Лия

— Ты что творишь, Паша?! Это гребаное утро понедельника! — Пищу я, закрывая лицо подушкой, чтобы не слышать его вокал.
— «Мама Люба, давай, давай, давай!» — поет он в импровизированный микрофон, держа в другой руке колонку. — «Наша-наша кроватка делала шик-шик!»

Отнимаю от лица подушку, приподнимаюсь на локтях, наблюдаю за парнем. На его лице играет коварная улыбка, а в глазах плещется свет. Вел начинает двигать бедрами в право-влево окончательно добивая меня. Прыскаю со смеху, хватаюсь за живот от заливистого смеха, а он продолжает дальше смешить меня. Сон как рукой сняло! Спать теперь вообще не хочется, особенно после такого концерта. Это шоу я запомню на всю жизнь. Смотрю на время. Шесть ноль-ноль. Вот тебе и режим, Лиля!

— Каштанова Лилия Дмитриевна, вставай! Завтрак готовить пойдем, — усмехается он, выходя из комнаты.

С моего лица резко сползает улыбка. И вот откуда он узнал мою фамилию и отчество?! Какого черта? Как он узнал? Подрываюсь с кровати и несусь следом за ним. Он уже на кухне, сидит в телефоне и слушает музыку. Я встаю перед ним, уперев руки в бока. Он поднимает глаза на меня, внимательно вглядывается в мое лицо. Бесят его зеленые глаза! Слишком пронзительные и... откровенные.

— Как узнал мои инициалы? — строго спрашиваю я, разглядывая красивое лицо Паши.
— По твоему паспорту.
— Кто тебе разрешал копаться в моих вещах?! — возмущаюсь я, закатывая глаза.
— Он выпал из твоего рюкзака. Думал мой, открыл, увидел только потом, что не мой. Не дуйся ты так, Лилия.
— Хватит меня так называть. Просто Лия, — уже менее спокойно произношу я.
— Хорошо, Просто-Лия, иди умойся, — смеется он, вставая со стула. — Потом поможешь мне с завтраком.
— Ты уже меня бесишь! — бубню себе под нос, бесцеремонно разглядываю его широкую спину, скрытой под красной тканью футболки.
— Не плачь, шуруй в ванну уже! — парирует он, а затем уже приказным тоном намекает мне свалить отсюда.

Показываю ему средний палец (все равно не видит же), а затем разворачиваюсь па пятках и плетусь в ванную комнату. Интерьер неплохой. Душевая кабинка с закрытой стеклянной дверцей. Напротив кабинки расположен умывальник и широкое зеркало, в форме круга и с подсветками. Пол выложен шестигранными плитками молочного цвета. В углу батарея, в виде изогнутых спиралей, для полотенец. Небольшое окно с матовым стеклом обеспечивая конфиденциальность, пропуская при этом естественное освещение. Прекращаю разглядывать уютный интерьер и приступаю к утренним процедурам.

Переодеваюсь в новую одежду. Серые спортивные штаны и черный топ. Волосы заплетаю в пучок, чтобы не мешались. Смотрю в свое отражение. Вроде как, но выгляжу неплохо. Даже без макияжа мое лицо не выглядит таким заспанным, что сказочно радует меня. Выхожу из комнаты и иду на кухню к соседу по квартире. Вел стоит возле открытого окна и разглядывает что-то снизу. Темно-русые волосы так и манят подойти и навести «свой» порядок на голове. Словно почувствовав, что я здесь, он оборачивается. Закрывает окно и идет ко мне.

— Чего так долго?
— Тебе не понять, — парирую я, открывая холодильник, чтобы изучить текущую обстановку.
— Да неужели, — хмыкает он, закрывая холодильник.
— Эй! Что за дела?
— Все уже давно здесь, давай скорее готовить. Жрать охота трындец как!
— Бедолага, — издевательским тоном бурчу себе под нос. — Что будем готовить?
— Банановые оладья. Хотел давно попробовать.
— Ты знаешь как их готовить?
— Нет, но я предполагаю, — озадаченно чешет затылок, глядя на на продукты.
— Браво, профессор! Так, начинаем с теста.

