49 глава.

Учебные дни стали для кого-то большой неожиданностью и неохотой, а для кого-то напротив, с огромной воодушевленостью и желанной встречи с товарищами. Наруто пылко относился к второму варианту. Из него так и пёрло инергией и оптимистичностью. Ничто не могло изменить его долгосрочное настроение, абсолютно никто и ничто! Будто в подтверждение этому, у блондина прекратилось обострение токсикоза, и он мог нормально питаться, не боясь неприятных последствий. Впрочем, даже такие, казалось бы мелочи, подпитывали блондина позитивностью.
Когда Узумаки вновь стоял в просторном классе, перед широко улыбающимися друзьями и остальными смутно знакомыми одноклассниками, парень не чувствовал ни волнения ни страха. Его поддерживали улыбки на лицах ровесников, и даже от рядом стоящего Какаши, скучающе читающего странную книжку, Наруто чувствовал негласную поддержку. Учитель не слишком удивился, когда узнал о переводе парня, и даже думалось, что мужчина знал всё наперёд. Тем не менее, внимание Узумаки было обращено к друзьям и всё остальное волновало его в последнюю очередь.
Пока у него есть возможность веселиться, он будет пользоваться ей на максимум, чтобы потом ни о чём не жалеть.
Нужно ли было говорить, что парня класс принял с распростёртыми объятиями? Конечно, не все в классе знали и помнили его, но это было маленьким нюансом, который он обязательно исправит.
Вот так и начались учебные будни омеги. Стремительно и жизнерадостно. Абсолютно всё учебное время Наруто проводил со своей дружной компанией и ещё ни разу не пожалел, что остался в Токио. Здесь он чувствовал себя поистине хорошо. Словно это было его недостающим звеном. С друзьями разговоры проходили так, словно они знакомы не менее трёх лет. Никакой неловкости и смущения, никакого Саске и посторонних мыслей. Пустая болтовня Кибы буквально взрывала мозг и мгновенно вымещала всё ненужное.  А Рок ли дополнял своей громкой мотивирующей речью и подбадривал одним своим присутствием. Хината стала более раскрепощённей и краснела только при неких действиях и подколах Инузуки, который явно положил глаз на девушку. А Сакура так похорошела, что Наруто первое время невольно заглядывался на неё. Она казалась такой хрупкой и нежной, но твёрдый, даже терпкий запах  и стальной характер доказывали обратное. Жирнобровик, так Наруто прозвал Ли, нескрывая, показывал свою симпатию к розоволосой и ничуть не отчаивался при очередном грубом отказе, будучи твёдо уверенный, что когда-нибудь та ответит взаимностью. Узумаки тактично молчал на этот счёт, не собираясь вмешиваться в чужие амбиции. С кем было в особенности легко, так это с Шикамару. Через чур ленивый брюнет любил отдыхать на крыше, ключи от которой ему каким-то боком предоставил охранник. Когда блондин хотел немного отдохнуть и поразмыслить, он приходил к Наре, практически всегда затавая его меланхолично курящего и пессимистично смотрящего в небо. Нет, брюнет зависал с ними, просто в какой-то момент непредупреждая ускользал от них, благодаря громким разговорам оставаясь незамеченным. Своё исчезновение Шикамару объяснял тем, что слишком устаёт в столь шумной компании и ему нужно уединение. Все давно привыкли и не обращали внимания. Он мог без проблем помочь с домашкой и неожиданными тестами, поэтому полные надежды глаза всегда устремлялись в его обречённо вздыхающую сторону. Наруто не раз мысленно подтверждал его врождённую гениальность. Шикамару, несмотря на свою глубокомысленность и  рассудительность был тем человеком, который желал плыть по течению и не сопротивляться указаниям семьи.

– Ты настолько равнодушен к собственной судьбе? – в один из очередных разговоров на крыше с недоверием поинтересовался Узумаки. Ну не верил он, что кого-то может не интересовать собственная жизнь. Ленивец нерасторопно посмотрел на него и выдохнул сизый клубок дыма, мигом растворившийся в воздухе.

– Я... Просто не вижу смысла сопротивляться тому, что уже мне предписано. – медленно потушив бычок, отозвался брюнет, снова всматриваясь в голубой небосвод. – Вот, видишь то облако?

Наруто заинтересованно посмотрел куда указывал Нара.

– Ну, облако, как облако... Чего ты там такого увидел? – непонимающе проговорил парень под тяжкий вздох напротив. Иногда он не понимал мышление беты и чувствовал себя, как минимум неловко.

