17

Сюй Ченхао и Жуань Ченьсюань повернули головы, чтобы посмотреть в то же самое время, когда прозвучал знакомый голос. Это был Цзин Ичен, который появился прямо позади них. Он уставился на Сюй Ченхао и мягко сказал: «Хм?»

Сюй Ченхао почувствовал себя неловко, увидев его. Он оборонительно обнял свой маленький желтый горшок в форме уточки, а затем уверенно сказал: «Разве ты не связался с Жуань Ченьсюанем и остался ее охранять?»

Цзин Ичен прислушался к его явно неправильному голосу, взглянул на кадык, а затем спросил: «Разве не ты нашел Ан Жуй на обочине дороги? И отправил ее в больницу?»

Сюй Ченхао: «Но ты тоже был очень обеспокоен Ан Жуй и отправил кого-то расследовать, что случилось. Не так ли?»

Цзин Ичен: «Я пришел, потому что ты позвонил мне».

Сюй Ченхао: «Я позвонил тебе и Жуань Ченьсюаню. Разве ты не быстро пришел, чтобы позаботиться об Ан Жуй?»

Цзин Ичен внезапно взглянул на Жуань Ченьсюаня и спокойно сказал: «Это потому, что я был свободен, и не был ограничен имеющейся невестой»

К этому моменту лицо Жуань Ченьсюаня уже стало не особенно хорошим: «Я благодарен вам за заботу о моей девушке, но поскольку Ан Жуй уже со мной, вам не нужно спорить друг с другом о том, кто больше заботится о ней. Я определенно благодарен вам за то, что вы в тот день позаботились о ней!»

Последнее предложение Жуань Ченьсюань произнес почти сквозь стиснутые зубы.

Сюй Ченхао не особенно заботился об этом, так что просто сказал: «Да что угодно».

Цзин Ичен, как обычно, был безразличен: «Ненужно».

На этот раз кулаки Жуань Ченьсюаня сжались. Если бы Ан Жуй не держала его за руку нервно, возможно, он бы действительно попытался бы ударить двух этих весьма неприятных людей.

Атмосфера, которая существовала между ними четырьмя, действительно была не особенно приятной. Сюй Ченхао опасался, что у Цзин Ичена, этого сумасшедшего, у которого время от времени бывают приступы безумия, снова наступит затмение, и он вновь съест его перец позже. Поэтому он первым отвернулся и ушел.

Его не волновали любовь и ненависть между этими тремя людьми, которые остались стоять за ним. Он просто быстро отправил Ли Няню сообщение, чтобы пожаловаться на его способности, а затем попросил вернуть 28 юаней, которые он ему заплатил.

Ли Нянь: «...Я действительно не знаю, что происходит, но заявка отклонена. По крайней мере, я действительно потратил время на расследование».

Сюй Ченхао: «Ты не имеешь права сообщать мне ложные новости!»

Ли Нянь: «Я не лгал тебе. Очевидно, что он не был приглашен. Ты обижаешь меня!»

Сюй Ченхао: «Как я могу тебе верить, когда он сейчас стоит прямо передо мной?»

Ли Нянь: «....Тогда я верну тебе шесть юаней»

Сюй Ченхао: «....». Его точно нужно отправить в черный список!!

После того, как Ли Нянь был отправлен в черный список на телефоне, Сюй Ченхао посмотрел на небольшой цветочный горшок в форме желтой уточки. Он не мог избавиться от головной боли. Чем больше он пытался избежать злодея, тем больше у него это не получалось. Злодей был просто сумасшедший. Не нужно было пытаться применять к нему логику нормальных людей.

Теперь, когда они были на одном банкете, он ничего не мог с этим поделать. Единственное, что он мог сделать, это ориентироваться в зависимости от ситуации и держаться подальше от Цзин Ичена!

Он надеялся, что герой и героиня вместе смогут отвлечь внимание Цзин Ичена, так что он перестанет обращать внимание на его перец! В конце концов, даже если перец чили имеет значение, для Цзин Ичена он определенно не так хорош, как возможность украсть героиню, не так ли?

Подумав об этом таким образом, Сюй Ченхао снова почувствовал облегчение. Он заранее поставил будильник, когда придет время собирать урожай, и решил притвориться, что отвечает на телефонный звонок. Он выйдет, когда придет время, а затем вернется обратно после того, как перец будет собран.

