Глава 7

— Аль-хайтам?

Да, это точно был Кавех, его голос, такое искреннее удивление. Вот только что он тут делает..Вместе с тем студентом?

Секретарь окинул всех троих взглядом, сразу же заприметив знакомые с печати игральной карты одеяния Астролога. Это была Мона Мегистус.

— Кавех, что ты здесь делаешь? — Не скрывая удивления, задал вопрос в лоб младший.

— По всей видимости - то же что и ты. — В разговор вклинился сказитель, который не был готов наблюдать за разборками этих двоих. Скара Стянул с себя огромную шляпу, открывая взору секретаря своё лицо. — Кавех меня извёл с этой книгой.

Девушка, наблюдавшая за диалогом малознакомых чужеземцев наконец заговорила:

— Подобные скрытые писания используют уже очень давно, но кажется - у вас вопросы не по их части. — Заинтриговала девушка, сонно потягиваясь, чем и обратила на себя внимания всех троих, включая секретаря.

— Ты уже осведомлена о моём положении? — Поинтересовался Аль-Хайтам, ведь он не говорил Кавеху о том, что о себе узнал спустя месяцы наблюдений. Вот только - раз блондину хватило ума добраться до сюда, возможно он тоже собирал о нём информацию.

— Я знаю достаточно. — Отрезала девушка, подходя к гильдии и вручила местной Катерине отчёт, как не сложно догадаться - о проделанном поручении. После она вновь вернулась к этой троице и добавила:

— Пойдёмте, продолжим разговор об этом уже у меня дома. — Не дожидаясь ответа она повела всех в нужном направлении. Ей никто так ничего и не сказал, все лишь послушно последовали за ней.

   Некое напряжение витало между двумя учёными. Оба на протяжении полу-года вели скрытое исследование и оставались не замеченными в плоть до нынешнего момента. Кавех просто не мог в такой ситуации обижаться на Хайтама. Сам же секретарь был потрясён поступком своего возлюбленного, ведь тот проделал такой путь, явно накопал не мало информации, и всё ради того, чтобы сейчас стоять здесь, в пошарпанном маленьком доме, перед девушкой, по имени Мона Мегистус, которая была единственной зацепкой для них обоих.

— Господин Аль-Хайтам? Я верно поняла? — Обратилась к секретарю девушка, доставая из сумке, которая ранее всё время красовалась на её плече какой-то тканевый свёрток или мешок.

— Да, верно. — Коротко ответил Аль-Хайтам, наблюдавший за каждым её движением.

  Кавех с тем самым студентом стояли чуть поодаль от него и передали Астрологу копию той самой обшарпанной книги. Завидев её, секретарь вопросительно посмотрел на архитектора, на что тот коротко ответил:

— Я успел создать точную копию этой книги, в плоть до самых мелких потёртостей. Без детального рассмотрения их не возможно было различить. — И тут-то Секретарю всё стало понятно.

  В тот самый вечер пятницы, когда Кавех отдал ему «выписанную» книгу и перепись - он получил не оригинал. В ночь на кануне Кавех проспал очень мало, до этого все дни тоже выглядел замученным. И после демонстрации скрытых писаний, в той самой книге на протяжении других вечеров перед сдачей, во второй Хайтам ничего не находил, а потому и отправил её, как не в чём не бывало - обратно, в Храм Молчания.

  Именно сейчас Секретарь понял как сглупил тогда, отказавшись от помощи возлюбленного. Ведь тот и правда хотел ему что-то сказать перед тем, как Младший поцеловал его. Он же и поспешно заставил Кавеха «Забыть» об этом. Вот только блондин и сам, так же как и он - только делал вид.

— Что ты узнал? — Без подтекста поинтересовался Секретарь. Архитектору же, подтекст и не был нужен, он прекрасно понимал что от него хотят услышать.

— Скорее всего - то же что и ты. — Подметил блондин, явно догадавшись, что именно беспокоило его партнёра.

— И что ты думаешь по поводу мумификации? — Напрямую спросил Аль-Хайтам, понимая, что скрывать больше нечего, и все находящиеся сейчас в помещение прекрасно знают о его происхождении.

