Среда, 21 октября
- Мы сразу к нему тогда приехали, - произносит Наён, глядя на чашку с дымящимся кофе Хёнджина.
- Мы тоже ездили, в пятницу, - Хван ставит перед девушкой тарелку с кукси. - Тебе надо поесть.
Наён и Хёнджин говорят впервые за целую неделю. И так обыденно, словно не было никаких размолвок. Они просто не виделись, несмотря на то, что вместе живут, ведь Хван рано уходит на учёбу, после где-то пропадает с Феликсом, а домой приходит поздно или не приходит вовсе. Ким же не появляется в университете: Чан обещал достать ей справку из больницы, по легенде она вывихнула лодыжку. Они ездили к Сонхуну ещё раз, тогда он был не с Сонхва и ребята рассказали о своих подозрениях по поводу старшего брата. Парень побледнел моментально, заплакал, однако отрицать сказанное не стал.
- Уён по прежнему слаб.
- Но он хоть что-то помнит?
- Только, что их было двое.
- Это я тоже слышал... ну... а как у тебя с Минхо? Когда ты ездила к нему?
- Вчера, - после её первого посещения она решила, что ездить каждый день в тюрьму будет глупо и навязчиво, да и не к чему. - В четверг, в субботу и вчера, - девушка не говорит, что именно вчера Минхо сказал ей больше не приходить, без объяснений бросил трубку и ушёл, даже не оборачиваясь. - Он типа... держится? Мы почти не обсуждаем дело.
- Что насчёт суда? Чан сказал всё же господин Ли добился этого.
- Да, нас могут вызвать.
- Ну... а ты?
- Что я?
- Как ты?
- А, я то, - Наён грустно улыбается. - Переживаю много. Успокаиваюсь, когда не вижу Минхо, не думаю о том, что с ним случилось.
- Ты не хочешь, ну... немного отвлечься? Мы бы могли заказать еды и устроить вечер кино, как раньше, - Хёнджин сидит рядом, поэтому с лёгкостью накрывает широкой ладонью холодные пальцы Наён, а после немного неуверенно добавляет: - Ты и я.
- А Феликс?
- Иногда и нам нужно передохнуть друг от друга, мы и так неразлучны. Уверен, он не будет против.
- Хорошо, - она кладёт вторую руку поверх Хёнджина.
- И прости меня, что сомневался. На самом деле я тоже не верю, что Минхо мог бы...
- Что так изменило твоё мнение?
- Наверное, встреча с ним.
- Стоп, так ты ездил к нему? Почему только сейчас говоришь?
- Не знаю. Мне всё ещё стыдно перед вами обоими. Мы с Феликсом были слишком шокированы, даже не знаю, что сподвигло нас поверить в виновность хёна.
- Ладно, проехали, - Наён отправляет в рот ложку супа. - После завтрака я собиралась навестить Уёна.
- Значит поедем вместе, я тоже хотел.
Покончив со всеми утренними ритуалами и сборами Наён и Хёнджин садятся в полупустой автобус, что ведёт прямиком к городской больнице, в которой запах лекарств и хлорметана раздражает сознание, а заодно и слизистую носа. Такой аромат всегда наводит тоску, пробуждает ощущение чего-то плохого, тоскливого или даже ужасного, однако у Хвана настроение прекрасное, он искренне рад, что Уёну гораздо лучше: тот даже встал с кровати, чтобы поприветствовать друзей, правда тут же получил выговор от своей матери.
- Почему вы не на учёбе? - удивлённо произносит Чон, когда Наён и Хёнджин оказываются в его палате.
- Сегодня какой-то праздник, - Хван жмёт плечами. - Не знаю, все студенты не учатся.
- Вы не обязаны чуть ли не каждый день сюда мотаться, - со скромной улыбкой говорит Уён.
- Не обязаны, - соглашается девушка. - Просто хотим.
- Ну как ты, хён?
- Как? Да я через пару дней на скейте смогу трюкачить, - его бодрость радует.