– Присмотрись. Видишь, насколько плавно и копотливо оно движется?– дождавшись неуверенного кивка, продолжил – Оно независимо, у него нет никаких забот, оно просто существует, течёт по неизведанному ему течению, без каких-либо проблем и мороки.
Я хочу стать похожим на него. Всё равно, рано или поздно я приплыву туда, куда мне было назначено первоначально, независимо от того, буду ли я по пути трепыхаться или же смирюсь на самом его начале.

– Мы сами сотворяем свою жизнь! Я думаю, всё что преподносится человеку – не случайно. Все преграды, которые человек в силах преодолеть, несут за собой нечто хорошее! А если   подчиняться  "предрешённой" судьбе, то тогда ты не узнаешь, что могло быть, если бы ты приложил какие-то усилия для решения ситуации! – Шикамару флегматично слушал льющуюся речь парня и невольно удивлялся. Не ожидал он от Наруто такого рассуждения. Образ Узумаки был давно для него поставлен, но постепенно он стал казаться не совсем точным. Но, что он в нём мог упустить?

– М-м-м, а ты не задумывался, что возможно, всё о чём ты думаешь, делаешь и принимаешь решения тоже предписано, а ты просто следуешь нужному сценарию, даже не осознавая этого? Ведь всё взаимосвязано, всё имеет смысл и само подталкивает тебя на то или иное событие. – выдвинул парень, заинтересовано наблюдая за блондином.

– Возможно ты и прав, что кто-то там что-то да написал заранее, – скептически закатил глаза омега, медленно вставая с прегретого места – но всё же, именно мы предопределеляем свою жизнь! Несомненно, внешние показатели и обстоятельства играют немаловажную роль, но всё таки мы являемся главным звеном, от которого как раз и зависит, доплывём ли мы до места назначения или сдадимся на пол пути, так и не...

– Ладно, ладно, –  поспешно перебил умствования блондина юный гений – Достаточно, я понял. – устало проведя ладонью по лицу, Шикамару старался выудить из головы трепет Наруто.          
– Чего ты так зацепился за мои слова?

– Просто хочу доказать, что ты не так смотришь на мир! – уверенно воскликнул тот.

Нара отрицательно покачал головой, краем глаза замечая непонятливую нахмуренность Узумаки.

– Мои слова и мировоззрение не являются истинной. У всех нас свои идеалы и принципы. Я уважаю твой субъективизм и целеустремлённость, но как бы ты не старался, твоими глазами я смотреть не начну. – становясь рядом с блондином, вяло заключил брюнет, дружески хлопая омегу по плечу. А Наруто прокручивая только что сказанные слова друга, перевёл взгляд на опустевшее от облаков небо, будто ожидая от него какой-то опознавательный знак.
От недавней дискуссии в воздухе витала некая недоговорённость, но желания заполнить её не возникало. Пожалуй, на этом и нужно было закончить.

Больше эту темы они не поднимали.
Но позже, на всеобщее удивление, Шикамару перестал посещать своё облюбованное место на крыше и отдал свои дубликаты опешевшему охраннику. Причина таких изменений в заядлом пессимисте-мечтателе осталась неизвестной. Наруто подозревал, что их спор как-то повлиял на друга, но спрашивать ничего не стал. Они оба вынесли для себя  какие-то важные заключения. Пусть даже и не одинаковые.
...

Дела в компании пошли в гору с немалым скачком, что впрочем,  не было удивительным. По нежданному прибытию владельца и между тем директора, все работники словно муравьи закопашились в бурном темпе,  навёрстывая невыполненные задания. Учиху в предприятии не сказать, что все любили, но беспрекословно уважали и значительно боялись. За малейшую оплошность он незамедлительно выгонял, а если же кто-то осмеливался возразить, то смельчак мог гарантированно обеспечить себе не только потерю отличного достатка, но и пожизненное клеймо, не позволяющее устроиться хотя бы на средне оплачиваемую работу в будущем. Слухи о холостом альфе с огромными за спиной деньгами ходили круглосуточно и на постоянной основе. Попытки многих охмурить неприступного и с виду холодного самца, всегда с фатальным треском проваливались, но по каким-то причинам, это никого не останавливало. Бывали даже случаи, когда обезумевшие омеги от отчаяния приходили в период течки, буквально расставляя перед ним ноги, но и этот, казалось бы беспроигрышный приём, не срабатывал. Такая реакция была почти невозможна для здорового и свободного альфы, напрямик учуявшего течной запах омеги, но факт оставался таковым. Из-за таких инцидентов многие считали, что Учиха Саске хладнокровный и безжалостный человек, не имеющий ни чувств ни эмоций. Он вызывал у многих альф невольное признание и пример для подражания.
Поэтому абсолютно для всех было огромным потрясением, когда выяснилась причина долгого отпуска господина. Непоколебимый и вечно хмурый брюнет улыбался. Первые рабочие дни секретари заставали его в кабинете бездумно смотрящего в документы и незамечающего окружение. И если беты ещё ломали над этим голову, то остальные уже были в известности. Властный феромон и стойкий запах кофе приобрёл мягкий привкус цитруса, молчаливо доказывающий занятость некогда "бездушного" альфы. Но, ещё одним шоком для работников стала ситуация с одной из секретарш, которая случайно заглядевшись на Саске, разлила горячий напиток на важные документы и на самого мужчину. В результате она отделалась лишь некорректной бранью и грубым вылетом из кабинета.  Мало того, что её не выгнали из фирмы, у неё даже зарплату не сократили. Это говорило лишь о том, нрав альфы немного смягчился. Вот только поводом для расслабления это не являлось, так как требовательности и строгости в Учихе не поубавилось. Пришлось смириться и взяться за свои прямые  обязанности. Вот так и начались хмурые дни нескончаемой работы, только уже под пристальным руководством начальника.
В принципе Саске быстро влился в прежде привычный образ жизни трудоголика, с профессионализмом выкидывая мешающие думы и полностью окунаясь в работу, требующую расточительный ум и максимальную сосредоточенность. Чем быстрее закончит работу, тем скорее встретит своего омегу. Только осознание этого вселяло в тело необычайное чувство тёплого предвкушения.