Музыка внезапно остановилась. Сюй Ченхао зорко поднял глаза и увидел, как старик Цзян спускается по лестнице с улыбкой, приветствуя всех. Сначала господин Цзян поблагодарил всех за то, что они пришли на празднование его 60-летнего юбилея. Затем он объявил, что компания Цзян сменяет своего президента. Новым руководителем стал его внук, которого господин Цзян и хотел представить общественности.

Подобное намерение было хорошо известно всем присутствующим. Этот банкет был устроен для того, чтобы проложить путь для молодого и многообещающего внука господина Цзян.

Сюй Ченхао потер рукой цветочный горшок в форме маленькой желтой уточки, чувствуя, что все прояснилось. Неудивительно, что его отец сказал ему пойти на этот банкет. И неудивительно, что хотя это было празднование 60-летия господина Цзяна, основная масса гостей была молодыми людьми.

Скорее всего, старшее поколение в их кругу было хорошо осведомлено о смысле такого банкета. И именно поэтому молодым людям было разрешено в нем участвовать. Это было потому, что старик Цзян прокладывал путь своему внуку, а старшие представители семей гостей хотели, чтобы младшее поколение навело мосты между друг другом для взаимной выгоды.

Когда господин Цзян сказал эти слова, то это было равносильно тому, что он разъяснил смысл банкета для всех. Внезапно все стало гораздо более оживленным. Помимо главного героя, Цзян Чанмина, самыми популярными молодыми людьми в их кругу были Сюй Ченхао, Цзин Ичен и Жуань Ченьсюань.

Сюй Ченхао был первым из молодого поколения, кто взял на себя права наследования семьи. И власть семьи Сюй точно не проигрывала семье Жуань или Цзин Ичену. Хотя Жуань Ченьсюань и был помолвлен какое-то время, но на это не обращали внимание. Он – второй человек в их кругу, который взял на себя домашний бизнес. К тому же его навыки и способности были весьма хороши.

И излишне говорить о том, что Цзин Ичен, этот таинственный и богатый молодой человек, который только недавно появился в этом кругу, требовал пристального внимания. Молодое поколение знало, что даже некоторым высшим семьям в их кругу приходилось уступать ему. Никто не посмел бы спровоцировать этого босса, похожего на сумасшедшего.

Все эти трое, стоящие посреди группы молодых людей, которые пока не могли наследовать бизнес своих семей, были похожи на настоящих триумфаторов. Они были людьми, которых каждый из присутствующих хотел победить. С самого начала банкета вокруг них бродило бесчисленное количество людей, которые пытались им льстить.

Сюй Ченхао с легкостью общался со всеми людьми и даже нашел время, чтобы поговорить с господином Цзяном, передавая ему поздравления своего отца и желая счастливого 60-летия.

Старик Цзян был очень счастлив, похвалил Сюй Ченхао и позволил Цзян Чанмину развлечь его от своего имени.

«Господин Сюй, давно не виделись», - Цзян Чанмин протянул свой бокал вперед и двое чокнулись.

Сюй Ченхао слегка улыбнулся: «Действительно, давно не виделись. Я даже не поздравил молодого господина Цзян с тем, что он официально стал президентом компании Цзян. Мои поздравления».

Цзян Чанмин скромно ответил: «Об этом даже стыдно упоминать. По сравнению с молодым и многообещающим господином Сюй я опоздал на несколько лет. Здесь нечем гордиться».

«Ты говоришь, что я стар», - Сюй Ченхао немного посмеялся.

Эти двое еще некоторое время поговорили. Вокруг них постепенно собирались и другие люди, которые хотели подлизаться. Сюй Ченхао, казалось просто улыбался, как будто ничего не происходило. Глядя на него, многие действительно думали, что он по-настоящему легендарный добродушный человек, который, как будто, вообще происходил не из их круга.

После трех бокалов вина Сюй Ченхао притворился, что ему нужно ответить на звонок, а затем успешно покинул банкетный зал. Он нашел скамейку в саду за домом семьи Цзян, чтобы присесть.

Было уже поздно, а потому на заднем дворе дома Цзян зажгли уличные фонари, сделанные в европейском стиле, чтобы осветить сад. Сюй Ченхао сидел при тусклом свете, держась за голову, и ждал, когда цветки перца завянут и принесут плоды.

Из-за того, что Сюй Ченхао беспокоился о непредвиденных ситуациях, он намеренно установил будильник так, чтобы он зазвонил на 10 минут раньше. В результате, потому что он смог спокойно выйти, процесс еще не начался, так что ему пришлось ждать еще 10 минут.