- Я тебе потрюкачу! - мама его утрирования не одобряет, устало встаёт с кресла. - Вы поболтайте, пойду выпью кофе.
- Да, - Хёнджин и Наён одновременно поклонившись, оказываются на кровати Уёна стоит женщине выйти.
- Как у вас дела? Что нового?
- Да ничего, - жмёт плечами Хван. - На вечеринки не ходим, скучно там без тебя, выздоравливай побыстрее.
- А как с учёбой?
- Наён пропускает универ.
- В смысле? Почему?
- Ой, заткнись, - Ким легонько толкает блондина в плечо. - Завтра уже пойду. Ты лучше расскажи как сам, тебя не мучают врачи? Не достают копы? Хорошо кушаешь?
- Врачи только пичкают капельницей и меняются повязки. Копы после того раза больше не приходили. Кушаю хорошо, не волнуйся, - он шутливо треплет Наён по голове. - Сама то? Кажется и щёки совсем пропали.
- Ну и хорошо, Хёнджин вечно говорит, что я жирная.
- Чё-ё? - протягивает Хёнджин, не забывая состороить нужную гримасу.
- Он вечно жрёт мою еду.
- Ты похудела потому что он жрёт твою еду? - не перестаёт улыбаться Уён.
- Какую, блин, еду? - шипит Хван. - Ты называешь конфеты и шоколадки едой?
- Не важно, суть одна - ты всегда это съедаешь, - Хёнджин в ответ на это лишь закатывает тёмные глаза, а Уён смеётся; Наён этот смех нравится, она правда счастлива, что парень почти невридим. - Я рада что тебе лучше, - она берёт его за руку. - Выздоравливай скорее.
- Спасибо. И спасибо, что навещаете.
- Глупости, - Хёнджин слегка приобнимает парня, когда дверь в палату открывается и на пороге появляется Ксэюн, за ней вальяжной походкой входит Сан.
- Оппа, привет! - добродушно улыбается девушка. - Ребята? И вы здесь? - она по очереди обнимает Наён и Хёнджина. - Я принесла тебе твои тупые книжки.
- Тупые книжки? - морщится Уён. - Зачем так сурово?
- Потому что я их еле дотащила!
- Вот как, - вмешивается Сан. - Прям сама тащила?
- Ну ладно... мне Сан-оппа помог. Но это ничего не меняет, ты даже на больничном учиться собрался.
- А как же, сестричка, я ведь хочу всё успевать, - Уён благодарен и даже счастлив, несмотря на острые боли по всему телу; он рад, что сразу несколько друзей пришли его навестить, а в девять утра и вовсе заезжали Бан Чан и Чанбин, поэтому прилив сил у парня был изрядный.
Они ещё болтают на какие-то свободные темы, шутят, пока из кармана Наён не раздаётся громкий сигнал телефона. На экране краткое "Чан" и девушка выходит из палаты, отвечая:
- Привет.
- Привет, Наён, - голос Чана звучит как обычно, не грустно, не весело, а вполне обыденно, поэтому догадаться почему он звонит трудно. - Как дела? Что делаешь?
- Странно, ты никогда не задаёшь таких вопросов да и звонишь только по делу. Что случилось?
- Суда не будет.
- Что? - девушку дёргает и она повышает голос. - Какого чёрта? Почему?
- Эй, не кипятись, слушай, - Чану кажется он слышит как по ту сторону трубки участился пульс Наён от злости. - Всё хорошо. Минхо отпускают.
- Эм... - Наён в замешательстве, хотя чувство внезапной эйфории окутывает её крошечное сердечко. - Отпускают? Когда? С чего бы?
- Ты сейчас сидишь?
- Нет...
- Сядь. Потому что лично я охуел, когда узнал. А ещё мы с тобой красавчики, поэтому не забудь дать пять при встрече.
- А может ты перестаешь говорить загадками, м?
- Слышу как ты сгораешь от любопытства. Давай так - через полчаса будь у домика Минхоши, пока будем его ждать расскажу.
- Я Хёнджина возьму?
- Прекрасная идея, а я Феликса. Хотя тогда им навряд ли будет дело до чего-то ещё кроме друг друга.
