Альтернатива. Часть 12. Конец ли это?

— Это из-за изнасилования, да? — спрашивает Джин после долгого молчания. Чонгук не смотрит на него, уткнувшись лицом в собственные колени и обвив их руками. Ким кладёт руку на плечо парня, как можно тише продолжая: — Понимаю, ты не можешь забыть...

— Нет, — мотает головой хакер. — Нет, не из-за этого. Я просто... просто не могу, хён, — тело почему-то начинает дрожать, а мысли заполняться непонятной кашей из множества воспоминаний. — Прости меня... — выдаёт он на выдохе, найдя силы с грустью взглянуть на старшего.

Вот же — то, чего Чонгук словно и ждал всю жизнь. Быть счастливым, чувствовать поддержку и вечную теплоту, исходящую из глаз любимого человека, находиться рядом с ним, держать за руку, крепко обнимать и ощущать размеренный стук его сердца... Но хотел ли Чон, чтобы этим самым человеком был Ким Сокджин? Тот, кто спас его от смерти; тот, кто помог не потерять веру в себя и продолжать жить дальше, с уверенностью смотря вперёд; тот, кто впервые заставил его ощущать себя глупым влюблённым школьником, краснеющим при любом прикосновении, любой доброй сияющей улыбке; и, наконец, тот, кто полюбил его в ответ.

Нет. Определённо, Гук больше не желал этого. Пускай сейчас он казался ещё большим глупцом, отказываясь от такого счастья, но что-то ему подсказывало, что он поступает правильно. Любит ли он Джина сейчас? Ведь те трепетные чувства, те искренние эмоции, то смущение при одном только виде старшего, те мысли о нём, как о своём парне, — все бесследно испарилось.

Гук не мог понять, почему же он так поступает. Причина ли в воспоминаниях об изнасиловании или в других, ещё более пугающих чувствах. Новый, наивный и поистине добрый, Ким Тэхён заставлял Чонгука мучиться. Действительно мучиться, потому что школьник, каждый раз видя совершенно иные, улыбчивые глаза парня, ощущал что-то немыслимое в душе. Вся злость, ненависть, отвращение и ярое желание мести исчезло. Не было и того прежнего Чонгука. Он стал кем-то большим, чем просто замкнутым в себе учеником старшей школы, не тем, кем был раньше. И мысли об этом его сильно настораживали и не давали покоя...

— Ничего, я все понимаю, — вдруг произносит Джин, борясь со своими чувствами и поднимаясь с кровати. — Ещё слишком рано.

Чонгук провожает его взглядом до небольшого шкафа, с полки которого Ким достаёт какой-то конверт и, закрывая дверцу, возвращается обратно к хакеру.

— Что это? — сразу же спрашивает Гук, когда Джин протягивает конверт ему в руки.

— Считай, что это подарок от меня, — тон голоса становится странным, а сам парень еле находит силы слегка улыбнуться. И, как только Чон собирается вскрыть содержимое, Ким останавливает его: — Не открывай сейчас.

Чонгук поднимает голову и с неким недопониманием смотрит на него, хмуря брови. Сокджин понимает его немой вопрос и поэтому отвечает:

— Ты поймёшь, когда нужно будет открыть его, — накрывает его руку своей и, как он умеет, по-доброму устремляет взгляд на Чона.

Тот молчит и просто хлопает глазами, следя за тем, как парень выходит из комнаты. Прячет конверт в тумбу и торопится за старшим.

Джин расстроен отказом, но в то же время понимает парня. Он слишком много пережил, новые (или, скорее, первые в жизни) отношения могут быть для школьника чуждыми, отталкивающими. А этого Сокджину не хотелось.

Он медленно втягивает воздух в лёгкие, пытаясь привести чувства в норму. Он не должен ни на ком срываться сейчас.

Противный писк телефона режет слух Кима, он морщится, не желая принимать вызов, а после и совсем меняется в лице, видя высветившийся номер на экране.

— Чего тебе? — грубо начинает он.

— Уже забыл, с кем разговариваешь? Где, блять, то, что ты мне обещал? — рычит недовольный низкий голос.

— Я же говорил, что ты это получишь, — шипит Джин, пытаясь говорить как можно тише. — Так какого хера мне названиваешь?!

