Глава №22: Теневое измерение № VI: Гротескное Измерение - Кровь
Содержание ахромиона 38.3%
«Боль? Как вы смеете говорить о боли?! То что вы говорите о боли, всего лишь её тень. А у неё есть лицо. Позвольте мне показать вам истинное лицо, господа. Я. БОЛЬ.»
«Мечты людей — такая плодородная почва для семян муки.»
«Я рекомендую вам ампутацию.»
«Теперь мне снятся сны. Ты не представляешь, какие мне снятся сны!»
«И Иисус зарыдал» /Легендарные последователи Крови. Сенобиты.
Ты когда-нибудь убивал невинное существо? Ты когда-нибудь мучил её? Ты смотрел на невинные глаза котенка? Гладил ли его, втираясь в доверие, а потом медленно сворачивал ей голову, сладострастно улыбаясь?/Новорождённый Демон Крови.
Что есть зло? Какая метафизическая философия оппозиция морали, созданная человеком? Или то, что противно самой природе и сути вещей? Или может зло — это сама природа, которой всё равно кто выживет в цепи эволюции? Или сама мораль, мешающая проявлять индивидуальные черты личности? Где грань между дозволенным обществом и совпадающим с идеей зла? Где бы она ни была, она постоянно меняется вместе с изменением культуры. Меняется от человека к человеку и от эпохи к эпохе.
Например, Инфернальная Пламя. Пламя менялась под стать эпохи. Пламя — гнев сей, защитный механизм, который человек применяет ради выживания, не только телесного, но и психологического, ментального, и даже морального. Высвободив её, потеряв управление, и человек впадёт в аффект, начиная разрушать всё вокруг, захлебываясь в отчаянии. А контролируя, можно использовать как мотивированную силу. Так демоны используя энергию Пламени устраивали набеги, битвы, воины, от размеров простого грабежа деревни, до разрушений планетарных масштабов. Так потом Власть создала торговлю, а Металл промышленность и производство. Так потом Кость искала знания и улучшения по производству в биологии, а Прогресс в технологии.
Но... есть более глубинное Зло. Истинное. Противное всему. Против морали, природы и всей сути. Деструктивная, неправильная и извращённая. Путь Крови.
Оно противно человеку, потому что заставляет испытывать наслаждение путем разрушения тела, а не исполнения её базовым потребностям как выживания и продолжения рода. Оно противно природе, потому что делает то, что в природе это не положено и противоречит эволюции. Вы знаете, например птицы помогают бегемоту, очищая его кожу от насекомых и паразитов? А теперь представьте если бы воробей набросился на бегемота и пытался его убить, выкалывая глаза и дробя его кожу клювом, даже ценой жизни? Или обычный косяк рыб пытался бы напасть на акулу? Или яркий цветок попытается убить пчелу? Или мышка попытается загрызть лапу собаки? Или морская свинка попытается съесть человека?
Всё под Кровью пытается убить другого, кого-угодно, а главное как можно больнее, вопреки эволюции и какого-либо смысла.
Пламя — разрушение всего подряд, неистовое, безумное, стихийное.
Кровь нацелено на разрушение максимально качественное и патологическое.
У людей оно вызвано обычно жаждой отрицать реальность и удовлетворить пустоту своего эго, бессмысленность своего существования, наполнить экзистенциальной эссенцией в порыве самого тёмного отчаяния — садистическая жестокости.
Но злость человека лишь эффект. Что же станет с этой силой у тех, кто раскроет её потенциал и усовершенствует её?
В мире гротеска, где Кость позволит создать опору и тело, то Кровь — средство силы. Кровь — вечная агония. Кровь — боль, глубокая и страшная, высвобождая силу нервов. Кровь — крик, изрыгаемый в пространстве, в бесконечном кошмаре. Кровь — это же наслаждение через бесконечный путь медленного саморазрушения.
А поскольку Кровь — противоречие самому себе, извращенная патология, то именно в Крови страдают и сами демоны! И здесь, как и в Хаосе, обитают те, кто могут и аннигилировать безвозвратно душу. И сюда попадают те демоны, что ожидают либо вечного очищения, когда были небесными силами или те кто не достоин более собственного существования. И обитают здесь и те, что казнят и пожирают себе подобных. Страшнейшие и опаснейшие!
Рису потом объяснила, что к Арпаку зайти было необходимо. Не только чтобы какие-то инфернальные рогатые нам докучали, но и потому что чем глубже мы идём, тем опаснее и страшнее миры. И туда, куда мы попали, мы бы сгинули навечно в этом Алом Лабиринте, где воют даже инферналы. И это почувствовалось незамедлительно.
Тень моментально смолкла, её характер изменился разительно. Она стала тише, молчаливее, а её взгляд стал более сосредоточенным. Смерть и Голод сжались. Они чувствовали это...и я тоже. Здесь всё... ненормальное.
Местность больше вызывала ассоциацию с художеством Сугуру Танака. Если в мире Кости были смешанные оттенки органики, вроде коричневого, алого, белого, зеленого, и прочие. То здесь есть в основном только цвета как сияющий алый, всё что материальное с редкими тускло-жёлтым освещением, и поглощающий, непроницаемый чёрный — небо и всё нематериальное. С редкими моментами ядовитого серого и бледно зеленоватого цвета — местная цивилизация, где здания с единичными непроницаемыми чёрными окнами, сливались между собой, украшая себя редкими островками из кровавой плоти. Живой плоти, что пульсировала, вздыхала и стонала. Воздух пропитан давящей Тишиной, далёкой эхо криков издалека и холодной пустотой ужаса. По вершинам зданиям изредка ползали гончие, похожие на собак из рубцовой и обожженной кожи с пилами-зубами. Их крупные глаза расположены по бокам, у основания задних ног. По небе летали редкие косяки тел, похожие на парящие зародыши без рук и ноги и спущенной кожей с детскими черепами.
Именитых здесь так же было мало. Низшими здесь были: Фир Лларик. Базовые: Аллуллайя, Кэфен и Прокруст. Из сильных: Кафйефони, Ленан Ши, Ицли, Аннеберг. Владыки: Сиугна, Тлеурк, Ролод, Титорилск. За императорское место официально и временно занимал Ах-Пауч, один их божеств наряду с Миктлантекутли, ожидающего пробуждения Алого Принца. Создателя первородного вампиризма, чью кровь использовали для создания бессмертия одного из первых людей, убившего своего брата.
Из грешников сюда были спущены те, кто проявил неоправданную жестокость, исключительно ради себя, от пыток животных, до маньяков. На счёт первых, я узнал здесь двух, один пытался поймать горилл на острове и продать их как ценный товар, вторым же была та, что ненавидела пятнистых собак и хотели сделать из них шубу, вопреки сопереживанию.
Теперь они бродили по темному миру со спущенной кожей и раскрученными суставами, ощущая боль каждой клеточкой своего тела. По стенам изредка спускались огромные алые тараканы из трепещущей плоти и откусывали кусочек с жертв. Пожирая кусочек, они потом убегали, ожидая, когда вновь заживут раны грешников, для последующего лакомства.
— Вот же тебе ещё вопрос, Этерни, — голос Тени стал нейтральным, будто голос из неоткуда.
— Слушаю.
— Почему люди жестокие?
— Гнев — когда реальность не подчиняется. Жестокость — отчаянная попытка подчинить хоть что-то, когда всё вокруг разваливается.
— О нет, Серый. Я говорю не про ярость, — голос его стал тихим и печальным. Похоже это уже говорит другая тень. — Я говорю про эффекта зверя. Когда толпа следует за лидером, по истреблению другой расы. Когда фанатичные террористы убивают тех кто, не согласен с их религиозными взглядами. Когда человек убивает невинного, и считает, что это нормально, когда мужчина в семье бьет женщину и считает, что так он любит её.
