Здесь всегда горячо.
Мороз по коже.
Уже красненькие щёчки Кэтрин обдавал сухой декабрьский ветер. На ресницах оседали хлопья снега, которые то и дело скатывались в ком и мешали смотреть. По сравнению с тёплым утром, можно предположить, что это два отрезка времени из двух совершенно разных дней. На улице значительно потемнело и похолодало. Девушка обвернула ещё раз шарф на шеи и спрятала руки в карманы. Леденящий ветер обжигал её губы в момент, когда она сидела на корточках около могилы Стива.
– Это неимоверно тяжело – жить без тебя. – девушка закусила губы, дабе не расплакаться слишком рано. – Завтра Рождество. К нам домой придут Джордан с дядей. Наверное, будет весело... О, я правда не знаю, как жить! Я делаю вид, что всё хорошо и верю в это. Весь город поступает так же, но это не правильно. Ведь, чёрт возьми, маньяк убивший тебя всё ещё не просто жив. Он на свободе! И кто знает, когда он решит убить следующего. Я не в состоянии понять, почему люди так спокойно на это закрывают глаза. Полиция уже четыре месяца без действует, за это дело брались несколько офицеров и никто не может найти этого психопата убийцу! Я боюсь. Мне страшно, что кто-то ещё может пострадать. Я не готова к очередным похоронам. Я просто не готова, сидеть возле могилы очередного близкого мне человека. Разве это нормально, что в шестнадцать лет я похоронила семь людей, и пять, которых я знала?! Разве так должны проходить мои лучшие годы? Я должна радоваться жизни с друзьями и думать о своём будущем в Нью-Йорке. Но в место этого, производится заказ очередного гроба. Я не хочу такой жизни... – голос Кэт перешёл на крик. – Я просто не готова. – Она успокоилась и приподнялась. Взглянув последний раз на усыпанную снегом землю, где гниём её лучший друг, девушка направилась на автобусную остановку, откуда должна поехать домой.
– Кэтрин Пирс! – раздался из кухни голос мамы девушки, как только так закрыла за собой дверь.
Сняв шапку, шарф, варежки, куртку и зимние кроссовки, Кэт направилась в комнату, откуда недавно раздавался крик матери.
– Привет, мам, – осторожно начала диалог дочь.
– Привет, не хочешь мне кое-что рассказать? – мисс Пирс опустила слегка верхние веки, как и уголки рта, а взгляд был рассеял. Так выглядела печаль. Мать девушки всегда встречала таким выражением лица свою дочь, когда та косячила.
– Нет. – резко и чётко ответила Кэтрин.
– Ладно, давай, я тебе расскажу, – женщина вышла из-за барной стойки и подошла к столу. Нагнувшись она достала большую букву "М", как на МакДаках.
– Вау.
– Это было на нашей крыше. Придя домой, я не заметила букву, но уже собираясь начать праздничный ужин на завтра, в дверь постучали. Я открыла дверь, а там стоит администратор из Мака и начинает верещать на меня, что два подростка украли их букву. И почему, то именно эта буква на крыше нашего дома. Мне пришлось ответить, что это очень странно совпадение.
– Хи-хи. Это не я.
– Точно?
– Да, но раз это буква у нас, значит она у нас и останется. Это моё окончательное решение.
Мать взглянула на девушку махнула рукой и закатила глаза, уходя к себе в комнату.
"Это так волшебно! Снег, праздничная атмосфера, гирлянды по всему городу, холод, семейная теплота и уют. Хочется закутаться в свитер Брюса и испечь яблочный пирог" – пронеслись последние мысли в голове у Эрики. Она взглянула на своего друга, который развешивал новую гирлянду под потолком в холле. Девушка облокотилась на стену и улыбавшись наблюдала за ним. На голове у Брюса была шапка Санты и помпончик сзади очень смешно подпрыгивал, каждый раз, как парень закреплял новую лампочку из всей этой паутинки. Закончив он слез со стула и посмотрел в сторону Эрики. Та невольно покраснела.
Последние приготовления были закончены и на часах уже было почти десять, так рано люди не особо подходили, но всё же лучше было переодеться обоим подросткам.
