Глава четырнадцатая

Никос

-Диона, значит! — Виола внимательно оглядела лицо капитана, дослушав его рассказ о последних событиях. Ее взгляд чаще всего останавливался на глазах Никоса, словно она пыталась что-то там разглядеть. Похоже, она нашла ответ, качая головой с радостной улыбкой, - Да, ты небось, влюбился, мой друг? - Парень сокрушительно кивнул, обманывать больше себя он не хотел, как и женщину сидевшую на против. Но в глазах Виолы все еще читались сомнения: - Ты уверен, что ей можно верить?

Никос покачал головой: - Не знаю. Но Диона хочет попасть на тот остров, у нее свои причины. - Он увидел, что Виола уже готова задать следующий вопрос, и остановил ее жестом. Женщина сделала еще глоток рома, поморщившись от горечи. Никос забрал бутылку: - Какие именно причины, мне неизвестно. Но она мне нужна.

Виола усмехнулась: - Это я вижу. Что она тебе нужна, это ясно. Ладно, помогу.

Она поднялась, накидывая фартук: - Сегодня вечером у них прием. Там работает моя подруга, Элли. - женщина начала готовиться к открытию заведения, снимая стулья со столов, - Она тебя устроит. Но обещай, что ничего не будет украдено!- Виола пригрозила ему пальцем, переходя за стойку. Капитан поднял руки в знак капитуляции. Женщина кивнула: - Хорошо. Тебе нужно переодеться, твоя одежда будто кричит, что ты преступник. Доберись до моего дома и примерь одежду моего сына. Должна подойти.

Никос встал, доставая деньги: - Спасибо, Виола. - Он положил монеты за одежду и ром, направляясь к двери.

Женщина, вновь его окликнула: - Скажи Элли, что ты от меня. - Он кивнул, разворачиваясь к выходу. Но еще один оклик заставил его обернуться: - Не закрывай за собой дверь. И, Ник, будь осторожен.

Парень вышел за дверь.

Переодевшись в пустом доме Виолы, Никос отправился в поместье брата Дионы. Территория уже утопала в мягком свете фонарей, а небо над головой окрасилось в глубокий, насыщенный малиновый цвет. "Даже природа, кажется, радуется ее возвращению!" – промелькнула в голове капитана абсурдная мысль. Он покачал головой, решительно пресекая любые посторонние размышления. Сегодняшний день требовал сосредоточенности и ясности ума, только по делу.

Пройдя через пост охраны, где он, представившись как новый работник, капитан без труда миновал стражей, и направился к служебному входу. Возможно, в общей суматохе, той ночи, он не успел как следует показать свое лицо, и это было ему только на руку.

Войдя в помещение кухни, капитана тут же окутал восхитительный, дразнящий запах пищи. "Черт возьми! Это же запеченная курица!" – рот мгновенно наполнился слюной. Он с горечью осознал, что, кажется, не ел с самого утра. Оглядевшись, он увидел, как повсюду суетятся слуги, занятые приготовлением еды. Как же ему теперь найти подругу Виолы?

Внезапно раздался грозный, повелительный голос, обращенный к юноше, который, по неосторожности, уронил на пол тарелку с нарезанными фруктами:
– Что ты натворил, простофиля? – взревела женщина. – Проваливай! Ты здесь больше не работаешь.
На парня было жалко смотреть. Он попытался оправдаться:
– Но, мисс Элеонора...
– Я сказала, что ты уволен. И это не обсуждается, – отрезала она, не давая ему договорить.
С поникшей головой, уволенный юноша побрел к выходу, его глаза были красными от обиды и унижения. Но Никос не мог позволить себе жалость. Освободилась вакансия, и это был его выход. Не спеша, капитан провальсировал мимо столов, стараясь не повторить ошибки того бедняги, и подошел к этой грозной на вид женщине. Ее взгляд, полный раздражения, обратился к Нику.

– А ты что делаешь на моей кухне? Мм... – протянула она, оценивающе осматривая его.

Капитан склонил голову, на его губах застыла легкая, едва заметная ухмылка.
– Слышал, у вас освободилось место? Я от Виолы, – решил он, что рисковать сейчас не стоит, и использовал свой козырь.
– От Виолы? - сузила женщина глаза, - Как тебя звать? – она выжидающе посмотрела на парня, ее взгляд был пронзительным.

Он протянул руку Элеоноре. Она сжала ее в ответ, рукопожатие было на удивление сильное, что на долю секунды выбило его из привычного равновесия.
– Я Джек Смит, приятно познакомиться, мадам! – произнес капитан, и, не дожидаясь реакции, повернул ее ладонь кверху, оставляя легкий поцелуй на морщинистой коже.

Элли резко выдернула ладонь, но в ее глазах мелькнуло что-то похожее на удивление, смешанное с легким раздражением.
– Тебе сегодня везет, Джек! У нас как раз есть место для тебя! Но учти, – она погрозила пальцем, ее голос стал чуть тише, но не менее строгим, – с дамами на этом вечере я не советую тебе так себя вести, иначе лишишься головы!

Он кивнул, принимая предупреждение. Она указала рукой на небольшое помещение позади себя.
– Ступай переоденься и не забудь маску! Господин решил устроить в честь возвращения госпожи бал-маскарад.

Ник вновь кивнул, его взгляд скользнул по ее лицу, затем он направился в указанную каморку, чувствуя, как адреналин начинает бурлить в крови. Игра началась.

