ЭКСТРА-БОНУС! 4, часть 5. Вперёд в прошлое. Заключительная глава.

— Да ладно? Решили прошвырнуться по местам былой славы? — Юнги с ухмылкой первым вступает в диалог, равняется с Тэхёном и легко толкает друга в плечо.

Они несколько минут назад приземлились в аэропорту Лас-Вегаса, и, стоит заметить, время над этим местом не властно. Казалось бы, вот тут же только вчера Тэхён стоял вместе с Юнги, будучи ещё студентами третьего курса университета искусств. Оба сжимали в руках ручки от маленьких скромных чемоданов и терялись в огромной территории залов нового неизученного места.

А обратно улетали и были уже не вдвоём в шумном холле.

Чонгук их провожал...

Сегодняшний Тэхён неторопливо обводит глазами помещение и неосознанно тянется рукой к шее, на которой тогда был повязан синий чужой платок, и тот запах на нём, который он жадно вдыхал с первой минуты, как только шёлковая ткань стала принадлежать ему. Ким фокусируется на профиле мужа, а перед глазами проносится вихрем то мгновение, те облики, ощущения и тот неуверенный диалог между ними:

«Чонгук старается изо всех сил успеть насмотреться на него, потому как понимает, что тот сейчас развернётся к нему спиной и постепенно исчезнет в глубине территории аэропорта. А через несколько часов их и вовсе разделят тысячи километров. Они не прощаются навсегда, и он знает, что это далеко не последняя их встреча.

Он знает, что впереди у них будет куча совместного времени, хотя бы на протяжении этих шести месяцев. Он знает, что через неделю он будет тоже в Сеуле. Но прямо сейчас, в эти последние секунды, он смотрит на Тэхёна так, будто того у него отбирают навсегда. Будто в следующий миг он лишится зрения и больше никогда не сможет любоваться этими голубыми волосами и карими глазами, которые тоже пристально смотрят в ответ.

И этот его шарф на нём. Ведь Тэхён мог повязать на шею сегодня что угодно, купить что-то другое, возможно более подходящее. Но он выбрал именно вещицу, что дал ему Чонгук. Ему снова хочется обнять Тэхёна. Но вместо этого он делает шаг вперёд и протягивает ему руку:

— Ты помнишь, о чём я просил тебя, Тэ?

Услышав это вот «Тэ», которое голосом Чонгука магически действует на Кима, тот ослабляет рукопожатие. Его рука просто лежит в чужой крепкой, не желающей эту самую руку выпускать.

— Я позвоню, когда мы будем в самолёте. И я позвоню, когда мы приземлимся, — Тэхён, кажется, тоже не отказался бы от объятий.

— Пока, Тэхён, я буду ждать.

Уже жду и уже скучаю»

Чонгук тогда также прощался и с Юнги.

Тогда им было пора.

Тогда они толком и не знали друг друга.

Тогда, но не сейчас.

Нельзя сказать, что Тэхён оказался здесь впервые спустя пять лет, и его захлестнула дикая ностальгия по прошлым дням, перевернувшим его жизнь и жизнь Чонгука с ног на голову. Это будет неправдой.

За последние месяцы Тэхён здесь — довольно частый гость. И друзья пока что не понимают, в чём кроется настоящая причина их визита в Неваду. Они мыслят слишком узко в данный момент. Юни с Чимином действительно полагают так: тусоваться вчетвером и посетить знаменитый ночной клуб, который свёл двоих абсолютно противоположных мужчин, уложил ладонь одного в руку второго и пронзил сердца сильным чувством, меняя все стереотипы и взгляды Ким Тэхёна при виде своего Чонгука, ставшего законным мужем в их первую ночь.

Друзья поверили в их намерение, прозвучавшее так нелепо: «показать Чимину наш судьбоносный клубешник». Конечно же, они могут себе позволить вот так купить билеты на самолёт и улететь на другой край земного шара, чтобы... сходить в ночное заведение и довольными вернуться домой.

Друзья ничего пока не понимают, а у Тэхёна щемит в груди от предстоящего вечера, заставляя молодого мужчину заметно нервничать уже сейчас. Заметно для любимого мужа, но никак не для Юнги и Чимина с широкими улыбками на лицах и приподнятым настроением от скорых увеселительных похождений по Вегасу, который в тёмное время суток заживёт совершенно иной жизнью с разнообразием шоу, веселья и обилием развлечений на любой вкус.

Нужно отметить ещё один неоспоримый факт в черте характера Тэхёна. Деньги его не испортили. Вообще, люди сильно ошибаются, произнося избитую, давно засевшую в головах фразу «деньги портят человека». Суть в том, что деньги не портят. Причина куда глубже. Деньги лишь помогают показать себя настоящего. Они всего лишь способ, чтобы раскрыться.

Способ свободно самовыражаться без ограничений и рамок в тех направлениях, которые импонируют тому или иному типу личности. Деньги вовсе не могут испортить, они всего лишь показывают настоящее лицо без всяких прикрас. Выпускают наружу твоё истинное «я», которое ты так старательно прятал раньше, не имея опоры в виде материальной поддержки. Не имея ресурса вести себя в обществе так, как того желал в глубине души, но не мог себе позволить по понятным причинам.

То, что было обезображено изначально, невозможно видоизменить или испортить чем-то извне. Когда личность изуродована отвратительными качествами и имеет к ним тягу, прямую предрасположенность, деньги ни при чём.

Если быть кратким в этом вопросе, то человек, наполненный светом, излучает его же. Охотно и щедро делится добром, заряжая всех и каждого вокруг себя. А человек с гниющим нутром, скверными намерениями и мыслями будет с мерзкой ухмылкой превращать этот мир в чёрное месиво, принижать других, а себя неустанно восхвалять и восхищаться лишь собой любимым. Будет упиваться самолюбованием, не считая окружающее его общество за людей.

Тэхён, само собой, относится к первым. За прошедшие годы материальные блага нисколько его не изменили в худшую сторону. Мало того, он знает им цену и имеет очень хорошее представление о том, как непросто зарабатывать деньги. Ценность собственных усилий и частой загруженности. И своей загруженности, и любимого мужа Ким знает и видит каждый день тоже не понаслышке и не из чужих рассказов. Про такого, как Тэхён, можно без колебаний сказать, что он сделал себя сам.

Да, не без помощи человека, ставшего для него родным. Властного мужчины, который поощрял его стремления к учёбе, а после и к работе. Да, Чонгук Тэхёну такую возможность предоставил: образование, знание языка, безбедное существование и всё прочее, но!