— Йа! Ким Сокджин, мне стоит напомнить, что я имею против тебя? Не думаю, что ты захочешь лишиться невинного сыночка, — открыто злобно смеётся голос.

— Сука, даже не смей говорить о нём! Я приеду сейчас же! — чуть ли не выкрикивает последнее, сбрасывая вызов и торопясь на выход.

— Хён, куда ты? — беспокоится Чонгук, оказавшись на первом этаже и видя, как парень одевается. Выражение его лица было слишком напряженным и сосредоточенным.

— Не волнуйся, я скоро вернусь. Присмотри за Джонмином, — отвечает Джин, иногда поглядывая на дверь в комнату, в которой спал его сын. — Поехали! — говорит он Нане, на что та лениво плетётся из комнаты по коридору, одними губами спрашивая Сокджина: «Это снова он?».

Ким собирается выйти, но его взгляд падает на только что появившегося из кухни Тэхёна, который, как и Гук, странно смотрел на старшего и его невесту. Оба хотели спросить, что же происходит, но знали, что парень ничего не ответит.

Джин вдруг двинулся с места в сторону Тэхёна, подходя даже слишком близко и наклоняясь к уху, так, чтобы Чонгук их слышать не мог.

— Как же я ненавидел тебя, Ким Тэхен, — по спине младшего пробежались мурашки. — Твой отец мешал мне, а после это делал и ты. Жаль, что ты сейчас не поймёшь и половины слов, ведь ты же ничего так и не вспомнил, верно? — на лице Сокджина появляется несвойственная ему ухмылка, а Тэхен сильно хмурит брови, поначалу даже пугаясь старшего. Но страх разрастается с новой силой, когда последующей фразой Ким раскрывает правду: — Это я приложил руку к твоему розыску полицией, я заказал твой сайт, и я же отнял у тебя мать. Ты ведь так думал, да? Это все я, понял? — младшему даже кажется, что голос Джина становится чересчур зловещим, а сам Сокджин, наконец, желает выплеснуть из себя все накопившиеся эмоции. — Я оставляю Чонгука на тебя лишь потому, что вынужден это сделать. Не заставь меня пожалеть об этом и позаботься о нём, — последнее, что шепчет старший будто немому опешившему Тэхёну, и скрывается за дверью, грубо схватив девушку за руку и потянув ее за собой.

Хакер же стоял все это время не двигаясь, на холодном полу с босыми ногами, не до конца понимая происходящее и тупо уставившись на уже закрытую дверь.

Джин уехал, оставив Чонгука, Тэхёна и Джонмина одних. В доме воцарила тишина, и лишь школьник мог изредка нарушать её, шаркая ногами по полу, ходя из стороны в сторону и глубоко вздыхая.

Он уехал так внезапно, толком не сказав и слова. Чон не был уверен, простит ли его хён за то, что Гук отверг его. Школьнику было не по себе, он хотел ещё столько сказать ему, извиниться и снова заглянуть в сияющие глаза...

Но никто и подумать не мог, что Ким Сокджин больше никогда не вернётся...

***

Известие о крупной автомобильной катастрофе разлетелось по новостям буквально на следующий день. Все только и твердили о том, что машина известного бизнесмена Ким Сокджина улетела с обрыва, угодив в реку и затонув на дно, а сотрудники спасательной службы нашли лишь изуродованное тело парня. Чонгук не хотел, а точнее, отказывался верить, что случившееся было просто аварией. Лицо оказалось сильно изранено, настолько, что даже опознать его было трудно, а полиция заниматься «чем-то вроде этого покушения на убийство, от расследования которого мы ничего не получим» не желала с огромной силой (ленью). Всё смахнули на несчастный случай, поиски Наны продолжались, хотя и шансы найти девушку были близки к нулю.

Чонгук ходил все две недели сам не свой. Его мир словно перевернулся, перестал существовать. Парень чувствовал себя виноватым. Виноватым в смерти Джина, которую он до сих пор не собирался признавать. Он не знал, из-за чего же старший так внезапно подорвался с места и отправился куда-то в неизвестном направлении, не мог предположить, что потеряет его так скоро, но чувствовал, что смерть эта была чересчур подозрительной, ведь его хён, как думал он, не тот человек, что хотел распрощаться с жизнью так скоро.