Сюй Ченхао скучающе зевнул. Внезапно он услышал шаги позади себя. От испуга он закрыл рот, настороженно обернулся и посмотрел, кто идет. К счастью, человек, который подошел к нему, не был злодеем.

Ан Жуй немного нерешительно стояла в отдалении от него: «Брат Хао...»

Сюй Ченхао поднял руку, чтобы остановить ее приближение: «Просто стой и не двигайся. Если тебе есть что сказать, говори прямо».

Выражение лица Ан Жуй внезапно изменилось со смущенного до виновного: «Извини, брат Хао, ты не должен сердиться на меня... раньше, когда ты был так холоден ко мне у дверей компании, я просто неправильно тебя поняла, поэтому я и сказала эти бесчувственные и обидные слова. Если бы я знала, что брат Хао все еще заботится обо мне, готов защитить меня и спасти, я не была бы такой импульсивной... Брат Хао, ты не представляешь, как я была счастлива, когда узнала, что ты был человеком, который оплатил медицинские счета. На самом деле, я не ожидала, что ты снова поможешь мне».

Сюй Ченхао даже ничего не говорил, Ан Жуй сама взяла на себя инициативу и придумала множество объяснений поступкам Сюй Ченхао. В этот момент его выражение лица резко изменилось. Он понимал смысл слов героини!

Другими словами, акт отправки героини в больницу заставил ее ошибочно думать, что хотя он раньше и вел себя бессердечно по отношению к ней, но он все еще скучал. Так что когда она появилась перед ним в момент опасности, он снова защищал ее, как и прежде. Это позволило главной героине считать, что Сюй Ченхао по-прежнему ее любил. Так что она почувствовала себя виноватой за то, что раньше не понимала его.

На самом деле, в этот раз Сюй Ченхао на самом деле не знал что сказать. Он втайне сожалел, что не мог в тот день просто проигнорировать ее!

Ан Жуй вообще не знала о размышлениях Сюй Ченхао. Она все еще говорила о своем волнении и счастье на расстоянии радостным голосом: «Брат Хао, извини, я больше никогда не буду понимать тебя неправильно. Теперь я знаю, что хотя ты и говоришь резкие слова, но на самом деле твое сердце все еще мягкое и заботится обо мне. Кстати, брат Хао, не стоит беспокоиться о Ченьсюане. Я четко объяснила ему, что ты так хорошо со мной обращаешься, потому что ты мне как брат. Так что я не позволю ему причинить тебе боль. Брат Хао, ты не должен сердиться. Ченьсюань просто волновался, что ты попытаешься меня вернуть, но теперь ему ясно, что ты только мой брат. Так что он не будет вмешиваться в твои дела».

Сказав это, Ан Жуй с нетерпением посмотрела на молодого человека, сидящего на скамейке. Однако она не получила от него никакого ответа и не смогла сдержать крика: «Барт Хао, почему ты ничего не говоришь? Брат Хао, ты меня вообще слушаешь?»

Молодой человек, сидящий на скамейке, слегка поднял голову и недовольно воскликнул: «А? Ты еще не ушла?»

Слова Ан Жуй, которые она хотела сказать дальше, застряли у нее в горле. Она практически задохнулась из-за них. Она смущенно смотрела на молодого человека широко открытыми глазами. Когда она хотела сказать, что здесь никого нет, а потому ему не нужно притворяться, она увидела, что Сюй Ченхао закрыл глаза и спокойно игнорировал ее!

Неужели он даже не хотел смотреть на нее?

Ан Жуй тупо посмотрела на него. Когда на его лице появилось ясное безразличие к ней, даже она сама не могла не сомневаться в правильности предыдущего суждения... он же действительно бросился ей на помощь, когда с ней что-то случилось. Но почему он так безразличен к ней при новой встрече?

Это действительно он оплатил медицинские счета, но сейчас он относился к ней равнодушно. Ан Жуй не знала чему верить. Она не могла понять, какие же его действия были настоящими, а какие – маскировкой.

Она стояла, одетая в легкое платье, стоя на холодном ветру, но сидящий на скамейке молодой человек даже не поднял свои веки и вообще отказывался отвечать ей. Ан Жуй была очень огорчена и опечалена этим. В конце концов, она была вынуждена отступить. Девушка сказала тихим голосом: «Ченьсюань должен был закончить свой разговор со старейшиной Цзяном, так что я должна вернуться. Брат Хао, я ухожу»

Молодой человек на скамейке так и продолжал сидеть прямо, как скульптура. У него не было никаких движений или реакции.