- Ох, Чан, завидуй молча. Всё, давай, до встречи.
Несдерживаемая радость превращается в смех, Наён тихо пищит в свои ладони, зажмурив глаза, а потом облегчённо вздыхает. Ей хочется обнять всех вокруг, потому что внезапный прилив эндорфинов разрывает её изнутри. С ослепительной улыбкой она возвращается в палату Уёна, чем вводит остальных в ступор.
- Кто звонил? - интересуется Хёнджин.
- Да, так. Хорошие новости, пока не буду рассказывать, простите.
- Интригантка, - Уён смотрит по доброму, а девушка лишь подходит к нему и ласково обнимает, помня про свежие швы. - Уже уходишь?
- Завтра после пар приеду, обещаю. Поправляйся! - она также обнимает Ксэюн, кивает Сану и смотрит на Хёнджина: тот улавливает всё находу, тоже прощается с друзьями и выходит вслед за подругой.
- Может наконец скажешь, что случилось?
- Пока сама не знаю, - они идут по белоснежному коридору, пока Наён попутно вызывет такси до Чонно. - Чан звонил, он сказал Минхо едет домой, его отпустили вроде как.
- Что? - Хёнджин на секунду останавливается. - Подожди, значит нашли настоящего преступника?
- Об этом Чан обещал рассказать, шевели булочками, Хван Хёнджин, - девушка волнуется от предстоящей встречи с Минхо, не знает, что скажет, хотя, наверное, стоит только обнять и всё; он чётко дал понять, что не хочет больше её видеть, однако не сказал в чём причина. Пусть Наён сама спровоцировала такой разговор, обида по вискам бьёт прозрачным молотом.
// его полупрозрачное отражение в чистом стемалите вызывало зрительной боли больше него самого. по глазам красным и потерянным было понятно сразу, что он нуждается в помощи, в помощи врачей тоже. десятый день в холодном и сером месте его уничтожает, потому что эмоционально не уравновешен, болен и жаль себя от того, что держат здесь ни за что, а с другой стороны он и рад наказание нести - из-за него человек едва не погиб.
- зачем ты опять здесь? - тихий голос человека донёсся из оранжевой грязной трубки хриплым эхом.
- думала тебе легче, когда кто-то приходит, - она ответила так же тихо, сводя глаза с карих напротив на ссадины на руках парня. - если хочешь не буду...
- хочу, - прерывистый краткий ответ настолько, что лишь ямочка над губой дрогнула.
- скажи почему? - она смотрела на его руки, с негодованием рассматривала ушибы и раны на сгибе пястных костей и фаланг: опять бил в стены кулаками.
- просто не приезжай больше, - одним резким движением он повесил трубку на телефон справа, посмотрел так, словно ненависти полон и ушёл через толстую дверь. //
- Эй, - Хёнджин трогает девушку за рукав, когда до места назначения остаётся меньше двух минут. - Ты в порядке?
- Просто задумалась, - Наён переводит взгляд на парня, а у самой щека блестит от солёной слезы.
- Чего плачешь? - внимательный Хван мог сделать вид, что не заметил, но не стал; любопытно.
- Ничего, - девушка и не заметила, как дала волю эмоциям, пальцем по лицу своему проводит, смотрит недоуменно.
- Раньше мы всё друг другу рассказывали, а сейчас ты другая стала, - Хёнджин немного обиженно отворачивается к окну.
- Извини, просто чувствую себя дурой.
- Почему?
- Я вчера была у Минхо, - она решает, что парень прав, да и выговориться ей весьма хочется. - Он просил больше не приходить.
- Что произошло?
- Ничего, думаю просто он такой. Я много читала о "прл" и мне кажется отсутствие свободы так сильно влияет на его поведение, как будто эта хрень проявляется ещё больше, чем раньше.
- Конечно, у любого крыша поедет, если в тюрягу без вины посадить, а у хёна и так проблемы.