Конверт, который Сокджин передал ему, Чонгук все же вскрыл и через недолгое время пожалел о своём решении. Ким оставил завещание, передавая все своё имущество Чону, в том числе дом и даже компанию. Одна эта чертова бумажка говорила о том, что Джин догадывался, что смерть поджидает его и заговор против него вот-вот осуществится. Однако доказать кому-либо это школьник был не в силах.

Он окончательно поник, когда обнаружил в конверте небольшое письмо, написанное самим Кимом от руки.

— Знаю, Чонгук-и, ты сидишь сейчас, читаешь это письмо и пускаешь слёзы, как маленький ребёнок. Прошу тебя, не делай так. Меня не стало, а это значит, что пришло время позаботиться о себе самому. Ты сильный, ты выдержишь, я уверен. Не ругай меня за то, что я завещал тебе. Ты — единственный человек в моей жизни, которого я искренне полюбил. Я доверяю тебе, и поэтому, пожалуйста, проживи эту жизнь так, как ты всегда и мечтал. Знаю, будь я в живых, ты бы ни за что не принял от меня денег, не говоря уже о богатом доме и целой крупной компании. Поверь, я все знаю. Знаю тебя насквозь, хотя и знакомы мы, казалось, не так долго. Джонмину так понравился Тэхен, он постоянно говорил мне о нем в тот вечер, а ещё он застенчиво шепнул мне на ухо, что ты краснеешь, глядя на меня, и улыбаешься, видя Тэтэ (как он сам его назвал). Я усмехнулся этому детскому лепету, но позже понял, насколько он был прав. Я понял все без слов. Не жалей, что не успел ничего сказать мне. Я заставлял тебя краснеть, потому что влюбил в себя с первого нашего знакомства, первого дня, когда я нашёл тебя (звучит как-то даже по-дорамному, не находишь?). Я никогда и не верил в такую любовь, но ты заставил меня убедиться в обратном. Не знаю, чья это была вина, но так получилось, что твоё сердце стало принадлежать Тэхену. Уверен, ты и сам до конца не осознаешь этого. Я не могу и не имею права осуждать тебя за это. То, каким он был раньше, и то, кем станет в будущем, зависит только от тебя. Если ты хочешь этого, то сможешь изменить его в лучшую сторону. Он, как и я, когда-то попал под дурное влияние и больше не мог сопротивляться. Думаю, когда он вспомнит, то обязательно тебе все расскажет.

Запомни, Чонгук-и, твоя жизнь только в твоих руках, твоё счастье принадлежит лишь тебе, а сердце — любимому человеку. Если любишь его, то бери за руку и никогда не отпускай. Будь всегда рядом — это все, что необходимо ему. Не грусти и побольше улыбайся (ведь тебе это так идёт). Пожалуйста, не плачь обо мне и позаботься о Джонмине. Он полюбит тебя, я знаю...

Чонгук сидит так с листом бумаги в руках долгое время и плачет. Ему так хотелось вернуть все назад, сказать хотя бы пару слов Сокджину и напоследок сильно прижаться к нему, чувствуя крепкие объятия в ответ. Ему так его не хватает... Нет больше той доброй улыбки, искрящихся глаз и постоянной поддержи...

Чон бы окончательно сошёл с ума, если бы не Тэхен. Он тот, кто смог позаботиться о нём, смог в чём-то заменить Джина (пускай и звучит это не так уж корректно). Ким ухаживал за ним, когда в первые дни после известий Гук слёг с температурой и постоянно находился в кровати под его присмотром. Что-то вновь поменялось в Тэхёне. Чону даже показалось, что парень постепенно вспоминал что-либо из своей жизни, тем самым разумом становясь взрослее. Сейчас ему, наверное, было лет 15, характер изменился, но не стал холоднее, а сам Ким не отдалился от Чонгука. Наоборот, он в буквальном смысле ни на шаг не отходил от хакера, заботясь о нём, держа за руку и мило улыбаясь. Совсем как Сокджин...

Догадки Чона были и вправду верны. Постепенно, к Киму возвращалась память. Приятные и не очень воспоминания заполняли пробелы, выстраивалась хоть какая-то общая картина его жизни.

Решающим и переломным моментом стал тогда, когда Гук поправился, но все также продолжал твердить о старшем и винить себя.

Он часто бубнил что-то себе под нос, а иногда его фразы напоминали настоящую депрессию.