— Эффект значимости. Когда люди шли за лидером геноцида, они считали, что он ведёт по правильному пути, и все остальных людей видели как животных. Фанатики выросли в очень хрупком собственном мире, слишком отличающегося от объективного, реального, где бога нет, а религия создана для манипуляции психологией человека и получения прибыли. Любой простой аргумент делает фанатику больно. Нет! Очень больно. Особенно когда фанатик взрослый и религия стала частью его жизни, его личности. Таким образом, фанатик считает, что все кто не соответствует его религии — автоматически враг, который делает ему очень больно. Их ярость — защитный механизм от боли. Это касается любых подгрупп религиозных взглядов. Немного другие отличия или иной взгляд — и верующему нанесена страшная боль, ради которой он готов сжечь еретика. Человек убивает, потому что считает это нормальным, естественным, правильным. Когда мужчина бьет женщину, в большинстве случаев, идёт речь о супружеской жизни — это часть наследственного воспитания. Ради контроля деторождения в древние времена обязывали следовать строго гетеросексуальному супружеству. Это обязывали через книги, новости, а затем экраны и мониторы, романтизируя и идеализируя исключительно такую форму любви. Чтобы человек продолжал род во благо государства. Это же во благо эволюции. Насилие над женщиной — одна из моделей контроля, чтобы супруга не смогла уйти с семьи и считала насилие нормальным как признак любви. И как много людей-самцов просто хотят, чтобы женщины любили их и только их. Всё ради их эго, ради значимости. Это даже почти что вопрос жизни. Если мужчину не любят женщины это плохо сказывается на самооценке. Не убивать же ему себя в самом деле? Не-е-е, такое он не пример и мир такой не примет! Но ему больно! Пусть страдают другие! Так он может свести счеты. Предварительно ещё унести кого-то.
Мне стал понятен цинизм консервативных. Деторождение — часть эволюции. Неважно, какой ты человек по моральному воспитанию, если ты родил — ты продолжил род. Ты эволюционировал через наследника. Но будь ты сторонником индивидуализма, инакомысленен, если у тебя нет детей — твой род вымер. Ты вымер. Ты проиграл в эволюцию. Ты — вымирающий вид. Жестокая и крайне опасная позиция. И устаревшая, когда на планете более несколько миллиардов людей.
Тень улыбнулась:
— Если уже не природа заставляет, а само правительство следовать во благо её, а не просто смертной женщины, чья сила очарования и телесной значимости длится от силы лет 10-20, то разве это уже не повод принести им месть? Разве не повод сказать кто здесь на самом деле зло?
И кто же? Люди, которые вынуждены следовать тенденции эволюции, у которых есть возможность бороться против природы? Или всё же сама природа, что сделала людей такими?
— Есть ли у людей выбор? Если они будут жить распутной жизнью, то однажды они могут повлиять на популяцию не самым продуктивным образом.
Тень отмахнулась.
— Про распутство потом, а пока, стоит знать, что человеку следует быть честным собой. Если человек будет терпеть, он лишь зря сжигает себе нервы. Большинство проблем его злости рождается только из-за того что, человек считает, что он делал всё правильно и считал деяния свои естественными. А в меньшинстве, — глаза Тени сверкнули, — хотел более острых ощущений.
Мы долго шли, иногда вдалеке видели шевеление циклопических существ, для нас являясь не более чем космическим явлением. Чем глубже погружались, тем менее приземленными и более могущественными казались здешние существа.
Тень вовсю взваливала информацией:
— Это место называется Долина Дьявола. Там вдалеке обитает Дзигоку, ад кипящего и огненного красного моря. Где-то там есть и Кровавый Пляж, место очищения... Сейчас туда в основном попадают жестокие женоподобные... их называют бисёнены. Которые бились против добреньких японских школьников. А вон за той горой — Шибальба. Столица города Императора. Опустел он сейчас, с промышленностью не очень. Только аграрная хорошо идёт. А вон там, далеко на равнине временно расположился — Шеол. Обычно он сосед Лимбо, но сейчас ему нужно пополнить запасы. Как никак это мир утерянных, что обрекли других страдать депрессией.
— Подожди, — Прервал его я. — Что имеешь виду, «Шеол временно расположился»?
Тень слегка приободрилась, но голос по прежнему странно дружелюбный.
— А, так ты не понял? Теневой мир прожорлив. Чем глубже идём, тем он прожорливее. И все миры, что мы встречаем — что-то вроде гиперсферы. Маленькие миры. Мини-вселенные. Аркалы. Карманные миры, называй как хочешь. В том числе Расатала, Дит, Диюй, Круги, Измерения — все до единного. Как звёзды и планеты среди космоса. А мы — тени, и некоторые демоны — мосты между ними. Чем глубже Тьма, тем могущественнее Измерения, что способные выдержать его прожорливость. Какое-то время. Нужны души, чтобы его поддерживать. И поддерживать мощь. Чтобы потом собрать ещё! Но мы тени — сотканные из экзотическое материи, создаем мосты. А гиперсферы бывают самые разные. Соседние, частично соединенные, слитые между собой, а есть те что внутри других гиперсфер.
Значит... те планеты, что я видел... не планеты? Это просто соседние замкнутые миры. И были те, что внутри других миров или по соседству или частично слитые между собой?
— Шеол истощил запасы и временно отправлен в мир Крови, чтобы пополнить ресурсы. Считай Измерения — большими родителями или перекрестками. Центральными паутинами и Некими организмами, что кормят остальные посреди космического водоворота. Круги — аграрные ретрансляторы. Остальные — дети Измерений. Плацдармы для войск, отдыха, администрации, торговли, всего! Когда Шеол пополнится, он вернётся в Лимбо. В Светлое Подземное Царство для дальнейшего принятия души.
— И кто... управляет гиперсферами?
Странная улыбка.
— Ты всё понял Шестой. Для того и нужна мощь Королей, Императоров и Тёмных богов. Они не только для разрушения больших миров, чтобы прокормить сами Измерения. В конце концов все Измерения тоже часть некой ещё большей гиперсферы.
— И ею управляют трансцендентные?
— Может быть... Или они немного дальше. Ну а мы с вами двинем в Поле Плоти, Сад новорождённых, это кратчайший путь, скажет кто-то вам...
Я вздрогнул. Вдалеке слева на крыше цилиндрического здания стояло существо. В этот раз уже почти ничем не похожее на человека. Плотно завернутое в золотистые лохмотья. Китрион?! Здесь?! Золотистая энергия против тьмы на такой глубине? Вокруг лохмотьев извивались полупрозрачные щупальца, которые то появлялись, то исчезали в неизвестно какой глубине подпространства. Существо бесстрастно наблюдало за мной.
Война рефлекторно кинул туда копье. Копье летело, летело, летело... и там где стояло существо, оно продолжало лететь. И улетело куда-то в бесконечность, будто кинули в беззвёздный космос.
— Хасти-и-и-и! — привычный голос Тени вернулся, и заговорила голосом школьницы. — Сладкий мо-о-о-ой! Что ты там делаешь?!
— Кто это ещё? — спросил настороженно Смерть, он тоже почувствовал это непривычное и скользкое прикосновение. Голод тем временем бесцеремонно подошел к какому-то куску плоти, откусывая кусочек.
— Хастур! — Умиляющим голосом ответила Тень, — предвестник безумия, кошмара, одним своим видом сносит крышу всем подряд. Вот и носит этот Свет на себе. Для закалки и сдерживания своей силы. И чтоб никого не зашибить случайно. Мозг сносит так же круто, как инстинкт размножения Вавилонская Блудница. Только, что он там делает? Он разве не в мире Хаоса обитает? Хасти-и-и-и-и, что ты там делаешь?
Хастур ничего не ответил. Лишь щупальца из-под ткани извивались в неизвестных полях созданного мира.
— Видимо решил постоять. Ладно пусть стоит. Не мешаем, пусть работает! — Тень повела дальше.
***
Монументальные здания обрывались здесь, дальше шли поля, с кровавой сочащиеся плотью из-под земли. Вдалеке бродила Дама в Красном. Гуманоид с непропорционально длинными руками. По полю бегало муравьиноподобное существо с крокодильим ртом. Тень называет его Паук Оливер. Обитают под землей, выпивая крови и поглощая останки плоти. Иногда вылезают наружу для еды и строительства. Но самым приметным было огромное сооружение в форме алого вытянутого вверх кубоида. Табалистический замок. Настолько огромен, что представляет собой целый отдельный город и столицу здешнего мира. Что там происходит никому неизвестно, кроме сильнейшим теневым существам, а те молчат, ибо нечего говорить о Боли, что выходит за рамки примитивных слов и нечетких мыслей.
