Глава 4

— Не ожидал, что такая, как ты, ходит на такие мероприятия, — Мудак специально выделяет «такая» и «такие».

Снова понедельник. Снова общая лекция. Зачем старшекурсникам вообще ввели этот предмет? Теперь придётся терпеть Мирона.

Не могу отвести от него удивлённый взгляд. Он опять специально выбрал место рядом со мной? Над бровью пластырем со Спанч Бобом заклеена ссадина, нижняя губа чуть припухла. Видимо во время субботнего боя ему тоже досталось. В ту ночь внешний вид Мудака не сильно меня волновал, ведь я сбегала от расспросов его друга.

— О, «такие, как я»? На что ты намекаешь? — яд случайно проскальзывает в моём голосе.

Подождите, мне сейчас что-то предъявляет парень, у которого пластырь с детским мультиком? Ну, это максимально странно, но в какой-то степени мило.

— Ну-у, не знаю. Ты вроде хорошая девочка. Эти бои могут быть довольно жуткими и опасными. Тебе стоит быть осторожнее.

Как заботливо! Есть ли здесь какие-то скрытые мотивы? Неужели он хочет залезть мне в трусы и поэтому окучивает? Я прекрасно помню, что Мирон сказал своему другу: «Я видел, как ты разговаривал с ней». Значит ли это, что он следил за мной?

— Я видела и хуже. Хотя следует сходить к врачу, сдать анализы после того, как ты обрызгал меня кровью.

— Извини за побочные эффекты для тех, кто хочет быть в первом ряду, — Мирон улыбается в ответ и прикусывает губу, уперев подбородок на сбитые костяшки. Медленно и внимательно осматривает меня. — Но, если не считать крови, ты реально выглядела очень симпатично. Но для меня и обычная толстовка выглядит симпатично.

Мои губы искажаются в кривой улыбке. Этот парень серьёзно? Ужасная манера общения! Его вызывающая ухмылка заставляет хотеть сразиться с ним. Мои обычные язвительные замечания ускользают. В голову даже приходит идея ударить его. Наверное, это был бы крайне эффективный способ стереть надменную ухмылку и поставить наглеца на место.

— Слушай, приятель... — я наклоняюсь ближе к нему. Настолько близко, что между нашими носами не остаётся и двух сантиметров. Мирон реагирует нервным глотком и бегает глазами по моему лицу. — Я не девушка, готовая раздвигать ноги перед каждым бойцом, и я точно не маленькая нежная паинька, которая ищет плохого, «не такого как все» парня, чтобы позлить мамочку и папочку. Что бы ты ни придумывал в своей головке, со мной не сработает.

Его лицо вытягивается, и он отшатывается назад. Ему нечего сказать, это легко читается по глазам. Внутренне я улыбаюсь. Ха! Моя маленькая победа. Мудак – 2, Фина – 1. Смотрите, кто это догоняет?

Остаток лекции я провожу с чувством удовлетворения. Только вскоре начинаю сомневаться в мотивах, которые подтолкнули Мирона к разговору со мной. Неужели Мудак просто хотел посмеяться надо мной? Или, возможно, я неправильно истолковала его «юмор»? Да, признаю, что иногда я реагирую импульсивно. Неосознанно тяну рукава своей «симпатичной» толстовки ещё ниже. Не похоже, чтобы что-то из того, что говорил Мирон несло злой посыл или откровенные заигрывания.

Почему с каждой минутой вопросов становится всё больше? Вообще я не уверена, с чего его комментарии так сильно меня беспокоят. Но что-то в Мироне просто заставляет напрячься, а сердце биться быстрее.

Нет, нужно было просто ударить его!

Я снова переодеваюсь несексуальным пацаном и приезжаю на старый автозавод. Когда приближаюсь к толпе, мой взгляд случайно цепляется за Кирилла и Мирона по другую сторону. Я едва не машу Кириллу, но вовремя вспоминаю, что он не знает меня в образе парня.

Чёрт возьми, как мне заставить их понять, что я родственник самой себя? Тьфу, не самый умный ход, Сафина.

Выдыхаю и расслабляюсь. Стандартный план ночи – следить за соперниками и молча наблюдать за происходящим. Когда приходит моя очередь драться, прошу назвать меня просто Саф. Родители ведь могли быть весёлой парой и дать детям два имени, из которых можно сложить одно? Саф и Фина. Каламбур, ха-ха. Не смешно. Вообще.

Сегодня я особенно сосредоточена. Мне нужен этот шанс. Упущу и будет полный провал. Я отделываюсь незначительными синяками на ногах и животе. Укладываю двух парней и забираю победу.

Мне отсчитывают часть денег, и я решаюсь сделать нечто, что никогда не делала раньше. Я задерживаюсь. Вместо того чтобы, как обычно, уйти, я глазами ищу Кирилла. Теперь время суда. Он, Мудак и несколько незнакомых мне парней о чём-то яростно спорят. Я делаю вид будто меня это не касается и изо всех сил стараюсь как можно небрежней пройти мимо.

— Я всё ещё думаю, что он недостаточно хорош, — Мирон отфыркивается. Даже сейчас он ведёт себя как придурок!

— А я думаю, что он показал лучшее за сегодняшний вечер, — Кирилл настаивает, — давай дадим ему шанс, Рон. Он будет отличным дополнением для легковесов. Ну, или принимай это как одолжение для Фины.

Кирилл поднимает голову и оглядывает толпу, что-то ищет. Кого-то. Меня.

— Эй, Саф, так ты брат Фины?

Я откашливаюсь и делаю голос глубоким, как у обычного парня. Может быть, немного писклявого парня, ха.

— Да, это я. А ты, значит, Кирилл?

