Глава 8. Чаща и запеченная курица

С того дня, как Саша попал в другой мир и обосновался в Шаргане, прошло два месяца. За это время отношение местных к нему заметно потеплело.

По большей части, произошло это после того, как разумным стало известно, что нынешний барон, распродав пожитки своих предшественников, не прибрал добро в одни свои руки. А совсем наоборот. Все до последнего медяка, не считая того, что потратил у купцов, внес в казну. Да еще и налог оплатил, на который в тот момент жители не могли наскрести.

Обычно, чтобы оплатить пошлину, они создавали товар на продажу. Например, тот же кузнец, что как-то заглянул к Саше в гости и чуть не прибил к чертям. Ковал гвозди, подковы и другие нужные в хозяйстве вещи.

Плотник, в свою очередь, стругал деревянную посуду и столовые приборы. Но непростые, цветы на них вырезал с узорами различными. Загляденье! Так и засядешь на час другой, пока рассматривать будешь детальки. Еще фигурки вырезал. От зверей до других разумных. Небольшие, сантиметров десять. Глядя на них, вспоминались собственные фигурки на стеллажной полке. Видя, какими грустными глазами Саша смотрит на его работы, демон сначала решил, что не понравилось барону его творчество. Но когда спросил, в ответ получил:

— Красивые. У меня тоже когда-то была своя коллекция. Люблю такие вещи собирать.

В тот же день он получил в подарок свеженькую, еще пахнущую лаком и краской фигурку. Так растрогался, что чуть не расплакался при рогатом. Раз сто, наверное, поблагодарил. Обещал, что поставит на тумбочку рядом с кроватью. Чтобы всегда иметь возможность полюбоваться своим первым полученным здесь подарком.

Плотник тогда стал еще краснее, чем физически могла быть его и без того красная кожа. Так его труд еще ни разу не хвалили. Особенно с блестящими честными глазами. Пофыркал смущенно, говоря, что это ерунда, но мнение свое о бароне изменил.

Каждый проживающий в баронстве разумный старался внести свой вклад в сбор казны. Даже медяк был ценен на вес золота. Но и так бывало, что все равно не хватало. В таких случаях докладывали то, что на грядках успели вырастить. В редких случаях откупались скотиной, но до этого старались не доводить. Слишком ценная, чтобы вот так просто расстаться.

Поскольку путь за пределы Шаргана для некоторых лиц был закрыт, на выручку приходили дети. Сын старосты организовывал вылазки и отбирал самых старших, что могли помочь с продажей. В основном это были юноши и девушки от восемнадцати лет. Счету и письму их еще с детства учила Марила. Иногда на пару с Альтерниэлем. Ведь лучше иметь грамотного продавца, чем глупого и с пустым кошелем.

Запрягали имеющуюся в наличии телегу товаром с продовольствием для помощников и отправлялись в путь. Дорога в одну только сторону составляла примерно три дня, поэтому скоро их не ждали. Недели две точно.

Но благодаря Саше, на некоторое время жители могли расслабиться и вздохнуть полной грудью. Не нужно было считать копейки в ожидании конца месяца, чтобы обнаружить, что им не хватает. Ведь если не получится откупиться, король и людей своих послать может. Припугнуть, для профилактики.

Напротив, теперь они могли позволить себе полноценно подготовиться к зиме, что не могло не вызывать счастья. Особенно у тех, кто не мог колдовать.

Саша тогда незаметно передал Киру мешочек с золотом. Решил, что лишним не будет, кто знает, как пойдут продажи. Сказал, что на черный день. Получив в ответ озадаченное лицо, пришлось объяснить, что это еще за черный день:

— Непредвиденные расходы. На всякий случай.

Кирилл на его жест доброй воли улыбнулся лукаво, посмотрев, как на глупого юнца, но мешочек взял. Ни к чему было отказываться от отнятого у них же когда-то. Саша так же попросил, чтобы он закупил ему теплых вещей. Дабы его эльфу не приходилось постоянно применять магию из-за мерзляка барона.

Манипуляция удалась, брови, до этого хмурые, вернулись на свое место. Кирилл задумчиво кивнул и отправился занимать свое место кучера. Перед этим, не преминув возможности третий раз за день попрощаться с Альтерниэлем, вдоволь нацеловавшись за соседским забором. А тот и рад был. Сам бы в телегу сел, была бы возможность.