Дальше все как в сопливых романах или скучных мелодрамах. Мешаем смесь в миске, параллельно разговаривая на разные темы. Паша переключает музыку, подходящую под нашу обстановку. Что-спокойное и мелодичное. Это успокаивает. Оба смотрим видеоролик, в котором доходчиво все объясняют. В моментах смеемся с шуток или нелепых ситуаций, которые происходили у нас в жизни. Но никто из нас сильно не откровенничал. Да и не до этого было, как-то...

На сковородке обжариваем на растительном масле душистые оладьи. Уж очень аппетитно они выглядят! Хочется поскорее уже попробовать их. В колонке заиграла знакомая песня, и я начала пританцовывать и подпевать. Совершенно позабыв, что на кухне, кроме меня, находится парень. Слышу за спиной, что кто-то усердно сдерживает смех. Поворачиваюсь на звук, замечаю его сидящим на стуле. Упираюсь ладонями в столешницу.

— Что? — спрашиваю я, прищурив глаза.
— Забавно танцуешь.
— А ты лучше, что ли? — хмыкаю я.
— Меня сестра учила раньше, — как-то уныло говорит он, а в глазах на секунду появляется грусть.
— Понятно, здорово, — улыбаюсь я, обратно поворачиваюсь и слежу за оладьями.

Он неожиданно появляется возле меня и молча смотрит на плиту. Я с опаской кошусь на него, стараюсь заметить подвох, но ничего не замечаю. Чтобы не тянуть эту неловкую паузу, решаю коснуться его носа пальцами, запачканные мукой. Ловко касаюсь кончика его носа и одергиваю руку. Наблюдаю за парнем, не сдерживая озорной улыбки. Он осторожно вытирает нос от муки, косится на меня.

— Офигела, Каштанка? — с долей сарказма говорит он. — Иди-ка сюда.
— Че-го? — произношу я по слогам. — Что за дурацкие прозвища ты мне придумываешь?
— Почему дурацкие? Знаешь такого писателя, как Антон Павлович Чехов?
— В курсе, не глупая, — демонстративно складываю руки на груди, — и что с того?
— Произведение у него есть, «Каштанка»! Поэтому я тебя так и назвал.
— Животных называй как хочешь, а у меня имя есть, Пашенька! — издевательским тоном говорю я, переворачивая оладья. — Лия, если ты забыл.
— Окей, — просто соглашается он, обратно садясь за стол.

Через пару минут ставлю на стол тарелку с банановыми оладьями. Я завариваю нам двоим чай, совершенно не замечая, что возле моей щиколотки прошло что-то пушистое. Опускаю взгляд на пол и вижу рыжее пушистое создание. Котенок с зелеными глазками, чем-то схожими с хозяином. А ведь правда, оба похожи! Позабыв на некоторое время о чае, беру в руки котенка. Какой же он крохотный!

— Это твой котенок? — спрашиваю я, гладя рукой по шерстяной спинке.
— Вообще-то, нет, — растерянно отвечает он. — Иринка запрещает заводить домашних животных, мол, чтобы шерсти не было.
— И ты решил поиграть с нервами той карги? — меня передергивает от последнего слова.
— Я не хотел никаких животных, но этот малой сам пришел ко мне. Возле подъезда бедный шарахался, я и решил его забрать.
— Очень благородно с твоей стороны, — хвалю его и отпускаю кота к нему, — а как его зовут?
— Биник.
— Биник? — переспрашиваю я, мало ли он что-то напутал.
— Угу. Что-то не так? — он поднимает две брови в знак вопроса.
— Все так. Просто имя... интересное, — честно признаюсь я.
— Согласен, но это первое, что пришло мне в голову. Давай, садись уже за стол, — жестом зовет меня завтракать.