Наруто освобождался от занятий где-то в пятом часу, в зависимости от учителей и задержки с друзьями, с которыми без умолку общался до самой остановки. Саске предлагал нанять личного водителя, но блондину было комфортнее добираться на общественном транспорте вместе с кучей народа, в забитом и душном пространстве. Несмотря на такие неудобства, среди людей парень ощущал себя в наибольшей безопасности, нежели наедине с подозрительным водителем.
А вот график Саске был неравномерным, потому периодически Наруто приходил раньше альфы. И пусть он не говорил, но его это в самом деле расстраивало. Помещение встречало его угнетающей тишиной и странным холодком по телу. Утешало лишь то, что запах альфы был повсюду и до его прихода Узумаки было легче думать, что Саске находится рядом, просто в соседней комнате. Самовнушение на удивление помогало и Наруто спокойно дожидался настоящего альфу. Брюнет по дороге часто заезжал в магазин, покупая без разбора разные сладости, и потому омега мгновенно забывал все обиды. Вечера проходили в особенности хорошо для обоих. Саске наконец мог нормально отдохнуть под просмотром одного из фильмов, который так бережно выбирал блондин. Наруто словно по традиции, поудобнее облокачивался о плечо брюнета и всегда завлечено наблюдал за сюжетом, не замечая на себе бокового взгляда. А Саске подло пользовался этим, иногда  поглаживая его по плечу и по давно зажившей метке. Последнее являлось для альфы поистине греющим душу знаком, потому его он поглаживал с особой ласковостью и бережностью. Блондин делал вид, что слишком увлечён фильмом и совсем не замечает чужих действий, но внутри омега исходил от блаженства, тихо мурчая себе под нос от приятного внимания альфы.
Иногда Наруто в красках расписывал смешные истории из школы, и Учиха слушал, реально заинтересованный радостным рассказам парня. Для него было важно знать, что омега счастлив.
Вот только разгуливать с друзьями по городу Узумаки строго запрещалось. Как бы всё не казалось нормализовавшимся и затихшим, нельзя было забывать о безопасности. Вычислить людей Данзо было почти невозможно, так как те невидимо затаились и до сих пор ждут подходящего момента, чтобы выполнить незаконченную миссию. По причине того же Данзо, Наруто не упоминал в своих рассказах о Гааре.

Зачастую на переменах и в столовой Узумаки часто замечал красноволосого, всё время окружённого толпой влюбленных омег и бет.
Позже из болтовни Киби Наруто мельком узнал, что теперь бледнолицый один из самых популярных альф в школе, и его холодность является эталоном красоты. Но на этом нервные мысли о Гааре не прекратились.
Блондин не раз замечал на себе леденящий взгляд бирюзовых глаз, и старался держаться от их обладателя подальше. Вся это ситуация сильно напрягала. Несколько раз Узумаки замечал порывы Гаары подойти к нему, но видимо  компания блондина и собственный "фан-клуб" ему значительно мешали. Это не могло не радовать, ведь чего хочет альфа Наруто даже не догадывался, а спросить у него напрямую не хватало смелости. Но пока красноволосый не переходил к активным действиям, омега решил просто не обращать внимания и стараться держать с ним дистанцию, находясь всё время с друзьями.
Насколько это сработает и не перельёться ли это в что-то большее Узумаки не знал, но и говорить кому-то о своих подозрениях не хотел. Тем-более Саске.
Всё равно учиться в школе ему осталось не так долго, как бы того хотелось.

* получилось не так, как хотелось бы, но думаю сойдёт.*