Если бы у Кима не было желания устраивать свою жизнь, и он тупо бы отсиживался в роскошном особняке, пока супруг заколачивает и приумножает состояние. Тэхён бы только и делал, что разъезжал по магазинам, обедал в дорогих ресторанах и отрывался на самых популярных и востребованных мировых курортах. Если бы он был настолько глуп. Если бы Чонгук не вдолбил в его юную голову, что он — личность, и что он может всё, только усилия приложи, то ничего бы не было.

Этого дня, в который он сегодня уверенно и смело шагает, крепко держа в руке руку Чонгука, и ощущает, как в горле собирается ком, для Ким Тэхёна попросту не существовало бы.

— Не волнуйся так, Тэ. Главное, что мы затащили их в Вегас. А теперь дело за малым, — Чонгук шепчет совсем близко от уха и оставляет поцелуй на мочке. Он Тэхёну улыбается и одобрительно кивает, намекая, что всё пройдёт более чем прекрасно.

Тэхён и Чонгук боятся представить, какой может быть реакция на то, что пара друзей увидит уже через несколько часов. Эти двое тщательно скрывали занятость Кима. Когда тот уезжал из страны, то общение сводили к минимуму или вообще отмалчивались, утаивая информацию о том, что Тэхён сейчас в Вегасе, а не в Сеуле. У Тэхёна имеются свои причины делать из этого тайну перед друзьями. Он потом обязательно объяснится и ответит на все их вопросы, а ведь они точно будут. После того, конечно, как Юнги и Чимин соскребут с пола свою челюсть.

Дождаться вечера и не свихнуться от растущего напряжения внутри становится с каждой минутой всё труднее. Они вчетвером садятся в такси и направляются по улицам города к отелю. Поселяются, кто бы мог подумать, на том же этаже. Юнги и Чимин здесь ещё не бывали.

Пак, в отличие от мужа, знает о существовании этого места. Даже порывался бросить собственные намеченные дела и приехать к Чону, когда тот торжественно объявил из динамика телефона о том, что заключил брак со случайным парнем неизвестного происхождения да ещё и натуралом, дабы отвоевать у брата наследство и компанию.

Настала очередь Чона нахмурить лоб и вспомнить тот эмоциональный разговор на повышенных тонах:

«— Пару дней назад я подцепил одного парня в баре. Познакомились, разговорились. Его имя Ким Тэхён. Он студент из Сеула, двадцать один год, университет искусств, третий курс. Мальчик режиссёром хочет быть. Мечта у него с детства и всё в этом духе. Я предложил ему денег за то, что он качественно отыграет моего законного мужа на полгода. А ему деньги ой как нужны. Семья у него небогатая. Учится, подрабатывает ночами, живёт в общаге. Условия мои принял. Вернусь в Сеул, притащу его к себе жить, ну, для правдоподобия картинки перед окружающими. Это победа, Чим! У Сокджина нет шансов, — настолько, насколько это возможно кратко и содержательно Чонгук вводит Пака в курс событий и биографии Кима.

Теперь очередь Чимина быть вахуе. Но вот только в отличие от таких впечатлительных Тэхёна и Юнги, у него мозги работают на десять шагов вперёд. Его не выбить из рабочего состояния ничем. Он в подобных вопросах подкован и абсолютно безэмоционален. Холодная голова и выгода для Чонгука, остальное в принципе его не ебёт.

— Ну, заебись. А он не соскочит? Какой он вообще из себя? Скромный, заносчивый... какой он? — Чимин максимально краток. Ему важна информация в первую очередь для дела, а уж потом из любопытства.

Он бесподобный. Такой красивый. А ещё у него голубые волосы и он...

— Он натурал, — Чонгук сказал как отрезал.

— Что?! — Чимин за малым не давится сигаретным дымом, который только что наполнил его лёгкие.

Если бы Чимин стоял сейчас рядом, он бы дал Чону подзатыльник за подобное баловство, которое теперь неизвестно во что выльется»

А ведь вылилось...

Это уже классика. Номера рядом, и мужчины друг от друга ни на шаг. Им повезло всем четверым. Такая дружба и такая любовь даётся далеко не каждому. Кто-то борется за своё счастье всю жизнь, но так и не добивается ни взаимности, ни душевного покоя, ни человека, который ради тебя свернёт горы и шею каждому, кто осмелится вмешаться и попытается разрушить ваши отношения. Им просто несказанно повезло, встреча Чонгука с Тэхёном и знакомство Чимина с Юнги для них — настоящая награда, подаренная самой судьбой.

Кстати, о Чимине и Юнги. Пак, прохаживаясь по просторной спальне их номера, останавливает взгляд на муже, который возится с сумкой и старательно пытается в ней что-то отыскать. Чимин погружается в воспоминания и даже сейчас отчётливо помнит, как увидел на экране телефона Чонгука мальчишку. Строгого и грубого. Хмурого и резкого. Чон тогда разыскивал своего Тэ после проделок (деловой помощи в рамках полномочий личного адвоката) Чимина, предавшего огласке их бракосочетание, а трубку мобильного поднял Юнги.

Да, так и происходило в тот день:

«— Звони давай уже, только по видеосвязи. Интересно посмотреть на этого со... мальчишку, что так искусно задурил тебе голову, да «Гуки»? — и снова этот акцент на последнем и таком заветном «Гуки».

Они сидят и на пару слушают длинные гудки на громкой связи.

— У них сейчас четыре утра... — вполголоса проговаривает Чимин. А Чонгуку похуй, он забывает о разнице во времени. Ну, разбудим пацана, что такого?

«Возьми трубку, Тэ... прошу тебя, возьми этот чёртов телефон и ответь уже мне...»

Повторяет про себя Чонгук, сверля взглядом светящийся экран. С каждым гудком его сердце набирает обороты всё больше и больше.

И после очередного длинного сигнала Тэхён принимает вызов.

— Юнги?! — Чонгук таращится на парня, увеличивая глаза в недоумении.

Юнги. Что за Юнги? Про него Чимин ещё ничего не слышал и не знает. Он поднимает свою задницу со стола и становится рядом с другом, не без интереса вглядываясь в лицо незнакомца.

— Привет, красавчик, — Чимин слишком похож на Чонгука в общении с людьми, которых видит впервые в жизни, тактичности не занимать. Особенно если те выглядят слишком привлекательно. — Интернет, что ли, отвалился... картинка зависла, да? — он пихает Чонгука локтем, но тот продолжает гипнотизировать Мина. — Э-э-эй! Слышишь меня, парень? — Чимин проводит рукой несколько раз перед фронтальной камерой мобильного, стараясь вызвать ответную реакцию абонента. — Чонгук, ты что не видишь? Почему он завис? Секунды вызова вроде отсчитываются, не остановилось, странно.

— Я не завис... — сонный голос Юнги еле уловим. Чонгук прибавляет громкости.