Ничего не отвечаю ему, а просто послушно иду к столу. Вместе завтракаем, убираем со стола, и оба покидаем кухню. А дальше часовой уют, словно, волной снесло. Больше мы не общались. Он остался в гостиной, а я обратно в спальню. И вещи, которые были здесь у него, теперь тоже нет. И слава богу, хоть тут он не будет меня раздражать. Открываю на распашку окно, вдыхаю летний теплый воздух. Чего я могла еще ожидать? Мы всего лишь соседи...

***

Восемнадцать тридцать. Мой телефон разрывается от звонков родителей и подруги. Но первом делом сообщаю родителям, что у меня все хорошо, а только потом открываю чат с Саней. Только я, к сожалению, не успеваю напечатать ей ответ, чтобы она не приходила ко мне в квартиру. Ведь я не одна, а подруга об этом совсем не в курсе. Почти заканчиваю печатать смс, как слышу звонкий голос Сашки, и «Твою мать!» от Паши. С ужасом откидываю телефон ы сторону. Несусь к двери, но неудачно зацепляюсь ногой об чемодан и с грохотом падаю.

— Блин! Какого черта здесь стоит чемодан?! — кричу на красный чемоданчик, потирая ушибленное место.

Подрываюсь с пола, распахиваю дверь и иду на звуки. Видимо, они уже в гостиной. Биник зажался в углу, пугливо смотря в разные стороны. Прости, малыш, но я сейчас должна разобраться с этими двумя! Заворачиваю в зал, но чуть не получаю футбольным мячом в лоб. Мячик отскакивает от стены, заставляя меня вздрогнуть. Это прилетело от Вела, потому что Саня ловко уворачивается и тянется за подушкой. В полном шоке смотрю на все это, а затем говорю четко и громко:

— Успокоились, немедленно! — они оба оборачиваются на меня. — Вы убить меня решили?! Саня, ты тут что забыла?

Подруга в немом шоке смотрит на меня, а затем неуверенно отвечает:
— Я к тебе пришла, если что! А тут это чучело...
— Чего-чего? Ну-ка, повтори, — недобро прищуривается Вел, медленно опуская другую подушку.
— Что слышал! Откуда мне было знать, что ты живешь не одна? Сказала бы хоть.
— Я не успела! — глупо оправдываюсь я. — И вообще, что вы здесь устроили? Хотите квартиру разгромить?
— Никто ничего не хотел! — пыхтит Паша, отходя в сторону, ближе к окну. — В коридор вбежала эта сумасшедшая и с порога кинулась на меня.
— Кто бы говорил! Ты его лица не видела, когда он открывал мне дверь. Думала, похититель какой-то. — фыркает Саня, недоверчиво косясь на него. — Лия, кто это вообще?

Я выдыхаю. Нужно держать себя в руках, а не сорваться с безобидного вопроса подруги. Скрещиваю руки на груди, и недовольно перевожу взгляд на Вела, который невинно прохлаждается возле окна.

— Это мой сосед по квартире. Потом объясню, как это вышло, — пожимаю плечами, теряя твердую уверенность. — Вел, это Саша, — моя лучшая подруга.
— Я уже понял, — многозначительно фыркает он, полностью отворачиваясь к окну.

Сашка хочет ему возразить, но я успеваю закрыть своей ладонью ее рот. На ходу бросаю пару слов о том, что ухожу прогуляться по городу. Я уже не слышу, что он отвечает мне. Заставляю подругу выходить из квартиры, а сама плетусь за телефоном. Хватаю его с кровати и быстрым шагом иду к входной двери. Обуваюсь и выталкиваю подругу из квартиры. Закрываю дверь на два оборота и облегченно выдыхаю. Но расслабляться мне некогда, боковым зрением замечаю пристальный взгляд Саши. Твою ж мать...