"Зима – это отстой! Постоянно холодно, горячий шоколад остывает раньше, чем я его достану из микроволновки. А эти тропинки на улицах. Они же все усеяны песком, а тот смешавшись со снегом, образует что-то схожее с поносом! И так по всему городу. О, а этот вальс снежинок над моим носом. Я пройти метр нормально не могу, все глаза в этих противных снежинках. Постоянный гололёд на дорогах, как же это уже бесит! Приходится спать в лосинах и толстовке, лишь бы не замёрзнуть. И это только первый месяц, проклятой зимы. Я этого не вынесу." Кэти могла и дальше рассуждать о противном времени года, если не Кэтрин севшая в машину.
– Привет, уже одиннадцать, а мы всё ещё около моего дома. Брюс с Эрикой нас побьют.
– Это моя вечеринка, – Кэти улыбнулась и нажала на газ. – Пока я не приехала, она ещё не началась.
Где-то между пивом, музыкой, полуголых тел, которые обжимаются друг о друга и нереального количества гирлянд.
– Я так уже в хлам! – Кэти взяла в руку подбородок Джордана. – Прям му-у-ур!
– Я не далеко ушёл от тебя.
– Можно тебе немного рассказать о том, что бесит? – спросила девушка сидя на коленях парня и спустив ноги с подлокотника кресла.
– Давай!
– Мне так надоело уже быть такой классной! Это уже бесят, вот честно. А кто вообще придумал "элиту" и вписал меня туда? И почему я тогда одна в этой группе лучших? Эти вовсе не круто. А знаешь, иногда так хочется найти такого парня, который понимал бы и слушал, а не пялился на твои сиськи! – Кэти сделала глоток из своего стаканчика с неизвестно чем. Вроде, она смешала весь алкоголь в доме, даже добавила сироп от кашля. Ей сейчас было весело. – А мне так не хочется быть как снег. Ну, такой же красивой и такой же холодной. Но увы, мне слишком нравится смотреть на людей как на говно! А ты почему такой серьёзный?
– Я влюблён в одну девушку, а она об этом не знает, – подросток потупил взгляд.
– Хм, разве это не странно? Так много людей тайно влюблены в кого-то и столько людей не знаю, что они объект чьи-то мечтаний, ну или чьё-то дрочки.
– Я хочу ей об этом сказать, но не знаю как...
– Эй! – Девушка шёлкова пальцами перед лицом друга. – Если ты смог до восьми лет верить в Санта Клауса, то поверь, ты сможешь найти в себе силы и поверить в себя хоть на пять секунд, давай, иди к ней! Ты справишься!
Джордан аккуратно взял Кэти на руки встал с кресла, повернутся и положил подругу в той же позе обратно, а сам пошёл в глубь дома.
– За тебя, Санта Класус, конченный ты извращенец-старикашка! – Стюарт подняла руку со стаканчиком вверх к потолку и за тем впила, болтая ногами, которые попрежнему свешивались с подлокотника кресла в гостинной.
– Кэт! – окликнул девушку Джордан, пробиравшись через толпу знакомых и не очень людей.
– Да? – Кэтрин резко развернулась и её волосы сделали мини-вихрь, отлетая от одного плеча к другом. (Я сама не поняла, что написала)
– Давай поговорим, но не здесь. Слишком шумно.
– Ладно.
Поднявшись на второй этаж, где музыка была не столь раздражающе громко. Джордан решил начать своё признание:
– Кэтрин Пирс, я помню, как мы познакомились. Это был чудесный день в парке. Я помню, как мы впервые поцеловались у тебя на Дне Рождении. Эти был чудесный поцелуй. Я помню всё и никогда не забуду.
– К чему ты?! – от девушки явно попахивало алкоголем и чей-то блевотиной.
– Я хочу, поцеловать тебя. Я хочу, держать тебя за руку, когда мне вздумается. Я хочу, провозить тебя до дома поздней ночью и обнимать на прощанье, желая сладких снов. Я хочу, смотреть с тобой мелодрамы и драться подушками. Я хочу, писать тебе случайные и глупые тексты. Я хочу, играть с твоими волосами. Хочу, спорить с тобой обо всём. Хочу, танцевать с тобой. Хочу, заставлять тебя улыбаться в любое время. Хочу, знать, что происходит у тебя в голове и хочу, знать твои мысли. Я хочу тебя.