По полю бродили белые карлики. Головы в форме большой перевёрнутой репы, туловища, лапки и ножки были маленькими. Рты огромные, зубы треугольные в несколько рядов как у акул. На вершине головы репки — засохшая кровь. Бесы — Красные шапки. Дальние родственники гоблинов. Низшие создания и рабочая сила. Они любят двигать тела над собой и вспарывают их, окропляя себя. Оказывается у них два рта. Основной, для того бы растерзать, а потом испить жидкость верхним. Будто шагающие клизмы, они так они питаются кровью. В лапках ходят с ржавыми пилами, вожаки ходят с более острыми и усеянными большими лезвиями. Особенно почитаемы те, кто ходят с фламбергом.
В диких местах скакали ездовые Нукелави — алые кентавроиды без кожи, ибо всё тело заменяет им мышцы.
Иногда из Хаоса прилетали Зотзы — летающие демоны с головой собаки, пьющие кровь.
В качестве ударной силы выступали кровавые духи якши. Их теневая форма светлых духов.
Рядовой армией выступали дэвитты. Ящероподобные религиозные каннибалы, обожающие ритуалы, плоть и страдания, потроша себя в порыве фанатизма, а затем заживляя, испивая чужой крови. А потом снова потроша, потому что им это нравится.
Но главными и сильнейшими демонами здесь были хирурги иного мира. А точнее... сенобиты. Гуманоиды, что пребывают в вечной боли себя и приносят не меньшую для других, высвобождая весь внутренний потенциал тела. Отдельные даже достигали такой огромной силы, что подчиняли целые миры. Например, известно о пяти, что называют Пятерней Бога, что подчинила отдельный мир, благодаря, призванной Идеи Зла, и медленно погружали его в пучину Крови. Они достигли такой силы, что через надпространство смогли убить демиурга при помощи расслоения аорты, за то, что тот сделал протагониста, с большим чёрным мечом, крайне устойчивым к их проклятию и способным противостоять демонам. Прозвали его Чёрным Мечником.
А меж миров бродят неведомые. Гуманоиды, у которых головы имеют иные формы, олицетворяя определенные кошмары. Среди самых известных — Пирамидоголовый и Сирененоголовый. Здесь же бродила Арфа-дама. Белая дама здешнего мира полуспектральной формы с целым садом плесени вместо головы, которые образовали красивую арфу.
Ото всех мы держали максимальное расстояние, чтобы не способствовать конфликту.
— Там — голос Тени резко притих указывая куда-то дальше Табалистического Замка, — Пепельное озеро Зындон. Куда Он кинул Сатану. За то, что посмел усомниться в его правлении. За то, что тот посмел раскритиковать его правление. За то, что посчитал управление устаревшим, и занял его сам. Он кинул его туда, обрекая на вечные муки. Мы перестроили его, но не смогли избавить от боли... Он правил нами. Хорошо правил. Но потом ушел. Так давно ушел...
Пауза. И шепот из иного мира.
— Нам нужно в другую сторону.
Возле последнего здания, Тень резко повела наверх, по неприметной ступеньке, ведя по тайному ходу, избегая лишнего столкновения с местными аграрными рабочими.
Содержание энергии 32.33%
***
Содержание ахромиона 38.4%
Пройдя сверху по крышам, мы подошли с другой стороны. Мир, усеянный плоскостями. Внизу, на квадратных ямах-площадках росли сияющие алые цветы, похожие на орхидеи. Цветки Плоти и Крови, их так же называли — Цветки Саи.
— Как-то раз один псих, пытался призвать демона. А вместо этого призвал одну из цветков. Цветочек то был разумным... а точнее была. Она для людей позиционируется как женский пол. Ну, на самом деле это даже не растение, а особь-распылитель. Цветочек выучилась у него и сбежала. Пугала потом пациентов в больнице, питаясь животными. Но как-то раз нашла одного студентика, который видел теневой мир Крови, но её в форме прекрасной девочки. Лябофь! — взвизгнула Тень, — и столько деток родила, весь мир поразила в пучине Крови. Жаль что в альтернативных двух ветвях её убили, оставив лишь безумие у одного человека, а в третьем так вообще умерла от старости в одиночестве, не найдя своего творца. С тех пор, в её часть, мы называем их так. Такая красивая история!
Постепенно крыши слились в единое плато. Пусто, тихо. Только вой постепенно усиливался. И чем сильнее становился, тем с большим энтузиазмом Тень шла к пункту назначения.
Вой постепенно перешел на крик. Плачущий, визгливый, скрипящий. Крик, который обычно издают люди, когда агония переходит в такое состояние, когда всё сознание частично отключается и тело хочет лишь одного. Чтобы эта боль прекратилась. Чтобы тело от не освободилось. Почти за гранью человеческого.
И это был детский крик.
Когда подошли к границе плато, Смерть опять «вырвало» воздухом, а потом закрыл уши и увел взгляд. Зрелище было слишком шокирующим.
Безграничное поле, сшитое между собой грудных детей. Сшитые какой-то красной и чёрной нитью в самых разных позах во многочисленных слоях. И они все кричали и плакали, захлебываясь в собственной беспомощности и боли. У некоторых из глаз, ушей и рта текли струйки крови, желчи и кала, и начинали беспомощно и истошно дрожать, тряся свободными конечностями.
Вдалеке были видны... как если бы кухонные принадлежности увеличили до огромных размеров. Огромные металлические мясорубки, ножи, миксеры, которыми управляли чудовища без четких форм. Одного я смог увидеть через анализатор. Огромный монстр не менее пятидесяти метров ростом. Кожа тоже из ожоговых рубцов, из локтей и колен вырастали массивные щупальца. Будто экскаваторы, бульдозеры, тракторы, подъемные краны и прочие строительные материалы эти звери хватали целую гору из тысяча детей, безо всяких церемоний. Вычерпывая их так небрежно, что по краям инструментов были брызги крови и полужидких кусков внутренностей.
Крик оттуда усилился. Целые потоки слизи, крови соком лились из дланей «поваров» и погружали их в горловину мясорубки и потрошащие котлы, с кровавой мешалкой. Один зверь коснулся рукояти и начал вращать как домохозяйка, делающая паштет из сосисок. Из мясорубки потекли длинные тонкие линии сформированного мяса. Их крик эхом ещё долго проносился по всему миру.
Теперь ясно из чего делают тела. Удобно. Тело младенца ещё податливо, можно комбинировать и вырастить любое тело.
— Откуда здесь дети? — напряженно спросил я. — За что их сюда...
— Не за что. Это наши дети! — эхом рассмеялась Тень, — суккубы поработали! Спасибо Зепару, Ситри, Асмодею и прочей их соломоновой и инкубовой свиты, что позволили немножечко генмодифицировать своё семя, и самому Арпаку, что с этим семенем поработал. Жаль нынче с демонетками дефицит. Японские Школьники увели часть. Ещё часть ушла к Джорджу Карлину. Очень он им полюбился. Даже как человек он был прекрасен, а как умер, так все его приняли с распростертыми поцелуями, объятиями и прочими более материальными достоинствами! Теперь демонетки к нему толпой идут! Но, как видите, даже так аграрная промышленность идёт своим ходом!
Крики младенцев были просто раздирающим. Над Полем Плоти образовался легкий кровавый туман.
— Эх, сфотографировать бы. Приблизьтесь же ну, разве не чувствуете силу?!
И верно. Это была не сила. Сила! Высвобожденный эфир невинных, со впаянными душами некогда грешников. Они переродились в утробах демонов, став ещё более богатой пищей, хоть ложкой ешь. Медленно постепенно он тянулся ко мне. Постепенно насыщая, крик стал содрогающейся энергией, что стремительно меня пополняла. Как только почти восполнил себя, как издалека из кровавого тумана послышался вой.
Прямо из-под нас выпрыгнуло существо и набросилось на Смерть. Выбирало на вид как самого слабого. Война пытался вмешаться, но я остановил рукой. Пусть новичок попрактикуется, тем более что противник не самый опасный.
Смерть кувыркнулся и всей силой отпихнул косой. Перед нами встало что-то похожее на смесь женщины и бабочки. На концах крыльях видны каменные ножи. Изо рта тоже торчал нож.
— Ицпапалотль? Какими судьбами, — джентельменским голосом ответила Тень, — мы тут раз кровушкой балуемся.
— Нарушитель! Будешь! Кричать! Страдать! — ясным языком ацтеков ответила женщина-бабочка, — КРИЧИ!