— А ведь меня больше некому любить, — проговаривал он, сидя на кровати и уставившись в одну точку. — Я эгоист, да? — спрашивает у парня, но не собирается поднять на того взгляд. — Родителей у меня нет... друзей тоже... Что мне делать теперь, Тэхён? — шепчет он слишком тихо, почти одними губами. — Я совершенно один.

Ким молча сидел рядом и пытался помочь парню, но на ум не приходило ни одного утешающего слова. Чонгук подавлен, и как вывести его из этого состояния было неизвестно.

Тэхен собирается поднести к нему руку, положив ее на плечо, но останавливается, когда Чон произносит до боли знакомую фразу:

— Мне больно, Тэхён.

Слова доходят до Кима и эхом отдаются в ушах. В голове всплывают размытые картины, позже становящиеся отчетливыми. Он сильно морщится и мотает головой, пытаясь привести себя в чувства и понять, что же он не мог вспомнить столь долгое время.

Парень видит перед собой труп отца, лежащий в кабинете, кровь на руках, острый нож, тихий полумрак и какой-то подвал. Он не сразу осознаёт, что воспоминания переместились дальше, и теперь Ким видит впереди сидящего, связанного на стуле Чонгука с заклеенным скотчем ртом. Ещё одно эхо с фразой «Больно», и Тэхен стоит перед окровавленным израненным телом Чона, а спустя недолгое время понимает, как сам он равнодушно разворачивается и уходит.

Все это больно давит на виски, Ким хватается за голову, жмуря глаза, и стараясь не подать виду. Но Чон замечает, что с ним что-то не так, и поэтому обеспокоено спрашивает:

— Тэ, что с тобой?

— Нет! Не трогай! — громко кричит он, смотря на школьника округлёнными, испуганными глазами. — Я чуть не убил тебя! Как ты... Как ты можешь находиться рядом со мной?! Я убийца! — снова вскрикивает парень, быстро отходя от хакера и чуть ли не пулей выбегая из дома.

***

Все мысли, воспоминания и чувства в конец слились воедино в голове Тэхёна. Он не знал, что гложет его с большей силой — предательство с его стороны, несдержанное обещание, данное матери, или же изнасилование и попытка убийства того, чьё имя в последние дни для него стало самым важным и родным. Имел ли право Ким получить второй (да что уж там, сотый!) шанс? Шанс на то, что Чонгук сможет переступить через себя и позволить Тэхёну исправиться. Шанс не быть отвергнутым и справедливо засаженным в тюрьму. И, наконец, шанс на взаимную, запретную любовь. Да, он осознал это недавно. Теперь, каждый раз глядя на Чонгука, парень понимал, что тот запал ему в душу. Немыслимо. Невозможно. Безумно... Так не бывает. Тэхен был уверен в этом. Он был более чем уверен, что полюбить такого, как он, нереально. Убийца собственного отца, наркоман да ещё и насильник. Кто может полюбить такого? Ему место только за решеткой. Ким Тэхен сделал свой выбор. Он не хочет обманывать ни себя, ни Чонгука, ни, тем более, закон.

Воспоминания, обрывки снов-кошмаров, смерть дорогой матери и крики, доносившиеся из горла Чона в тот роковой день туманом заполняли глаза Тэхёна, ему даже показалось, что капли горьких слез готовы были вырваться наружу, а душа кричать во все горло, словно изливая страдания изнутри.

Его состояние сейчас было настолько сломленным и потерянным, что сам парень не мог больше позволить себе же нанести хотя бы малейший вред любому из окружающих. Никогда. Ни за что. Даже если жизнь окажется на волоске. Ким Тэхен не станет больше лишать жизни невинных людей, не станет причиной чьих-либо страданий и слез, не станет тем бездушным эгоистом, что так бездумно принимал страшные решения. Он пойдёт и сдастся полиции. Сам. Это его первое правильное решение.

Тэхен долго и уверенно бежит куда дальше от дома, пока до него не доносится такой знакомый и любимый голос.

— Тэ, постой! Умоляю, остановись!

Парень не слушается его, хотя и что-то подсказывает развернуться и объясниться. Как настоящий мужчина, смело смотрящий в глаза правде.

В сердце что-то громко ёкает, когда Ким слышит, как Чон спотыкается и падает на землю, раздирая к чертям собственные колени, ведь тот выбежал за ним из дому в одних коротких шортиках.