Два часа спустя Ник уже ловко разносил подносы. Зал постепенно наполнялся гостями, которых встречал Леон, брат Дионы. Помещение заливали тысячи свечей, их блики играли на золоте, что было повсюду: в интерьере, на посуде, в украшениях гостей. Ника так и подмывало стащить пару вещиц, но он обещал Виоле, поэтому держал себя в руках. Виновница торжества ещё не появилась, но Никос с нетерпением ждал её. Перед ним стояли две первостепенные задачи: как поговорить с девушкой наедине и как уговорить её пойти с ним после всего, что он ей наговорил.

В зале появился его брат. Даже сквозь маску, скрывавшую половину лица, было понятно, что это Александр. Он держался так, будто всё вокруг принадлежало ему. Вальяжно пройдя по залу, он взял бокал шампанского с подноса. Глаза Ника вспыхнули от ненависти. Александр прошёл мимо, даже не заметив брата. «Это хорошо! Нужно держаться, иначе ему не спасти Агату и остальных. Приоритеты, Ник! Приоритеты! Не забывай, что жизнь твоей настоящей семьи важнее твоей ненависти». Но он ничего не мог с собой поделать: его взгляд то и дело перемещался к брату, и всё тело напрягалось, желая достать револьвер и выстрелить Александру прямо в лоб.

Но тут зал замер. Все взгляды устремились вверх, и его взгляд взметнулся вместе с ними. На вершине лестницы стояла Диона в кроваво-красном платье. Её чёрные волосы были собраны в высокую причёску, а лицо наполовину скрывала маска, такая же красная, как и платье. Девушка начала медленно спускаться, её рука невесомо касалась перил. Он услышал собственный вздох. Это было прекрасно! Она была прекрасна. Всё в этом зале меркло по сравнению с ней, и он поздно заметил, как подошёл к подножию лестницы. Диона вопросительно подняла бровь, и он опомнился:
— Шампанское для леди?
Её лицо озарилось узнаванием его голоса. Он видел это в глазах и чуть приоткрытых алых губах. Капитан криво усмехнулся. Она взяла бокал, всё так же не сводя с него взгляда.

Позади Ника раздался голос:
— Отойди.
Это был её брат. Ник послушно поклонился и отступил, давая дорогу Леону. Тот протянул руку:
— Моя сестра вернулась домой!
Зал наполнился аплодисментами и восхищением.
— Да начнётся этот замечательный вечер, посвящённый такому радостному событию!

Диона улыбалась, принимая слова поддержки о том, что ей пришлось пережить, какая она бедняжка, и расспросы, как ей удалось вернуться. Но она то и дело бросала взгляд на парня, разносившего напитки. И он знал, что она смотрит. Заиграла музыка для вальса, и Александр протянул руку Дионе. Капитан видел её смятение, но оно быстро исчезло, и девушка приняла руку, выходя на середину зала. Никос чуть не бросил поднос. Его разрывало изнутри: «Как он посмел!» И дав себе твёрдое обещание, что пуля будет выпущена из его револьвера, он понял: она выбрала свою цель.
Его кулаки сжались до побелевших костяшек. Он чувствовал, как кровь приливает к лицу, а в висках стучит пульс. «Нет, нет, нет!» — кричал внутренний голос. Он не мог поверить своим глазам. Диона, танцует с Александром, с его братом, с тем, кого он ненавидел всей душой. Каждое движение их вальса казалось ему ударом ножа в сердце. Он видел, как Александр что-то шепчет ей на ухо, как она улыбается в ответ. Это было невыносимо.

Ник отвернулся, пытаясь унять дрожь в руках. Он должен был что-то сделать, но что? Броситься на Александра прямо здесь, на глазах у всех? Это было бы безумием, и тогда он точно не спасёт Агату. Он должен был быть умнее, хитрее. Но ярость застилала глаза, заглушая голос разума.

Он снова посмотрел на танцующих. Они кружились в вихре вальса, словно не замечая никого вокруг. Диона выглядела такой счастливой, такой беззаботной. И это причиняло Нику ещё большую боль. Он ведь пришёл сюда ради неё, чтобы поговорить, чтобы всё объяснить. А теперь она танцует с его врагом.

Внезапно Диона подняла глаза и встретилась с его взглядом. На мгновение её улыбка померкла, а в глазах мелькнуло что-то похожее на сожаление или даже вину. Но тут же Александр притянул её ближе, и она снова отвернулась.

Ник почувствовал, как что-то внутри него оборвалось. Он был готов бороться за неё, но, кажется, она уже сделала свой выбор. Или это просто игра? Он не знал, что думать. В голове царил хаос.

Парень поставил поднос на ближайший столик и вышел из зала. Ему нужно было остыть, собраться с мыслями. Он прошёл по коридору, мимо других комнат, где тоже кипела жизнь, но он ничего не замечал. Его мир сузился до одной точки – Дионы и Александра, танцующих вальс.

Добравшись до укромного уголка, Ник прислонился к стене и закрыл глаза. Дыхание было тяжёлым, сердце колотилось как сумасшедшее. Он чувствовал себя преданным, обманутым. Все его планы рушились на глазах.

«Нет, — сказал он себе, — я не сдамся. Я не могу сдаться. Агата, Риз, все они зависят от меня. И Диона... Я должен узнать, что происходит. Я должен поговорить с ней, мне нужна ее помощь».

Он открыл глаза. Взгляд его стал твёрдым, решительным. Ярость никуда не делась, но теперь она была направлена в другое русло. Он вернётся в зал. Он найдёт способ поговорить с Дионой. И он обязательно разберётся с Александром. Его цель не изменилась..

И тут раздался звук открывшейся двери, тихие шаги и шорох платья. Это она! Он обернулся, перед ним стояла Диона, снявшая маску: - Что ты тут делаешь? - шепнула ему девушка уводя за колонну, по дальше от возможных глаз.