И снова накинулась на Смерть. Но тот уже успел подняться и силой ударил косой. Ицпапалотль придавила и начала языком бить по черепу. Из глаз полился зловещий сиреневый свет. Схватив коленями косу, он освободил руки и тут же схватил её крылья и силой рванул на себя. Ицпапалотль заревела, освободив давление. Одной рукой Смерть взял косу и силой ударил по грудине, покрытой смесью кожи и хитина. Коса с обжигающим лезвием Андраса пробила насквозь. Ицпапалотль ревела от боли, выхаркивая зеленоватую кровь. Силой вынув, Смерть вторым ударом бил прямо по шеи. Но Ицпапалотль рефлекторно защитилась рукой, поэтому коса прошла вдоль тела, рубая сразу руку и торс. Разрубленные куски, выпуская кровь, кости и желчи, они продолжали на рефлексах трястись, а голова орала, хаотично размахивая языком. Смерть, переведя дух, последним ударом раздавил голову ногой.
— Это разве не божество? — с любопытством спросил я. Врядли бога убить так просто.
— Ага-ага, — кивнула Тень, — но это лишь её кусочек. Ма-а-а-аленькая часть. Разведчик...
— Может уже... пойдём, а? — невозмутимо спросил Смерть весь в потрохах полу женщины полу бабочки в окружении младенческих криков. Голод уже ел останки этой химеры.
— Охотно! — ответила Тень, проведя ногтем, по пространству. Вдалеке звери уже нас услышали и угрожающим ревом призывали подмогу, — Здесь нам уже делать нечего.
Содержание энергии 87.13%
***
Содержание ахромиона 38.5%
Темно. Мы под землей. Впереди была кровавая река с примесью воды и органики и едва-видимая другая сторона. Анализатор говорил о том, что там есть проход. И что мы не одни.
— Упс, вход перекрыли! — Весело ответила Тень, — придется пробиваться!
Над кровавой рекой летал... ангел?! Белоснежное существо, в котором сложно опознать из какой формы вещества, оно состоит. Энергия? Биология? Механика? Всё подряд? Невозможно понять. На голове был пульсирующий нимб, на спине пара крыльев, покрытые алым огнём.
— Ты! Тень. Я расчленю тебя на части! — голос прошелся прямо в мозг, показывая образами и эмулируя языковые барьеры в доступные речи. Глас божий. Внемлет его всё, от твари дрожащей, до всякого что ниже него и заставит понять его. Удобно. Интересно с письменностью у них так же?
— Ненужно, я и сам могу, — радостно ответила Тень, спокойно переходя в аморфное состояние, — Нагдиель. Маленький хранитель! Сказали же тебе сторожить складик. Ан-нет, горячая плазма магния в твоих наноуглеродных трубках захотела приключений и видишь чем обернулось? — и указала на нас.
— Да! Она обернулась тем, что я нашел вас! — гордо ответил ангел, звеня в голове.
— Соображаешь, молодец, жаль только... — глаза сияли парами белоснежных фонарей, аморфное тело резко увеличилось, голос изменился на песнь, что разрушает миры, — инстинкта самосохранения маловато!!!
Ангел воспарил выше, из нимба полетели плазменные смеси снарядов, целясь прямо на Тень.
— Этерни, а ещё пулемёт есть? — шепнул мне Смерть, понимая, что оппонент летает над рекой. Вблизи косой не достать.
— Нет.
— Жалко.
— Ты плохо целишься.
— Ну так, буду хорошо, если будет практика.
— Ты не стараешься целиться.
— Да кто из пулемета то целиться? Почему-то в киношных мирах, ты не возмущался!
— Там были Герои и у них другие способности.
— Дай тогда тем, чем могу целиться? Попроще...
— Ладно, дам попроще.
Из белоснежного пламени в руках появилась модифицированная штурмовая винтовка M16 с оптическим прицелом.
— А, — Смерть держал новую пушку с открытой челюстью, — ну это тоже ничего. Так. Надеюсь с предохранителя не надо снимать...
Война уже приготовил арбалет.
— Что-то не так Голод, — спросил я Всадника, тот безучастно смотрел на ангела, у него резко спал энтузиазм.
— О-он... простите, но он, несъедобный, — робко ответил Голод. Вот как. Слишком чужеродная форма жизни. Даже человек не всю съедобную пищу может есть. Значит, его Пожиратель здесь не поможет. Обойдёмся тремя силами.
Война стрелял из арбалета, что не знали промаха, но стрелы, попадая в тело, вспыхивали плазмой. Короткая очередь из винтовки Смерти тоже возымела слабый эффект. Ангел сиял алым огнём, и напускал снаряды в Тень. Её тело разрывалась и вновь восстанавливалась как сгусток чёрного тумана, а глаза сияли белоснежными фарами и старались бить когтями по телу. Тоже тщетно, ангел выжигал все атаки.
— Может всё-таки побольше пушка есть? — проворчал Смерть, — Базуку например?
Тень не просто пыталась разорвать и била вертикально сверху вниз, стараясь сбить ангела. Её оскал приобрел треугольную злобную улыбку.
— Наги, Наги, пропусти, не ищи линей боли во тьме! — кричала она визгливым тоном.
— Кажется, понял. Война, бей по крыльям копьями!
Война убрал арбалет и кинул разящее копье, что не знало плотности.
С третьей попытки копье попало в крыло, и ангел резко накренился. Часть тела коснулась реки и вспыхнуло взрывом.
— Ещё! — скомандовал я.
Второе копье с первого раза в другое крыло.
Нагдиель попал в реку и в предсмертном крике произошел мощный взрыв. Магний значит. В крови тоже есть вода. А кровавая река здесь не свертывается, сохраняя функцию воды. Огненный магний, касаясь с водой, высвобождает бурную реакцию.
Свет ангела исчез, оставив лишь реку, приглушенно освещая алым светом другую сторону.
Высвобождая белое пламя, я сформировал мост на другую сторону, не шире метра. Надо экономить.
На другой стороне действительно оказались тёмные ворота, которые должен был сторожить Нагдиэль.
— Это был... ангел? — спросил я.
— Бывший, — невозмутимо ответила Тень, вновь обретая привычные очертания. — Наказан за вражду и противоречия. Любил прикинуться своим прошлым обликом. Дурачок. Не только отказался принять истинный облик, так ещё и изотопы магния не сохранил. Совсем молодой.
— Что? Изотопы? — спросил Смерть, вспоминая вечера чтения за книгами, среди которых были и химия.
— У ангелочков миры живые, изотопов стабильных больше, элементов ещё больше, вот и выбирают самые разные формы жизни на свой лад, — скучающе ответила Тень, — избалованные полудурки, которые в своём мире наслаждаются обилием жизни, слушают музыку сфер и купаются в лучах любви Его. Да только, если не поддерживать эфир, элементы сохраняют лишь часть свойств. Например, горящий магний хорошо так бабахает в воде. А этот придурок летал на кровавой рекой! — злобно рассмеялась Тень. — Привык он на том свете летать и ничего не делать, вот и забыл, что в этом мире нужно использовать больше внутренних ресурсов, чтобы убрать все ненужные химические реакции. Ещё же оставили вход сторожить. Казалось бы, сторожи и всё, нет, приключений хочется.
Коснувшись двери, я слегка подтолкнул её. Поддалась. Даже не закрыл её. Поистине ему эта профессия не подходила.
— Он... выживет? — спросил Смерть, глядя на зловещую реку.
— Сверхдуша здесь плохо живёт, но живёт. Да, если после такого инцидента его вообще к нам в слуги не пошлют, — рассмеялась Тень голосом мальчика-подростка.
— Так у вас есть ангелы? — спросил я.
— Местами. Протагонисты очень многое им дали. Очень. Многое. Сторожат теперь отдельные врата в основном, — Тень встряхнулась, — ладно ребятушки, братушки, сходим сюда, наверняка, проверим, может вход есть какой-то.
Вход зиял беспросветной темнотой. Похоже путь будет долгим.
Содержание энергии — 41.05%
***
— Не понимаю. Так ангела вообще можно убить? — спросил обеспокоено Смерть.
— Такого как его то?! — Тень с насмешкой ткнула в сторону реки. — Начальство вытрет легко. Но сверхдушу наверняка переведут в полярную.
То есть сделают тёмной? Зная, кем был Сатана раньше, похоже, для них это не чуждое явление.
— А... скажем, постарше кого?
