Рассекающий власть тьмы (1.3)

Для Чжоу Линъюаня четыре месяца прошли очень мирно и даже семейно... насколько он мог понять.

Его родители в нем действительно души не чаяли, но и не сильно баловали, стараясь, чтобы ребенок вырос сдержанным в своих желаниях, не избалованным.

Для ребенка, чьи родители забирали его и сестру из специального центра, где они учились и занимались всю неделю только на воскресенье, эта забота была непривычной, но столь тёплой, что спустя месяц он сам ластился к своим родителям, чему они были очень и очень рады.

Когда прошёл его день рождения и наступил день, когда будет просканирован его талант, то его подняли очень и очень рано, практически на рассвете.

-Молодой господин Шэнь, вставайте,-по голосу он понял, что это были Ли Цзэтянь и Лу Мэйли. Эти девушки были всего двенадцатилетними юными одарованиями с талантом беты, но их отдали уже пятилетнему ребенку в качестве служанок.

-Встаю... встаю...,-как только он, зевая, встал с кровати, две девочки помогли ему проснуться окончательно и стали после лёгкого завтрака приводить его в порядок.

"Тогда это шанс осмотреть себя полностью"-Чжоу Линъюань спокойно наблюдал в зеркале за тем, как девочки помогали ему надевать одежды и заплетали волосы в прическу.

На миловидном лице ребенка была маленькая гримаса боли от того, как ему затягивали косы в прическу, но в остальном он мог назвать себя очень и очень красивым ребёнком.

Фиолетовые глаза на правильном и нежном мальчишеском лице завораживали, а когда гримаса боли превратилась в спокойную улыбку-он стал походить на маленького Бога. Бога Спокойствия или Власти. Власти, в виде нежнейшего шелка.

"Это же каким красавцем я стану, когда вырасту..."–восхищенно думал Чжоу Линъюань, пока не запнулся, вспомнив о его плане, как изменить писанину, изведя демонов.

Его красота будет гореть недолго, прячась за шрамами и слепотой, но он верил, что если до самопожертвования не дойдет, то он сможет прожить чуть дольше в сюжете, но уже после исполнения его плана... может быть, подделать божественное откровение и "исцелить" себя?

—Вы очень красивы, молодой господин Шэнь,–мальчику заплетали косы и одевали в прекрасную белоснежную одежду с вышивкой из глицинии...

Стоять, глициния! Чжоу Линъюань подавил дрожь. В аниме глициния была смертельным ядом для демонов, ею даже одна из Столпов, которую он из-за запоминающегося хаори называл бабочкой, убила, кажется, Вторую Высшую Луну! Да, она умерла и сама, но она убила её!

"Хост, без паники"–дрожь прервалась голосом молчавшей всё это время системы.
"Тут тоже есть такое. Но только тут это не простая глициния, а Глициния Божественного Света. Она не редка, в садах многих домов противников демонической власти она растёт без проблем. Но нужна специальная рецептура для яда и лекарств на её основе. Сама глициния сдерживает и отпугивает."

"Спасибо, Виктория... кстати, а почему ты молчала?"

"Так я искала среди союзников главного героя людей, которые мстили кланам демонов, но не видели из-за ауры протагониста того, что демоны по большей части одинаковы. И тайные гении тоже нужны вам, дорогой хост. Если вы хотите стать Убуяшики Кагаи, то вам нужны ваши клинки."

"Мне нужны мои пострадавшие из-за демонов дети... дети, которых я спасу и которые свергнут тиранию демонов... кстати, а почему никто так и не решился?"

"Вы уже думаете, словно глава охотников на демонов, хост... почему не решаются? Во первых–ментальные практики демонической крови. Во вторых–очень кроваво подавленные восстания. Поэтому никто и не решается на отчаянный шаг в виде восстания."

"Я понял, Виктория..."

—Молодой господин, мы уже готовы. Идём?–разбудил его от разговора с Викторией голос Цзэтянь.

—Да. Мэйли, Цзэтянь, пошли,–он кивнул девушкам и они повели его из покоев.

Павильон Рассветной Звёзды, именно так называли место, где дети рода Шэнь проявляли свой талант, был укрыт белыми ликорисами и растущими Глициниями Божественного Света.

—Дальше вы сами, молодой господин. Идите просто по тропе, мы вас будем ждать тут,–девочки остались перед началом тропы, помахав рукой пятилетнему ребенку.

Мальчик кивнул им и пошёл по тропе, подобно взрослому, лишь изредка касаясь низко растущих ветвей глициний и цветущих белых цветков ликориса.

Дошёл он до самого невероятного на его памяти открытого зала–вокруг были украшения и рельефы, а в самом зале были и слуги, и побочная, с главной ветвью семьи, даже его родители, что едва заметно махали ему рукой, показывая, что нужно подойти к огромному кристаллу посреди зала.

"Измеритель",–подумал Чжоу Линъюань и пока один из Старейшин Шэнь говорил длинную речь, шёл к кристаллу.

Единственное, что он запомнил из этой речи–цвета, что означали уровень таланта. Белый–омега, оранжевый–бета, золотой–дельта, то есть между бетой и альфой, красный–альфа и почти забытый фиолетовый с золотыми нитями был цветом редчайшего таланта–энигмы...

—А теперь, Шэнь Цзянму, коснись кристалла,–мальчик по взрослому кивнул присутствующим и коснулся кристалла рукой.

Дальше происходило невероятное зрелище–от руки мальчика по кристаллу поползли золотые нити и когда они укрыли весь кристалл, то на них, словно на ветвях, расцвёл, словно цветы глицинии, самый чистый, что они видели, фиолетовый цвет.

—Фиолетовый... с золотыми нитями...

—Невероятно...

—Это невозможно...

—Цзян-эр...

Мальчик смотрел на толпу со страхом. Неужели от него откажутся из-за того, что он энигма?...

—Шэнь Цзянму истинный наследник двух сильнейших людей! От двух альф родилась энигма! Редчайший и высший талант!

Толпа взорвалась поздравлениями, а родители обняли его со слезами.

—Малыш наш...

—Наша маленькая жемчужина, Цзян-эр...

Чжоу Линъюань не сдержал слёз, как Шэнь Цзянму, обнимая родителей.

Вечер продолжился поздравлениями и шикарнейшими подарками для юного дарования.

Само же дарование лишь счастливо улыбалось родителям, зная, что его ждёт в будущем и от того он радовался таким спокойным минутам всё больше и больше...