- Я сравнивала его поведение с тем, что читала про эту болезнь. Знаешь, говорят такие люди мгновенно меняют своё мнение по поводу других, им трудно понять, что они ценят или чего хотят, - Наён опускает глаза на экран своего телефона. - Может поэтому Минхо иногда добр, а иногда так холоден со мной?
- Думаю ты права, - соглашается Хёнджин, беря Наён за руку, автомобиль паркуется, и таксист их прерывает.
- Здесь?
- Да, аджосси, - отвечает ему девушка и тут же смотрит Хвану в глаза. - Я готова ко всему, а когда ты ко всему готова, становится легче жить.
Они выходят из машины прямо в объятия Феликса, что буквально светится. Парень кратко целует Хёнджина в губы, обнимает Наён, при этом повторяет одно и то же:
- Я так рад! Так рад, что хёна выпускают. Хёна выпускают, блин, я так рад.
Чан сидит на ветхой скамье прямо у высокоэтажного здания и следит на остальными с улыбкой на лице. Первая к нему подходит Наён.
- Ну, садись, - предлагает Чан.
- Расскажи всё, - Наён на приглашение не отвечает, готовая слушать внимательно.
- Какая ты... - парень вздыхает недовольно, но просьбу выполняет. - Да рассказывать в принципе и нечего. Ночью Хонджун в участок явился, сознался во всём и Сонхва спалил.
- Чего? - изумившись, Наён всё-таки решает сесть рядом с Чаном. - А кто такой Хонджун?
- Ну... я с ним пару раз пересекался, выяснил сегодня, что он близкий друг Пака. Уёник говорил же, что этих пидорасов двое было, вот пожалуйста. Избили пацана, порезали. Думали помрёт, а он выжил.
- Значит мы оказались правы?
- Ага, - он кивает и протягивает ей поднятую ладонь, оттопырив пальцы. - Давай пять!
- Сонхва хотел Минхо за решётку из-за Сонхуна посадить? - девушка жест игнорирует, на что Бан снова вздыхает, опустив руку.
- Ага. Самое интересное никто не знал об этом.
- Подожди, а нож?
- Да это же херня, девочка, - усмехается Чан. - Он у Минхо аккуратно его из дома спиздил, ну, тогда. Помнишь? Когда Хо с Джинни поцапались.
- Я всё равно не понимаю... Уён им то что сделал?
- В том то и дело, что ничего. Они знали, что у него с Минхо, скажем... натянутые отношения. Они всегда друг друга недолюбливали.
- И почему он вдруг признался? Этот Хонджун.
- Та я ебу? Видимо совесть замучала. Но я считаю он не знал, что Уён выжил, а как узнал решил сознаться, - Чан бросает взгляд куда-то за Наён. - Минхоша едет, - девушка оборачивается и видит чёрный "бэнтли мюлзан", а Чан добавляет. - Не убийцы они, просто дибилы заигравшиеся.
- Их посадили? - девушка снова смотрит на Бана.
- Ну наверно ж...
- В смысле "наверно"? Они опасны.
- Да не ссы, Наёся, - парень треплет её по плечу и встаёт.
Господин Ли останавливается рядом с "астоном" Чана, и выходит первым. Друзья кланяются ему, ожидая когда Минхо тоже откроет дверь, однако парень не торопится - словно не домой приехал. Тогда Чан берёт инициативу на себя, стучит костяшками пальцев по стеклу, вынуждая на него посмотреть. Тот неуверенно поднимает глаза и щелкает мягкую ручку. Бан Чан тут же друга в медвежьи объятия заключает, не даёт и пошевелиться, обнимает так крепко, что у него кажется кости хрустят во всём теле.
- Хён, - возмущённо хрипит Минхо, когда понимает что у него ноги от земли оторваны. - Придушишь...
- Мой Минхоша! - парень наконец хватку ослабляет, ладонями обхватывает лицо Ли и тянет к себе, чтоб смачно в губы чмокнуть, однако тот быстро уворачивается, поэтому получает поцелуй куда-то в ухо.
- Фу, хён, - не зная почему Минхо наконец улыбается, даже слегка хихикает.