– Это о-о-о-очень мило-о-о-о-о. Но завтра я не буду об этом помнить. В самостоятельно стояла на шестидесяти литровой бочке пива пятьдесят секунд и никто мне не держал ноги. А потом я играла в пи-и-ивной понг с Бернадетт и выиграла. Зате-е-е-ем я играла в бухую бутылочку с какими-то людьми, я просто уже не различаю лиц. А после того, как я втянула носом пятьдесят граммов вадки, вообще поплыла-а-а-а. И кисунь, во-о-о-от честно, я не знаю кто т-ы-ы-ы. – Кэтрин похлопала Джордан по щеке и хотела что-то сказать как на первом этаже раздался шум. – О, вечеринка продолжается! За мной, мой Стич!
Джордан стоял в оцепенении.
Спустившись кое-как по лестнице и при этом не убившись, перед Кэтрин открылась картина, которую она кстати и не особо понимала.
По середине комнаты стояла Хейли Болтон, а над её головой был перевёрнутый стаканчик Кэти. Содержимое было на самой Хейл.
– Проваливай отсюда, дрянь! – прокричала Кэти и толкнула в плечо девушку. Та отшатнулась назад и на кого-то налетела. Позади стоящему человек не понравилось, что кто-то трётся об него своим липким от алкоголем телом. И этот человек выливает свой стакан с пивом. Этот пример вдохновил почти всю толпу в комнате и все начали выливать на девушку содержимое стаканов. При этом смеялись и показывали пальцами на то, как Хейли вся в слезах и вся мокрая пыталась убежать от сюда. Но перед несколькими метрами от двери она споткнулась о чью-то подножку и упала на пол. Поднимаясь на слышала все насмешки и видела эти отвратительные лица. А они смеялись, не помогая встать.
К Кэти подскочила Эрика и начала свои наезды:
– Какого чёрта, Стюарт?! Это вообще не нормально! Ты хоть адекватная, чёртова психичка? За чем ты так с ней поступила? Тебе мало в школе над ней издёвок? Ты постоянно её там унижала!
– Её сюда никто не звал! Всем приглашённым было отправлено сообщение: "Зовите всех, НО НИ КАКОЙ ШЛЮХИ-ХЕЙЛИ!" Разве я много прошу?
Эрика лишь только вздохнула и ответила:
– Сегодня ты повела себя как самая отвратительная мразь на Земле. Пусть тебе будет стыдно. – Все произнесённые слова были, сказаны так спокойно, что Кэти немного удивилась.
Брюс проверял комнаты на верхнем этаже, дабы помочь, если кто-то пострадал и сфоткать его. Пройдя мимо стеклянных дверей балкона, парень увидел силуэт. Открыв дверь, его сразу обдал ледяной воздух.
– Заходи в нутрь! – крикнул тот, пытаясь быть громче вьюги, которая бушевала уже второй час.
– Может, я хотела бы умереть, а может, я уже мертва.
– Не глупи, Эрика! – на лице подростка начал прорисовываться гнев. Брови были опущены, а рот закрыл и сужены губы.
– Мой труп был бы таким же холодным.
– Не холоднее сердца Кэти. Всё заходи, – парень вытянул руку и схватил кисть подруги. Притянув к себе, он вышел и закрыл дверь балкона.
– Может, я слишком мало выпила?
– Может.
Сидя на столе первого этажа, Эрика пила какую-то жидкость, что разливалась по всему телу теплом. Как со спины раздался треск бьющегося стекла. Полностью стеклянная стена была разбита, а Эрику схватили сзади за шею и поволокли по полу полного стекла.
– Отпусти! На помощь!!! – кричала девушка, когда пришла в себя, но она уже была на улице.
Во всём доме прекратила играть музыка и всё скопление народа собрались на кухни и лишь смотрели на происходящее.
– Какого чёрта вы бездействуете, а он забирает мою славу на МОЕЙ же вечеринке?! – Кэти была не на шутку рассержена. – Никто не смеет так врываться сюда и обижать моих друзей.