Ан Жуй закусила губу и удрученная, ушла.

Как только героиня ушла, Сюй Ченхао открыл глаза. Он медленно посмотрел на экран телефона и увидел, что до получения результата оставалось еще четыре минуты.

Как только наступил октябрь, разница температуры днем и ночью стала увеличиваться. Солнце светило и согревало воздух утром. А вот вечером температура падала и начинался появляться холодный ветер. Не говоря уже о том, что героиня дрожала в своем платье, но даже Сюй Ченхао в костюме чувствовал, что ему становится прохладно.

Он несколько раз кашлянул, и начал беспокоиться о том, что он снова может простудиться, ведь холодный ветер только усугублял ситуацию. Он подумал о теплом салоне машины. Да, ему действительно лучше было бы спрятаться в машине. Подумав об этом, Сюй Ченхао взял маленькую желтую уточку и собирался уйти, но внезапно что-то заметил. Он резко обернулся и попытался разглядеть.

В тускло освещенном углу здесь какое-то время стояла группа темных фигур. Они продолжали смотреть на него, как призраки, ожидающие возможность напасть. По спине Сюй Ченхао пробежал резкий холодок.

Он вздохнул и громко закричал: «Кто это, покажись!»

Тени двинулись, и вперед вышла фигура человека. Тусклый свет уличного фонаря четко осветил его лицо, смягчая очертания. Через несколько секунд он поднял глаза и сказал: «Это я, Цзин Ичен».

Сюй Ченхао с трудом сдержал все бранные слова, которые вертелись у него на языке. Он стиснул зубы и сказал: «Ты что, псих, что решил так скрываться? Или тебе интересно пугать людей?»

Цзин Ичен просто ответил: «Я пришел сюда раньше, чем ты»

Злодей что, намекает, что поскольку он не заметил его сразу, то заслуживает испуга???

Сюй Ченхао не мог не закатить глаза, поражаясь логикой и мышлением злодея.

Цзин Ичен элегантно сел на скамейку и сделал приглашающий жест: «Могу ли я поговорить с тобой немного?»

Сюй Ченхао посмотрел на маленькую желтую уточку и равнодушно отказался: «Я не думаю, что наши отношения настолько хорошие, что мы можем сидеть вместе и наслаждаться видом луны»

«О компании Сюй», - Цзин Ичен взглянул на него. Он, очевидно, сидел, так что находился ниже Сюй Ченхао, но он по-прежнему издевался, беспричинно подвергая людей угрозе притеснения.

Сюй Ченхао приподнял брови и посмотрел на него: «Что, черт возьми, имеет в виду господин Цзин? Я думал, что вы нацелены на меня из-за Ан Жуй. Теперь, когда я отказался от Ан Жуй, господин Цзин внезапно начал нацеливаться на мою семью. Разве это не издевательство?»

«Нет, я просто хочу поговорить с тобой о том, что компания Жуань собирается сделать с компанией Сюй. Я готов сотрудничать с тобой», - Цзин Ичен продолжил говорить: «Враг моего врага – мой друг. По крайней мере, мы можем сесть и поговорить. Не так ли?»

Главный герой решил выступить против компании Сюй? Сюй Ченхао был слегка поражен. Он тщательно начал разглядывать злодея, пытаясь найти какие-то признаки того, что он обманывает его.

Само собой разумеется, что главный герой должен находиться посередине. С одной стороны он должен остерегаться компании Сюй, а с другой стороны – злодея. Как он мог внезапно захотеть атаковать компанию Сюй?

Но что еще более важно, ненависть главного героя к нему должна быть ниже, чем к сумасшедшему злодею, верно?

Увидев сомнения Сюй Ченхао, Цзин Ичен медленно сказал: «Это потому, что я также отказался от Ан Жуй, так что я больше не подавляю его. Он определенно не будет провоцировать меня, если он не хочет стать моим врагом. Сейчас он хочет воспользоваться возможностью, чтобы расширить влияние семьи Жуань. Поэтому он считает, что только компания Сюй достойна его усилий, так что он попытается проглотить ее».

Сюй Ченхао больше был зациклен на первом предложении, так что сразу решил переспросить: «Ты также отказался от Ан Жуй?»