глава 9
русая стояла, погружённая в тревожное ожидание. В груди неприятно сжималось сердце, будто невидимая рука постепенно усиливала хватку. Она нервно оглядывалась по сторонам, пытаясь уловить хоть малейший признак того, чего так ждала. Взгляд скользил по прохожим, по витринам магазинов, по очертанию зданий — всё казалось чужим и отстранённым, словно мир вокруг потерял чёткость.
Каждый шорох заставлял её вздрагивать, а время тянулось невыносимо медленно, растягивая секунды в долгие минуты. Она снова обернулась, и в этот момент — словно удар током — чей‑то голос окликнул её.
Лора резко повернула голову вправо. Среди размытого фона городской суеты чётко вырисовалась фигура Саши. Он стоял, слегка улыбаясь, и смотрел прямо на неё. В этот миг тревожное сжатие в груди сменилось тёплым волнением, а окружающий мир снова обрёл краски и смысл.
Саша медленно начал подходить ближе. Его лёгкая улыбка постепенно угасла, сменившись напряжённым, серьёзным выражением лица. Остановившись в полуметре от Лоры, он замер — ни он, ни она не решались произнести ни слова. В воздухе повисла тяжёлая, почти осязаемая пауза, словно время остановилось. Лора, стараясь сдержать волнение, сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони, оставляя на коже едва заметные полукруглые следы.
Никто из них не знал с чего начать диалог, то ли с простого «привет» то ли почему этот ублюдок явился ни сказав ни привет, ни здрасьте
Девушке хотелось ударить Саше по лицу, но в тоже время просто обнять его и расплакаться ему в плечо. Лора так сильно его любила ровно также как и ненавидела, все эмоции всплеснули вверх и буквально заполнили её голову
Саша тихо произнёс: «Прости…» — и это слово, едва сорвавшись с его губ, словно оторвалось от реальности. В гуле проезжающих машин и шелесте деревьев, раскачиваемых ветром, оно разрослось, превратившись в приглушённое эхо. Звук колебался в воздухе, то затихая, то вновь возникая между шумом колёс и скрипом ветвей, будто пытаясь донести до кого‑то невысказанное, затерявшись в дневной городской суете.
—Тебе не плевать... не плевать на меня? ведь так? почему ты сказал это? Я так волновалась господи... Ты просто ублюдок
Лора заговорила резко, словно выпустила пар из перегретого котла. Слова хлынули сплошным потоком — торопливые, сбивчивые, на грани неразборчивости. Она проговаривала их скороговоркой, не делая пауз, будто боялась, что, остановившись хоть на миг, не сможет продолжить.
Её голос то взмывал вверх, то срывался вниз, выдавая и гнев, и тревожную растерянность. Фразы накладывались друг на друга, окончания сливались с началами новых слов, а интонация то и дело спотыкалась о невысказанные эмоции. Казалось, она не столько говорит, сколько выплёскивает наружу скопившееся напряжение — быстро, нервно, без оглядки.
Саша молчал всё время, пока Лора говорила. Он лишь кивал — размеренно, почти механически, в такт её торопливым фразам. Его взгляд не отрывался от её лица, но в глазах не было ни осуждения, ни сочувствия — лишь напряжённая сосредоточенность, будто он пытался уловить что‑то за потоком её слов.
Когда она наконец замолчала, выдохнувшись, он коротко спросил, голосом ровным и чуть прохладным:
— Закончила?
Не дожидаясь ответа, не давая ей времени собраться с мыслями или возразить, он шагнул ближе. Движением одновременно резким и почти нежным он прильнул к её губам, закрыв глаза. Это был не робкий поцелуй и не игривый — в нём читалась решимость, словно он хотел одним касанием перечеркнуть всё только что произнесённое, заменить слова чем‑то более весомым, не требующим объяснений.
Поцелуй был внезапным, но не резким — в нём чувствовалась твёрдая решимость Саши и одновременно осторожная нежность. Его губы коснулись её губ мягко, но уверенно, словно он давно знал, как именно это должно быть.
Лора на миг замерла, будто не веря в происходящее, но уже через мгновение её сопротивление растаяло. Она ответила на поцелуй — сначала робко, едва ощутимо, затем всё смелее, позволяя себе погрузиться в это мгновение. Её руки невольно потянулись к нему: одна легла на плечо, другая скользнула к затылку, слегка сжимая волосы.
Саша чуть наклонил голову, углубляя поцелуй. Его дыхание смешалось с её дыханием, а пальцы осторожно обхватили её талию, притягивая ближе. Время будто остановилось — шум внешнего мира растворился, оставив только тепло их соприкасающихся тел и биение двух сердец, постепенно синхронизирующихся в едином ритме.
В этом поцелуе было больше, чем страсть: невысказанные извинения, невыплаканные слёзы, невысказанные страхи — всё то, что они так долго держали внутри. Он стал мостом между их молчанием и словами, между обидами и прощением, между прошлым и тем, что могло ждать их впереди.
тгк: caseyqwx00