— Айщ! — только и всхлипывает Чонгук, поднося руку к ране и взглядывая на старшего своими щенячьими глазами, полными сострадания и боли.

Тэхен с минуту борется с внутренним желанием немедленно развернуться в том направлении, куда и собирался, и диким стремлением подлететь к школьнику и помочь ему. Хотя бы раз в жизни...

И он выбирает последнее, вмиг оказываясь рядом с Гуком, подхватывая его на руки и неся в дом.

Находясь уже внутри, Тэ торопится как можно скорее обработать его раны. Он сосредоточен и напряжен. Ни Ким, ни сам Чонгук, недавно желавший узнать, что же всё-таки случилось, не проронили и слова. Один глупо пялился на заботливого старшего, а второй не мог простить себе, что снова (пускай и косвенно) стал причиной мук хакера.

Когда Тэхен заканчивает, то в два счета убирает аптечку и идёт в комнату, закрывая за собой дверь на замок. И даже молитвы Чона отпереть его не срабатывают, сколько бы он не долбился в эту чёртову дверь.

Ему нужно время. Нужно время, чтобы осмыслить все раз и навсегда. Чтобы, наконец, найти что-то, что могло бы хоть как-то загладить его вину. Он более чем уверен, что этого «что-то» не существует, однако на душе больно скреблись кошки, не давая и секунды покоя.

***

Чон не мог найти себе места уже более трёх часов. Он все это время метался по коридору около заветной комнаты. Ким не выходил из неё, не подавал признаков жизни, не сделал ничего, что бы могло успокоить Гука.

Потеряв любую надежду на то, что Тэ всё-таки ответит ему, парень подходит к двери и стучится в неё, издавая отчетливые характерные звуки.

— Тэ, я умоляю тебя, впусти меня, — шепчет он себе под нос, добавляя: — Пожалуйста...

И как же на душе становится легче, когда дверь все же отворяется, а за ней, будто по магии, никого не оказывается. Парень проскальзывает внутрь, замечая на краю кровати сидящего Тэхена, опустившего взгляд в пол и обхватившего голову руками. Похоже, он просидел так не первый час.

— Я обещал ей... — вдруг раздаётся низкий голос Кима. Он медленно сглатывает, а затем продолжает: — Обещал, понимаешь? — глаза школьника приковываются к находящемуся в полумраке телу, рассматривая черты, похоже, опухшего лица. — Обещал, что всегда буду хорошим человеком... Но я и сам не заметил, как превратился в чудовище.

По комнате раздаётся слышный всхлип, а рука младшего оказывается на плече Кима, в то время как сам он присаживается рядом.

— Тэ... — начинает Чон, но запинается, закусывая нижнюю губу. — Ты не чудовище. Не говори так, — старший оборачивается на него, и Гук уверяется в том, что Ким плакал, ведь глаза его были ужасно покрасневшими. Это было видно даже при таком отсутствии освещения. — Ты ведь спас меня. Спас от пожара тогда... Прости, я даже не поблагодарил тебя. Ты пытался защитить меня от хулиганов в школе. В конце концов, ты помог мне, когда я, как самый рассеянный ребёнок, рухнул на холодный асфальт. Ты изменился, Тэхён.

После этих слов Ким теряет самообладание, он не знает, как повести себя, он не мог осознать, что сам Чонгук принял его таким, какой он есть, признал, что тот изменился, стал совершенно иным. Глупо, но Тэхёну хотелось вновь расплакаться, обнять Чона и более чем тысячу раз попросить прощения за все, что он сделал Гуку.

— Прости меня, — выдавливает из себя Тэ, пуская редкие слёзы.

— Нет, — мотает головой Чонгук, а сердце Кима поначалу чуть ли не падает в пятки, раскрывая глаза от услышанного, однако школьник добавляет: — Мне не нужно прощать тебя, Тэ. Ты сам понял свою ошибку, и я доверяю тебе, — старший замирает, затаив дыхание и ожидая последующих трепещущих душу слов. — И знаешь, можешь считать меня кем угодно, но... Сейчас, после долгих лет одиночества, скитаний по улицам и побоев в школе, я прошу именно тебя, — делает недолгую паузу, уверенно заглядывая в тёмные глаза, — спаси меня, Ким Тэхён. Я устал мучиться, устал думать, что мои чувства к тебе — всего лишь сумасшествие, не желающее вылетать из головы. Я устал... без тебя, хён.