- Просто рад, что ты наконец-то дома!
- Ладно, - парень хлопает друга по лопатке и тот отходит, позволяя Феликсу и Хёнджину тоже обнять своего хёна.
- Я так рад! Так рад! - верещит Феликс, бросаясь старшему на шею и повиснув на нём. - Как хорошо, что тебя отпустили!
- Да, - парень отвечает, уголками губ улыбается, но едва отстранившись тут же попадает в объятия Хвана, который почти пополам согнувшись сцепляет руки на талии Минхо.
- Ладно, ладно вам, - прерывает их Чан, закидывая руку на плечо Минхо. - Остыньте, а то он подумает мы его в своё голубое озерцо тянем.
- Реально, - кивает Минхо. - Все мои друзья спидорасились, как мне реагировать?
- Прям обидно, Минхоша.
- Зато честно, - только сейчас Минхо встречается взглядом с Наён, которая сидя на скамье покорно ждёт, когда парни остудят свой пыл, и словно ловя её мысли они отходят от Минхо.
У девушки все остальные чувства отключаются, она как во сне вскакивает с места на ватных ногах и к Ли подбегает, чуть ли с ног не сбивая. Руками обвивает тёплое тело, прижимается щекой к широкой груди. Тот растерянно пальцами по ткани её платья на лопатках касается, останавливает ладони на плечах. Аромат лавандового кондиционера для белья приятно бьёт Наён в нос, от него почему-то становится уютно и спокойно на душе, однако Минхо спустя секунд двадцать легонько девушку отстраняет, отодвигается и даже не смотрит, словно они незнакомцы. Ей крайне неприятна такая реакция, но она, конечно же, этого не показывает. Хочется опять засыпать парня вопросами: почему он так поступает с ней? Почему ведёт так, будто они совсем чужие? Неужели так сложно быть немножечко добрее к её чувствам? Она не просит на них отвечать, лишь нежности совсем толику желает получить, но всё тщетно. Видя неловкость между двумя друзьями, Чан подходит к ним, натянуто улыбается Наён, сомкнув губы в тонкую линию и толкает парня к дверям подъезда.
- Ему надо в порядок привести и мысли, и себя любимого, - шутливо поясняет Чан, не забыв одарить и Феликса, и Хёнджина взглядом тоже. - Увидимся потом, да?
- Ага, - кивает Хван. - Пока! - он смотрит на Наён, которая глаза закрывает, восстанавливая пульс. - Всё норм? - она смотрит на друга, почти незаметно кивает и уходит по асфальтированной дорожке в сторону автобусной остановки; Хёнджин переглядывается с возлюбленным и они идут следом.
Погода стоит ясная, солнечная. Феликс не прочь прогуляться, предлагает остальным, однако Наён всё время молчит, а Хёнджин отказывается, ссылаясь на "какие-то важные дела". Всю дорогу они едут молча, Ли выходит на своей остановке, поцеловав парня в щёку, и коснувшись ладони весьма расстроенной Наён. По возвращении домой она долго принимает душ, в голове всё ещё мысли о Ли Минхо: она решает, что ей пора смириться и забыть.
В конце концов да, они пару раз прогулялись, пару раз поцеловались и ничего более. Ей стоит отпустить человека, который крепко сжал её сердце, это тяжело и практически невозможно, но время лечит, Наён уверена.
Она выходит из ванной комнаты в одном полотенце и едва ли не врезается в лучшего друга.
- Я скачал третий сезон "Очень странных дел", - Хёнджин смотрит на Наён, на то как с её длинных волос по голым плечам стекают капли воды, от девушки приторно пахнет кокосовым молоком; ему нравится. - Какую еду закажем?
- Ох, - Наён совсем забыла, что они собирались провести этот вечер вдвоём, хлопает ресницами. - Но ты же не любишь этот сериал? - она знает, что Хван ужасы ненавидит и с тёплой улыбкой добавляет: - Трусишка.
- Ну знаешь, иногда можно и посмотреть.
- Ладно... тогда давай просто закажем пиццы и какой-нибудь ещё гадости?
