иссушить весь этот источник, чтобы найти своего хозяина. Вот только как это сделать, не навредив ему.

Пока огонек метался туда-сюда, распыляя свои язычки пламени, выглядывая своего человека в источнике, по воде прошлась большая волна и тот вновь увидел макушку заклинателя.

Синьюэ блаженно вздохнул. Собрав черные волосы и откинув их назад, он всем телом навалился на камень и прикрыл глаза. Тело Синьюэ прогрелось, усталость прошла, а настроение поднялось. Как хорошо, однако, отдохнуть в источниках. Оу... Как-то Синьюэ упустил этот момент. Он заходил в прохладный источник, так как вода смогла нагреться? Видя только одного виновника происшествия, Синьюэ посмотрел удивленно на огонек, который, роняя золотистые искорки в воду, тянулся всем существом к нему, и снова улыбнулся.

- Спасибо. - Проговорил только губами заклинатель, но, кажется, огонек все понял и спокойно уселся на свой пьедестал. Если бы у него были глаза, то Синьюэ заметил бы, как тот, тихо потрескивая, не отводит с него взгляд, боясь вновь потерять из виду в белом тумане.

Синьюэ принялся приглаживать свои волосы, проводя сквозь них пальцами. Непривычно длинные и непослушные, что хотелось тут же их срезать. Признаться честно, у Синь тоже были длинные волосы и каждый раз, когда он их обрезал, то очень долго ходил расстроенным. Немного обдумав, он решил отложить этот вопрос, до поры до времени, все же жалко лишаться такой красоты. Потерев между пальцами кончики волос, заклинатель разочарованно вздохнул. Сколько Синь не тратил средств для ухода, то все равно оставался «средней внешности», ничто не могло поднять его самооценку.

Неожиданно огонек вспыхнул сразу несколькими цветами, привлекая тем самым внимание Синьюэ. Тогда тот решил спросить:

- Огонек, у тебя есть имя? - Пламя застыло, отрицательно покачав своим синеватым тельцем. - Тогда, ты разрешишь мне тебя назвать?

Эфирное тельце радостно заплясало, распыляясь золотистыми искорками и Синьюэ принял это как согласие.

- Я подумал немного, как насчет имени Хо-Син? Хо - означает огонь или божественный дух, а Син - жизнь и рождение. - Синьюэ стеснительно отвел глаза, но, вспомнив, что его собеседник не умеет говорить, вновь обратил на него свой янтарный взор. Если у него нет имени, то почему бы не придумать новое? Это действие предвкушало создание некоторой особой связи, что никогда еще не чувствовал Синь, однако и смущало тем, что он самонадеянно многое себе позволил в отношение этого разумного огонька. Словно в ожидании приговора, Синьюэ мысленно готовил себя к отказу.

Золотисто-алый эфир встрепенулся. С того момента, как он обрел разум, огонек скрывал свою сущность. Он мог позволить ее увидеть только заклинателю перед собой. О том, чтобы тот говорил с ним, только мечтал. Но чтобы его хозяин решил назвать это ничтожное существо - огонек готов поклясться в верности этому человеку, сгореть дотла, защищая его. Он родился только ради него, он так долго ждал его. Только его! Откуда взялись эти эмоции и чувства - неважно. Это пламя было рождено вместе с ним и умрет тоже вместе с ним.

Хо-Син зажегся ярко-золотистым светом, и словно кланяясь, он опустил свои языки пламени прямо к источнику, заставляя воду разойтись и зашипеть. После он так вспыхнул, что весь пар в пещере расступился перед ними, и Синьюэ четко увидел, как на пьедестале светится от счастья огонек, что весь мерцал красными и фиолетовыми искрами. Заклинатель улыбнулся еще шире. Хо-Син выглядел настолько искренним и радостным, что тот уже поселился в сердечке у Синьюэ.

У Синь никогда не было друзей. Он ненавидел таких непонятных и странных людей. Но если тот, с кем он хотел подружиться не человек, то все нормально? Этот маленьких эфирный шарик словно не умел скрывать свои чувства, что все сомнения о лукавстве сразу сгорали.