— Где Тэхён? Почему ты с его телефона... что с ним?! — опять эта паника, которая не поддаётся контролю Чонгука.

— О, и правда не завис. А он хорошенький. Так значит это не твой?»

Нет, Чимини, это «твой», как оказалось, спустя почти год после той короткой беседы по видеосвязи.

— Юнги, что ты там потерял, любовь моя? — Чимин присаживается на корточки рядом с мужем и заглядывает тому за плечо.

— Рубашка! Я, кажется, оставил её в нашей спальне. Так же как и плавки. Забыл её, вот же чёрт! — Юнги сердито выплёвывает слова и выглядит расстроенным. — Я думал, что положил её в твой чемодан. Потому и роюсь здесь. Та рубашка, которую ты мне подарил на день святого Валентина, помнишь? — конечно же, Чимин помнит, обнимает за плечи и посмеивается.

— Я тебе здесь ещё одну куплю, хочешь? Просто так, только губы не дуй, как Тэхён, тебе это не идёт.

Послышался короткий стук в дверь, на что оба повернули голову, но с места не сдвинулись.

— Открывайте, чего замолчали? Мы знаем, что вы внутри! — Чонгук барабанит пальцами во второй раз, а Тэхён скребётся ногтями по дверному полотну около ручки, намекая, чтобы те подняли свои пятые точки и впустили их немедленно.

— Ну нихрена... а чё вы такие деловые? Где потёртые джинсы и такие же футболки свободного кроя? — Юнги им открывает и отступает на шаг, приглашая войти.

— Хватит шариться по чемоданам. Вы что, всё это время перебирали шмотки? — Тэхён вступает в диалог, перешагивает раскиданные на полу чужие вещи, проходит вглубь и усаживается в кресло.

— Во даёте. Если бы я вас не знал, то мог подумать, что у вас сегодня какое-то очень важное и торжественное мероприятие, — Чимин окидывает Тэхёна внимательным, пристальным взглядом, замечая все детали в его вечернем наряде. В его и Чонгука образах. Оба в светлых приталенных рубашках. Тёмные брюки, подчёркивающие бёдра. На ногах — классические туфли. — Кажется, мы чего-то о вас не знаем? — косится на Юнги, который тоже подзавис на мгновение. — Неспроста вы так вырядились. Точно же неспроста, — уверенно и вслух проговаривает Пак и складывает руки на груди, не сводя с друзей глаз. Он сейчас прав в выводах, но соглашаться с ним и говорить, какой он наблюдательный и догадливый рановато.

— Собирайтесь, скоро прибудет машина, — Тэхён вращает на пальце обручальное кольцо и встречается глазами с проницательным Чимином. — Мы вас внизу подождём. Идём, Гуки, — после этих слов немедля поднимается с сиденья, цепляет за мизинец мужа и удаляется вон.

— Подожди, Тэ. Я не понял... форма одежды? — Юнги показывается из дверного проёма и провожает взглядом спины Чонгука и Тэхёна.

— Любая... — голос Кима разносится эхом по коридору на этаже. Он стоит рядом с мужем и вызывает лифт. Оба не оборачиваются.

«Сегодня что-то будет...»

«Что-то грандиозное или официальное, но что...?»

Чимин не спешит озвучивать мысли на этот счёт, но в том, что он не ошибается сейчас, мужчина почему-то нисколько не сомневается.

* * * * *

— Могли бы и пешком пройтись, прогуляться, — спустя минут двадцать Чимин и Юнги спускаются на первый этаж и находят друзей на одном из диванчиков. Пак сейчас задействует свои профессиональные навыки и следит за реакцией Чона. — Клуб ведь, по твоим рассказам, находится в паре кварталах отсюда, — прячет руки в карманы брюк.

Да, они с Юнги выбрали тот же стиль в одежде, чтобы не выделяться на их фоне. Чонгук моментально отводит глаза и бегает ими по лицу Тэхёна, который тоже себе места не находит.

Беспокойство.

Волнение.

Страх...?

Чимин не может точно определить, какую конкретно из трёх эмоций оба сейчас переживают, особенно Тэхён. Он встревожен куда заметнее. Бесконечно поправляет рубашку, хотя она и без помощи рук сидит на нём идеально. И не надо там ничего трогать и поправлять вовсе. Взгляд устремлён куда угодно, но только не в глаза Пака.

«Ну, тут всё более чем понятно»

«Тайну скрывают оба, определённо, а нам не говорят»

«Иначе на кой чёрт ехать на такси, если ночной клуб в шаговой доступности?»

Подытоживает Чимин и легко улыбается. Юнги, в отличие от мужа, щёлкает лицом и просто стоит рядом, не понимая скрытый смысл сегодняшнего вечера.

— Нам просто нужно вначале кое-куда заехать, — видя растерянность и нервозное состояние Тэхёна, Чонгук берёт инициативу в свои руки и поясняет.

«На пару часов»

Умалчивает о главном и заправляет пряди волос за ухо. Чонгук заканчивает мысль, естественно, про себя и переплетает с Тэхёном пальцы.

«Время пришло»

Кивком головы Чон подаёт мужу знак о том, что всё будет в порядке. Он невесомо целует Тэхёна в щёку и шепчет в висок признания в любви. В тысячный раз повторяет и о том, как восхищается им с первого дня знакомства. Быстро проговаривает, успокаивая, что всё пройдёт «на ура». Что пора бы уже выдыхать и отдаться моменту. Что, в конце концов, друзья смотрят, а они ведь не идиоты.

Какой была задумка изначально? Сделать сюрприз? Вот, правильно, а не выдать себя с потрохами незадолго до начала важного и значимого события. Какие-то несчастные минуты, и задуманное Ким Тэхёном свершится. И не просто свершится, а приобретёт мировые масштабы на глазах у лучших друзей. В присутствии верных и преданных друзей, без которых, вероятно, их с Чоном истории любви и счастья не существовало бы.

Чонгук обнимает за талию мужа и зовёт Чимина с Юнги к выходу.

Автомобиль подан и ожидает своих пассажиров.

— Кажется, тот клуб находится не здесь, — Мин не без удивления глядит в окно и хмурится.

Чувствует, что его где-то наебали. Да, дело было давно и ночью. Да, Юнги не знает улиц города и даже адреса. Да, они тогда с Тэхёном были выпившие, особенно Тэхён, но то, что машина паркуется не у ночного клуба, — это факт, причём конкретный и неоспоримый.

— Точно не здесь, — утвердительно и без доли сомнения от Чимина, повернувшего голову к зданию совершенно другого назначения. — Нахрена мы приехали к кинотеатру? — вопрос адресован больше Чонгуку, чем Тэхёну. Пак ориентируется в Вегасе очень хорошо и знает расположение основных заведений города. Он щурит глаза и медленно моргает... неужели...?