Сначала Саша удивился, заметив среди уезжающих свою черновласую подружку. Видимо помогает отцу. Вспоминая, как остра на язык эта самая особа, гадать не приходилось. Как пить дать, продаст тебе твои же башмаки втридорога и носом не поведет. Торговка из нее выйдет отличная.

Еще заприметил одного парня из семейства русалок, с которыми еще не успел познакомиться. По большей части из-за страха быть поданным на их ужин. Сразу распознать в нем не человека было почти невозможно. Русые пряди, опущенные по плечи, хорошо скрывали бледные жабры на шее. Если бы не дуновение ветерка, всколыхнувшего волосы парня, Саша бы принял его за своего сородича. Он еще, помнится, подмастерьем ходит к демону. Учится плотническому ремеслу.

Вместе с этими троими в телегу забрались двое незнакомых юношей и три девушки.

С отъездом Кирилла эльф немного приуныл. Притих, стал чаше вздыхать, глядя в окно. Думал о чем-то своем. Саша не мешал, знал, что скучает по своему оборотню, с которым еще какое-то время не сможет видеться. Совсем мало времени прошло с момента, как они пришли к отношениям. Не хватило проведенных вместе дней.

Рыжий и без того у них почти поселился. Чуть ли не каждую ночь запирался в спальне с Альтерниэлем. Звуков, правда, до Саши не доносилось, что радовало. Скорее всего сосед постарался, наложив на комнату свою супер-пупер магию для шумоизоляции. Было все еще неловко, конечно, но в общаге Сашечке и не такое доводилось видеть.

Потому в подобные моменты парень старался не думать о том, что могло происходить за соседней стенкой. Старался считать овец или, к примеру, придумывать сюжеты лучей жизни. Как же тяжко ему без телефона...

После того злополучного диалога с Альтером, во время которого Саша раз сто пожалел, что вообще завел эту шарманку, решил забыть о прекрасном Шарле. Мужчине, укравшем его первый поцелуй без стыда и совести. О мерзавце, помутнившем рассудок невинного юноши. Или лучше называть его призраком?

Черт разбери теперь кем он был. Да, если честно, и не хотелось знать. Какой только бесовщины в этом мире не обитало, для приведения тоже место найдется.

— Ниче-ниче. Есть же придурки, что в первый раз с братьями и сестрами сосутся. А ты, Сань, вот... С мертвецом...красивым мертвецом-призраком. Можно даже гордиться. Наверное...

Старался себя успокаивать парень подобными речами, лишь бы крыша не потекла. А в нынешних реалиях этого было легко добиться, даже не прикладывая сил.

Был еще один забавный момент. С недавних пор Сашу повадились подкармливать местные женщины. Что в начале вызывало одно недоумение. Дареное всегда нес домой, осторожничал. Без предварительной проверки Альтерниэлем пирогов на яд Саша их и пальцем не касался. Его еще с детства учили, от незнакомцев еду не брать. Даже если добрыми кажутся. Особенно от таких.

Но в конце оказывалось, что еда была чиста. Это напрягало Сашу сильнее, чем если б было наоборот. А милочки не унимались, даже в ратушу умудрялись таскать. Просекли, что дверь на замке всегда, и стали в окна пихать, запахом завлекать.

При этом еще совесть имели причитать, мол, барончик худенький совсем, одна кожа да кости! Хоть бы не на убой откормить решили, а от самого, что ни на есть, чистого сердца. Рассуждал Сашечка, откусывая от мясного пирога, и только успевал ловить вытекающий сок. Не хотелось мыть стол.

Так протекали его неспешные и беззаботные дни в баронстве. Попривыкнуть даже успел и влиться в новый режим жизни: проснуться пораньше; вкусно покушать; посидеть в ратуше; опять покушать и домой, ужинать. Чудо, что после такой кормежки ничего на боках не отложилось.

Но в один из дней кое-что все же произошло. Словно гром среди ясного неба, в Шарган пожаловало небольшое войско. Человек десять в блестящих доспехах и на боевых конях. Обычные бы вряд ли унесли на себе такую тушу. Эти точно не были ровней прищепкам, которых Саше довелось видеть во дворце. От этих ребят за версту несло чем-то опасным.