Ким окончательно путается в услышанном и не может поверить собственным ушам. Чонгук только что впервые назвал его хёном? Он сказал, что испытывает к нему что-то? В конце концов, он... простил и доверился ему? Неужели это действительно не сон? Парень, которого он сумел полюбить всем сердцем и который, похоже, полюбил в ответ его, сидел прямо напротив, не опуская полного решимости взгляда с Тэхёна. Он пленил его, очаровал своими добрыми карими глазами, заставил сердце содрогаться с каждой минутой сильнее, а Тэхен же в ответ, как казалось ему, не сделал ничего, не заслужил этих чувств и искреннего взора ещё юного школьника. Имел ли он право прикоснуться к нему теперь, после стольких причинённых мучений?

— Я... — начинает он взволнованно, закусывая губы и отводя взгляд в сторону. Ему почему-то было стыдно перед парнем. — Я не могу снова причинить тебе боль, понимаешь? Мне... так много хочется сказать тебе, ещё раз извиниться и искупить свою вину. Я так много думал об этом и не мог понять, заслуживаю ли я прощения? Такие, как я, должны сидеть за решёткой, но... Чем больше я смотрю на тебя, тем больше осознаю, что моя жизнь без тебя превратится в прежнюю рутину, из которой я точно не смогу выбраться. Я не смогу существовать без тебя... Но также я не смогу дотронуться до тебя, потому что боюсь сделать тебе больно... Снова.

Слушая старшего, Чонгук понимает именно в этот момент, что слова становятся лишними. Ничто не заменит сейчас чувств и робких прикосновений. Разговоры оказываются неважны, когда желание сблизиться оказывается куда больше.

Не в силах больше терпеть, Чонгук первым тянется к Киму, обхватывая его лицо ладошкой и разворачивая к себе. Когда тёмные покрасневшие глаза устремляются на парня с немым вопросом, Чон оказывается в ничтожно малом расстоянии от него и, ни секунды не сомневаясь, нежно касается его губ своими, медленно прикрывая веки.

Тэхён поначалу в изумлении округляет глаза, но после, когда Чон льнет к нему всем телом, сомнения сами собой исчезают, сильные руки обхватывают того за тонкую талию, а губы отвечают на поцелуй. Сладко. Мягко. До одури чувственно.

Напряжение вмиг вырастает, заполняя комнату, воздуха не хватает, а сердце бешено колотится у обоих. Ким сильнее прижимает парня к себе, руками залезая под футболку и проходясь пальцами по хрупкой спине, доставляя тому множество приятных мурашек. Поцелуй превращается в далеко не детский, когда Тэ позволяет себе приоткрыть рот младшего и проникнуть в него языком, издавая при этом громкие чмоки. Телам становится жарко, а возбуждение накрывает сильнее. Ким аккуратно укладывает Чона на кровать, продолжая целовать его шею, а после невесомо кусая за мочку уха. Чонгук не выдерживает и выдаёт свой первый стон, сжимая в руках простыни. Ему настолько хорошо сейчас, что воспоминания о, теперь уже, далеком прошлом просто не позволяли появиться в мыслях юноши. Ему плевать, что было раньше и как он чувствовал себя тогда. Кто рядом с ним в этот момент, что он испытывает к нему и получает взаимность — вот что действительно важно.

Чон казался Тэхену таким красивым в эту минуту, что он готов был покрывать его тело бесконечно ласковыми, бархатными поцелуями, доставлять ему сумасшедшее удовольствие и слышать томные вздохи в ответ. Этот парень — настоящее счастье в жизни Кима, появившееся по нелепой случайности. Тэхен вновь ловит себя на этой мысли, наклоняясь к парню и тихо шепча:

— Я люблю тебя.

И вместо того, чтобы дождаться ответа от школьника, он вновь накрывает его губы долгим, жгучим поцелуем. Руки жадно исследуют тело, расправляясь с футболкой Чона и отбрасывая ее куда-то на пол. Тэхен устраивается между ног парня, целуя впалый живот и спускаясь ниже. Чонгуку тяжело сдерживать себя, он чувствует, как его тело обмякло под этим чертовым мужчиной, что так бесцеремонно заставил его возбудиться.