Сорвавшись с места, она оказалась около человека под чёрным капюшоном и очень резко толкнула. Маньяк от неожиданности упал на снег, как и стаканчик Кэти. Облив его остатками. Девушка помогла встать Эрике и они собирались уже бежать в дом, как убийца схватил одну из них за ногу. Другая увидела это и ударила своей ногой в лицо наподдавшему.
Эрика уже была внутри дома, как человек под капюшоном снова нагнал Кэти. Схватив за запястье, он начал тащить её куда-то. Кэти начала бороться.
Но тут произошло возгорание. Маньяк загорелся. Он просто стоял и горел. Все были в шоке. Как и полицейский опрашивающий о происходящем через несколько десятков минут.
– Ну, он как бы сам намекал на поджарку. Оделся в легко воспламеняемую одежду.
– Если бы он не хотел оказаться горящим – остался бы дома.
– Вероятно, это из-за пролитого алкоголя Кэти. Огонь чрезвычайно воспламеняющийся.
– Это законное инферно, тело мужчины способно потушить само себя, а он не тушил. Он хотел сгореть.
– Сыграете со мной в пьяный понг и посмотрите мои трусики?
– Он мог упасть на снег и кататься, дабы потушить себя, но он стоял.
– Я уверен, он сам поджог себя, просто лжёт об этом. Типично.
– Пора носить огнеупорную одежду и учиться пользоваться огнетушителем.
– А чего он ожидал придя на мою вечеринку. Здесь всегда горячо.
– Эго родители должна были научить его, что убивать людей – плохо. Пусть теперь знает последствия.
Обугленное тело лежало в чёрном мешке для трупов. Его повезли на экспертизу. А школьники были развезены по домам и им родителям была прочитана лекция о детском алкоголизме.
Джордан сидел в ванное душевой, когда в его голову пришла тупая идея.
FeceTime пять часов утра:
~ Привет, Кэти!
~ Какого чёрта? Ты что в ванной? Ты же голый!
~ Я больше голодный, чем голый. Я слышал твои слова, когда ты побежала спасать Эрику. Я рад, что мы твои друзья.
~ Нет! Я спасала себя, а не из-за дружеских чувств.
~ Точно?
~ Ну, может ещё потому что Эрика до этого назвала меня, цитирую: "самая отвратительная мразь на Земле". Я должна была доказать обратное.
~ Я горжусь тобой.
~ Ты очень мило улыбаешься, когда гордишься мной. Как прошло с девушкой?
~ Я ей сказал, что нуждаюсь в ней, а она была слишком бухая. Похлеще Кэтрин.
~ О, Вау! Я думала Кэт самая подвыпившая была.
~ Вспомнишь, так вот и явиться. Кэтрин в общий чат пишет.
~ Пошли читать. Пока.
~ Пока.
Чат:
Katrine: У меня была паническая атака из-
за кинутого в моё окно снежка😐
Kati: Омг😹😹
Это так типично уже для тебя
Jordan: 💁🏽💁🏽💁🏽
Панические атаки – твоё всё💦
Ты без них не ты
Katrine: очень смешно...
Смотрите😻
Вот за это я люблю зиму
Я проснулась из-за снежка
посреди ночи и выглянув из окна,
увидела это
Так прекрасно и тихо😌😌
И я понятия не имею, что
происходит вокруг, но я в коконе
спокойствия, когда смотрю на это
Kati: Ебучая бабочка в коконе, бля
Katrine: я даже думаю, что это настоящее
Мне так комфортно зимой
Не матерись на меня
Kati: это так темно для пяти утра
Раньше мы в такое время встречали
рассвет
Ммм
Зацените моё
ГДЕ МОЙ ЧЁРТОВ СНЕГ?!
Jordan: у меня вопрос куда интересней
КЭТРИН, КОГДА ТЫ УСПЕЛА
ПРОТРЕЗВЕТЬ??????
Katrine: ледяной душ от мамы помог...
Как и её крики на меня
Kati: 😹😹😹😹😹😹😹😹😹😹
Jordan: лузер💩💩💩
Моё правило – больше двух тысяч слов, до сих пор в силе💁🏽🌚