Запись 35. В недрах корабля

***Эндрю***

— Любовь, ты в порядке? — Эндрю неслышно вошел в комнату с окном, где Кай сидел уже который день, глядя в одну точку.

Неожиданно было видеть, что совершенно равнодушный к гибели Восьмого, Двенадцатый так расклеится после гибели Одиннадцатого. Эти двое определенно были ближе, чем он думал.

— Нет... — голос был серым и безжизненным, шелестящим, как сухой песок, морф даже не поднял покрасневших заплаканных глаз. — Я... — он вдруг усмехнулся, — как ни странно, я не так много терял в этом смысле и до сих пор не знаю, что делать в такой ситуации.

— Никто не знает, — Мансер встал напротив, загородив собой пейзаж за окном. — Но я знаю точно, что не стоит переставать есть, — он протянул руку. — Идем, я сделаю что-нибудь.

Кай снова как будто куда-то провалился и не сразу даже заметил, что теперь ему в лицо не лупит солнце, он встрепенулся и встал, чуть качнувшись, он все еще будто где-то не здесь.

— Ты когда-нибудь забирался в люк в полу за оружейным складом?

— Не-ет... — удивленно протянул парень. — Эм... как бы... и повода не было.

— Идем.

Серый нырнул в сторону, быстро сбежал по лестнице, шлепая босыми ногами по каменным ступеням, и, преодолев овальный холл, едва ли не вбежал в отсек управления вмурованной в землю «Серенити», но и там он не сдержался, а проникнув за узкую неприметную дверь за стазисной капсулой, откуда начинался темный, узкий и прямой коридор. В маленьких складах справа и слева хранились кое-какие вещи, которые не успели или не посчитали нужным переносить на станцию, а дальше...

Дальше в полу был небольшой люк, сантиметров по 60 по каждой стороне, а под ним короткая лесенка вниз, в темноту.

Кай распахнул крышку и просто прыгнул вниз, послышался звук удара ног о металл, и Эндрю поспешил следом, опасаясь, что может потерять своего любимого синтета где-то там в лабиринте коммуникаций.

Оказавшись уровнем ниже, техномант огляделся и зажег небольшой электрический шарик, в резком свете которого успел заметить, как в узком техническом лазе скрылась тонкая тень в серой тунике, и пустился следом. Через десяток метров впереди появилось пульсирующее голубое свечение, и еще через десять Эндрю вышел на помост и смог выпрямиться.

Метаморф вывел его в полусферическое помещение, где по стенам шли провода и трубы, а в центре под прозрачным кожухом светилось... Нечто... Эндрю даже себе представить не мог, что это такое и для чего предназначалось устройство, заливавшее все пространство вокруг синим и белым.

Внизу среди проводов копошились боты, а по кругу шло кольцо помоста для обслуживающего персонала, огороженное перилами. Чуть поодаль на стене висела панель с экраном, рядом с которой стоял Кай и доставал из висевшего на перилах подсумка... книгу. Простую бумажную книгу в переплете.

— Что это?

— Это одна из самых ценных моих вещей. Она хранится тут, потому что он очень любил такие двигатели. А еще потому что тут мертвая зона у камер и Селесте сложно его найти, — Серый передал книжку техноманту. — Это дневник, я сам подарил ему книгу, и он записывал сюда разные вещи. Моя первая любовь и первая настоящая потеря.

— Мне Арчи рассказал...

— Ну, я могу понять. Арчи очень тяжело это воспринимал. — Кай посмотрел на Эндрю виновато. — Вы похожи, но, надо сказать, только внешне, ну и в отношении ко мне, в остальном исключительно разные. — Он закусил губу и замолчал, задумчиво глядя вниз.

— Этот корабль умирает... Он старый, ему столько же, сколько и мне, и он устал. Я везде вижу следы постоянных ремонтов, и у него заканчивается топливо в реакторе, а как только погаснет реактор, то погаснет и этот свет. Это фотонный двигатель, чудо инженерной мысли. Он мог переносить на немыслимые расстояния за минуты, а теперь он тут... Зарыт и бесполезен.

— Почему бесполезен?

— С ним можно летать только в открытом космосе. — Серый дернул плечом. — Остается надеяться, что однажды он поможет местным, когда они дорастут до нужного уровня технологий и раскопают его...

— Звучит фантастично. — Парень криво усмехнулся, оставив без пояснений, что именно фантастично: возможности двигателя или то, что марсиане что-то сделают.

— Может и так... И после этого эта детка сможет летать только в пределах атмосферы на оставшихся твердотопливных движках, и то недолго, может, пару тысяч километров, разве что...

— Ну, мы можем воспользоваться парусом или железной дорогой, если уж припрет, — Эндрю оторвал взгляд от движка и посмотрел на Кай, он чувствовал, что его синтет готов не просто расклеиться, а буквально развалиться на части, и сейчас рассказывал все это, перебирал воспоминания, как будто пытаясь как-то остановить этим разрастающуюся пустоту внутри.

Осмотревшись, техномант увидел в разных сторонах полусферы еще несколько лазов, похожих на тот, через который он забрался.

— А там что?

— Там проход к навигационной системе, пойдем, я вас познакомлю, — Серый пошел по кругу, сунув книжку обратно в подсумок, Эндрю же тайком отстегнул его, забрал с собой и сунул во внутренний карман жилета и направился следом.

— Познакомишь?

Так же молча, как и до этого, Кай канул в лаз, приспособленный под ботов, узкий и извилистый, который вывел их в новое помещение. Округлое бесформенное пространство, окутанное трубами и сложной системой охлаждения, в центре его висела сфера, от которой в шесть сторон расходились провода. Техноманта оглушила тишина, он находился в клетке Фарадея и почти не ощущал электрических импульсов, только совсем слабые от находящегося внутри помещения тщательно экранированного оборудования.

Как только Серый вошел, включился экран на стене — видимо, сработали датчики присутствия. И показатели на экране были нулевые.

Синтет остановился, открыв рот, и глаза его наполнились слезами.

— Как? — он метнулся к дисплею и стал перебирать тонкими пальцами, проверяя и обновляя показатели, но ничего не менялось, оборудование работало исправно. — Как, блядь? НЕТ! Быть не может, детка!

Увиденное повергло Эндрю не то что в замешательство, он понял, что когда-то эти приборы показывали показатели человеческой жизнедеятельности... И теперь показывать стало нечего.

Серый бросился к сфере посреди комнаты и стал молотить по ней руками в бессильном отчаянии, крики перешли в рыдания, а те — в тихие всхлипы. Пораженный такой реакцией, Эндрю просто стоял и смотрел, не представляя, как тут вообще можно помочь.

— Любовь?

— Пойдем отсюда, Сокровище... — хрипло выдохнул Кай и с трудом поднялся. — Мне надо переговорить кое с кем...

***Эндрю***

И вот теперь техномант стоял, сложив руки на груди, и наблюдал безобразную сцену, которую метаморф устроил ИскИну. Выяснилось, что Селеста не получала данных от живого мозга в недрах корабля не просто давно, а буквально годами, десятками лет. С тех самых пор, как у нее случился терминальный сбой, из-за которого она отключилась и не подала сигнала бедствия, из-за чего Кай десять лет проторчал в качестве объекта исследования на каком-то «Поларе», а сам корабль чуть не разобрали на запчасти.

И неясно, то ли Селеста проморгала, то ли мозг умер по естественным причинам, но именно отходу навигатора в мир иной они, судя по всему, обязаны тому, что Двенадцатый оказался на Марсе...