8 глава
Я поняла, что если это моя молодость, моя кассета, то я могу хотя бы разочек в день открывать воспоминания из этой кассеты. К нам присоединился папа, потому что дочка сильно попросила его рассказать о моей молодости.
Когда я увидела картинку, думала, что слёзы потекут сами, но нет. Я сдержалась перед ребёнком, хотя на фотографии была запечатлена моя первая учительница с первого по четвёртый класс. Я поняла, что это было сделано спустя пять классов, потому что помню, что она была не совсем старенькой, а на фотографии уже видно, что она постарела за всё это время.
Тереза Иосифовна, вы очень милая и умная дама
К сожалению, её не стало. Но она осталась в моём сердце.
Как оказалось, у моего мужа она тоже преподавала в первом и четвёртом классах. То есть он пошёл к ней раньше меня, и она продолжала заниматься детьми до самой пенсии, а потом уже сидела дома, и мы её не видели. Она разрешала делать всё, только не драться и не причинять друг другу боль.
Мы ездили на множество экскурсий даже за границу, потому что она считала, что школьные годы — это самое лучшее время, когда ты ещё ребёнок, а потом ты станешь хорошим человеком и будешь занят работой. Её золотые слова звучали в моих ушах как призыв к чему-то. Она говорила, что в более взрослом возрасте мы будем заниматься работой и детьми и не замечать себя, не тратить время на своё здоровье, а будем полностью поглощены семейной жизнью.
Она говорила это с такой уверенностью, как будто была психологом, а не просто классным руководителем маленьких детей. Если какой-то ребёнок был плохим хулиганом и вдруг попал в беду, она всегда становилась на его защиту. У неё были все любимые — и добрые, и злые дети.
Я думала, если бы она была ещё жива, я бы привела своих детей к ней просто поболтать. Мой муж не помнит ничего с того времени, когда она у него преподавала, но я помню каждый момент: как я пришла в школу, как сидела на собрании с родителями, а она говорила умные цитаты и рассказывала о том, как хоть она и старенькая, но может присмотреть за маленькими детьми.
Родители были в полном шоке от её профессионализма и доверяли нас ей. После четвёртого класса, когда поменялись учителя, конечно, всё стало намного хуже. Я перестала хотеть ходить в школу, но именно она осталась в моём сердце.
Она была моей самой первой учительницей. Конечно, были у неё с нами хлопоты. Но самое главное — она запомнила нас, и мы запомнили её. Даже спустя множество лет я рассказала своему ребёнку о том чудесном человеке.
Но я не сказала её имя. Её звали Тереза Иосифовна.
Не скажу, что она была доброй — нет, она была строгой. Но к нам относилась иногда с остротой, иногда с добротой — просто потому что у неё был свой метод воспитания. Она говорила, что если не воспитывать детей, они вырастут ужасными людьми. Хотя бы за спиной обижали её — она считала, что лучше воспитанные дети через несколько лет поймут, что она была их самым главным лучиком.
Это полная правда. Я не знаю, довела ли она остальных детей после нас или сразу же ушла на пенсию — не помню, сколько ей было лет. Но её уход на небеса ужаснул меня. Я узнала об этом в случайный день, и мы всем классом поехали её провожать.
Рядом с ней мы положили прощальную записку и даже скинули деньги, чтобы это лежало с ней всегда. Она была самым хорошим человеком. И пока все учителя из школы говорили, что нельзя нанимать учителей в возрасте — они же потом уйдут — на самом деле учителя с большим стажем обучают намного профессиональнее и лучше, чем молодые.
Это относится ко всем молодым учителям, есть и хорошие молодые учителя, просто так было в моей школе, пока я была ещё подростком.