Первой мыслью было, что Ратислав, поганец, забыл предупредить о приезде гостей. Пусть они больше и не враждовали, но староста, почувствовав вкус свободы, стал часто эксплуатировать парня, скидывая на него дела, которые ранее разбирал сам. То с этим разберись, то этих помири, этому забор поставь, покосился. В общем, развлекался, как мог.

Но к Ратиславу вопросы вмиг испарились, как только Саша заметил на нем ту же озадаченность, что и на своем лице. Значит гости незваные, плохо.

Местные потихоньку собирались рядом с домом старосты, куда, собственно, и подъехали люди в железках. Саша на время затерялся в толпе, лишний раз своей башкой стараясь не светить. Вот узнает, чего пожаловали, тогда и выйдет. Вдруг у Дамира настроение плохое, и он решил, что зря ему баронство вверил, вот, приехали забирать обратно. И вовсе он не сыч, прячущийся за чужими спинами, просто тактика такая. Не попадет, если не найдут.

Сгрузились, не без шума, с коней на землю, взяли их под уздцы и замерли. Лиц не показывали, сохраняли молчание. Кроме одного, что стоял впереди всех. Он отличался тем, что доспехи его выглядели побогаче остальных и немного иначе, что пока не приглядишься не заметишь. Сняв свой шлем, мужчина медленно обвел присутствующих надменным взглядом, после чего обратился к старосте.

— Приветствую. Мы прибыли по прямому распоряжению главного секретаря. Наш славный король выразил обеспокоенность о человеке, что недавно был направлен на должность барона.

Так все же по его душу пожаловали, как знал. Дамир, упырь проклятый! Чего только вспомнил о нем, своих дел не хватало? Впереди стоящие женщины, почувствовав словно, взяли да прижались к плечам друг друга, создав, своего рода, живую стену.

— Не выглядывай лишний раз.

Шепнули ему тихонько. Сашечка так же тихо поблагодарил и пригнулся, пытаясь вслушаться в разговор. Перешептывания и бубнеж вокруг плохо с этим помогали, но вычленить то, что нужно, удалось.

— Разве не должно было вначале отправить весточку перед приездом? Зачем же сразу приезжать. А с бароном все хорошо, поживает себе, делами занимается.

— Не вашего ума дела, если, конечно, вы не надумали оспорить приказ Его величества...

Гул тут же стих, народ подобрался. Даже староста не остался в стороне. До этого чересчур уверенный он замялся и потупил взгляд.

— Как бы я смел, вы неправильно меня поняли, — Чуть склонил голову оборотень.

— Прошло два месяца с назначения вашего нового главы. И мы до сих пор не получили ни одной вести о том, как обстоят дела, и вакантно ли место вновь. Что на это скажете, любезный?

— Барон исправно выполняет свои обязательства, потому не вижу повода для тревог. Так и передайте выше.

Индюк в доспехах недобро сощурился. Выдержал паузу, выискивая на лице старосты следы, что могли опровергнуть его слова. Но, видимо не нашел. Скривился разочарованно и сплюнул себе под ноги.

— Докажи, староста, что барон в добром здравии. Тогда мы уйдем с миром. Если же нет...

Саша вздрогнул, вцепившись в юбки женщин. Те тоже испуганно съежились, когда рыцарь потянулся к рукояти своего меча.

Должен ли он выйти? Убивать его вроде не планируют. Тогда возможно лучшим решением будет показаться на глаза страшному мужику? Вдруг он не шутит, меч совсем не похож на игрушечный. Если сейчас притихнет за чужой юбкой — совесть сожрет. Сейчас бы компанию Альтерниэля рядом, который смог бы поставить на него свой барьер. Да только он в лес ушел и не чает совсем, что у них тут намечается. Везунчик.

Ну почему подобная херня всегда происходит с ним? Другого лоха, что ли, не было рядом? Еще с тоном таким говорил, мудак, будто и не рад вовсе, что Сашка живой. Хотя, возможно, так оно и было.