— Кино? Серьёзно? — до Юнги не доходит. Оно и хорошо.

Все четверо покидают салон автомобиля, но делают они это не у главного входа, как все остальные люди. Их почему-то пропустили на внутреннюю стоянку, что позволено далеко не каждому желающему.

— Ага. Заглянем ненадолго. В клуб пока рановато. Вам понравится. Идём, — и снова подаёт голос Чонгук, потому как у Тэхёна с каждым шагом давит под рёбрами и перехватывает дыхание.

Он не думал, что этот момент дастся ему настолько тяжело и сложно психологически. А ведь Чонгук прав был. Всё ведь хорошо. Всё ведь просто замечательно. Причина в том, что для Тэхёна это очень важно. Слишком дорого сердцу, чтобы оставаться спокойным, поддерживать разговор или шутить.

— А почему не через главные двери? Мы что нарушаем закон или на секретном задании? А, Тэхёни? — шестерёнки в голове Мин Юнги зашевелились и запустили мыслительный процесс, но он оказывается куда медленнее, чем вереница мыслей и цепочка связанных событий в голове Чимина.

Пак не может поверить тому, на что это похоже. Ему нужно увидеть, чтобы поверить наверняка. Чимин замолкает и шагает вместе со всеми, не поднимая глаз. Он, кажется, понял, но как уложить подобное в сознании, мужчина совершенно не знает.

— Вроде того, — Тэхён находит силы, чтобы ответить, но получается совсем тихо и скомкано, будто короткая пара слов заставила подавиться и снова закрыться в себе, храня молчание.

Чимин бросает на него быстрый взгляд. На Киме нет лица. Невозможно считать то, что у того поселяется внутри. Он как фарфоровая кукла, идущая по заданному направлению. Кажется, он и сам до конца не верит, что все его старания воплощены в жизнь. Чонгук сжимает его ладонь и ни в коем случае не отпускает. Он его поддерживает. Так было всегда и так будет сейчас и каждый день.

— Добрый вечер, господин Ким. Всё готово. Просим вас и ваших друзей, — сотрудник кинотеатра, материализовавшийся посреди плохо освещённого, тёмного коридора, как только четверо мужчин переступили порог здания, отвешивает поклон, согласно корейским традициям в знак уважения и приветствия важной персоны, и направлением руки указывает на нужную дверь, уступает дорогу, приглашая войти.

«Его здесь ждали... Нас...»

«Всё точно было спланировано заранее»

«Это приглашение и прилёт в Вегас неслучайны»

Чимин безмолвно разговаривает сам с собой и следует за парой друзей вглубь помещения.

— Господин?! — Юнги аж вперёд подаётся с этим резким вопросом. — Тэхён, он только что назвал тебя господином?

Ответа не поступает, да они и не нужны больше.

Как только тяжёлая дверь распахивается перед их лицами, и они проходят ещё немного вперёд, Юнги не выдерживает снова.

— Вы выкупили все билеты? — перед мужчинами VIP-зона небольшого размера с шестью рядами и комфортабельными кожаными креслами. — Почему вы все молчите? Почему мне никто не отвечает? — потому что слова и ответные реплики тут излишни, Мин Юнги. — Блин, прям как наше первое свиданье, — берёт попытку расшевелить хотя бы мужа и обратить его внимание на себя. На этот раз у него получается. Чимин реагирует на последнюю фразу.

— А для тебя тогда это было свиданьем?

— А для тебя что, разве нет, Чимини? — моментальная хитрая улыбка заиграла на губах Юнги, и он чмокнул мужа в щёку. — Давай сядем, как в тот давний вечер в кинотеатре Сеула? Пойдём на те же места на предпоследнем ряду?

Тэхён и Чонгук предоставляют им эту возможность, сами тоже усаживаются рядом и по-прежнему ничего не говорят.

— Я надеюсь, сегодня-то ты меня здесь поцелуешь? Не то что тогда. А я ведь ждал, родной, — Юнги сегодня единственный с диким и неконтролируемым рвением поболтать без умолку.

— Ага, а потом мне звонил и визжал среди ночи в трубку о том, как Чимин тебя жестоко обломал и даже не обнял, — этими словами, трогающими события прошлого, у Юнги получается вырвать Тэхёна ненадолго из своих мыслей и развязать его язык.

Мину не забыть тот поздний совместный вечер и из памяти не выкинуть. И то, как Чимин его отшил после ужина раменом на безлюдной набережной, распознав фальшивое поведение, — тоже.

«— Он меня так и не поцеловал, Тэхён! Я даже первый начал, а он... — не успел Юнги оказаться в пределах своей комнаты, как тут же набрал номер Кима. И плевать, что сейчас второй час ночи. Тут трагедия века приключилась, о каком сне может идти речь? — А он просто встал и сказал, что нам пора, прикинь? — взвинченный Мин чуть ли не орёт тому в трубку, нарезая круги по помещению, потому как присесть, успокоиться и смириться у него не выходит.

— А если бы поцеловал, ты бы ответил на поцелуй? — сонно зевает в динамик Тэхён и ухмыляется от своего же каверзного вопроса.

— Нет, конечно! Я бы тогда сказал, что это был розыгрыш и всё такое...»

Но как показывает время, «и всё такое» теперь сидит рядом, держит Юнги за руку и является его законным мужем не первый год. Мин придвигается ближе, и счастливее них и Чонгука с Тэхёном никого не может быть.

Чимин сейчас приятно удивлён и готов был уже подать голос, как свет и боковые огни на стенах зала гаснут, погружая четверых присутствующих в темноту. Все замолкают, как по щелчку, включая Юнги. Их лица обращены к экрану. Тэхён кусает губы и чувствует, как сердечный ритм нарастает и набирает нешуточные обороты. Кончики его пальцев холодеют, на что Чонгук накрывает переплетённые пальцы второй рукой и потирается кончиком носа о кожу на шее мужа.

Тэхён шумно выдыхает и не шевелится.

Просто моргает и смотрит только вперёд.

Так, как всегда учил его Чонгук.

Сейчас начнётся...

Когда на широком экране всплывает крупными буквами название фильма, друзья этой парочки на секунду перестают делать вдохи и выдохи. Они послушно замирают, точно окаменев на своих креслах.

Их лица не отражают ничего, кроме неподдельного шока. Оба в оцепенении от увиденного. Оба впились ошарашенными глазами в экран, а пальцами, скреплёнными в замок, ощутимо сжимают друг друга и, как и Тэхён, не смеют даже моргнуть, чтобы ничего не пропустить.

А что же там происходит. На том экране?