Кавех нервно осёкся, подыскивая у себя в голове более правильные слова. Было прекрасно видно, как он нервничал, ибо не был готов к этому разговору сейчас.

— Это.. ужасно. Я до последнего не верил прочитанному, перебрал, кажется половину библиотеки Амурты, ища подтверждение тому, может ли ещё не родившийся эмбрион продолжать развиваться в теле уже мёртвой, обмазанной одним только воском, теле матери.. Это даже звучит не правильно и.. — Предложения выходили скомканными, с большими пробелами в словах. Кавеху, до ужаса сентиментальному, эта информация явно далась не легко.

Кхм, что уж тут греха таить, Хайтам тоже не сразу принял это, а потому не стал сейчас наседать на него.

— Зачем ты приехал сюда? — Перебил монолог блондина Секретарь, стараясь оставить голос привычно спокойным.

— Я не смог с этим смириться! Раз уж, как я думал - тебе не интересна информация о твоей семье, то мне - да! — Одной волной выдавил Архитектор, привычно приняв позу «Руки в боки»

— Для меня бы это не было так интересно, не будь тут замешана мумификация. — Объяснил Сероволосый, кажется и вовсе позабыв где они вообще находятся.

— Ты понял где находится та пещера? где твой отец.. Ну.. — Хайтам не стал вновь ставить блондина в не ловкое положение, а потому перебил:

— Да, на одном из «исследований» я отправился туда, но так ничего и не нашёл.

Кавех нервно усмехнулся.

— Мда, глупо было ожидать, что их тела там, да? — Вопрос прозвучал настолько печально, что казалось, прямо сейчас перед Архитектором, уже в который раз рухнул этот огромный мир.

— Но убедиться в этом - не помешало. Раз писания были засекречены - значит нельзя было исключать того, что за двадцать с лишним лет то место так никто и не посетил. — Слова Аль-Хайтам были сравнимы с неким заживляющим бальзамом на душу, который и правда помогал, вот только не сразу.

— Всё готово. — Подала голос девушка, чем заставила двух возлюбленных обернуться в её сторону. Оба настолько увлеклись, что не заметили подготовку Моны.

— Зачем это всё? — Поинтересовался секретарь, оглядев идеально ровно очерченный углём круг, внутри которого были прочерчены какие-то, не известные ему символы и звёзды, много звёзд, по верх которых были поставлены свечи, с подёргивающимися огоньками пламени.

— Ритуал старый, возможно, ваших нынешних студентов Ртавахиста такому уже не учат, но я часто занималась с преподавателями индивидуально. Вы погрузитесь в сон, долгий. В этом сне вам покажут события произошедшего несколько лет назад, в вашем случае - это будут события двадцати трёхлетней давности. Вам нужно лишь оказаться в нужном для вас месте, чтобы увидеть события происходящие там.

  Секретарь давяще посмотрел на Каваеха, оставляя при себе вопрос «Ты и правда был готов пойти на это ради меня?»

   Девушка же, передержала не большую паузу. Она протянула парням два не больших куска багрового агата, весьма редкий материал, добываемый лишь на драконьем хребте. Не Кавех, не Аль-Хайтам, в живую не разу в не видели этот камень, а потому аккуратно, подобно лёгкой пушинке приняли его, оглядывая его полу-прозрачные, чуть подсвечивающиеся грани.

— Повезло, что в этот раз Альбедо расщедрился сразу на несколько кусков. — Усмехнулся Сказитель, что ранее держал не свойственное ему молчание.

    Мона никак не прокомментировала его слова, лишь устремила взгляд в принесённую Кавехом «Заговорённую книгу». Мельком она пробежалась по светящимся строкам, которые, кстати говоря, не смотря на дневное время суток сейчас открылись ей в истинном виде.