На плечо приземлилась тяжелая рука, крепко сжав. Саша от этого жеста чуть богу душу не отдал и не обделался для полноты картины.

— Пошли, я рядом буду. — Сказал напряженный кузнец, склонившись к Саше, и хлопнул его по спине.

Грендал уверенно шел впереди, распрямив плечи. Хорошо держался перед вооруженной толпой, будто каждый день с этим сталкивается. Саша семенил сзади. Остановились прямо напротив главного верзилы. Гном встал от него по левую сторону, грозно скрестив руки на могучей груди.

Саша неловко почесал затылок под многочисленные взгляды, сканирующие его от самых пяток до кончиков волос.

— Это кто?

— Как кто? Барон, собственной персоной, сами же просили! — Всплеснул руками Ратислав, встав по право от Сашеньки. Так сказать, прикрыли с двух сторон.

— Барон? Этот?

С самого начала ему, Крэносу, капитану второго дивизионного отряда королевских рыцарей, не понравилась эта затея. Отправляться на проклятые земли к душегубам, вечно избавляющимся от ссылаемого им начальства. Только вот против прямого приказа господина Дамира не возразишь.

Да и миссия у них важная. Была вероятность, что в баронстве назревает мятеж, посему и собрал Крэнос своих лучших людей и отправился в путь. Надеялся, что не все так плохо, как он представляет, и домой они вернутся живые и целые.

А тут нате. Вместо вил и кольев, ребенок. Глуповатый на вид, еще совсем пацан.

— Шутки шутить вздумали, подсовывая нам дите? У него же еще молоко на губах не обсохло, за идиотов нас держите?

— Никак нет, милейший. Барон, какого прислали. Документы имеются, сбегать?

По виду гостей, ожидали они вовсе другого. Переглядывались между собой и шептались тихонько, на главного своего посматривая. Ждали дальнейших указаний. А капитан и сам не знал, что делать. Барон вроде как имелся, вилы на них не наставляли и не кидались, пытаясь сожрать. Подозрительных построек тоже не наблюдалось. Да и атмосфера не то, чтобы говорила, что что-то дурное намечается. Зазря только приехали.

Тяжело вздохнув, Крэнос постарался напустить на лицо как можно больше безразличия. Махнул рукой Ратиславу.

— Ни к чему, поверю вам на слово.

Он прекрасно понимал, что на обратный путь у них попросту нет сил. Лошади нуждались в еде и отдыхе, как и они сами. Поэтому принял единственное верное в их ситуации решение. Потребовал разместить их на ночь в баронстве.

— Так это не ко мне теперь, — Не без удовольствия проговорил оборотень. — Что, барон, пустите молодцев погостить, али откажете?

— А, ну, — Растерялся Сашка, захлопав глазами. — Да, конечно. Ратислав, разместишь? — Вернул ответку старосте. Надумал, поди, чтобы парень сам их по домам разводил. Ну-ну, чур его, на них даже смотреть страшно, не то, что разговаривать.

Как только небольшой отряд, в сопровождении оборотня, ушел, Саша чуть не грохнулся на ослабевших ногах. Спас Грендал, подхватив за плечи. Взъерошил волосы на макушке своей здоровой лапой.

— Струхнул, да? — Усмехнулся кузнец, приглаживая свою курчавую бороду. — Ничего бы они тебе не сделали, не боись. Вон, сколько народу собралось, каждый бы вступился. Не чужой уже. — Мотнул он головой.

И правда, оглянувшись, Сашечка увидел, как согласно ему закивала толпа. Женщины, что прятали парня за своими спинами, улыбнулись, помахав ему рукой. Они были напуганы не меньше его, но все равно смотрели уверенно. Никто не был рад пришлым.

— Только ты не сильно расслабляйся, юнец, — Продолжил кузнец, нахмурив густые брови. — Веселье только начинается. Завтра выдохнешь.

***

Если сначала Саша еще сомневался в словах гнома, то теперь в полной мере понял, к чему тот вел.

И часа не прошло, как посыпались жалобы на барона. Сначала, конечно, на Ратислава, но тот донес до парня. Видите ли, тесно им по пять человек на два дома. Хоть бы спасибо сказали, что не вдесятером на одну кровать уложили. О том, чтобы подселить их к местным, мыслей не было. Ну нахрен, такой кипишь поднимется, и все шишки на кого? На Сашу.

