Архитектура порока
Голоса за дверью затихли, сменившись удаляющимися шагами секретаря. Но Роберт даже не шелохнулся. Для него мир перестал существовать за пределами этих стен еще в ту секунду, когда Сара вошла в кабинет.
Он одним рывком освободил её от остатков рубашки. Белый шелк бесформенной кучей осел на пол, а
Сара почувствовала себя абсолютно обнаженной под его тяжелым, темным взглядом. Но она не закрылась. Напротив, она выгнулась навстречу, принимая его огонь как свою стихию.
- Ты проиграла, Сара, - прохрипел он, вжимая её в поверхность стола так, что чертежи впивались в кожу. - Признай это.
- Никогда, - выдохнула она, обхватывая его шею и притягивая к себе для поцелуя, который на вкус был как война. - Ты просто наконец-то нашел ту, кто может сжечь тебя дотла.
Вне контроля
Роберт потерял хваленую выдержку.
Его руки, привыкшие подписывать многомиллионные контракты, теперь лихорадочно исследовали её тело, сминая, требуя, подчиняя. Он больше не был «владельцем города».
Он был мужчиной, доведенным до предела женщиной, которую невозможно было купить.
Она чувствовала каждое движение его мышц, жесткость его бедер, жар, исходящий от него волнами. Когда он вошел в неё - резко, без предупреждения, - Сара вскрикнула, и этот звук утонул в его поцелуе. Это было не просто физическое действие.
Это был взлом системы. Это было разрушение всех защитных валов, которые они оба строили годами.
Стол вибрировал под их весом, макеты зданий с грохотом летели на ковер, превращаясь в обломки. В этом хаосе была своя, извращенная красота. Они трахались так, будто завтра не наступит, будто этот небоскреб рухнет прямо сейчас, и единственное, что останется - это их переплетенные тела.
Финал бури
Ритм стал невыносимым. Сара впилась ногтями в его спину, оставляя глубокие борозды, а Роберт, задыхаясь, уткнулся лицом в изгиб её шеи. Весь мир сузился до этой точки кипения, до этого безумного пожара, который выжигал из них всё лишнее.
Когда разрядка накрыла их, это было похоже на падение в бездну. Гулкое, оглушительное молчание после взрыва.
Роберт еще долго не отстранялся, тяжело дыша ей в плечо, его сердце колотилось о её ребра в бешеном, рваном ритме. Он всё еще сжимал её ладони, вжимая их в стол.
- Теперь, - выдохнул он, когда голос к нему наконец вернулся, - ты понимаешь, что я не блефовал?
Сара открыла глаза. Взгляд был туманным, но в глубине зрачков всё еще горел тот самый дерзкий огонек.
Она медленно высвободила одну руку и провела кончиками пальцев по его влажному лбу.
- Ты думал, что заберешь мой контроль, Роберт? - её голос был тихим, но в нем слышалась сталь. - Ты ошибся. Ты только что отдал мне свой.
Роберт поднял голову. Он посмотрел на разгром в кабинете, на свои рассыпанные пуговицы, на её губы, которые он искусал в кровь. И он понял: она права. Самая дорогая сделка в его жизни только что состоялась, и ценой в ней была его собственная свобода.