— Я не могу быть уверенны, что во время сна вы не перейдёте в состояние комы, потому в случае этого - за это я не ручаюсь, но постараюсь позвать помочь. — Голос девушки звучал серьёзно. Она отложила в середину, ранее прочерченного круга ту самую книгу, а после взглянула на пару:

— Запомните три самые главные вещи - Вы находитесь во сне, пусть и в искусственном. Все существа находящиеся там разумны, и знают об этом. Не дайте им понять, что тоже знаете, что находитесь в мире грёз. - Это первое.

Астролог жестом указала парням сесть за стол, на котором был разложен «поток». Оба сели.

— Возьмитесь за руки. Да, так, хорошо. — Девушка заострила внимание на цепкой хватки, которую парни держали прямо над книгой и свечами. Слегка нахмурившись она продолжила:

— Вы не естественны в этой истории, а потому слейтесь с окружением, создавайте для остальных видимость, что вы серая масса. - Это второе.

Перед глазами Кавеха всё начало плыть, голова закружилась, и всё начало темнеть. Он первый стал проваливаться в грёзы. Секретарь сильнее сжал ладонь старшего сразу же, как заметил его недомогания.

— И самое главное - не умрите. — Это было последним, что смог услышать Аль-Хайтам перед тем как сам растворился во сне.

                                                                                                ***

   Тяжёлая голова и затуманенный взгляд. Хайтам чувствует, как его кто-то трясёт за плечо, пытаясь вернуть в чувство. Голос тоже слышал, но тот как будто был где-то далеко и доносился до него лишь елу уловимым эхом.

Кавех после пробуждения во сне сразу же заметил рядом лежащее тело своего парня. Блондину понадобилось по меньшей мере полчаса для того, чтобы привести того в чувства.

Хайтам принял перемещение в другой мир намного тяжелее, тело в котором он находился, казалось чужим, конечности отказывались подчинятся и двигаться в указанном мозгом направлении. Вот только если всё это постепенно вернулось в норму, кое-что так и не вернулось в привычное - его зрение.

Всё, что находилось в близи, казалось очень размытым, происходящее же далеко он видел хорошо. Похоже, что это стало таким, своего рода «побочным эффектом»

— Ты как? — Поливая сероволосого прохладной водой интересовался Кавех.

Сейчас Секретарь уже понял, что те находились в сырой и холодной пещере «Той самой, которую описывал его отец на последних страницах своего дневника»

Парень, что подобно наседке, всё это время кружился возле Хайтама, сейчас отличался от привычного Младшему. Нет, овал лица, глаза, остальные черты, всё было тем же, даже вроде как фигура с ростом. Отличались лишь его одеяния.

    Древний, старомодный белый бурнус из довольно плотной, хлопчатобумажной ткани, отсутствие свойственных архитектору золотых украшений. Некоторые из них были заменены на более свойственные для живущего человека в пустыне. Отсутствовали так же и перчатки с парным набором колец, которые Хайтам дарил ему относительно не давно. «Но блондин надевал их при каждом выходе из дома».

   Опустив взгляд на свои собственные руки, Секретарь обнаружил, что и на нём самом не было его пары. Вместо них была пара увесистых и не удобных перстней. Логичная мысль - «Их одежда изменилась под специфику места и времени в котором они находились. 

— Всё нормально — После долгого молчания выдавил Секретарь, недовольно хмурясь от холодных капель, стекающих по его лицу.

— Точно? — Недоверчиво уточнил Блондин, пристально оглядывая партнёра.

— Сейчас да, прихожу в себя кажется.

— Перенос в сон на тебе сильнее отразился — Констатировал Кавех, выжимая тряпку, которая, изначально была некой балаклавой, которая должна защищать лицо от беспощадных лучей пустынного солнца. 

— До возращения малой властительницы Кусанали, Сумеровцам никогда не снились сны. — Напомнил Аль-Хайтам, предприняв попытку встать.

— Эй, аккуратнее ты! — Грубо кинул блондин, подлавливая обмякшее тело секретаря.

   А вообще - Хайтам правильно это заметил. Ему, как кореному жителю Сумеру, до недавнего времени никогда ничего не снилось, мир грёз был для каждого из них заперт, в нём находилась только дендро архонт. Кавех же был приезжим, сам-то он родом из Фонтейна, а потому, для него сны были нормой.

