Глава 7, часть 2: «Клеймо»
- Хватит кричать, ты в приличном месте, - огрызнулся работник театра, ударив одну из девушек по щеке.
Уже десять минут их пытали с особой жестокостью, клеймя части тела. У каждого из участников было свое клеймо в определенном месте. Руки, ноги, спины стали частыми местами для уродования.
Вокруг голосили крики и оры, заполняя собой все пространство. Боль от жара становилась адовой, когда самая жестокая из работниц держала раскалённый номер дольше минуты.
- Райн, я боюсь, - шептала одна из участниц в толпе, стоящему впереди нее.
- Эмили, это будет всего секунду, потом боль пройдет, - врал парень, сжимая в ладони руку собеседницы, - у тебя открыты руки, это не самое больное место.
Диана покачала головой, подтверждая умозаключение Райана. В отличие от других Эмили досталось самое безобидное платье, открывающее всего лишь предплечье и кисти.
"Мне так не повезет", - стиснув зубы, Кеплер выглянула вперед, смотря на сдавшегося от боли рыжеволосого парня. Его тело обмякло на руках одного из охранников, свисая вниз головой, где чуть ниже шеи виднелась метка 13. Очередь постепенно подходила к концу, из-за чего страх все больше заполнял живот.
- Что за варварство? - сказала себе под нос Диана.
- Клеймирование одно из самых важных вещей. Так они в дальнейшем будут знать, что вы участвовали в лотереи, - Бринкс моментально ответил на реплику девушки, - это больно, но за то эффективно и...
- На всю жизнь, - закончила она.
Сзади послышался надоедливый звук каблуков. Только по одним ударам об поверхность пола, Диана могла определить кто идёт за ее спиной. Этому навыку ее научил Кевин, который в своем время насмотрелся фильм про шпионов.
***
- Определить характер того, кто идёт всего лишь по звуку сложнее, но если вслушаться в скорость шагов, можно определить что за обувь на идущем, - проговорил парень, нарисовав на листе бумаги мужские туфли, - они дают лёгкий стук каблуков, но именно их звучание будет самым понятным.
Отбив кулоком пару раз по столу, Кевин постарался показать максимально похожий стук туфель.
- И какой характер эта обувь носит? - Кеплер наклонилась над листом бумаги досконально изучая каблук.
- Такую обувь носят только уверенные мужчины высокого статуса, либо старики прошлого века. В нашем же случае, первое. Именно эта обувь даст понять, что лучше стоит бежать, так как тот кто идёт имеет большое влияние.
- В этом есть смысл, - улыбнулась Диана...
"Размеренный, уверенный шаг. Острый цокающий звук с ровным вышагиванием", - проверяла себя девушка, специально не поворачивая голову назад, - "ее слишком легко узнать".
- Дорогие участники, это всего лишь маленький ожог, который в первую неделю перестанет болеть. Будьте терпеливее и благодарите черного скорпиона, что мы находимся здесь, под его защитой.
От душной реплики куратора, хотелось вскрыть себе вены и пустит кровь.
- Ничего более тупее в жизни не слышала, - словно не по ее воле с губ слетается правда, которая не должна выйти наружу.
"Черт", - обвиняла себя за несдержанность, понимая что переступила черту.
- Прошу прощения, номер 20, - медленно протянула Кейтлин, поворачивая лицо в сторону Дианы.
- Диана, не огрызайся! Ты только хуже сделаешь! - мужской голос прозвучал на повышенных тонах.
Опешав от такой реакции Бринкса она потеряла дар речи, не понимая что ей делать. Очередь замерла, с испуганными глазами обернувшись назад.
Тишина прорезала холл театра, лишь звон в ушных раковинах напоминал о скорой кончине. Охрана не дергалась, без какого-либо интереса смотря вперед. Приближающаяся фигура Кейтлин положило начало борьбе внутри грудной клетки. Страх и ненависть вступили в схватку, которая предполагала смерть одного из чувств. Но, что же уйдет под груду земли, а что останется на поверхности, как опора? Выбор слишком очевиден.
- Номер 20, повтори, - в приказном тоне общалась женщина, подойдя в плотную к Диане.
Красные губы оказались на уровне носа девушки, от чего сохранять зрительный контакт стало сложнее. Кейтлин была выше на пол головы из-за шпилек.
"Была ли это ее любимая обувь или смотреть на всех с высока приятнее?"
- Что. За. Тупость.
"Лучшая защита - это нападение"
- Тебе конец,- оценивающе отозвался Мистер Бринкс, - Диана, не стоило...
- Да завались ты, - тихо ответила девушка, посылая нравоучения старика.
- Это ты мне? - вопросительно изогнув бровь, кураторша схватила русые волосы натянув спадающие локоны на кулак, - ты страх потеряла, девочка? Думаешь, что особенная?
Улыбнувшись на выливающуюся злобу, девушка с усилием отодвинулась немного назад, чтобы словить тот самый гневный взгляд.
- Так убей меня, сделай на одного участника меньше по своей вине и тогда посмотрим, что твой босс сделает с тобой.
Хватка на волосах усилилась, от чего длинные ногти впились в кожу головы.
