Запись 3. Обещание

Без даты.

***Кай***

С момента возвращения на корабль я не сомкнул глаз, мне казалось, что если я усну, то обязательно упущу что-то важное, и все вокруг исчезнет или развалится. Я зарядил Селесту на планирование развертывания жилой базы на поверхности, а сам сосредоточился на поиске подходящего места. У меня был еще один спуск на поверхность без возможности вернуться обратно. Я планировал, оказавшись внизу, проверить несколько точек, а потом дать сигнал Селесте, чтоб она спустила корабль в выбранное место.

— Кай, ты уверен, что стоит выбирать уединенное место? — Селеста подала голос, когда я тупо смотрел на карту, испещренную пометками. Несколько было сосредоточено в районе Лабиринтов Ночи, остальные раскиданы совсем отдельно друг от друга. Под каждой отметкой был старый колониальный комплекс, достаточно хорошо сохранившийся и достаточно крупный, чтоб его могла заметить наша оптика.

— Я уверен, что точно не хочу попадаться на глаза властям и военным, пока не разберусь, насколько достоверна в этом смысле имеющаяся у нас модель, потому что есть шанс, что меня просто разберут на образцы или что-то в этом духе. — Я пощипал переносицу со вздохом. — Ноктис кажется хорошим вариантом, тем более, судя по количеству баз, там было благоприятное место для поселенцев. Есть шанс, что я найду что-то живое, и ты сможешь подключиться к куполу. Не хочешь стать умным домом, а, дорогая?

— Я не уверена, что совпадут кодировки, — она ответила сухо, и на экране с картой появилось несколько желтых кружочков. — Вот эти три купола могут нам подойти. Если местные колонисты пользовались той же логикой, что и наши, то вот эта структура, — кружочек южнее Лабиринтов Ночи окрасился зеленым, — должна была быть жилым модулем с системой обеспечения, но там нет воды, а запасы корабля более чем ограничены. — Кружочек на севере окрасился синим. — А это исследовательский купол, причем у него разрушен свод, и это то, с чем ты не сможешь справиться. На самом деле, дорогой, — в последней фразе ИИ добавил отлично имитированную ядовитую сладость, — если ты не хочешь посещать поселения, то вариант у тебя всего один, — все отметки на экране исчезли, и появилась одна, в месте, где, как я думал, ничего не было, — этот.

— Поясни. — Я сложил руки, обняв себя за талию одной и покусывая ноготь на большом пальце другой.

— Если экстраполяция верна, то в этом месте находится подземный комплекс. Если она неверна, то у нас нет выбора и придется присоединяться к поселению.

— Ты что-то недоговариваешь, — проворчал я и, развернувшись, плюхнулся на кровать.

— Эти расчеты ничего тебе не дадут, твоей квалификации недостаточно, чтобы в них разобраться.

— В смысле, я не пойму, потому что тупой?

— Ты не поймешь, потому что ты не инженер-геолог.

Свет в каюте стал ярче, и включилась какая-то панель, которую я все это время считал просто частью стенки.

— Активируется протокол «Новый Эдем», экипаж должен быть сопровожден в капсулы гибернации до окончания процесса подготовки.

Крышка капсулы надо мной захлопнулась с опасной скоростью, инстинктивно я вскинул руки, чтобы ее удержать, но теперь мог только царапать когтями прозрачную поверхность.

— Селеста, какого черта? — это было последнее, что я успел сказать, прежде чем мой мир провалился во тьму.

***Эндрю***

В эту ночь Эндрю в очередной раз поднял глаза к небу, у него было всего несколько минут уединения, пока у одного из страусов меняли крепления седла. Он снова прокрутил в голове ту встречу с этой девушкой в странном костюме — Кай... Ее имя было непривычно коротким и похожим на выдох... Он прикоснулся кончиками пальцев к губе, казалось, что тепло от ее прикосновения все еще живет под кожей. Он как-то узнал, что это называется «произвести поцелуй», и что она и ей подобные могут таким образом устанавливать ментальные связи. Он вспомнил поток чувств, мыслей и образов, который обрушился на него... Ее спугнули, она торопилась рассказать все, прежде чем уйти, и показала ему это. Теперь ему остается только ждать. Ждать и думать, готов ли он шагнуть с обрыва. Сейчас у него по крайней мере был план того, как выкупить свою свободу у рабовладельца, но если она выполнит обещание, то это будет совсем иная история. Готов ли он?

Она оставила ему боксы и фляжку с водой, боксы отнял Рауль и впоследствии проявил настойчивость, пытаясь узнать, откуда они, — от этой настойчивости у Лаки теперь болели ребра. А вот фляжку не нашли. Он открыл крышку и сделал глоток. Вода становилась в ней холодной до боли в зубах и очень чистой, с едва заметным металлическим привкусом. Он покрутил в руках сосуд, на нем не было никакой маркировки, только надпись на незнакомом языке, сделанная от руки, — судя по всему, какая-то записка от Кай. Он провел по трем коротким словам большим пальцем, задрал голову и закрыл глаза, точная зная, что он увидит, когда откроет их...Парень нахмурился, он не мог разглядеть своей звезды. Ее не было. Он почувствовал, как его сердце разрывается на части, а в воздухе отчетливо запахло озоном.