— Тебе ещё нужно время прийти в себя! — Настоял Блондин, аккуратно усаживая Секретаря возле песчаной стены, позволяя облокотиться на неё.

Промолчав какое-то время Кавех задал, вполне уместный вопрос:

— Наблюдать будем из далека, или попытаемся как-то заговорить с ним?

Аль-Хайтам устало поднял глаза на старшего, разодетого парня.

— Думаешь, это может как-то изменить ход истории? — Глупо, что было ему не свойственно.

—Это всего лишь сон, он никак не повлияет на реальную жизнь. — Кавех чуть нервно усмехнулся.

Они ещё совсем немного просидели там, дождавшись, когда тело Секретаря прийдёт в норму и он смог спокойно идти, они вышли из этой самой пещеры в пустошь.

   Местность была знакомой. За двадцать с лишним лет тут почти ничего не изменилось.. Хотя, оно и было понятно, жизни в этом месте не было никогда.

— Твой отец жил, судя по писаниям, где-то в деревне Аару. — Констатировал блондин, ведя Младшего в нужную сторону. К слову, эта деревня находилась не так уж и далеко от пещеры в которой они появились, а потому путь не занял больше.                                                                

                                                                                     ***

  Парни стояли у ворот Деревни Аару, она выглядела точно так же как ив реальном времени.

— Выходит, что за двадцать лет, тут ничего не изменилось — Задумчиво высказал Кавех, взявшись за подбородок.

— Выходит, что так. — Согласился Хайтам, делая шак вперед. Блондин не стал отставать и сравнявшись с ним заговорил снова:

— Судя по всему, в это время Кандакия уже стала старостой деревни. — Напомнил Кавех.

«Кандакия.. Конечно, знакомое имя. Наследница царя Дешрета. Довольно популярный персонаж. Она частенько упоминалась в истории на парах Хараватата.» Конечно, Аль-Хайтам, вроде даже видел её пару раз в столице.

— И всё же, мы здесь не за ней. — Коротко ответил Секретарь, в который раз ушедший в свои мысли.

Кавех лишь легкомысленно повёл плечами, а после резко одёрнул младшего.

—Аль-Хайтам, это они! — Громче, чем нужно вывалил Блондин, заставляя Младшего резко посмотреть в указанную сторону.

   Кавех был прав. Девушка, лицом, как две капли воды, схожая с лицом Секретаря. Она была высокого роста, даже не смотря на то, что сейчас шла слегка сгорбившись. Она была одета в белые легкие одеяния, что подчерчивали слегка видный беременный живот.

   Рядом с ней стоял Высокий мужчина. Вид его был обеспокоенным, даже правильнее сказать - немного уставший. Его выгоревшие пепельные волосы, были сильно растрёпанные, на висках запотевшие. На макушки забавно стояла пара ярких зелёных прядок. Сам по себе мужчина был крепкого телосложения, а кожа его была сильно загоревший. Он вёл девушку за руку, но всё же резкий голос Кавеха смог привлечь внимание пары.

    Серьёзное выражение лица мужчины, сменилось недоумением почти сразу, как тот встретился взглядом со своим будущим сыном. Будущий отец не веря посмотрел на возлюбленную, Кацу, Мать Аль-Хайтама, потом вновь на него самого. Слов не у кого из них не находилось. Девушка тоже выглядела обеспокоенной. И так они трое, наверное ещё долго бы играли в гляделки, если бы Кавех не взял инициативу в свои руки.

  — День добрый, мы учёные с академии, мы тут проездом! — Широкая солнечная улыбка расцвела на бледном лице блондина. Он сделал шаг вперёд на встречу родителям своего парня, перенимая их внимание на себя, и разбавляя повисшую, между всеми неловкость.

Кавех сощурив рубиновые глаза присмотрелся к девушки, а после удивлённо распахнул их.