А ведь его самого еще вначале поселили в разваливающуюся хибару. Пусть и на полдня, не суть. А этим лишь бы выпендриться. Пусть берут, что дают! А не нравится пусть валят, на свежем воздухе спят!

Еще и еды им тащи, как на сто человек, и выпивки побольше. От былой стати остались только доспехи. А под ними самое обычное мужло. Такие в подворотнях кошельки еще тырят. Тоже мне, рыцари!

Становилось понятно, чего так долго баронов не терпели. Если они позволяли себе такое же поведение, он бы и сам притопил их в ночи. Эх, Сашка. Совсем ты кровожадным стал. Но с кем поведешься, от того и наберешься.

— А ты что об этом думаешь? — Спросил он у вернувшегося домой эльфа, после того как коротко описал сложившуюся ситуацию в его отсутствие.

— Ничего нового. Главное, чтоб до дебоша не дошло. От этих не избавишься — искать будут.

Изрек Альтерниэль с видом шаолиньского монаха. Преисполнился. Или мыслями витал где-то далеко. Нормальное его состояние с отъезда возлюбленного. Скоро и воротиться должны, две недели почти истекли.

— Напрягает меня это. Жопой чую, что-то да выкинут. Я имел ввиду, предчувствие у меня плохое! — Затараторил Сашка, когда на него скосили вопросительно глазами.

В который раз за два-три часа к ним постучались в дверь, уже сил не было вставать открывать. Парни прекрасно знали, кто пришел. Ратислав облокотился на косяк, выглядел не менее раздраженным, чем барон.

— Теперь-то что стряслось?

— Давай-ка теперь ты на смену выйдешь. Еще немного и придушу их там всех. Поганцы уже просто из воздуха проблемы высасывают. Сил моих нет! Пока до греха не довели, лучше ты поди.

Уф-ф этого-то и не хватало сейчас для полного счастья. На своих двоих идти в бедлам и напрямую выслушивать претензии. Альтерниэль остался дома, сказал, что наградой Саше после тяжелого дня станет вкусный ужин. О мыслях о еде во рту скопилась слюна, и мигом поднялось настроение. Идти так идти, мудозвонов он на работе щелкал, как орешки. Главное сильно не доводить, к рукоприкладству Сашечка не готов.

С другой стороны, они же сами его ребенком нарекли. Не будут же его после такого бить? Ведь детей только придурки и твари обижают. И плевать, что Горемыкину двадцать четыре. Они-то этого не знают.

Поселили гостей близ друг к другу. Хотя, насколько прекрасно помнил парень еще со школы, идиотов нужно сажать порознь. Всегда. Но здесь похоже об этом не слышали. Саша уже предчувствовал ад, который они устроили. Хорошо селяне по домам пораньше разошлись, не захотели лишний раз на глаза этим типам попадаться. И правильно сделали. Будь он на их месте из дому нос бы не показал.

Только начав подходить к нужному месту, Сашка заслышал гогот веселящейся толпы. Сразу шаг сбавил. Ну а что, ему можно, он барон! Полз почти улиткой, так сильно не хотелось воочию узреть, что они сотворили с временным жильем. Нда-а, все оказалось именно так, как он и представлял себе. По всем поверхностям, кроме стола, развалились доспехи на пару с одеждой. Запашок от них стоял зловонный, удушливый. Хоть бы к реке сначала сходили искупнулись или вещи вывесили на улицу.

Кавардак напомнил вписки, которые устраивали в его студенчестве. И на которые ему не повезло было попасть. После вида облеванных и в хлам упитых подростков, Саша зарекся на подобные мероприятия ходить, больше ни ногой. Еще и кроссовок, твари, спиздили.

Стоя на пороге и глядя на разворачивающуюся пьянку, Сашечка захотел вернуться обратно домой.

— А кто это к нам пожаловал? — Гаденько улыбаясь выкрикнул один из массы, развернувшись в сторону парня корпусом. Надеты на нем были одни штаны, голая грудь блестела от пота, подсвеченная светокамнем.

— Мы мальчиков еще не просили! Куда делся здоровяк? У нас лавка вся в занозах!