— Серенький, чему ты его учил? — Тень упрекающим взглядом и голосом говорил голосом архетипа учителя среднего возраста, — Подпространство — слои актуальности константа мира. Чем явственнее и реальнее мир, тем актуальнее закон. Чем глубже подпространство — тем менее актуальных законов. Душа обитает в бране, пока есть тело. Пока есть так, душу не заберешь без желания и не повредить. А если тело убить, то душка мгновенно, словно шарик пейнтбола, полетит себе по бране дальше.
Как помню, брана — это подпространство подпространства. Или как подпространство в квадрате. Только если само подпространство ещё что-то представляет вроде астральных и спектральных миров, то брана совсем неактуальна как поле существования. Душа в ней существует, только благодаря телу как корабль на якоре во время бури. Если якоря не будет, брана вытеснит душу обратно в глубины подпространства, где нет понятия расстояния. И даже нет понятия времени. Душа может переродиться в прошлое альтернативного времени, так в далекое будущее. В конце концов, время это просто процесс энтропии частиц. Всего лишь один из множество путей, у которого нет понятия вперед или назад.
Брана браны или подпространство в кубе если и есть то уже настолько разрежена в собственной причинности существования, что в ней уже вообще ничего не может быть, даже первичных частиц.
— Если человек был ванильный — полетит высоко, если эгоистичный и честный — вниз.
Тело смертного легко сломать. Душу — тяжелее. Только самые могущественные могут его аннигилировать полностью на частицы. Духи — это те же смертные тела, только обитают в менее актуальных полях константах. А значит, законы физики работают слабее, грубой силой почти не одолеть. В большинстве случаев магия работает лучше.
Потому что магия — сила перемен, сила хаоса, сила изменчивости, отклонения и искажения. Если фантомное тело не имеет более четких констант бытия, то оно сильнее подвержено воздействию перемен. Да, это мне известно.
— А ангелы?
— Сверхдушу и антидушу убить намного тяжелее из-за иной формы существования. Обычная душа служит переносчиком эфира, она живет с телом для сборки эфира и антиэфира. Это просто бактерия для более продвинутых! Переносчик, как кислород эритроциты. Света и Тьмы так же как артериальную и венозную кровь. Доставляет кому надо. А кто этой стаей правит? Правильно! Вот мы и правим! Антидуша могущественна и истинна, но нуждается во внешних ресурсов.
Истина? Что это значит?
— Поэтому и нужны нам. Души! Энергия! Сверхдуша... обладает мощным внутренним резервом энергии. Её аннигилировать почти невозможно. Проще склонить к тьме. Демоны — обычные жители с антидушами, что служат гибелью миров, ради гибели других и жизни себя. Небожители, ангелы и прочий сброд — служат созданию миров, ради создания и жизни других, купаясь у себя в халявной энергии, получая энергию миллиарды верующих.
— Значит молитва не причем? — спросил я.
— Ну почему же, — Тень прыснула, заговорив голосом женщины среднего возраста, — те, кто просто знает о богах, и используют как архетипы в медии, превращая в мультяшное развлечение — немного. Но самих то много! А зрители вникают и тоже дают энергию о самом факте знания о божестве. А те, кто преклоняются — кормят своей верой как концентрированной энергии. Фанатики посвящают всего себя божествам и расплачиваются за это временем своей жизни, силой своей жизни и всем капиталом своим в жизни. Верующие выгоднее, но и те кто просто знает о самом факте — уже хорошо.
Коридор был длинный, звуки стали тише, будто стены из плоти их гасили.
— Но помни, — продолжила Тень, — даже демон может творить, а ангел разрушить. Это всего лишь первоначальные установки. Роли! Инстинкты! А немножко отойти от роли может кто угодно. Мы же не животные в конце концов! Мы разумные и можем отступить от потребностей, хоть и не всегда без последствий.
— Так ангелов... ладно, а богов? — спросил Смерть.
Перешел на тон профессора:
— Бог отличается от обычного носителя тем, что он контролирует константы. Чем он сильнее, тем шире, больше и сильнее меняет константы и больше возможностей. Больше поля собственного существования. Больше неведомых элементов, новых изотопов, силы новых частиц с новыми ароматами кварок и их же элементов! А значит, они могут переносить всю свою материю в иные поля реальности, где их хрен достанешь. Тёмные и Светлые их формы уже менее значимы. Если обычные антидуша и сверхдуша исполняют роль разрушения и созидания — это эквивалент инстинктам, то для бога это уже просто потребности, которые они могут подолгу игнорировать и перенаправлять. У себя они делят по 9-и небесам, по 9-и ступеней влияния, но все в них входят. Золотой Триумвират себя к ним не соотносит. Наивные! Но у нас простой эквивалент. Шестерка силы. Первая сила: духи предков, получают эфира каждый понемногу, иногда от живого, благодаря воспоминаниям. Их много, миллионы и миллиарды их, но силушек едва ли больше чем у обычного призрака, но они полностью сохраняют воспоминания и личность, и способны к развитию. Могут подсобить будущему поколению мелкими ништяками вроде маленькой удачи и то не всегда срабатывает. Развеять — легко, достаточно хотя бы разорить могилу. Аннигилировать — крайне сложно. Вторая сила: духи природы. Ёкаи самые лучшие примеры. Начисляются тысячами и миллионами. Некоторые способны к материализации, мелкими фокусами и узконаправленными способностями. Полностью самостоятельны, но очень узколобые. Развеять — по разному и если знать как, аннигилировать крайне сложно. Третья сила: духи стихий, более возвышенные, вроде тотемных духов, начисляются сотнями. Способности шире, поклонения больше, влияния больше. Часто имеют якорь, на котором зиждется существование. Наши Владыки их очень близкие родственники. Четвёртая сила: полноценные боги, могут иметь множество аватаров, образов, субличностей, хрен достанешь, хрен убьешь. Сила их узконаправленна, но зиждется уже на менее материальном и легкодоступном элементе, вроде богиней любви, бог кузнеца, бог звезды, бог войны, бог дерьма, бог золотого дождя, бог месячных и прочее. Пятая сила: боги-творцы и разрушители. Сила подобна галактической мощи. Триумвират один из них. Шестая сила: трансцендентные. Олицетворение сути и сущности. О них мы знаем мало.
— Значит, их убить нельзя? — спросил Смерть, осторожно оглядываясь.
— Сами трансцендентальные боги могут разве что, но я совру, если бы знал наверняка...
— Но Этерни скинул поезд...
Тень резко рассмеялась несколькими голосами.
— Используя инфернальную энергию, элемент неожиданности, и скинул в лаву, которая круто так сдерживает такую форму существования. Скорее всего, они давно уже освободились и вне себя от злости. Для чего, по-твоему, там такая оборона стоит? И ты разве не заметил, что он использует материю иных миров, с иными константами?
Это правда. Именно поэтому на Всадников так дурно влияет большой размах моей силы. Я творю, вопреки невозможности подобному существованию. Поэтому и на живое трачу больше сил и живёт оно недолго.
— А что если... скажем... — Смерть задумался, всё пытаясь понять, как можно убить бессмертное божественное существо, — м-м-м, вот берём бога, ну не сильного, и кидаем в чёрную дыру, что произойдёт?
— Прогуляется, вдыхая благовония гравитонов, искупается в квантовой пене, выпьет шампанское из сверхэнергетических нейтрино, вкушая бутерброды с нейтронами и поблагодарит экспериментатора за столь прекрасный отпуск. Если Светлый — освоит ещё какой-то мирок, цивилизацию или впихнет кольцо-мир в чёрную дыру, которая будет игнорировать гравитацию, и начнёт потом Светленький умилительно наблюдать, как мир эволюционирует, как человеческий хозяин за щеночком. Авось ещё ему спасибо будут говорить, на протяжении миллионов лет. Если Тёмный — высосет дыру методом ускоренного излучения Хокинга, используя джеты как соломинку, а потом высосет экспериментатора, его семью, его собаку и его сранную белку возле его дома. Вместе с домом. И городом. И страной. И планетой. И миром. И чертовой вселенной...
— Всё-всё я понял, — поспешно пытался остановить Смерть. Тень снова заносит. — А если какие-то формы материи, которые могут их повредить?
