Глава 59. Шокирующее откровение

Ши Цинхуа не учел, что путь до ордена занимал несколько дней, поэтому долгие объяснения ему предстояли раньше, чем он надеялся. Когда солнце зашло за горизонт, они приземлились в небольшом северном городке. Вот только в гостинице оказалось всего четыре свободные комнаты.

— Мы можем поискать другую гостиницу... — начал Ши Цинхуа.

— Нет нужды, — сказал Фэн Сюань.

Старейшина Янь пристально на него посмотрел:

— Фэн Сюань прав, он может переночевать с Минши.

— Мы уже жили с Цинхуа раньше, — нахмурился Фэн Сюань.

— Он старейшина ордена, а ты ученик, по правилам ученикам следует жить вместе, — не сдавался старейшина Янь.

Фэн Сюань и Янь Цзэтянь стояли и сверлили друг друга взглядом.

— Минши будет полночи болтать и не даст мне выспаться.

— Да, вообще-то, я не... — начал Ли Минши, но его никто не слушал.

— Если не хочешь жить с Минши, пусть будет, по-твоему, — а потом Янь Цзэтянь повернулся к Ши Цинхуа. — Старейшина Ши ведь не против жить со мной?

Старейшина Ши не понимал, что происходит. Теперь все смотрели на него.

— Эм, ну я-то не против. Просто не уверен, что старейшине Яню будет удобно делить с кем-то комнату.

— Удобно, — отрезал Янь Цзэтянь.

Бай Тайшэнь покачал головой, глядя на эту картину. И что они в нем нашли. Но если выбирать, он, разумеется, был на стороне своего ученика.

— Раз уж мы решили, кто с кем будет спать, не пора ли поужинать? — спросил он.

Ши Цинхуа замер, это что еще такое, он не собирался ни с кем спать! Неужели нельзя было выразиться иначе?

Они пошли в обеденный зал и заказали еду и вино. Ши Цинхуа умирал с голоду, когда он проснулся, то даже чая не выпил. К счастью, он немного подремал в полете и чувствовал себя получше.

Он налил всем вина и поднял свою чашу. Все выжидающе смотрели на него.

— Цинхуа, а ты правда знаешь прошлое и будущее? — спросил Ли Минши.

— Разумеется, нет, даже боги всего не знают, — усмехнулся Ши Цинхуа.

— Так ты солгал? — поразился Ли Минши.

— А ты никогда не лгал, чтобы спасти свою шкуру? — прищурился Ши Цинхуа.

Ли Минши поспешно отвел взгляд.

— Но на самом деле я и правда знаю некоторые вещи, — вздохнул Ши Цинхуа. — Все это довольно сложно. Вообще-то, я обычный человек, во мне нет ничего особенного, я не создавал себе новое тело и не собирал душу заново, это сделал кое-кто другой.

— Кто? — спросил Фэн Сюань.

— Понятия не имею, — покачал головой Ши Цинхуа, и это была правда. — Я не видел его, только слышал голос. Он мне кое-что задолжал, поэтому вернул меня к жизни, так что моей заслуги в этом нет.

— Это твое тело тоже ненастоящее? — спросил Фэн Сюань.

— Да, мое настоящее тело давно уже мертво.

Все ошеломленно на него посмотрели.

— Значит, ты уже умирал до этого? — спросил Ли Минши.

— Да, — кивнул Ши Цинхуа. — Еще до того, как стал госпожой Сюэ.

Бай Тайшэнь задумчиво на него смотрел:

— Три жизни для одного человека, должно быть это непросто.

— Непросто притворяться кем-то другим, старейшина Бай, я просто хочу быть самим собой, вот и все.

— Цинхуа, а как ты выглядишь на самом деле? — полюбопытствовал Ли Минши.

— Так же, как и сейчас. Это моя настоящая внешность, только сейчас я немного моложе, чем я себя помню, — улыбнулся Ши Цинхуа и налил себе еще вина.

Все пристально его рассматривали, он пытался не обращать на это внимания и продолжал напиваться.

— Почему ты не вернулся в орден? — спросил молчавший до этого Янь Цзэтянь.

— Сначала я собирался, но потом узнал, что прошло уже семь лет, и понял, что в этом нет никакого смысла, ведь меня уже все забыли. К тому же я не знал, как объяснить, почему я так выгляжу и как я вернулся к жизни, поэтому решил, что для всех будет лучше, если я и дальше буду оставаться мертвым.

Фэн Сюань замер:

— Так ты не гулял и не развлекался все эти годы?

— Нет, я вернулся в этот мир лишь несколько месяцев назад.