«Окутывающая густая дымка, создаваемая генератором тумана, манит и пленит, утягивая без помощи рук в стены популярного клуба, что находится в одном из главных развлекательных кварталов нашумевшего города на западе США. Штат Невада.

Биты не разрывают в клочья и не дробят ушные перепонки гостей этого места. Напротив, любезно и настойчиво приглашают. Нашёптывают, прокатываясь эхом по грудной клетке. Вовлекают отдаться мгновению и задержаться подольше.

Мужчине знакомо тут абсолютно всё. Но на этот раз его буквально подталкивают в спину к барной стойке, которая прямо перед ним. И причина вовсе не в музыке, не в атмосфере, не в предвкушении находиться среди пьяной танцующей толпы молодёжи. Не в желании подхватывать телом каждый бит и двигаться в такт меняющимся огням стробоскопа над головой.

Нет. Это всё не то. Это на него давно не действует. Ему доводилось видеть подобное десятки раз. Причина в другом. В человеке, сидящем на другом конце зала спиной к мужчине. Внимание приковано к парню, лица которого он пока что не может разглядеть. Далеко.

Ярко-голубые волосы разлетаются, когда тот смеётся в разговоре с кем-то, запрокидывая голову назад. Движения чужого тела заставляют глаза смотреть лишь в его сторону. Лишь на него одного. А профиль незнакомца кажется и вовсе идеальным. А, может, он такой и есть?

Этот мужчина никогда своего не упустит. И топтаться с неуверенностью, потупив взор, точно не станет. Он пробирается по танцполу, ловко протискивается, не касаясь никого вокруг. Не сводит глаз с мальчишки, который примагничивает улыбкой и проходится по шелковистым прядям длинными пальцами, зачёсывая их назад и глотая порцию алкоголя. Совсем юный. И он сейчас ночному гостю очень нужен. Во всяком случае, на эту ночь. Немного смущает то, что парень напротив не один»

— Да... с этого места мы и начинали... — шёпот Чонгука тихий, еле уловимый. Тэхён его слышит и полностью с ним согласен.

— Какого хрена...? — давит из себя Юнги, едва шевеля губами. — Как долго вы об этом молчали? — поворачивается к Тэхёну, который не обращает внимания на очередной вопрос от друга. Не потому что умышленно его игнорирует. Это скорее так проявляет себя стресс и нервное перенапряжение от минувших месяцев кропотливой работы.

— Тс-с-с-с, — шипит Чонгук, освобождает руку из ладони мужа и прикладывает указательный к собственным губам. — Не трогай его, — речь о Тэхёне. — Смотри. Просто смотри...

Чимин по-прежнему обездвижен и ошеломлён. Не реагирует на шёпот и вопросы мужа. Не отвлекается на возню между ним и Чонгуком. Ему становится понятно абсолютно всё без лишних объяснений и слов.

Перед глазами Тэхёна и Чонгука мелькают кадры кинофильма, а в памяти — их самая что ни на есть настоящая жизнь и ни в коем случае не выдуманная история.

Как там всё было?

Сейчас, сейчас...

«— Привет, — Чонгук моментально подхватывает чужое приподнятое настроение и безошибочно подмечает, что мальчишка с голубыми волосами много выпил, он практически в хлам. Чону это на руку. Тем лучше, тем сговорчивее, тем доступнее. Явно не против общения. Не скован и достаточно раскрепощён в поведении с человеком, которого наблюдает перед собой впервые в жизни. — Здесь свободно? Или... я вам помешал? — тактичности Чонгуку не занимать. Потому как... кто его знает? Может, этот привлекательный парень с любовником? Или с мужем? Лишние конфликты ни к чему. Чужое Чонгук трогать не привык, как бы ни хотелось. И не изменит своим укоренившимся принципам.

— Конечно, свободно! Садись с нами, — незнакомец хлопает по сиденью никем не занятого стула, что рядом с ним, и кивает, мол, смелее, занимай место рядом со мной, ну же.

— Тэ, я отойду ненадолго? Позвоню и вернусь, — Юнги кидает быстрый взгляд на Чонгука, который ещё не успел представиться и назвать своё имя, и более не задерживается в его компании и компании друга ни на минуту. — Я скоро.

— Твой бойфренд? — вот так нагло, прямолинейно и в лоб от Чона.

Примерно так начинаются его одноразовые знакомства с мальчиками в ночных заведениях, которые далеко за пределами родной страны. И заканчиваются на рассвете раз и навсегда. Здесь с этим куда привычнее и проще.

— Ты чё? Это мой друг, — хохотнув, парень совершенно не понимает, к чему был задан вопрос, не видит явного подтекста и вспыхнувшего интереса в глазах напротив. Что сокрыто под парой слов из чужих уст? Он даже не пытается распознать, что за человек к нему подсел. Какие у того предпочтения и намерения? — Мы в универе вместе учимся, — честно и с долей наивности отвечает он и осушает бокал виски до дна.

— Меня Чонгук зовут. А ты...? — сокращая сантиметры и оказываясь непозволительно близко от чужого лица, мужчина протягивает ладонь, а сознание уже вовсю щедро изображает пошлые, сочные и красочные картинки в продолжение совместного времени, где они только вдвоём.

— А я Тэхён. Моё имя Ким Тэхён, — пожимает руку, отвечая взаимностью. Он не заостряет внимание на том, как ладонь мужчины осторожно ложится на его плечо...»

И на рассвете после той ночи ничего у них не закончилось, а только началось.

Практически два часа в тёмном зале кинотеатра пролетели на одном дыхании. Сердце каждого то останавливалось, то начинало колотиться, выпрыгивая из груди на важных для Тэхёна и Чонгука моментах.

Например, на том, когда Чон прилетел в Сеул первым же рейсом, разыскал Кима в студенческом общежитии и окончательно забрал его в свою жизнь.

«— Я приехал к тебе только для того, чтобы ты знал «я не предавал тебя» и «я не нарушал своих обещаний». Просто сказать тебе в глаза, что я не делал этого, Тэ.

— Я здесь не затем, чтобы попытаться оправдать себя, я здесь для того, чтобы вытащить тебя с того дна, на которое ты сам позволил себя опустить, Тэхён. Позволил этим сплетникам и лицедеям. Какого хрена ты, взрослый, самостоятельный и сформировавшийся человек позволяешь этой толпе втаптывать себя в грязь?

«Я пришёл сюда вправить тебе мозги, Тэхён»

— И я не уйду, пока ты не дослушаешь меня до конца, — Чон медленно моргает и не сводит с него взгляд. С его опущенного капюшона, из-под которого виднеются растрёпанные ярко-голубые пряди самых красивых на свете волос.