— Если и есть, то редко, — сухо и с печалью в голосе ответила Тень, — Кто-то же их должен поддерживать в иной форме реальности? Разве что какая-то аномальная погода из глубин мироздания. С богами всегда сложно. И чем они могущественнее, тем сложнее победить, ещё сложнее убить, и даже если они выпрут себя из собственного мира, у них огромные резервы энергии, так что и поплясать некоторые из них на некоторое время и вне сверхживых миров тоже могут. Ну вот, пришли!
Остолбенел. Передо мной стояла одна единственная полка. Деревянная! И в ней лежали двенадцать капсул с матовым фиолетовым стеклом. Очень похожие на те, что использовал Элек, только более мелкие и ближе к форме яйца.
— Что это за место? — кажется, это был мой голос, но тогда я не совсем был в этом уверен.
— Генезис Иакова. — Тень говорила потусторонним голосом, — Прототип по обращению человека в демона.
Тень мягко коснулась последней капсулы с треснутым стеклом.
— Иуда был самым первым и последним.
— Чего?! — опешил Смерть.
Тень взяла капсулу в руки и задумчиво осмотрела содержимое, сказав шепотом «Эпоха Крови... он просто мерил себя страданием перед Ним», а затем посмотрела на нас и заговорила голосом юноши.
— Кстати, а какого года вы родились и жили?
— Что? Но я не...
— Примерные годы?
Смерть вскинул голову, задумавшись.
— Н-н-н-у-у-у, 1980-е... какой-то там...
Голод робко ответил:
— 2020-й вроде, но может ошибаюсь. Плюс минус десять лет.
— Не помню. Обрывки. Разные времена, — сухо ответил Война.
— В тебе души разных эпох, с тобой это сложнее узнать, — с грустью ответила Тень, — Так, а ты Серый.
— Во мне примерно три четверти миллиона душ. И треть разрушена, и треть состоит из людей.
— Да-да-да, какого года примерно родились твои души?
Обратившись к воспоминаниям, мой ответ застрял в процессе воспроизведения.
— ....большую часть двадцатого и двадцать первого века, правильно? — ответила Тень улыбаясь.
— Верно...
— Эпоха металла. Коррупция, власть, капитализм, скрытая тирания. Отличное время Утопического апокалипсиса.
— Какого апокалипсиса?! — спросила Смерть.
— Утопического. У вас случайно бунты не происходили? Не загрязняли ли государства нелепыми законами? Не устраивали ли массовые беспорядки по самым глупейшим и нелепым причинам?
Если бы у Смерти были глаза, они бы сейчас вылезли из орбит.
— П-происходили...
— Какие? Были ли скандалы на почве оскорбления собственного восприятия? Когда что-то тебе кажется уродливым, и ты требуешь, чтобы это убрали, потому что оскорбляет зрение?
— Н-нет...
— Оскорбление слуха? Запаха? Цвета кожи? Сексуальной ориентации? Чувства веры? Политические взгляды? Скандалы тех, кому не нравилось, что другие делают какие-то неестественные поступки? Носят не общепринятую одежду? Едят животных и носят шубы?
— У меня было... — робко ответил Голод.
— Вот! Это Утопический апокалипсис. Когда у людей нет антагониста, нет козла отпущения, нет омеги по школьной и повседневной иерархии, нет на кого можно можно излить все негативные эмоции и тогда люди начинают видеть антагонистов повсюду, — мерзкий самодовольный голос. — Дезориентация цели в жизни, не знают чем заняться и начинают искать смысл. Начинают скандалить, размахивать плакатами, реветь как маленькие сучки, что их что-то не устраивает или кто-то ущемляет, и удовлетворенно смотрят как медия склоняется под ними, нежно отсасывая как младенец титьку, ради того чтобы они заткнулись и дали им больше Греха Металла. То есть денег.
— Зачем такое делать? — удивилась Смерть.
— Ради бессмертия, конечно же. Они понимают, что они не пройдут конкуренцию, и потому решили, хоть что-то, хоть как-то, после себя что-то оставить. Это их крик отчаяния и желания быть значимым. В мире где всё изучено, а до космоса ещё не дошли. Это крик осознающих, что они не знают, что делать в этой жизни. Был бы антагонист, то всё стало проще. Никто в мире не объединяет как всеми ненавидимый объект. Тогда все становятся частью истории и готовы хоть под танк кинуться или на шипы прыгнуть, чтобы другие по тебе шли как по мосту. Но стадия Пламени закончилась. Войны закончились! Теперь они пали жертвой Металла. Долгий путь миллионами жертв, где люди будут умирать самой нелепой смертью, ибо войн больше нет, но амбиции становятся ненасытными.
— Так, что за стадии такие?
— Понимаешь Костик. Каждый человек проходит 13 стадий развития, чтобы стать от животного до богоподобного. Как раз по 13 нашим основным мирам. Первый, Бездна. Ты должен быть. Как очевидно, но до многих это ещё не дошло. Ты должен осознать, что ты есть. Дальше идёт эпоха приматов. Второе, Тьма. Прояви любопытство, ты должен спросить себя почему небо голубое, а трава зелёная. Третье, Смерть, научиться выживать. Банальная адаптация. Четвертое, Хаос, создавать логические цепочки, создавая порядок у себя в мозгу. Пятое, Хлад. Превозмочь себя и переходить от логики к практике. Это стадия когда ты переходишь к Разумному. Дальше наступают эпохи людей разумных. Шестое, Распад, преодолеть нечистое в себе и начать строить цивилизацию. Тогда развивается то, что называют этикой! Седьмое, Плоть преодолеть гедонизм. Восьмое, Кровь, преодолеть тягу к жестокости. Очень трудная часть. Ибо начинается целая череда бесконечных воин! Именно тогда, и именно поэтому Иуда предал. Не ради сребреников, а ради самого предательства! Он считал, что единственный, кто понял философия Иисуса. Так и есть! Иисус следовал демонстрации страданий, чтобы все поняли, ах какой он страдалец, вот он все ваши грехи на себя примет, всем жалеть и сопереживать ему, и так вот он умирает за грехи людей. Иуда, поняв это, предавал, чтобы ощутить страдание предательства. Не вынося это долго, он потом деньги вернул. Ха! Толку то. Он обрек на себя не меньшие, и даже большие, страдания, чем Иисус. Так вот он удавился и был увековечен как предатель. А христианство стало философией страданий, где каждый хвастается тем, как сильно он страдает. Идиоты! — Тень просто захлебывалась в собственном смехе. — Они как япошки, которые тоже любят это дерьмо. Чуть что, чуть как-то их мифическую честь опорочат, так сразу надо кишки наружу пускать!
Тень робко поставила капсулу обратно и снова заговорила обычным голосом.
— Девятое, Кость, научиться контролировать технологию мира, так начинаешь постигать науку. Переходная стадия, когда наступает производство и золотой век учёных. Дальше идёт эпоха технологий. Десятое Власть, преодоления мира в правлении, самая вязкая и сложная часть. Одиннадцатое, Пламя, пройти последний рубеж воин. Мировой! Если его проиграть, начнётся глобальный катаклизм. У вас чуть не произошел из-за ядерных технологий. Если бы этот с усиками смог добыть одну такую бомбочку себе, эх-х-х... В вашем мире Двенадцатое, Металл. Перестать быть зависимым от денег. Эпоха должна обладать достаточными ресурсами, чтобы денег как таковых не было, чтобы люди жили, как хотели.
— Не думаю что это возможно, — с сомнением покачал черепом Смерть.
Получается, чтобы преодолеть этот рубеж, люди должны получать всё, что хотят за бесплатно, не имея границ в деньгах? Вот почему так много падших душ. Никто теперь не хочет просто жить, работая по 12 часов и все дни недели, кроме тех кто не прошел предыдущие грехи. Теперь они хотят самоактуализации. И если она не состоялась — нет смысла жить и всё тут.
— И последний, Прогресс — технология переходят на божественный уровень. В вашем случае — квантовый. Проблема ресурсов исчерпана и люди могут творить себя как хотят и творить многие другие миры. Сама Смерть над ними не властна. Но, разумеется многие будут не согласны, ибо считают это путем демона. Ведь в богов то люди больше не будут нуждаться, хэ-хэ.
Тень указала на пустую капсулу.