Сами вы занозы! В сердцах воскликнул «мальчик». Саша на пару секунд закрыл глаза, собирая всю силу духа, что была в его тельце. Пьяным нельзя грубить, они пришибленные. А еще их больше. Поэтому, сжав яйца в кулак и тяжело выдохнув, он затараторил:

— Уважаемые, мы ведь в цивилизованном обществе находимся, так давайте вести себя, как люди, и не доставлять неудобства. Ратислав ушел по делам, я за него. И я не мальчик, я барон, если вы запамятовали.

Недолго тишина продлилась. Кто-то после его длинной речи захрюкал и упал. Кто-то просто ржать начал. Кто бы сомневался.

— Не мальчик, получается девица? Ха-ха!

— Точно, барон! А я еще подумал, чего мальчик один только! — И опять гогот. Вот и как с такими вести диалог, они ведь его не слушают!

— Заходи к нам, чего стоишь в дверях, парниш. Присоединяйся! — Отсалютовали Саше кружкой, из которой всплеснулась наливка и заляпала весь пол. Аж больно на сердце стало. Заставить бы еще этих упырей выдраить за собой все начисто перед отъездом.

— Если вам больше нечего мне сказать, тогда я пойд-Ой! — Взвизгнул барон, почувствовав, как сзади его обхватывают крепкими руками и поднимают в воздух против его воли. — Пусти немедленно! Кому сказал! — Завозился в чужих объятиях, но ничего толком и не исправил.

А верзила, что подхватил его с порога, через всю комнату пронес паренька и опустил на свободное место за столом, подтаскивая к нему поближе миски с едой.

— Тих-тих, милый, не царапайся, не съедим мы тебя. Составишь компанию. Угощайся! — Указал рукой, на изобилующий яствами стол, высокий брюнет. Это же какую поляну для них накрыли, боже правый! Всю еду, что ли, сгребли из закромов?

Пришлось сцепить кулаки, чтобы не врезать по наглой роже, еще проблем себе отхватит лишних. По обе стороны от него уселись еще двое мужей, отрезая все пути отхода. И чего только они на одной хате собрались, чтоб другая для сна оставалась пригодна? Хотя, судя по тому, что главного их не видать, возможно, как раз он-то и пошел сразу спать, а эти, почувствовав свободу, разошлись.

На стол без слез нельзя было взглянуть. Все в ошметках от еды, местами разлито выпивкой и потом. Мерзость, одним словом. Оставалось только гадать, сколько он выдержит в этой компании. Час? Полчаса? Если не меньше. В такие моменты Саша всегда вспоминал что он, вообще-то, интроверт, и социальная батарея у него садится быстро.

Мужики же смеялись, потешаясь над глупым, еще молоденьким парнем, которому не повезло угодить в гиблое место с чудовищами под личиной разумных существ. Вытягивать пытались подробности того, как же вышло-то так. Саша отвечал нехотя, урывками и без подробностей. Старался менять тему, когда разговор вновь перетекал к его персоне.

Стоило ему прийти, как все претензии и недовольства мигом испарились. Может Ратислав им так не понравился, что его гоняли, как сидорову козу, туда-сюда? Поди разбери. Но лично ему ни на что не жаловались. Только лыбились придурковато и наливки подливали в и так полную кружку.

Как ни предлагали, Саша и капли в рот не взял. Помнился еще прошлый опыт на ярмарке, и решил, в незнакомой компании он тем более ни-ни.

Вечереть становилось раньше из-за приближающихся холодов, поэтому уже через час начало смеркаться. В небе появлялись звезды, и заметный холодок бегал по ногам из-за открытой наружу двери. Саша решил, что пора уже и честь знать, поднялся и тут же опустился, утянутый обратно к застолью.

Еще через час ему это конкретно надоело. Выждав, когда с его персоны внимание переключится на одного полуголого клоуна, решившего показать, как умело он может ходить на руках, Сашечка тихонько прошмыгнул на выход. Отошел подальше от шума и вздохнул облегченно.