Чонгук видит, как Тэхён не выдерживает, и солёные дорожки бегут по его щекам. Он не подходит ближе, как бы сильно ему сейчас этого не хотелось. Он не хватает его за плечи и не трясёт со словами: «Одумайся, парень! У тебя вся жизнь впереди, а ты собрался похоронить себя заживо из-за такой ерунды?!».

Чонгук достаёт из заднего кармана брюк свой мобильный, включает таймер ровно на шестьдесят секунд и кладёт телефон экраном вверх перед Тэхёном.

Обратный отсчёт начался...

— Я всё сказал, Тэхён. Как только время выйдет, ты либо остаёшься здесь ненавидеть всех людей на свете и себя самого, тем самым окончательно загоняя себя и толкая в пропасть, либо... — он замолкает на пару мгновений. — Либо ты выбираешься из угла своей кровати, берёшь меня за руку, и мы вместе выходим отсюда и больше не возвращаемся ни в это место, ни к этой теме, — Чон шумно выдыхает, кое-как держа себя в руках.

— У тебя уже сорок секунд. И я сейчас не шучу.

Двадцать пять... двадцать четыре... двадцать три...двадцать две секунды.

Слёзы капают на постель рядом с меняющимися цифрами на дисплее телефона, сокращая и без того слишком короткое время на принятие решения, отведённое Чонгуком.

— Всё, что тебе нужно сделать, это взять свои документы, карточки, свой мобильный и... мою руку. А всё остальное я сделаю для тебя сам, — он преданно ждёт. Ждёт своего приговора или спасения.

— Я могу нарушить эту последовательность? — Тэхён переворачивает его мобильный экраном вниз, сползает с кровати и встаёт на ноги напротив него, практически вплотную и совсем близко от его лица.

Снимает капюшон толстовки и смотрит своими заплаканными глазами в его, на ощупь находит ладонь Чонгука и заключает её в свою. Чонгук замирает и перестаёт дышать. Он сейчас попросту сомневается в том, что такое может быть. Что такое попросту возможно.

Он пока что отказывается верить в такое очевидное... в то, что у него всё-таки получилось.

Что Чонгуку удалось...»

— Спасибо, что не дал тогда закончиться отмеренным секундам, родной, — мурлычет по-прежнему в шею Чонгук и прикрывает глаза. — Спасибо, что дал мне шанс, что доверился, взял мою руку и не отпускаешь её до сих пор, Тэхёни.

Или когда Тэхён примчался в офис компании и разнёс там всех, включая Сокджина и его прихвостня Хосока? И поцеловал впервые. Сам поцеловал не потому, что надо, а потому что сам того хотел. Тогда он был настоящим героем дня, прямо как сегодня. Прямо как сейчас...

«— Это часы. Я поздравляю тебя с днём рождения и дарю тебе не просто часы, Чонгук, — Тэхён медленно моргает и не сводит глаз с его лица. — Механизм с автоматическим подзаводом. Время, что они показывают, никогда не остановится. Их не придётся заряжать или менять в них батарейку. Они никогда не прекратят свой ход, — Тэхёна начинает потряхивать, но ему удаётся это скрыть. Этот момент не для трусости и истерик. — Я дарю тебе время, которое не имеет ни начала, ни конца. Миллениум. Вечность. Именно столько я хочу пробыть рядом с тобой, Гуки, и ни минутой меньше, — Тэхён тянет носом воздух и не спускает с него взгляд. — Часы, что будут отмерять секунды на твоём запястье, никогда для нас не закончатся. Так же, как и мои чувства к тебе, потому что ни то ни другое не имеет границ.

Тэхён встаёт с места и тянет его за запястье, чтобы Чон поднялся на ноги. Рисует пальцем в воздухе знак бесконечность, а после, при всех здесь присутствующих, приближается к его губам.

— На нас смотрит не одна пара чужих глаз, поэтому закрой свои, Чонгук, — дрожащим шёпотом, остановившись в паре миллиметрах.

Чонгук готов слушаться его вечно»

Готов был ещё тогда. Готов и сейчас слушаться своего Тэ.

Точно так же, как и Тэхён его.

Чонгук в эти скоротечные минуты думает о своём и невольно улыбается уголком губ. Сюрприз в раннее утро от Пак Чимина тогда более чем удался. Чон в тот день жарил вафли, а Тэхён уже занимал законное место за обеденным столом, почёсывая Цербера за ухом.

«— Я приехал для того, чтобы посмотреть на вас со стороны, Чонгук, — Чимин понижает голос и становится напротив, подпирая плечом стену рядом с оконной рамой. — Да, мне было интересно личное знакомство с твоим Тэхёном. Увидеть своими глазами, что он за человек и...

— Он самое прекрасное, чего у меня нет, Чимин, — перебивает недосказанную фразу Чонгук, переводя на него взгляд, полный тоски, и слабо улыбается, сам не знает от чего.

А Чимину много говорить и не надо. Он это понял, едва сев с ними за стол.

— Поверь, я уже это заметил. И я признаю, что ошибался относительно этого парня, — Пак начинает улыбаться и поднимает брови, мол «он же такой очевидный, Гуки, ты разве сам не видишь?»

— Что ты хочешь этим сказать? — Чонгук перестаёт кидать взгляды через стекло и хмурит лоб. Вид у него такой, будто прямо сейчас произойдёт нечто важное, что в следующую секунду перевернёт мир. На самом деле, так оно и есть. — Видел бы ты, как он стесняется, смущается... — Чонгук вновь переводит взгляд на безмятежного Тэхёна по ту сторону окна. — Как он теряется при малейшем близком контакте со мной. Стоит мне сократить расстояние, он...

— Это ли не первые звоночки, Гуки? Ты себя вспомни, — усмехается Чимин и тоже поворачивается лицом к стеклу. На что Чонгук лишь снова отрицательно мотает головой и опускает взгляд в пол.

— У меня нет шансов, Чимин, — небольшая пауза. — Он боится меня до сих пор, — обречённо заканчивает мысль Чон и продолжает стоять с поникшим видом.

— Тут два варианта: либо твой Тэхён увлёкся тобой, но не признаётся в этом даже себе, потому что запутался, а причина тебе известна. Дело в традиционной ориентации, — Чимин попеременно заглядывает в глаза напротив и не отпускает подбородок Чона. — Либо он испытывает ужас, глядя на тебя, — в голосе слышится усмешка. — Но только вот страха в его глазах я не заметил. Его там и близко нет.

— Я хочу сказать, что он тоже любуется тобой, Чонгук. И надо быть слепым, чтобы этого в нём не заметить...»

Чон медленно переводит полный обожания и сладкой печали взгляд на мужа и видит, как у того глаза на мокром месте. Гладит его по голове, перебирая пальцами голубые пряди волос, и любуется своим Тэхёном, который вот он. Всегда теперь рядом с ним, только руку протяни...