- Типа колы и картошки-фри?
- Ага.
- Ладно, - он кивает, ещё раз бросив взгляд на обнажённые плечи и уходит в гостиную, а Наён спешит к себе, чтобы натянуть какую-нибудь растянутую кофту и старые шорты.
В половине пятого Хёнджин, удобно устроив голову на подушке у бёдер Наён привстаёт на локтях, чтобы сделать глоток воды.
- Наён?
- М?
Парень кладёт подушку уже на ноги девушки, и ложится так, чтобы она видела его лицо.
- Ты очень красивая.
- Ударился?
Хёнджин не знает почему сказал это. Ему просто не нравится видеть подругу в таком состоянии, хотелось увидеть её улыбку. Ещё Хёнджину очень хотелось бы, чтобы они говорили как прежде, чтоб всё было, как было раньше, до всего.
- Нет.
Наён на Хвана даже не смотрит. Отвлечься от происходящего вокруг сериалом от "нетфликс" действительно хорошая идея, но Хёнджин продолжает, глядит неоднозначно, и девушка сдаётся.
- Ну чего?
Ответом становится какой-то смазанный и короткий поцелуй в губы, детский и ненавязчивый; словно они восьмиклассники, которых застукали в раздевалке. Отстранившись, Хёнджин пытается понять эмоции девушки, но та лишь усмехается и отводит глаза к экрану.
- Просто хотел тебя поцеловать.
- Дурачок.
Хёнджин голову обратно кладёт и тоже к телевизору отворачивается, будто бы то, что он сейчас сделал было чем-то вроде утреннего кофе, обыденным, повседневным и заурядным. Спустя половину серии он засыпает.
Когда на улице начинает темнеть, Наён осторожно пытается встать из под невнятно бурчащего Хёнджина. Она аккуратно поправляет подушку под ним, тащит с другого края флисовый плед и накрывает им парня, который, кажется, даже не выходил из состояния глубокого сна. Девушка делает несколько глотков колы, убавляет звук на телевизоре и идёт к окну, что находится возле входной двери. Из за невысоких ворот пустынную улицу можно оглядеть спокойно. Наён смотрит на небо, в котором прячутся облака и светлеет растущая луна, затем обращает внимание на проезжающий мимо автомобиль и сердце пропускает удар. Злосчастный "хёндай акцент" цвета отполированного металла паркуется у магазина напротив, и ноги сами несут девушку к двери. Настолько взбудоражена, что не тратит время на элементарные сборы - волосы собраны в неаккуратный пучок, из одежды - растянутый синий свитшот и чёрные шорты; она надевает сверху холщовую куртку и обувает кроссовки, бежит за двор, надеясь, что Минхо ещё не уехал, а сама мысленно себя ругает, якобы "дура, ну зачем ты опять к нему бежишь?" Глубоко вздохнув и притворяясь, что вышла купить воды, Наён быстро шагает к универмагу. Она не знает, что скажет ему, и только когда через прозрачное стекло магазинных дверей она видит парня, стоящего на кассе, не придумывает ничего лучше как проигнорировать.
Минхо ловко убирает запечатанную пачку сигарет в карман, поправляет кепку и решает для себя: в этот магазин он нанёс визит в последний раз. Он не надеялся встретить здесь Наён, однако ему необходимо сказать ей что-то наподобие: "забудь обо мне" или "нам не стоит видеться больше". Не потому что она ему не дорога, а потому что всё в точности наоборот. Он знает о том, что Чан отговаривал её, отговаривал сближаться, потому что Минхо сам просил: слишком боится ранить, ударить однажды или заставить плакать из-за себя. В голове отрепетированный текст, который точно заставит Наён Минхо ненавидеть, уж лучше так, чем клясться в вечной любви. Он сам не знает чего хочет и чего хотел, от высоких ожиданий к полному разочарованию скатился, как по снежной горе из неопределённых причин - просто он такой, импульсивен и не осторожен. Вновь и вновь у него возникает желание себя изрезать, разбить руки сильней, а может даже разбиться на машине, потому что так легче: когда физическая боль заглушает душевную. Знает, что не виновен, но себя всё равно винит. «Из-за меня Уёна едва не убили» - повторяет себе как мантру, злится, кричит, но так чтобы не слышал никто, и не видел ни в коем случае. От пережитого становится только хуже, хочется замкнуться в своей комнате или прыгнуть с "Лот Ворлд Тауэр"¹.
