Любовь

Место: Крыша девятиэтажного здания, прошел дождь. Ноги свисают вниз, с них стекают остатки капель после ливня на головы случайных прохожих

Время: 21:08

Письмо о любви, которой уже нет. И обращаясь к теплу, которое давно остыло.

Я уже упоминал развод со своей бывшей женой, которую сейчас уже вижу невыносимой и озлобленной личностью. Она с сумасшедшим остервенением отстаивала каждую мелочь при бракоразводном процессе - хрустальные вазы ее бабушки, тумбочку из красного дерева ручной работы и тлеющие угольки своих чувств. По крайней мере, когда-то они точно были.

Однако порой, в очередную полную пустоты ночь, она предстает в моих воспоминаниях прекрасной в своей наготе женщиной, чьи тело и душа настолько чисты, что аж тошно. Она не хочет иметь со мной ничего общего, даже хорошо, что у нас не получилось завести ребенка - попыток было множество. Я не хотел бы брать на себя ответственность за несчастливое существование ни в чем не повинного создания.

Я могу утверждать, что любил ее, если способен на такое противоположное моему видению мира чувство. Скорее, она научила меня этому, как самки птиц учат полету своих детенышей. Она вместе со мной, а иногда и за меня, преодолевала страхи взлететь, самостоятельного добывания пищи и расправленных крыльев. В итоге она оказалась гигантским орлом, покорившим горы своим ужасающим ликом, а я так и остался трусливым птенцом дрозда.

Любил я ее не за мою спасенную жалкую душу, я никогда не хотел себе героя и не искал его. Я любил по ряду множества причин, некоторые из которых очевидны, остальные же до сих пор для меня загадка.

Она была красива. Не как эти подобия на кукол с обложек дешевых порножурналов, нет. Она была красива как женщина. В ее внешности отражалась смелая и пугающе честная душа, особенно в глазах. Мне не нравилось, когда она смотрела на меня с любовью - тогда очарование ее храбрости смешивалось с желанием быть покоренной, растворялось в нем и окончательно исчезало. Я никогда не хотел ею владеть и присваивать себе - такая, не побоюсь этого слова, валькирия свободы не могла принадлежать такому низменному трусу, как я. Все в ней - хаотично разбросанные по лицу веснушки, нос со слегка искривленной перегородкой, густые волевые брови, тонкие плотно сжатые губы и глубокие зеленые глаза с искрой строгости и ноткой азарта - кричало о жажде независимости. В сочетании с крепкой, но выразительной фигурой, ее облик не выходил из головы у большинства мужчин, каких ей только удавалось встретить. Многие смотрели на меня с уважением за обуздание такой бестии, однако мне становилось противно. Я не способен был ни удержать ее, ни отпустить, я ей был никем, скорее лишь привилегированным наблюдателем.

Я любил ее одержимость цветами. Хотя у меня на них аллергия, и я прощался с жизнью каждый раз, как они появлялись в нашем доме, а это происходило часто. В один момент я даже думал, что именно так моя жизнь и закончится - и честно, я был рад, что все же это будет не пуля в висок. Она мечтала о своем саде, который находился бы во дворе нашего дома в каком-то уютном и скучном поселении неподалеку от большого города. В этом дворе был бы не только сад, скорее всего там раздавался бы детский смех и радостный лай двух лабрадоров. Каждый раз, как она бралась описывать наше совместное будущее, на ее прекрасных губах вырисовывалась блаженная счастливая улыбка, а глаза прикрывались в сладостной неге. Я наслаждался этим зрелищем несколько секунд, после чего удалялся в другую комнату. Я знал, что будет после. Ее мягкий и полный несбывшихся мечт взгляд устремлялся ко мне и впивался в кожу, будто тысяча иголок. Я не мог дать ей того, о чем она грезила.

Я любил то, как она плевалась от дыма сигарет на каждом углу, а сама выкуривала по две пачки за день. Я часто называл ее "моим маленьким матросом", после чего она забавно морщила нос и снимала воображаемую бескозырку. Как бы это сейчас не звучало, но ей шел запах сигарет. Обычно невозможно находиться даже в одном помещении с человеком, который дымит как паровоз, но ее тело как будто поглощало весь табачный дух и перерабатывало его в сладкий и пьянящий аромат. Казалось, она вырабатывала особые феромоны, которые имели неограниченное влияние не только на сигареты, но и на все вокруг нее. Вещи, места, люди, и даже время менялось, если она оказывалась рядом - как будто часы поворачивали вспять. По ощущениям это было как полет в бесконечность космоса, чьи потаенные углы ты бороздишь в сладком забвении. На деле же прошло всего несколько минут.

Я любил, что при всей своей очаровательной чистоте вокруг нее всегда царил хаос. Разбросанные по комнате вещи, иногда даже ее любимый и на мой взгляд безумно уродливый свитер оказывался на люстре. Скопление использованных салфеток и пустых стаканчиков из-под кофе на рабочем столе, такое потребительское отношение к бумаге вызвало бы удар у любого эко-активиста. Почти всегда растрепанные рыжие волосы выглядели, как утреннее зарево - настолько ярко они переливались всеми цветами жизни. На ее ногах постоянно были разные носки - не только по узору, но по размеру и предназначению, ей нравилось носить их только так.

Самое удивительное, что при этом рядом с ней никогда не чувствовал себя потерянным, скорее наоборот. Весь беспорядок, творящийся вокруг и внутри нее, как огромная, но абсолютно безопасная черная дыра поглощал всю депрессию, растерянность и ненависть в этом мире. В итоге ты оставался в тишине и спокойствии, просто наслаждался красотой этого бренной планеты. Как будто после долгих лет беспокойных поисков смысла в тишине ты наконец обрел уверенность в собственном счастье.

Она не была моим светом в конце тоннеля, я не возьмусь утверждать, что у него вообще есть конец. Но она была моим маяком, она помогала мне впервые за все время приблизиться к пониманию, что есть правильно и что нет. Хоть это понятие и относительно, но я знаю одно - то, что с ней был именно я, являлось неправильным. К счастью, в один момент она тоже это поняла.

Наш брак был самой прекрасной и сладкой ошибкой в моей жизни. Для нее же он был впустую потраченным временем.

Я любил ее, любил насколько был способен. Она научила меня важному уроку. Такое чувство, как любовь - необъятное, готовое на все, сметающее на своем пути любые препятствия и жаждущие уничтожить что угодно, способное помешать вам двоим быть вместе - было мне чуждо.

Возможно, что-то маленькое и безобидное до сих пор теплится в глубинных уголках моей души. Однако этого уже недостаточно, чтобы разжечь в моей прекрасной бывшей жене то, что раньше вспыхивало от одной искры.

Моя мысль может показаться безумием, но все же. Я не хотел быть с Ней, я хотел быть Ей. Не уверен, можно ли это назвать Любовью.