Тэхён наблюдает за последними мгновениями на экране и помнит все их диалоги, будто это и правда было вчера. Тот тоскливый и ничем не обнадёживающий вечер в чужой стране после расторжения брака...

«— Что за игры, Тэхён?

— Никаких игр нет, Чонгук. И правил тоже нет, — Тэхён вращает в руке стакан по кругу, тем самым перемешивая на дне кубики льда. Они издают характерный звук при столкновении с толстыми стеклянными стенками.

Он оставляет это занятие и тянется к сумке. Осторожно вынимает шёлковый шейный платок глубокого синего цвета от Chanel и кладёт перед Чонгуком. Тот опускает взгляд и замирает, фокусируясь лишь на этом, таком значимом клочке знакомой ткани.

— В ночь, когда я уже находился в отеле с Юнги, я не мог надышаться твоим запахом. Не мог, Чонгук... и не могу до сих пор, — Тэхён начинает всматриваться в его опущенные ресницы и спадающую на лоб чёлку. — Когда Юнги уже спал, я притянул к себе с прикроватной тумбочки этот чёртов платок, — он делает глубокий вдох и продолжает. Чонгук не смеет перебивать. Он просто его гипнотизирует и не верит своим ушам. — Я перебирал его в руках, не думая ни о чём. Я его не разглядывал. Лёжа в полной тишине и комкая шёлк в кулаке, чувствовал только лишь ткань на ощупь. Я тогда мимолётно вспомнил, как в этот день с утра слева от меня сопел в подушку незнакомец. Я продолжал вдыхать чужой запах, зажатый в ладони, и не заметил, как уснул, — Тэхён медленно моргает, а Чонгук так и не решается поднять на него взгляд. — И ещё я не заметил того, как тот незнакомец стал мне любимым и родным человеком, — он прерывисто выдыхает и начинает сверлить глазами нетронутый бокал. — Я уже говорил и готов сказать снова... — Ким облизывает губы и собирается с духом. — Я готов повторить это тебе сотни и тысячи раз. Я не притворялся, ни разу, — он тянет носом воздух, которого начинает не хватать. — Ты моя вечность, Чонгук, — он проводит пальцем по циферблату его наручных часов на запястье. — Ты самое прекрасное, что могло со мной случиться, — к его горлу подступает ком, но Тэхён справляется с накатившими эмоциями. Он ещё не закончил. — Ты моя единственная любовь... любовь всей моей никчёмной жизни — это ты, Гуки...»

Когда большой экран стал снова тёмным, и снизу вверх поплыли белые полосы титров, то после них в самом конце появились последние надписи, которые буквально прибили к полу заворожённых Чимина и Юнги.

«Основано на реальных событиях»

«Режиссёр и постановщик картины — Ким Тэхён»

Разумеется, это его творение. И это его триумф и овации по всем направлениям сегодня в его честь. В сменяющих друг друга кадрах кинофильма, которые проносились перед глазами всех четверых мужчин, — его жизнь. Его и Чонгука.

— Без тебя, Юнги, — Тэхён шмыгает носом и закусывает нижнюю губу. Кладёт руку на плечо Мина. — И без тебя, Чимин, — на что Пак мигом поворачивает голову на прорезавшийся хриплый голос, который вот-вот сорвётся. — У меня бы его не было, — и кивает Тэхён в эту секунду не на широкий экран, а на мужа, давно ставшего для него родным.

— У меня мурашки. Пиздец, я весь в них, Тэхён... — Юнги раздувает щёки и щурится от вспыхнувшего над ними света. — Но, как... Как такое возможно, ответь мне, наконец...

«Мальчик режиссёром хочет быть...»

«Мечта у него с детства, и всё в этом духе...»

В настоящую секунду всплывают фразы в памяти Чонгука и Чимина одновременно из их давнего диалога.

Чимин Тэхёну улыбается и поджимает губы. Он хочет его поздравить. Он хочет ему аплодировать, хочет крепко обнять и воскликнуть, какой он молодец, но всё, на что у него хватает сил, так это на громогласное молчание и пристальный взгляд глаза в глаза. На искреннюю и немую улыбку, в которой кроются все слова и крики восторга о проделанной работе. Тэхён эту улыбку понимает и принимает, как самую ценную награду от лучших друзей.

— Ну что? Теперь можно и в Shazam, — Чонгук нарушает тишину зала кинотеатра и готов раздать всем платки, чтобы утереть слёзы умиления, включая себя, но он не подготовился к такому повороту. Поэтому предлагает банальное и обязательно угостит всех виски за свой счёт.

Они выходят из здания на ватных ногах, ловят первое попавшееся такси, и Чон на этот раз называет нужный адрес, по которому находится ночное заведение. Едут молча, переваривают увиденное. Вопросов столько, что ни Чимин, ни Юнги не знают, с какого лучше начать. Да и стоит ли начинать устраивать допрос? Стало быть, это лишнее. Просто порадоваться за успех лучшего друга. Просто поздравить и отметить премьеру фильма в клубе Вегаса, отрываясь на всю катушку в полном составе. Вчетвером.

О чём же был тот фильм? Так всё просто.

Догадались ведь? Догадались?

Один парень-натурал с волосами, выкрашенными в яркий голубой цвет, проснулся в неизвестном номере отеля в совершенном беспамятстве о похождениях и событиях прошлой ночи. На соседней подушке слева от него посапывал какой-то здоровенный татуированный мужик. Абсолютно незнакомый и чужой. Посапывал — слишком милое описание того, что доносилось до ушей мальчишки. Нет, он ни разу не посапывает, он храпел! Да ещё так нагло и громко, будто он у себя дома.

Наутро этот самый парнишка обнаружил у себя на шее здоровенный засос. Свой паспорт — в руках нахального и заносчивого незнакомца, гордо называющего себя его мужем. И то было чистой правдой, потому как внутри документа стоял свежий штамп о браке.

Он войдёт в положение, сядет в его лимонную Maserati и пообещает не разрывать ни этот брак, ни эти отношения на ближайшие полгода. А потом влюбится до беспамятства в мужчину и больше никогда не захочет от него уходить. И отпускать его из своей жизни тоже не захочет.

Пройдут месяцы, после недопонимания и ссоры с собиранием вещей, этот мальчишка позовёт его в Вегас, разведётся с ним и в ту же ночь сделает предложение первым, протягивая кольцо, оставленное на столешнице после скандала, откровений и первых признаний в любви. Поступит именно так, потому что не захочет продолжать фиктивные отношения. Потому что захочет узаконить настоящие.

И больше никогда не снимет обручальное кольцо с безымянного левой руки и не позволит этого сделать своему законному мужу, в котором не чает души и крепко любит.