Ли выходит к машине, смотрит из под длинных изогнутых ресниц и прячет правду в своих махагоновых глазах. Наён придерживается своего "плана", но остановившись по иронии судьбы возле автомобиля замирает на пару секунд, отрывая взгляд от своих ног и поднимая его на парня, однако тут же отводит в сторону и идёт к магазину, ускорив шаг. Они проходят мимо друг друга, когда Минхо, резко повернувшись, зовёт по имени, вынуждая остановиться:
- Наён.
Из его уст это звучит как-то иначе. У девушки голос Минхо болезненно отзывается эхом в голове. Она смело поворачивается, смотрит прямо в глаза, а между ними расстояние в один метр, не более.
- Что? - она звучит тише и спокойнее, чем хотела и напоминает самой себе испуганного барашка.
- Хотел сказать спасибо, - на лице Минхо не дрогает ни один мускул. - Что помогла.
- Не за что, - она из последних сил удерживает дистанцию, стараясь сохранять такое же невозмутимое лицо, как у Ли.
- Почему ты пропускала пары? - единственное, что он знал; о том, что она почти не ела, много плакала и ругалась с друзьями никто не сказал, или же не знал. - Из-за меня?
- Разве это важно? Такой пустяк.
- Чувствую себя виноватым.
- Почему?
- Потому что позволил тебе надеяться, что у нас что-то может получиться.
- А это не так?
- Пф, - Минхо усмехается, обводит глазами сумеречное небо. - Значит ты поэтому вмешалась? Думала вытащить меня и я, как довольный кот, прибегу к тебе, трясь об ножки?
- При чём здесь это? - девушка недоумённо качает головой. - Я с чистыми намерениямм хотела помочь, не искала какую-то выгоду. Потому что я изначально верила в твою невиновность.
- Ты ведь меня не знаешь? Думаешь я не мог бы?
- Ты сам мне сказал, что не трогал его.
- Ты зря думаешь, что я хороший! - напряжение растёт вместе с голосом парня, он сжимает руку в кулак, пытаясь контролировать эмоции. - Я ужасный человек, я мог бы сдел...
- Перестань, - перебивает его Наён. - Пожалуйста, не надо. Зачем ты говоришь такие вещи? - она делает шаг навстречу, не спеша ещё один. - Всё закончилось, Уён жив, ты на свободе, кого надо наказали. Нам не стоит об...
- Не подходи ко мне, - Минхо отшатывается, как от огня.
- Почему ты опять это делаешь? - немного трясущиеся пальцы сами тянутся к запястью Минхо. - Я правда думала мы сблизились.
- С чего ты взяла? - его голос снова становится тише, тело дрожит и совсем не от холода.
- Сам говорил, что ни на сантиметр не отпустишь, почему отталкиваешь опять? Что изменилось?
- Ничего, - Минхо мог бы оправдаться импульсивностью, вызванной диагнозом из толстой папки, и если кто спросит - так и сделает, но сейчас он не понимает почему говорит именно так. - Ничего и не было, ясно? Я никогда не хотел быть с тобой.
- А как же поцелуи? Тот вечер? И...
- Физическое влечение, не думала об этом? - он одёргивает рукав куртки, к которому успела прикоснуться Наён. - В конце концов я взрослый мужчина со своими потребностями.
- Скажи ещё, что просто хотел меня трахнуть...
- Зачем? Ты сама всё сказала сейчас, - губы цвета спелого личи, которые к тому же приятны на вкус, произносят слова, которые больно режут по сердцу лезвиями острыми, и крови лишая, и душевного равновесия. - Умница, Наён, бинго.