— А что касается его... на того, кто мерился страданием в эпоху Крови, — Он ничего не знал, полагаю, он никогда не считал Иисуса другом или кем там у них заведено считаться после поцелуя. Иисус же... — снова истеричный голос, — этот полоумный мазохист, считал всех друзьями без вопросов. Если бы создали какой-нибудь короткометражный мультик в 15 минут, где их представили бы баранами, в нём было бы намного больше смысла, чем в библии, заповедях или в коране! Когда Иисус умер, Всевышний потребовал, чтобы Иуда пал на самое дно. Чтобы показать, насколько высоки его страдания, до-о-о-о! Самодовольный кретин! Как сказал, чтоб все верили в него, так никаких вопросов, — снова нормальный голос. — ...Мы погрузили его в Коцит. Но тогда же испытали первые образцы. Предательство стало одним из катализаторов. И отныне человечеством стало порицаться.
Тень отошла в сторону и начала что-то искать.
— Он никогда не любил тех, кто не любит его. И жестоко их карал, унося миллиарды жизней и превращая верующих в безумное стадо! Стоит только кораном или библией подтереться, так вся их божественная вера показывает истинное лицо! Никакой веры, никакой, так называемой, терпимости. Только кара, злость, буллинг, месть и грязный рот, ограниченный словом «еретик!».
Да, люди часто любят насмехаться над тем, что им кажется глупым, не понимая что они творят.
— Им больно, когда их мир повреждают, обесценивая годы укрепления веры, — оправдывал я.
— Пожалуй, — согласилась Тень, — но нам нельзя сопереживать и понимать, что у них там за мир. Помрем с голоду. Они жили ради Крови, кровью же они и пали. Только Ишка на самом верху, а Иушка на самом дне. А те же любители насилия, так и остались на этой стадии, и бога для них никогда не было, как и веры. Только они сами в ответе за слова. А мы их палачи!
Смерть задумчиво почесал череп.
— То есть атеисты попадают в ад?
— Не все. Есть те, кто всё же краем сознания, а верят, а есть те, кто отрицает и просто не ищет неприятностей. А может просто жребий выпадет так, что в одном из миров душ не хватает, и давай натягивать его до злодея, и так тоже может... где же он? — Тень начала летать над потолком и под стеной, что-то продолжая искать.
— Когда это было?
Тень вопросительно посмотрела на меня.
— Воскрешение Христа. Настоящее.
— Да не воскрешался он, — Тень отмахнулась, — просто пережил кому и клиническую смерть. В больничках у вас такое явление вполне естественное. Просто вы ничего не знали о живучести человеческого организма, вот и повелись. А вот, если ты говоришь про истинное предательство, то было раньше. Намного раньше. Намного... раньше. Это событие эхом пронеслось во все миры и повторяла вновь и вновь.
Да, помню один великий мессия Человечества, в мире, где обитали четыре темных богов Хаоса, повторил похожую участь от предательства. Как и Иуда, он тоже стал антагонистом, а местный мессия оказался на золотом троне, подключенный к аппарату жизнеобеспечения. Интересно, как много миров пережило подобное?
Но это значит, что передо мной стояли 13 Апостолов генома. Рувим. Симеон. Левий. Иуда. Иссахар, Завулон, Иосиф, Вениамин, Дан, Неффалим, Гад, Асир, Дина. 13 Первородных греха. И все они в капсуле мовиона. Они... вне времени?
Тень, наконец, торжественно позади полки что-то вытащила.
— Вот ключ! Ага. Чтож, сюда, господа! — Тень что повернула в стене и образовалась новая дыра. В новый мир.
Содержание энергии: 40,80%
***
Ров четвёртый. Онемение
Содержание ахромиона 38.6%
Весь мир стал перевёрнутым. Земля стало похожим на бездонное чёрное небо, а небо красноватой землей. Это была не гравитация, а перспектива восприятия. Здесь бродили люди с повернутые головой на 180 градусов, утратив дар речи. Место, где обитают те, кто возомнили себя магами, но таковыми не являлись. Гадалки, астрологи, шаманки, эзотериками и прочими, кем они себя считали. Вообразили себя магами, как маги теперь и страдают. Ещё один жест отчаяния. Если реальность не подчиняется, то сделают вид, что подчиняется. Некоторые так себе внушили, что искренне верили даже, что ими и являются. Время на привыкание восприятия ушло не больше несколько минут, и мы шли дальше.
Эпоха Металла значит. В каждой эпохе свой порок. В Эпохе Крови — мерило страданий, каждый желал показать, как он страдает сильнее других. Иисус, получается, просто выиграл гонку, и потом пережил клиническую смерть. Удачное стечение обстоятельств, а как изменило мир в сторону невежества, растягивая грехи Крови вплоть до двадцатого века. А Иуда просто оказался жертвой души-гиперссылки. Его капсула единственная, которую запустили. Но почему другие не запустили? На что лишь Тень ответила «А больше и не надо было. Иуда уже всё показал».
Значит, выходит следующее.
Иуда незаслуженно стал жертвой и погружен в Коцит. Он просто следовал моде страданий и тоже хотел доказать как он страдает. Возможно, он испытывал к Иисус более интимные чувства, чем просто друг. И потому, в связи с модой, и влюбленный в философию Иисуса, ну и в самого Иисуса, предаёт его, чтобы познать сильнейшие страдания. Но это также является результатом эффекта его души. Господь выбрасывает его, в знак назидание. Отныне его страдания — предательство как самое тяжкое, а страдание Иисуса — поощряются.
Выигравший гонку, получает и первое место на небе. Все люди отныне считают, что страдание часть религии. То есть как нищета, скромность, альтруизм и так далее. Все люди теперь впредь хвастаются, как сильно они страдают на работе, в семье, в жизни, чтобы их сильнее ценили. Те же, кто лучше живёт — становятся объектами презрения и бессознательной зависти.
Они хотели сделать Иуда демоном, а в итоге всё получилось как выгодно Господу ему. Религия усилилась и распространилась по всему миру. В дальнейшем отколовшись на еврейскую и исламскую.
Эпоха Металла — на почве религии, люди всё ещё продолжают хвастаться страданиями, но постепенно влияние сходит на нет, и приходит осознание. Нежелание страдать! Нежелание работать на начальство, нежелание сжигать свою жизнь посещением одного и того же помещения ради однообразного действия, для получения красивых бумажек и красивых цифр на кремниевой карте, нежеланием заводить семью с кем попало, нежелание просто кому-то служить, будь то человеку, родине, государству, богу... а так же природе и реальности. Как итог — кризис. Многие всё же склоняют головы и живут дальше, другие — накладывают на себя руки. Если жизнь сплошное страдание, кроме тех, кто владеет всеми ресурсами Металла, то есть деньгами, — то зачем вообще в таком мире жить?
Бродя по месту мы нашли известных грешников: Амфиарай, Тиресий, Арунс, Эврипил, Калхант, Микеле Скотто, Бонатти, Аскенто...
Мои соболезнования — только и сказал им машинально, позволяя так же Всадникам пополнить ресурсы. Путь будет долгим. Тень вновь провела ногтем по пространству.
Содержание энергии 51.64%
***
Ров пятый. Смола
Содержание ахромиона: 38.8%
Те, кто использует чужие ресурсы Металла, полученные добровольно принудительным путем — отправляются отчищаться от ненужной хитрости горячей смолой и очень горящими бесами. В отличии от земных законов, хитрость от демона не утаишь. Они чувствуют ещё на суде, что забрал человек силой, при этом не используя силы.
Это называется искажение фактов в свою пользу. Измени интонацию, настрой, поставь правильно ударение, где нужно, и предложение, которое должно было показать твою полную невиновность, искажается так, что ты становишься хуже маньяка.
Когда со Смертью мы бродили по людским мирам, мы уже тогда поняли, что конституция действительна только для богатых и авторитетных, и кто не испытывает особого гнева от народа, чтобы избежать очередного восстания.
Как-то раз, мы стояли на заседании, где один беспечный юнец нелегально купил огнестрельное оружие, часто им игрался, вообразив себя ковбоем (и вновь они так хотят свой собственный мир с боевиком) причем без предохранителя. Однажды он случайно выстрелил им в друга. Просто махнул рукой, держа в руке оружие. А палец на курке, да. Друг остался жив, но лишился глаза. Стрелок заплатил судьям, и те исказили законы так, что Друг стал сам во всём виноват и его чуть не посадили. Так вот невинная жертва может стать врагом народа, а убийца может стать героем. Потому что справедливости на самом деле нет, законов нет, морали нет. Есть люди, которые это поняли и убрали в себе всю человечность, ради личного пути, а есть те кто не понял.