Руки старшего медленно стягивают с бёдер школьника тонкие шорты вместе с боксёрами, а Чон понимает, как сильно покрывается румянцем, когда губы Кима обхватывают его вставший член. Опьяняюще. Пылко. Страстно.

Стоны вырываются с каждым новым движением Тэхёна, Гук закидывает голову назад, тяжело дыша и запуская руки в волосы старшего, сжимая тонкие пальцы.

Когда Ким в очередной раз проходится по длине языком и чувствует, что младший близится к разрядке, он останавливается, принимая прежнее положение и осторожно переворачивая стройное тело Чона.

Взгляд меняется, ведь перед Тэ снова та же голая, израненная спина. Нет больше той алой крови, криков и сопротивлений. Но есть те больные шрамы, что останутся на прекрасной коже навсегда.

Ким слегка касается спины губами, словно обводя контур каждого шрама, но задерживается, когда видит последний и самый большой. «V»... Его знак. Его личное напоминание о том, что тело принадлежит только ему. Напоминание о прошлом...

Разум возвращается на место, когда младший издаёт протяжное «Тэхён», тем самым прося большего. Большего, чем просто безудержные поцелуи, большего, чем просто близость...

Чонгук, наконец, понял, что безумно хочет этого парня. И Ким исполнил просьбу и, обхватывая бёдра парня коленями, вошел в него, позволив привыкнуть к ощущениям. Гук закусил губу и тихо прошептал что-то, будто подавая знак, чтобы тот продолжил.

Тэхен начинает двигаться, сначала медленно, боясь причинить много боли. Но Чонгуку становится мало, когда он чувствует, насколько это безумно — ощущать Кима в себе, принимать от него влажные, горячие поцелуи и выстанывать его имя в подушку.

Ким прижимается к любимому телу, сплетая их пальцы и мимолётом чмокая того в плечо. Теперь толчки оказываются быстрее, жёстче и требовательнее. Темп срывается, громкие стоны все больше переполняют душную комнату, потные тела льнут друг к другу, а руки сильнее сжимают чужие пальцы.

Ещё несколько резких движений, и оба кончают на белые простыни, выдавая последние, томные вздохи. Тела обессилено валятся на кровать, пытаясь отдышаться. Ким обнимает младшего за плечи, а тот утыкается носом в его грудь, все ещё тяжело хватая воздух.

***

Жизнь для обоих приобретает новый смысл и тогда, когда на утро следующего дня к Чонгуку приходит ещё одна безумная идея:

— Хён, ты же не против, если Джонмин станет нашим сыном?

А Тэ и не смеет сопротивляться. Он сам думал об этом. Пускай, это сумасшествие, но вместе они определённо справятся. В этом Тэхён был уверен.

Именно поэтому, он ничего не отвечает и лишь мило улыбается, чмокая Чонгука в висок и хитро, но по-доброму поглядывая на сидящего рядом ребёнка.

Теперь все точно будет по-другому...

Примечания:

ВАЖНО!

Знаете, хотя история с хакером и закончена и большинство из Вас, наверное, просто дочитают и уйдут (что будет даже немного обидно), однако я настолько полюбила этих персонажей, что не могу гарантировать стопроцентного завершения всей истории в целом. Возможно, как и с альтернативной концовкой, мне вдруг вздумается написать продолжение, возможно, это будет просто PWP или небольшая зарисовка, а возможно, что герои встретятся с еще немалой долей трудностей или же внимание перейдёт на второстепенных персонажей. Если Вам все же, я надеюсь, пришлась по душе данная история, то Вы не забудете проголосовать за главы и оставить Ваш отзыв!^^ Или, что будет еще лучше и приятнее, продолжите следить за обновлениями этого фанфика.~

Я всех Вас очень люблю, правда, и благодарна за то, что уделили время работе. Спасибо большое за это!<3

Upd: идеи для продолжения определённо-таки зародились в моем воображении, хех :) Однако из-за последнего года в школе и усердной подготовки к экзаменам, я, скорее всего, не смогу заниматься продолжением в принципе. Но знаете, думаю, оно точно будет. Единственное, где я буду его публиковать — в этой же работе или оформлять как новую — мне неизвестно. Все же, следите за обновлениями~~