- И что тебя остановило? - разочарование, обида и злость смешиваются в один эмоциональный коктейль, Наён выплёвывает слова, не думая о их смысле. - Сделал бы, что хотел, разошлись. Не мучал бы меня.
- Говоришь как шлюха, - Ли надменно морщит лоб. - Противно.
- Зачем тогда рассказал про своё "прл"? Ты со всеми девушками, с которыми переспать хочешь так поступаешь?
- И как же? - он истерично смеётся.
- Заставляешь бегать за собой, потом вызываешь жалость, трахаешь и бросаешь? Ах да, или не трахаешь.
- Поверь, с тобой просто не повезло, - Минхо уже сам в свою ложь верит, понимает как сильно ранит своими словами, но остановиться не может. - Ты права, надо было выебать тебя ещё на вечеринке у Чана и всё.
- Я не верю тебе.
- Глупая, - он снова заливается порывистым смехом, голос повышает. - До сих пор думаешь, что нужна мне? Нет! Не нужна. Хватит заниматься харассментом и таскаться за мной как собака, это уже ненормально!
- Пожалуйста, не говори так, - Наён обещает себе не плакать, только не при нём, не сейчас. - Не надо...
- Просто оставь, - он сам делает шаг навстречу, и заметив слёзы в уголках глаз Наён, немного сбавляет голос. - Оставь меня в покое. Перестань припоминать мне что я говорил или что делал, ясно? Если меня каждый, кому я что-то не то сказал будет доставать я охуею.
- Минхо, послушай, - Наён изучающе смотрит на Минхо, пытаясь вспомнить всё, что читала о его странной болезни, но в голове пустота, ей так обидно и неприятно, что хочется поскорее уйти. - Мне плевать, что ты уничтожаешь меня своими словами, я стерплю, пусть даже это твоё "прл" в тебе говорит. Мне плевать на всё, что между нами было, но было это чудесно и ты не можешь отрицать этой грёбаной химии. Ты мог послать меня сразу, хлопнуть дверью перед носом, не останавливать машину в тот дождливый день, но да... это же ты. Такой добрый, на самом деле, хотя и говоришь, что это не так... - она делает неслышный вздох, ощущая как во рту пересохло от нахлынувших эмоций. - Хотя ты прав, я тебя не знаю, как бы не пыталась это исправить и мне никогда не стать тебе ближе, чем приятельницей, знакомой, - слёз нет, они застыли в глазных яблоках. - Просто прости, что доставила столько... хлопот? Проблем? Но знаешь, раньше я жалела, что пошла тогда к Чану вместе с Хёнджином, но сейчас, оглядываясь назад... я больше не жалею, - Ли слушает внимательно, иногда кусая нижнюю губу, редко кидая взгляд на девушку. - Я рада, что встретила тебя, что испытала те эмоции, которые ты заставил меня испытывать. Поэтому... - она снова вздыхает, на этот раз не украдкой, опускает глаза. - В общем... просто спасибо. Я не стану тебе докучать, обещаю. Забуду о тебе, вот увидишь... и прости меня, - Наён не даёт ему времени на ответ, отворачивается и быстро скрывается в магазине, купить две бутылки соджу вместо какой-нибудь сахаросодержащей дряни и утопиться в своей безответной(?) влюблённости.
Минхо не смотрит ей в спину, трудно, но он справляется. Её слова тронули до глубины души, потому что никто никогда не говорил ему хотя бы что-нибудь подобное, и как часто бывает - он начинает жалеть. О том, что сказал. О том, что сделал или... или не сделал. В чём причина? В пограничном расстройстве личности? Или всё-таки в разбитом сердце, которое сам же и разбил? Он не знает. Сильно костяшками пальцев бьёт по корпусу своей же машины, что-то режет между фаланг и горячая кровь стекает по пальцами, но это, впрочем, уже неважно.
Примечания:
"Лот Ворлд Тауэр"¹ - Lotte World Tower - 123-этажный сверхвысокий небоскрёб, в районе развлекательного комплекса Lotte World в Сеуле.