— Ну как вам тут? Атмосферно? — Чонгук сегодня оказывается самым разговорчивым, перенимая эту постоянную роль у Юнги.

И он, и Тэхён, и Юнги обводят взглядом мерцающий разноцветными огнями зал и отмечают изменения в интерьере и оформлении мебели. А в общем и целом всё осталось на своих местах.

— Кажется, мы сидели во-о-о-он там, — все следят за направлением зрачков Кима, обращённых на барную стойку, и устремляются к свободным высоким стульям. Бармен ловко орудует бокалами и предлагает меню, чтобы угостить заглянувших гостей.

— Что желаете выпить? Виски, по классике? — задаёт вопрос Чонгук и выжидающе смотрит на каждого, присаживаясь поудобнее.

— Разрешите вас, господин Ким Тэхён, и вашего мужа угостить сегодня шампанским, — Пак возражает и отклоняет предложение Чона более привлекательным предложением и более подходящим под этот особый вечер напитком. — Нам самого дорогого для самых дорогих, — Чимин поднимается на ноги, обходит Чонгука и Тэхёна, чтобы обнять друзей за плечи со спины, прижимает к себе, просовывая голову между ними, и уже шёпотом в самое ухо Тэхёна — Ты настоящий герой дня, Тэ, — чувство дежавю. Интонация до боли знакомая. Ким такую уже слышал.

— Это настоящий фурор, Тэхён, — Юнги тянется с места, он сидит рядом с Кимом, и расстояния достаточно, чтобы коснуться голубой макушки и как следует взъерошить её. Юнги широко улыбается и восхищается им. Радуется за него и Чонгука всей душой.

Заказ не заставляет себя долго ждать.

— Ну что, взорвём этот танцпол?! — Чонгук первым хватает бокал, остальные за ним повторяют. Высоко подняв руки перед собой и звонко стукнувшись стеклянными фужерами и выпив до последней капли до дна за раз, все четверо расплываются в улыбке и просят повторить. Это было необходимо. Видимо, так они расслабляются и снимают нервное напряжение после увиденного в кинотеатре несколько минут назад.

— Так, а как вы, собственно, познакомились? — Чимин, которому слегка дало в голову от сладкого игристого, ловит себя на мысли о том, что деталей-то он и не знал. — Всё было в точности, как я только что ви...

— Да... — перебивает его Чонгук. — Я увидел в толпе ярко-голубую макушку волос, — берёт в руку ладонь Тэхёна и целует тыльную её сторону. — И с того момента я не смог больше отвести от него взгляд, вмиг переставая замечать и думать обо всех присутствующих, — Тэхён улыбается самой красивой улыбкой на свете, всматривается в почти чёрные глаза мужа и слушает, что тот произнесёт дальше. — С того момента я больше не видел никого. Мне не было никакого дела до остальных. Так было тогда. Так есть до сих пор и будет ещё очень долго, мой Тэ, — обращаясь исключительно к своему человеку, заканчивает чуть тише Чонгук. — Я сказал тогда «только не говори мне, что ты из Сеула»... — проговаривает с трепетом и скользит большим пальцем по его щеке.

Ах да.

Название сегодняшней кинопремьеры?

Конечно же, это заветное слово из шести букв.

Название сегодняшнего фильма — SHAZAM.

Этот фильм принесёт Тэхёну головокружительный успех, мировую известность и признание.

Его родители, узнав о творении и деятельности сына, пойдут на попятную в одночасье и примут без лишних слов его любовь к человеку того же пола, что и он, только сейчас, спустя пять лет. И даже гордиться им будут. Но где они были, когда он, студент невеликого достатка и отвергнутый обществом юный мальчишка так особенно нуждался в их поддержке и безусловной любви родителя к родному ребёнку?

Они извинятся перед сыном, они будут жалеть, и Тэхён примет извинения и сделает вид, что простил. И простит, вероятно, спустя какое-то время в силу возраста и приобретённой мудрости, но так и не будет вхож в их дом точно так же, как и они в дом его и Чонгука.

Как важно иметь в жизни человека, который не осудит, а, напротив, поможет открыть все двери. Которому больше некем дорожить, кроме тебя. И важностью его присутствия в каждом твоём дне пренебрегать нельзя. Тэхён не пренебрегает. Ведь Чонгуку, кроме него, дорожить больше некем. Как некем дорожить и Тэхёну.

— Я люблю тебя, — без промедлений признаётся Чонгук, придвигая стул ближе, чтобы сесть вплотную. Он обнимает Тэхёна за талию и кутает мужа в нежных объятиях.

— Ты забыл сказать «в два с половиной раза больше», — Тэхён наигранно выгибает бровь и тоже перестаёт видеть своё окружение. В его карамельных глазах только он, в них отражается только Чон Чонгук.

— Нет, не забыл, — наклоняется к прекрасному лицу и цепляет кончик его носа своим. — Я повторяю это каждый раз, когда смотрю на тебя. Когда вижу тебя, родной, — медленно очерчивает линию челюсти и замирает пальцем на подбородке. — А теперь читай по губам, — шёпот Чонгука невозможно разобрать, а Тэхёну сейчас и не надо слышать, чтобы понять... шёпот Чона оказывается громче музыки и голосов толпы ночного клуба.

— А я люблю тебя... в три с половиной раза больше, Гуки, — тоже тихо и абсолютно неслышно, но достаточно для того, чтобы попасть знакомой фразой в самое сердце Чонгука. Мужчина с лёгкостью угадывает каждое слово, не отрывая глаз от любимых губ.

— Ты мой неслучайный, Тэ.

— Ты мой первый и единственный, Гуки.

«Ты самое прекрасное, что у меня есть»

Произносят оба одновременно, повторяя в миллиметре от губ, как священную, нерушимую клятву, а после чувственный и тягучий поцелуй на глазах у всех. Они же в Вегасе. Следовательно, здесь им можно всё.

Рука в руке, а на безымянных — обручальные кольца, и одно дыхание... одно общее дыхание и рвущееся из груди сердце. Одно на двоих.

لن نعيش لمئات السنين ، لكن يمكننا إنشاء شيء يستمر لمئات السنين.«Мы не будем жить сотни лет, но мы можем создать что-то, что будет длиться сотни лет».* * * * *Полагаю, так и должна закончиться эта история :) и улыбающийся смайлик здесь неспроста) ну, вы то помните, что к чему)) Благодарю и обнимаю всех, кто оставит эту историю в сердце и будет возвращаться к ней вновь. И если вы меня спросите, что для меня любовь? То я отвечу: Любовь — это Чон Чонгук и Ким Тэхён из мира Shazam. Ваша Amelia Atikey.