Глава 7.Треск костей и запах крови.

(Раннее...)

Лес дышал холодом, когда Тэхён поднял взгляд на Чонгука.

После всех встреч, всех намёков, всех тянущихся взглядов — пауза между ними стала слишком натянутой, как тетива.

Чонгук шагнул ближе.

Его рука легла Тэхёну на щёку — горячая, сильная, уверенная.

Он смотрел прямо в глаза, будто пытался прочитать самые скрытые мысли.

— Если скажешь "стоп" — я остановлюсь, — тихо произнёс Чонгук, но голос его дрогнул от желания.

Тэхён не сказал.

Он только сделал крошечный вдох.

Этого хватило.

Чонгук наклонился, поймал его губы — сначала мягко, как будто боялся спугнуть.

Но через секунду поцелуй стал глубже, настойчивее, горячее.

Пальцы Чонгука скользнули к затылку Тэхёна, удерживая, притягивая ближе.

У Тэхёна закружилась голова — от запаха, от тепла, от силы, которая будто накрыла сверху.

Он отвечал — осторожно, но искренне.

В груди что-то дрогнуло, впервые позволив себе слабость.

И в этот момент — хруст ветки.

***

(Сейчас...)

Тэхён резко оторвался.

Чонгук так же мгновенно развёрнулся, поставив его себе за спину.

— Интересная картина.

Голос, знакомый до боли.

Тэхён застыл.

Из тени вышел Джин.

Его взгляд был ледяным.

Безумно спокойным.

Таким спокойным, что стало страшнее, чем если бы он рычал.

— Значит, вот чем вы тут занимаетесь, — медленно проговорил Джин, глядя прямо на Чонгука. — Похитил моего омегу? Или он сам не прочь быть украденным?

Тэхён шагнул вперёд, но Чонгук выставил руку, не давая.

Джин дернулся — резкий, звериный жест.

— Отойди от него, Чонгук. Сейчас же.

— Нет, — коротко бросил альфа.

И всё.

Хватило одного слова, чтобы мир вокруг сорвался вниз.

Джин напал первым — стремительно, бесконтрольно, хищник, что наконец нашёл добычу.

Чонгук встретил удар в бок, но второй пропустил — лапа Джина врезалась в пасть, заставив голову Чонгука резко повернуться.

Тэхён вскрикнул, но его голос утонул в рычании.

Чонгук перешёл в атаку.

Два альфы — сильных, безумно ревнивых — столкнулись так, что воздух взвыл.

Они не дрались — разрывали друг друга.

Чонгук ударил Джина в грудь, отбросив его к дереву.

Тот, словно не почувствовав боли, рванулся снова — когти рвали шерсть в клочья, звериная ярость рвалась наружу.

Схватились.

Свалились на землю.

Перекат.

Чонгук сверху — удар.

Джин снизу — ответный.

Листья взлетали от каждого столкновения.

Кровь брызнула на мох.

— Он!Не!Твой! — зарычал Чонгук, снова вдавливая Джина в землю.

— Он Мой по праву стаи! — выдохнул Джин, перехватывая мощный удар лапы.

Они катились, как два хищника, не способные остановиться.

Тэхён стоял в ступоре.

Каждый удар отзывался в груди.

Он хотел вмешаться... но понимал — это будет смертельно опасно.

Бой закончился внезапно.

Джин, будто черпая силы из ярости, поднялся первым.

Схватил Чонгука за шею, впечатал в ствол дерева так, что тот закашлялся.

— Ещё раз прикоснёшся к нему... — прошипел он, дыхание обжигающе горячее. — Я вырву тебе глотку.

Чонгук, даже задыхаясь, улыбнулся уголком губ — дерзко.

— Попробуй.

Джин занёс лапу для нового удара —

— ДЖИН! — сорвалось у Тэхёна.

Это остановило.

Лишь на мгновение.

Но этого хватило, чтобы Джин метнул последний взгляд на Чонгука — яростный, предупреждающий — и развернулся к Тэхёну.

Так, будто закрывал своей тенью.

— Мы уходим, — резко бросил он, даже не посмотрев на Чонгука.

Чонгук сделал шаг вперёд, но Джин рыкнул — низко, угрожающе, готовый снова броситься.

Тэхён вырвался — но Джин мгновенно схватил его за плечи, потянул ближе, почти прижав к себе.

— Не вынуждай меня, Тэхён, — прошептал он. — Сегодня я и так на грани.

Его голос дрожал.

Не от боли — от ярости.

***

Когда они вошли в шатёр, запах гнева буквально давил на грудь.

Джин отпустил его только внутри.

Закрыл вход.

Повернулся медленно, как зверь, который контролирует себя кое-как.

Тэхён сделал шаг назад.

— Ты хочешь объяснить? — тихо спросил Джин.

Голос был тихий, но в каждом слове — угроза.

Тэхён молчал.

Джин подошёл ближе.

Ещё.

Пока Тэхён не упёрся спиной в стену комнаты.

Альфа положил ладони по обе стороны от его головы, заперев.

— Он поцеловал тебя.

— ...

— И ты ответил.

Тэхён сглотнул — медленно, почти болезненно.

Его дыхание сбилось.

Джин взял его за подбородок — жёстко, но не причиняя вреда — и заставил поднять глаза.

— Смотри на меня.

Тэхён поднял взгляд.

В глазах Джина горело что-то опасное, собственническое, глубокое.

— Ты принадлежишь моей стае.

Сказано было низко, почти хрипло.

— Ты принадлежишь мне, пока я не отпущу.

Ещё ближе — их дыхания смешались.

— И я.Не.Отпущу.

Тэхён задержал дыхание.

От страха?

От злости?

От того, что в душе давно всё перепуталось?

Он не знал.

Джин почувствовал это — и наклонился к уху, почти касаясь кожей.

— Забудь его.

Тон — властный.

Холодный.

— Ты не понимаешь, во что тебя втянули.

Пауза.

— И я не позволю, чтобы кто-то ещё держал тебя за горло так, как хочу держать я.

Тэхён дрогнул.

Джин отступил всего на шаг — но хватило этого, чтобы воздух разорвался.

Он оставил Тэхёна стоять, прижатого к стене, и только бросил через плечо:

— Завтра поговорим.

Сегодня... я не уверен, что смогу сдерживаться.

Он вышел.

Тэхён остался один.

С дрожащими пальцами.

С сердцем, которое билось как сумашедшее.

С ощущением, что ночь только начинается — и ничем хорошим она не закончится.