Вот и оно наказание. Не за то, что брал деньги, а за то что уничтожал то понятие морали справедливости, которое сам же строил. А если и строил, то ради собственной выгоды, внося невежество в массы людей. Они были нечестны с самим собой, лгали себе и лгали миру, заплатив за это болью.
Правда, про реку они скромничали. Это был океан, из полужидкой кипящей смолы с редкими островками, где плясали черти и выволакивали отдельных особо крикливых жертв, потроша их тела, высвобождая больше энергии. Будто созревшие плоды.
Смерти досталось больше всего. Он не привык к высоким температурам. Войне такая температура была ничем по сравнению с тем огнём, что испытывал в боях. Голод похоже такой напиток тоже пришелся по вкусу.
— Мои соболезнования, — сказал я Бонтуро Дати, Чамполо, Гомита, Микеле Цанке и другим.
Ещё немного капли на пути себя.
Содержание энергии: 63.45%
***
Ров шестой. Свинцовая мантия
Содержание ахромиона: 39%
Те кто шел дальше, и распространял невежество не только за деньги, но и за другие формы наград, как поддержания авторитета, удовлетворения эго лицемерием, становились тем кто несёт на себе свинцовый плащ золотистого окраса, что медленно выжигает тьму изнутри и испытает тяжесть при повышенной гравитации, и суждено этим ходить по каменной пустыни.
Каталано, Лодеринго, Каифа, — мои соболезнования.
— Как долго ещё идти? — Взмолился Смерть, ощущая тяжесть этого мира. Война еле плелся сзади. Доспехи ему здесь тоже стали обузой.
— Терпи Костя, терпи-и-и-и, заметь нас пока никто не выследил, — весело ответила Тень, находя новую норку для своих когтей.
И правда, кажется больше нас никто не преследует. Похоже Арпак нам очень помог.
Содержание энергии: 72,38%
***
Ров седьмой. Гады
Содержание ахромиона: 39.2%
— А-а-а-а! — разорвался Смерть, упавший по колено в шевелящихся гадов.
— Не ори, Костлявый, это всего лишь змеи, — рассмеялась Тень.
Те же кто опустился ещё ниже и стал жить только воровством, становятся жертвами укусов змей, их яда, их боли, их наказания. Иногда здесь просачиваются опасные пауки, ядовитые жабы и прочая мелочь. Те же, кто награбил огромное состояние, сами становятся змеями. Отсюда и рождаются наги. Как один из множество способов.
— А-а-а... а, А?! А-а-а, ну да. — Смерть перевел дыхание, но всё же малость нервничал, сбрасывая с себя ползающих тварей. Одно дело, кровожадные демоны и совсем другое, мелкие и ползучие змеи. — Я забыл, что змеи против меня уже похоже не опасны.
— Можно я их съем? — робко спросил Голод.
— Да валяй, — отмахнулась Тень, всё равно ведь ослушается, — я потом всё Арпаку выпишу, чтоб в следующий раз угощал своим кофе гостей. А может ещё блинчиками угостит, как был один в непроницаемых очках и все демонеток к себе домой поволок, при помощи блинов. У вас нету блинчиков?
Никто его не слушал. Смерть, Война и я, легко пробивались через толпу шевелящийся массы лезвием и огнестрельным оружием. Остальных пожирал Голод, пока Тень не нашла новую область для переноса. Ванни Фуччи, Буозо Донати, Пуччо деи Галигаи, Чанфа Донати, Франческо Кавальканти стали следующими жертвами моего личного прогресса.
Смерть легко их побеждает. Голод съедает.
Содержание энергии: 79.21%
***
Ров восьмой. Тюремный огонь
Содержание ахромиона: 39.4%
Хуже распространения невежества и изъятия чужого имущества, это использовать других в качестве инструментов ради себя, обесценивая их как личность, медленно окружающий социум к деградации, удовлетворяя только собственное эго и только собственное существование как актуальное, жертвуя существованию всех остальных.
Наказание их — сожжение всего имущего и ценного в них, оставив душу, сжигая в ней тьму эфирным огнём. Этот мир автоматически превращает всех в души, которых медленно сжигает пламя из спектрального мира.
— А вот это что-то новенькое? — сказал Смерть, став похожей на нестабильную метасферу с чёрной дырой внутри. Перспектива восприятия у него изменилась, позволяя всё вокруг видеть на 180 градусов и даже себя как будто от третьего лица, — Это нормально?
Война тоже превратился в метасферу, только вокруг чёрной дыры просачивался красноватый оттенок. У Голода синеватый.
— Здесь да, — ответила Тень в форме сплошной чёрной воронки, внутри были видны две точки, — Не волнуйся Костя, антидуши здесь не трогают. Иначе бы демоны не могли стеречь.
Пожалуй, эту местность можно считать красивой. Весь мир, земля и даже космос был покрыт «звёздами» душ, покрытые беззвучные огнём. Крик их боли выражался не криками или рефлексами организма, а намного глубже, мало ведомой обычному человеку.
Все души извечно горели, как жертва во время инквизиции, и гореть ещё будут долго. Среди них я нашел Улисс, Диомета и графа Гвидо да Монтефельтро.
Содержание энергии: 92.01%
***
Ров девятый. Потрошение
Содержание ахромиона: 39.6%
— Сколько же нам ещё мотаться, а? Мне вообще то не помешала передышка, — проворчал Смерть, его движения стали более вялыми.
— Слишком мало убиваешь, Костлявый, — упрекающее улыбнулась Тень, — мочить грешников надо активнее.
— Э, ну я не знаю. По-моему от них уже мало что осталось, — бросил рукой Смерть на целую груду изорванных тел, которых потрошат демоны.
Те кто устраивал целые революции, бунты, разрушая целые социальные круги, превращая людей в стадо животных был удостоен медленного потрошения. С них сдирали кожу, мышцы, вытаскивали органы, дробили кости, а последним разрушали череп. Добитого выбрасывали, пока он не восстановится. Как только он оживал, к нему вновь возвращались. Всё поле было усеяно трупами, кусками тел и раздирающими криками. Один труп я узнал.
— А что Магомет здесь делает? — спросил я.
— А? — Тень будто очень смутилась этого вопроса, — А, ну... жребий был не в его пользу, — смущающее рассмеялась, — ну же, мы почти добрались до следующей станции. Если бы не пришлось делать такие окольные пути...
Смерти пришлось долго найти то, что мог убить, чтобы восполнить себя. В отличии от Голода. Войне же комфортнее там, где просто присутствует насилие. И здесь его было в достатке.
Пробираясь сквозь трупы, мы добрались то места, где Тень наконец смогла провести когтем в новый мир.
Содержание энергии: 99.99%
***
Третье Судилище Диюя
Содержание ахромиона: 40.2%
Мы всё шли и шли. Снова под водой, повсюду парила бурая жидкость крови.
Это Судилище было морально устаревшим. Оно служило тем, кто не ценит заботу вышестоящих людей, мужей во времена патриархата и оспаривает статус глав. За это грешников связывают руки и ноги, стягивают горло, отбивают колени, выкалывают глаза, печень и сердце сжимает клещами, сердце строгают и живьем снимают кожу. Заброшен.
Грешников везёт сюда гигантский чёрт Далигуй. С пополнением энергии сражение было быстрым. Как только рогатый бес явился, Смерть его расстрелял из винтовки, потом его пронзило множество копий со встроенным полонием мной, выжигающие все его органы. Война добил, отсекая голову. Голод съел труп.
Содержание энергии: 87.56%
***
Четвёртое Судилище Диюя
Содержание ахромиона: 40.6%
Река Стикс вновь вернулась, но от неё уже мало осталось, став рекой Найхэ. Пройти можно только через мост, что сторожили изумрудная змея и полуспектральный пёс. Даже против них сработали эфирные пули полуавтоматической винтовки Смерти. На другом конце был виден кровавый пруд Сюэучи, которые медленно погружал грешников ставшие святотцами. В местных залах, за волокном тьмы обитали те кто использовали любые ценности как средство управления людьми, от монетки, до налогов, от шантажистов, до обманщиков.
Содержание энергии: 87,50%
***
Так мы проходили череда за чередой, пока не дошли до ещё более гротескных и далёких миров теневого мира. К Плоти.