   — Ох, прошу прощение за своё невежество, но вы удивительно похожи внешне с моим другом! — Блондин указал жестом в сторону Аль-Хайтама. — Вы случаем, не родственники? — Такой вопрос опешил пару ещё больше. Секретарь удивился не меньше их. «Кавех так правдоподобно играет!»

Губы девушки дрогнули и она сделала шаг вперёд, на встречу к учёным.

— И правда.. — Мелодичный голос прекрасной Кацу, матери Хайтама, был музыкой для ушей обоих парней. Девушка аккуратно коснулась хрупкой маленькой ладонью не моргающего лица секретаря. — Как-будто близнец мой..

Муж Кацу тоже подошёл к незнакомцам. Он оценивающе пожирал Хайтама взглядом, совсем не стесняясь.

— Значит учёные говорите. — Задумчиво повторил он.

— Верно, я выпускник Кшахревата, Кавех, а мой друг - выпускник Хараватата - Аль-Хайтам.

— Кшахревата? Я тоже восемь лет назад выпустился оттуда. — Поддался ему мужчина. «Кавех, умница, в тебе умирает великий актёр!»

— Да? А вот я выпустился всего полтора года назад. — Чуть надувшись объявил блондин, чём придал диалогу более расслабленное направление. — Прошу прощения, мы впервые на исследованиях в пустыне, не подскажите где тут можно остановится на пару ночей?

— Оу, да, можно обратиться к нашей старосте, К Кандакии, она выделит вам номер. — Добродушно улыбнулась девушка. — Меня зовут Кацу, а моего мужа - Грем. Мы отведём вас.

— Спасибо вам большое! — Кавех светился, кажется, даже ярче пустынного солнца, чем явно весилил девушку. Отец с сыном в это же время не сводили друг с друга одинаковых глаз.

    От матери Хайтаму достались острые черты лица, большой, но аккуратный нос, основной, пепельный оттенок волос. Глаза же были точной копией глаз Отца. Такие не обычные, Бледный изумруд, оболочка радужки и зрачёк которого были красными. Грем и сам заметил это, и всё ещё оставался насторожен, в отличии от своей жены.

     По дороге до дома старосты у Кавеха всё же вышло разговорить эту парочку, чем выстроил фундамент доверия. Взгляд мужчины стал менее напряжённым. Он с удовольствием поддерживал беседу с Блондиномм. Все четверо сидели в импровизированной «Потому что, в сравнении с той, что была в столице она не шла в никакое сравнение» таверне. Хайтам тогда аккуратно поинтересовался на счёт ребёнка в животе Кацу.

— Не буду лукавить, беременность тяжёлая, иной раз реветь от боли охота... — Девушка не ловко улыбнулась, поглаживая не большой живот. — Ты сразу заметил?

— Он сильно бросается в глаза. — Честно ответил Секретарь, не своя глаз со своей матери. Сейчас эта девушка, всего на пять лет старше него, ожидает ребёнка..

     На душе впервые так болезненно заскреблись кошки. Секретарь не мог себе и представить, что единственное, что ему будет хотеться на самом деле - это обнять мать, Рассказать ей всю правду, кто он, и что произойдёт с ней. Хотя.. Хотелось бы, чтобы она это и так знала. Хайтам никогда не задумывался о том, что случается с человеческими душами, после смерти. Он слышал о реинкарнации, мельком слышал разговоры религиозных фанатиков о Рае и Аде. Версия, что души становятся охранниками места своей гибели - тоже имела места быть.

   Всё это было так далеко от него, но именно сейчас он желал того, чтобы души после смерти оставались хранителями и просто наблюдали за живыми. Хотелось бы, чтоб после смерти он снова смог встретить свою, уже настоящую мать просто глубоко вздохнуть, в то время, пока она будет стоять напротив него и улыбаться.

Внезапно разговор прервался. Всё вокруг снова начало кружится и темнеть. Точно так же, как это и было, когда Мона отправила их сюда.

— Нет! Пожалуйста! Ещё немного! — Голос, наполненный болью и отчаяньем. Будто ты пытаешься ухватиться за последний лучик надежды. Пытаешься почувствовать себя живым чуть подольше..