XXIII

Глаза начала щипать, светящая в лицо лампа. Как будто я на приеме у стоматолога. Только твои руки не привязаны к креслу. Было противно, после всего, что я прошел, быть успыленным, и связанным, как какое нибудь животное. Открыв глаза, я увидел Дженсона, и Терезу, которая быстро подготавливала что-то, и суетилась. Крысун же смотрел в окно, на полыхающий огнем Денвер, и завел руки за спину.
- Томас, ты ведь такой ценный, для нас - развернулся он ко мне лицом, и я дернуося, чтобы врезать ему, но не смог. Руки же ведь были привязаны. - Ты можешь спасти нас. Ты как дар. Для загнивающей планеты, - продолжал Дженсон свой монолог, а я только и мог, что смотреть на него и выражать свою злость в глазах. Дженсон подошел совсем близки, и намеревался взять кровь Томаса. Незаконно. Нелегально. Может быть это убьет его. Он почти ввел иглу в вену, как вдруг Тереза со всей силы стукнула стеклянной колбой по голове крысуна. Он повалился на пол.
- Быстрее,- Тереза принялась освобождать мои руки, но старый механизм не поддавался, и к тому моменту, как очнулся крысун, у меня была освобождена лишь одна рука. Он неожиданно появился за Терезой, с силой схватил за волосы, и начал мотылять. Сначала он ударил ее головой об металлический звук. Пока он замешкался, девушка попыталсь отползти, под столом, но Дженсон в порыве ярости схватил ее за ноги, волочя по полу, так, что всё стекло впивалось в ее нежную кожу. Сразу стало понятно, что крысвн заражен, и хотел сыворотку только для себя. Мне нужно было освобождаться, ведь в таком положении я не мог помочь Терезе. Трясущимися руками, резкими движениями, я заставил старый механизм подчиниться мне, и выпрыгнул с кресла, набросившись на крысуна. Я сбил его с ног, и мы вывалились из лаборатории в коридор, попутно разбив стекло. Это была неимоверная боль, мелкие куски впивались в лицо, руки, ноги, тело. Так мы и катались по полу, Дженсон хватал меня за запястья, и буквально разрывал кожу своими ногтями. Теперь я не сомневался, что он был заражен. Бой продолжался пока Тереза не оправилась, и снова не огрела крысуна по голове. Мы бросились бежать. Пустынные коридоры ПОРОКа. Все люди эвакуировались, или ааои в бою против повстанцев. Тереза кратко рассказала, что случилось. Свет в коридорах частично потух, путь им освещал мигающий фонарь, обозначающий тревогу. Как сказала Тереза, еще несколько коридорово, и они войдут в лабораторию, с которой можно забраться на крышу.Там они решат, что делать.
- Томас! - окликнул их Дженсон. Он стоял совершенно невредим, и направлял на них пистолет.
- Вернись, и я не причиню вреда никому из твоих друзей. Фрайпан, Галли, Минхо, Тереза и особенно Ньют,- я готов был сейчас выхватить у него пистолет, и самому выстрелить себе в голову. Так больно полоснуло по сердцу это такое родное имя.
Я просто молча стоял. Заметив, как крысун направил пистолет на Терезу, и перевел палец на курок, я за секунду, до выстрела толкнул ее в другую сторону, и мы забежали в лабораторию. Пуля все-таки была выпущена Дженсоном, и попала мне прямиком в живот. Резкая боль, и я опустил руки, на место раны. Кровь густо вытекала, и заполняла футболку кровавым пятном.
- О Господи! - чертыхнулась Тереза. - Томас, не смей, не умирай, сейчас мы что-нибудь придумаем, - она начала рыться по шкафчикам лаборатории, и судорожно что-то повторяла. Сама лаборатория состояла из нескольких комнат. Здесь проводили испытания на зараженных, несколько еще остались за стеклом, и кидались на ребят. Дженсону не составило бы труда их найти. Я повторял про себя, чтобы заглушить боль: " так будет лучше, ты будешь с Ньютом"
Тереза приложила лед, обернутый в тряпку к ране, и стало немного легче. Видимо она добавила туда еще и обезболивающее.
- Что ты бормочешь? - спросила она.
- Если это случится, то я буду с Ньютти, это будет даже лучше, - повторил я слова еще раз, только громче.
-Ты что говоришь такое!
- Томас, выходи, я же знаю, что ты здесь, - прорычал Дженсон, входя в лабораторию.
Мы сидели молча, пока он не начал ходить между столами. Когда он прошел совсем близко, я взял себя в руки, и хватаясь за живот, встал на ноги. Напротив Дженсона бушевали зараженные, выбивая кулаками в стекло.
В моей несвежей голове созрел план, и я толкнул Дженсона в стекло, попутно выбивая у него из рук пистолет.
- Это все, что ты можешь? - насмешливо прорычал крысун. По стеклу, за которым были шизы начали расползаться трещины, и зараженные, почуствовав приближающуюся свободу, начали сильнее долбится в стекло. Буквально через пару секунд стекло треснуло, и они набросились на свою жертву, которая не могла двигаться от страха, сковавшего тело. Она царапали тело крысуна своими когтями, рвали волосы на голове, кусали кожу, и пили кровь. Но разглчдывать их было некогда, нужно было убираться, пока они заняты одной жертвой, и не переключились на другую. А как бегун Томас сейчас не очень хорош.
С горем пополам мы добрались до крыши. Вокруг здания полыхал огонь. Мы выбрались почти на самый край, но я больше не мог идти. Перевязанная рана болезненно ныла, ноги подкашивались, и я осел на землю. Тереза молчала, сидела рядом, и лишь немного всхлипывала.
Вдруг из ниоткуда появился берг. Он навис над зданием, и старался подлететь ближе, но не мог. Огонь полыхал, стараясь достать до летательного аппарата, и оплавить бока. Развернувшись, в берге открылся люк. Отула выглянули Бренда, Минхо и Винс. Они махали, и что-то говорили Терезе. Но я ничего не слышал, и не видел. У меня, перед глазами стоял блондинистый подросток, лучезарно улыбающийся.
- Томас, ты слышишь меня, возьми это! - кричала мне Тереза. Я взял бутылек, с голубоватой жидкостью, и сжал его в руке.
- На нужно идти, поднимайся, - я собрал все силы, и мы медленно приближались к бергу. Когда мы были почти у края здания, Винс протянул руку, и я попытался ухватиться за нее, но не получилось. Тереза помогала, но живот, как будто разрывало на части от боли.
- БЛИЖЕ, - закричал Винс.
- Я пытаюсь! - также громко ответила ему Тереза. И как только я потянулся, сильная рука схватила меня и полтянула внутрь. Я лег и свернулся клубком от боли. Терезе кричали, чтобы она прыгала, но она не спешила, и вот здание рушится. Как в замедленной съемке, я вижу ее лицо, в слезах, ее тело, которое обрамляет огонь. Все, что я смог, это выдать обессиленный крик. Мы отлетали все дальше и дальше.
Я терял сознание, и теперь слышал лишь отдаленные возгласы Бренды, приказы Винса, что принести ему, чтобы обработать рану, и я отключился. А дальше темнота.

^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^
Вот еще главка! Пока есть вдохновление, пишу.
Мои извинения за ошибки
Ставьте ⭐
🌷🌷🌷