Ши Цинхуа вздохнул, а потом повернулся к Ли Минши:

— А-Мин, я должен перед тобой извиниться, мне не следовало говорить о твоем прошлом. Не так ты должен был об этом узнать. Прости меня.

— На самом деле это не так уж важно, — пожал плечами Ли Минши. — Я уже взрослый, моя мама, что растила меня, была замечательной. А теперь я знаю, что мой отец не сбежал и не умер, его просто обманули. Не будь его учитель таким... эм... человеком, моя судьба могла сложиться иначе, но я рад, что все именно так, как есть. Ведь тогда я не попал бы в орден Тяньсин, у меня бы не было такого прекрасного Учителя и братьев. И я бы не познакомился с тобой, Цинхуа.

— Я не уверен, что знакомство со мной принесло тебе хоть что-то хорошее, — покачал головой Ши Цинхуа.

— Ты, должно быть, шутишь, — Ли Минши говорил абсолютно искренне. — Ты самый потрясающий человек, которого я встречал. Я всегда восхищался тобой.

Ши Цинхуа было до ужаса неловко, как он может говорить такие вещи при своем учителе? Старейшине Яню, должно быть, непросто такое слышать.

— Цинхуа наверно устал, нам всем нужно отдохнуть, — прервал его Янь Цзэтянь.

Они поднялись в комнату, но Ши Цинхуа не хотел спать. Слишком много всего произошло за последние несколько дней, ему хотелось проветриться и хорошенько все обдумать.

— Я выйду прогуляться ненадолго, — сказал он Янь Цзэтяню и спустился на улицу.

Он стоял и вдыхал полной грудью свежий морозный воздух, его голова немного прояснилась. На небе светила полная луна и сияли россыпью звезды. А когда Ши Цинхуа повернулся, он увидел тихо стоящего позади Янь Цзэтяня.

— Тебе тоже не спится?

— Ты же не думал, что я отпущу тебя одного в таком состоянии?

Старейшина Янь подошел ближе, теперь они стояли рядом среди искрящегося в лунном свете снега.

— На самом деле мы все разделяем чувства Минши, — сказал Янь Цзэтянь, глядя куда-то вдаль. — Ты самый необычный человек, которого я знаю. Ты спасаешь жизни, просто проходя мимо, и тут же забываешь об этом. Ты щедрый и заботливый, ты смело идешь вперед, защищая других. Цинхуа действительно потрясающий.

Ши Цинхуа усмехнулся:

— Так странно слышать это от тебя.

— Почему?

— Потому что человек, которым я больше всех восхищаюсь, именно ты. Умный, благородный и очень красивый. Если бы боги хотели создать совершенного человека, они бы создали тебя. Ты мой самый любимый... — Ши Цинхуа хотел сказать «главный герой», но вовремя прикусил язык и быстро исправился, — человек.

А потом задумался, как-то это странно прозвучало.

Внезапно Янь Цзэтянь наклонился и поцеловал его прямо в губы. Это и поцелуем-то нельзя было назвать, они просто стояли, прижавшись губами. Но Ши Цинхуа был настолько шокирован, что остолбенел.

— Что ты делаешь?! — внезапно раздался голос Фэн Сюаня.

Ши Цинхуа резко отстранился и обернулся — Фэн Сюань стоял у выхода из гостиницы и прожигал их яростным взглядом. Он хотел бы ответить, но и сам понятия не имел, что они делали. Ши Цинхуа потрясенно посмотрел на Янь Цзэтяня.

— Почему ты... — он даже не знал, как продолжить.

Янь Цзэтянь смотрел на него странным глубоким взглядом. А как же Ли Минши?

— Разве ты не влюблен в кого-то другого?

— О чем ты говоришь? — нахмурился Янь Цзэтянь.

Внезапно Ши Цинхуа начал понимать, что он ничего не знает об этом человеке. И вся его уверенность строилась лишь на том, что он читал дурацкую книжку. Но Янь Цзэтянь не был героем новеллы, он был живым человеком. И если он его поцеловал, то это могло означать лишь одно — за семь лет любовная линия не продвинулась ни на шаг, потому что ни один из главных героев не был влюблен в другого!

Ши Цинхуа был в ужасе. Как такое вообще могло произойти? Они же должны были быть вместе до скончания времен! У него голова шла кругом, это было слишком ужасным откровением. Его любимый герой обречен на одиночество, потому что он, Ши Цинхуа, где-то облажался, но даже не знал где и как! Он услышал чей-то голос, но не смог разобраться слов, поэтому поднял растерянный взгляд и увидел испуганные лица Янь Цзэтяня и Фэн Сюаня. А потом мир вокруг него закружился, и он потерял сознание.