Однако Синь забыл про осторожность, ведь этот мир опасен, наполнен не только магией, но и притворством, ложью, предательством и смертями. Синь хотел поверить единственный раз своим чувствам, заглушить крики о постоянной опасности в своей голове и начать, накоец, расслабленно жить. Не жалеть о том, что всю свою молодость проработал в постоянной погоне за материальными благами, пренебрегая тем, что он может получить сейчас, пренебрегая своим здоровьем, каждый раз откладывая отдых на другой, более благополучный день.

Синьюэ протянул свою ладонь в сторону огонька и сказал:

- Мое имя Синьюэ Сяоин. Приятно познакомиться, Хо-Син.

Хо-Син, как завороженный, протянул свой язычок пламени к руке и холодной искрой коснулся ее. Его хозяина зовут Синьюэ Сяоин.

«Синьюэ Сяоин» - Повторял про себя огонек. Он ни за что не забудет этого имени. Имени его хозяина, его смысла жизни.

Чтобы хоть как-то отблагодарить хозяина за данное ему имя, Хо-Син повертелся в поисках чего-то, попрыгал вдоль бассейна и вновь вернулся. Своим холодным пламенем он толкнул с дальнего края источника цветок лотоса на противоположный. Когда розовый лотос подплыл ближе к пьедесталу, то Хо-Син пихнул его к Синьюэ. Бархатистый цветок плавно остановился прямо у груди заклинателя. Синьюэ огляделся и обратился к огоньку.

- Хо-Син, это мне?

В ответ пламя радостно качнулось.

Заклинатель, поддерживая кувшинку одной рукой, аккуратно провел пальцами по розовым лепесткам, маленькими ручейками спуская капельки росы вниз к ярко-золотому центру. Цветок переливался серебристым светом. Несмотря на горячий источник, кувшинка издавала приятный холод. Обратившись к своим чувствам заклинателя, Синьюэ почувствовал, что водяная лилия была наполнена мощной природной ци. Как простодушный ребенок, он наклонился к цветку и зарылся лицом в больших лепестках. Чувствуя медовый прохладный аромат, Синьюэ выпил концентрированную росу с нектаром и почувствовал головокружительную легкость и свежесть в теле. Опьянев только от запаха, заклинатель еще долго не отводил носа от цветка.

- Спасибо. - Тихо прошептал Синьюэ.

Вдоволь накупавшись, Синьюэ вынырнул из источника и быстро накинул на голое, мокрое тело нижние одежды, одновременно пытаясь скрыть смущение за ярким румянцем после горячей ванны. Не забыв сорвать лотос, что вновь стал серебряным, он направился на выход. Синьюэ подождал, пока Хо-Син допрыгает по камням до него, и вышел из пещеры.

После столь приятного окончания дня или точнее начала дня, так как из-за горизонта понималась розовая заря, Синьюэ решил время зря не терять и, заварив себе чай, почитать то, что отправила ему система. Какое-то «Плато Серебряных Слез».

Зайдя на кухню, к удаче Синьюэ, он там нашел всю необходимую утварь и чай в одной из глиняных баночек. Хо-Син обняв своим пламенем чайничек, равномерно разогрел его. Сдерживая умиление при себе, заклинатель поблагодарил огонек и направился в общую столовую. Разложив у окна две пиалы, для себя и для своего нового друга, и наполнив их ароматным жасминовым чаем, Синьюэ позвал систему.

«Система» - Глядя на рассвет, просачивающийся сквозь горизонт и ослепляя глаза, Синь не сдержал волнения от его первого восхода солнца в этом мире.

[Доброе утро] - Удивленная благожелательным состоянием своего подопечного, сразу ответила система.

Наслаждаясь зарей, Синьюэ продолжил только через несколько минут.

«Покажи мне ту книгу, что я должен прочитать, чтобы понять, что здесь происходит»

[Конечно, одну минуту!]

[Загружен файл «Плато Серебряных Слез»]

[Наслаждайтесь чтением!]

Система не хотела нагнетать, вновь повторять главную цель пребывания своего нового подопечного в этом мире, подкалывать и, в общем, вредничать. Видя, как ее подопечный в кои то веки расслабился и был в добром расположении духа, система сама начала наслаждаться этим, казалось бы, не первым в ее жизни, но таким незабываемым рассветом. После, такого же тихого, беззаботного утра может и не быть, хотелось навсегда запомнить этот момент.