— Верно. И я уверен, сестра уже рассказала тебе о наших, скажем так, мероприятиях. Мы хотим предложить место в наших рядах легковесов.

Я не могу сдержать ухмылку. Мирон таким злобным и бешеным взглядом смотрит на Кирилла в ответ. Что такое, Берестов? Попался кислый лимончик?

— Спасибо, чувак, я ценю предоставленную возможность.

Мудак продолжает внимательно изучать меня, поэтому опускаю голову чуть ниже. Чтобы козырёк кепки закрывал большую часть лица. Мы заканчиваем разговор, уславливаемся, где будет следующее место боя. Отчаянно пытаюсь отвести от себя взгляд Мирона. Похоже на то, что он пытается прожечь во мне дыру и раскрыть каждый секрет.

Уже дома смываю с себя грязные ощущения после боя. Натягиваю шорты и майку. В этой квартире слишком жарко, словно в печке. Будь моя воля – спала бы голой! Забираюсь в кровать и пытаюсь немного поспать, хотя бы оставшиеся пару часов до будильника.

— Фина! — кто бы это ни был, иди в чёрту. — Фина, открой дверь!

Со стоном я сползаю с кровати и распахиваю дверь спальни. Сонно протираю глаза и не понимаю, что творится вокруг.

— Что за...

Мудак протискивается мимо меня в комнату и захлопывает за собой дверь.

— Мирон? — сон сразу же отступает. — Какого чёрта? Как ты вообще сюда попал?

Он усаживается на мою кровать, словно это норма, в порядке вещей. Но откуда у него вообще мой адрес?

— Ты только что сама впустила меня, ага. Теперь моя очередь задавать вопрос. О чём ты думала, Фина?

Мирон безумец? Сумасшедший? Просто вламывается в мой дом посреди ночи и... О боже! Я едва одета! Быстро хватаю свой халат со стула и накидываю на плечи. Мирон лишь с усмешкой следит за мной из-под опущенных ресниц, явно забавляясь.

— Не похоже, что у тебя есть что-то, чего я не видел раньше.

Я хмуро смотрю на него. Свинья. Грязная свинья!

— Убирайся из моей квартиры, извращенец, — я произношу жёстко.

— Нет, я не уйду, пока ты не объяснишь, почему вам так нравятся бои. Почему твой брат вдруг захотел драться у нас?

— Это не твоё дело, — я напрягаюсь всем телом. — А теперь убирайся из моей квартиры.

— Поскольку я тоже контролирую, кого выпускать на ринг, а кого нет, думаю, это моё дело. Что-то не так с твоим братом, и я хочу знать, что именно.

Я выдыхаю сквозь зубы и прижимаю пальцы к переносице. Если Мудак не оставит меня в покое, то усложнит мою и так сложную ситуацию. Может быть, попробовать рассказать ему часть правды?

— Нам нужны деньги для младшего брата. Может, я и попала в универ, получаю стипендию, но малому тоже нужно хорошее образование в будущем. Нам просто нужны бабки, окей? — я скрещиваю руки на груди и прислоняюсь к столу позади.

Вдруг ощущаю себя измученной, будто вся борьба вытянута из меня. Не знаю, зачем я ему рассказала. Хоть это не всё, далеко не всё, но уже больше, чем я когда-либо рассказывала незнакомцам. Я поднимаю глаза на Мирона, готовясь выслушать очередную порцию критики. Вместо этого он всё ещё сидит на моей кровати, уперев локти в бёдра, и сосредоточено сжимает челюсти, о чём-то размышляя.

В комнате довольно темно, но фонари с улицы дают достаточно света, и я могу разглядеть его лицо. Мирон выглядит довольно хорошо. В моменты, когда он молчит и притихает, я почти забываю, каким мудаком может быть Берестов. Отмечаю крепкие челюсти, переходящие в высокие скулы, небольшие морщинки на лбу, когда он о чём-то задумывается. Волосы по бокам выбриты и плавно переходят в длинные пряди на макушке.

Осознав, что пялюсь на него, я возвращаюсь в реальность раньше, чем Мирон мог бы заметить.

Парень выпрямляется и наклоняется вперёд. Моя спальня небольшая, ведь большую часть комнаты занимает двуспальная кровать, поэтому подайся он чуть ближе, то окажется совсем рядом с моими бёдрами. Неосознанно я сжимаю их. Странная пульсация проходит по телу.

— Я знаю, ты не скажешь всей правды и почему твоему брату так нужно в клетку, поэтому я не буду допрашивать. И только потому, что мне жаль тебя, это не значит, что я дам ему лёгких противников.

Мирон вскакивает на ноги и возвышается надо мной. Мамочки! Какой у него рост? Я утыкаюсь носом ему в грудь и случайно вдыхаю его запах. Что-то пряное и одновременно древесное... Как корица и ветивер.

Будь это какая-нибудь романтическая комедия или он, сам по себе, не таким несносным, я бы, наверное, захотела поцеловать его. Но его дерзкое поведение разжигает во мне вызывающий огонь. Он ведёт себя так, словно делает какое-то одолжение! Здорово портит момент своим ртом.

— Ты можешь оставить жалость при себе, — я вскидываю голову. — Я в ней не нуждаюсь. Мы прекрасно справляемся сами.

— Да мне тоже как-то пох... — один мой убийственный взгляд, и Мудак примолкает. — Неверное движение и твой брат пулей вылетает.

Мудак быстро отступает назад и исчезает, как призрак, которого, кажется, здесь и не было. Каким-то образом он снова лишает меня дара речи. И в этот раз моё тело горит не только из-за повышенной температуры в комнате. Боже, что происходит?

Что ж, Мудак – 3, Фина – 1. Смотрите, кто это отстаёт?