Глоток свежего, прохладного воздуха был до невозможности сладким. Особенно после нахождения несколько часов в небольшой комнате, наполненной перегаром и девятью потными увальнями. Запахнув рубашонку, двинулся неспешно домой. Сосед уже его заждался поди, волнуется. Главное, не забыть попросить, чтоб применил к нему очищение. Для купания он слишком вымотан. Скорее всего, уснет, как только голова к подушке прикоснется.

Да только пройти он далеко не смог. Сзади обхватили и потянули к чаще мимо высоких заборов. Впечатали в дерево и нависли сверху угрожающе. В лицо тут же ударило перегаром. Вот и чуйка сработала, а ведь он говорил ушастому, что произойдет ебанина!

— Быть не может, чтобы такого сладкого мальчика эти твари оставили в живых. Никогда не поверю. Признайся, под старосту лег, чтобы защищал твою шкурку, м? Он мужик здоровый, видный, не удивительно, — Шептали жарко на ухо Саше, прихватывая за бока. — Меня тоже, думаю, принять сможешь, не дергайся только.

Глаза негодяя в свете полной луны сально поблескивали. От вони изо рта невольно морщилось лицо. И кто бы сомневался, что это окажется тот самый брюнет, затащивший Сашу за стол. Покрепче ухватив его за талию, парня попытались развернуть к себе спиной. Если сначала Саша еще думал, что это неудачный розыгрыш, то, почувствовав, как ему в бедро упирается, отнюдь не нога, вздрогнул, занервничав не на шутку. Не может такой херни произойти с ним, с Сашей, ну просто не может! Это даже выглядит, как сценка из плохого анекдота...

Но только на его задницу легла пятерня, как он резко, на инстинктах, взметнул головой вверх и разбил горе-насильнику нос. Хватка тут же ослабла. Шустро развернувшись к костерившему его на все лады мужику, державшемуся за свою кровоточащую морду, Саша нанес добивающий удар прямиком в пах. Брюнет упал на землю, складываясь пополам, взвыл раненным волком.

Не теряя времени, Сашка понесся сломя голову прочь от чащи, молясь всем известным ему богам, чтобы придурок не ломанулся за ним следом, как отойдет.

Не помнил, как добежал до крыльца и открыл дверь, запирая ту на замок и два засова. Пришел в себя, пытаясь отдышаться. Легкие горели огнем от спонтанного забега, по телу стекал липкий холодный пот, а руки дрожали после вспышки адреналина. В голове до сих пор не укладывалось, что только что с ним произошло, но оно и к лучшему, крепче спать будет. Завтра их шайка уедет, и он обо всем забудет, как если бы это был обычный кошмар.

Альтерниэлю свой внешний вид объяснил тем, что очень спешил на его запеченную курицу с яблоками. После ужина пошел сразу к себе в комнату, заваливаясь плашмя на постель. Благодаря соседу, от Саши больше не воняло, а тело скрипело от чистоты, тоже с одеждой. Потупив недолго в потолок, пришлось вставать, чтобы переодеться в ночное.

Мыслей в голове не было. Уже лежа в кровати, натянув одеяло так, что видать было только глаза, Саша рассматривал подаренную ему плотником фигурку. На искусно вырезанного эльфа, мягко улыбающегося ему и протягивающего руку. Она напоминала ему о Шарле, невообразимой красоты эльфе, с мягкой, как шелк, волнистой копной волос.

Сейчас он был бы не прочь вновь ощутить его нежные прикосновения к своему телу. Даже если призрак, но он был осязаем, а значит ему, Саше, возможно еще удастся вновь оказаться в его объятиях, вдохнуть запах его сладких духов. Увидеть бы вновь синие глаза...

***

На утро, в самую рань, к ним с Альтерниэлем заявился взлохмаченный Ратислав на пару с хмурым капитаном. Сказали, что один из рыцарей вчера, вышел из дома и так и не вернулся. Пропажу обнаружили утром, не досчитавшись сослуживца после пьянки. Крэнос был зол, как черт, кричал на расслабившихся мужиков, позабывших, где именно они находятся. Те головы посклоняли, сцепив сзади кулаки, выглядели белее мела. Наверняка еще не отошли, голова болела и сушняк мучил, а тут такое известие.

Саша стоял недалеко от них, вместе со старостой и эльфом. Глазами бегал по лицам и понимал, что не видит того, кто его в чащу волок.