- О нет, дорогуша. Ты не умрёшь сегодня, сегодня тебя ждёт кое-что похуже смерти, - прошипела та, двинувшись в сторону стойки регистрации.
- Просто извинись, Кеплер, просто извинись, иначе ты подставишь всех нас!
Кейтлин шла вперед, не отпуская волосы из хвата, нарочито ускоряя шаг.
- Отпусти меня, сука, - сопротивлялась она, пытаясь тормозить.
Терпение на исходе, оставалось немного до взрыва, взрызва ее терпения.
Тик-так, тик-так начался обратный отсчёт.
Никто из других участников не шелохнулся, чтобы хоть как-то помочь. Диана не винила их, потому что знала, что боялись. Все боятся, но не она.
- Я заставлю тебя прикусить твой милый язычок, - закончила кураторша, кинув женское тело, как побитого котенка.
Спина ударилась об угол стола, отзываясь в позвоночнике боль.
- Заклейми ее горло, - приказала Кейтлин, смотря на полную женщину, что держала раскаленные цифры сквозь перчатки, - и подольше подержи.
- Мисс, сейчас не ее очередь... - начала она, как тут же пухлую щеку окрасил бордовый слепок ладони. Пощечина оказалась настолько сильной, что работница отпрянула назад, заскулев от боли.
- Ты глухая? Это не просьба, а приказ. Делай, что тебе говорят, иначе следующая будешь ты, - Кейтлин скривила губы, вытирая свою руку об салфетку, будто только что потрогал грязь.
- А ты любишь отыгрываться на тех, кто слабее. Да, Кейтлин? - до последнего огрызаясь на каждое действие кураторши, Кеплер решила высказать все, о чем думала последние дни, - твое нутро настолько гнилое, что даже будучи не прикосновеной ты остаешься той самой грязью, которая марает обувь честных и невинных людей. Ты просто подстилка, которая не добилась бы ничего без своего рта!
Чем больше правды выходило из нее, тем глубже закапывала то самое чувство под названием "страх". Она знала, что после этого ей не выжить, но ничего не могла с собой поделать.
Ее схватили за плечи и пригвоздили к шаткому столу. Руки и ноги держала охрана, все сильнее вдавливая в поверхность. Платье рвалось под натиском мужской силы, оставляя на коже следы борьбы.
"Нет, нет, только не это место", - молила она у себя в голове.
На шею опустилась тонкая рука, сдавливая шею. Кейтлин опустила голову к лицу Дианы, говоря в губы:
- Отныне твоя жизнь будет адом, я тебе обещаю.
Больше ничего не сказав, женщина убрала руку и отошла в сторону. Кеплер следила за движениями кураторши, что сложила руки на груди с победным оскалом.
- Диана, только дыши, - где - то на затворах сознания молвил мистер Бринкс.
Тик-так, тик-так и таймер близится к нулю. Тик-так, тик-так и кожу обдало резким жаром. Тик-так, тик-так взрыв произошел вместе с клеймом, подарившем нескончаемую агонию.
***
Прикуривая сигарету об железную зажигалку, мужчина стоял на втором этаже театра. Его руках в кожаных перчатках сжимала холодные каменные перила, пока карий взор наблюдал за участниками, проходившими клеймирование.
Осматривая каждого человека, мысли ненароком возвращала в воспоминания первой лотереи, когда он единственный раз решился участвовать в этом балагане придуманный братом. Что за любовь к мучениям? Всегда задавался этим вопросом, когда смотрел на улыбчивое лицо Шона наслаждающимся криками жертв.
И снова глаза вернулись на толпу мучеников, проходившими эти пытки через пот и слезы.
- Могли просто делать татуировки, зачем выжигать? - ухмыльнулся Даниэль, смотря на напряжённую Кейтлин. Она медленно вышагивал к толпе, словно хищник готовый кинуться. Ее что-то взбесило, мужчина это осознавал, наблюдая за представлением.
Женщина стояла возле одной из девушек, как тут же схватила ее за волосы натягивая к себе. Что же она такого сделала, что заставила Кейтлин так отредактировать?
Даниэль не видел лица той, чьи волосы так беспорядочно выбились из красивой укладки, оказавшись в тонких пальцах одной из шестёрок Шона.
Женщина повела участницу в сторону стола, пересекая всю очередь. Прикурив ещё раз, мужчина потёр темную щетину, наблюдая, как девушку схватила охрана прижав к столу.
- И что же они будут делать? - задал вопрос сам себе, пытаясь прикинуть варианты ответов.
Участница кричала. Но, это был не крики мольбы или помощи, скорее крик злобы, в котором отсутствовал страх. Улыбнувшись на прыткость молодой особы, Беннеди потушил окурок об перила, облокотившись на руки. Ту речь, которую выдала незнакомка заинтриговала мужчину, не смотря на ее положение и участь, ждущая за дверями зала. Она не боялась говорить о том, что думает, не давала унизить себя.
- Кто же ты? - сведя брови, Даниэль попытался вглядеться в раскаленные цифры.
Клеймо коснулось шеи, и теперь он мог с уверенностью сказать, что слышал самый отчаянный и гневный крик в его жизни.
- Посмотрим, бесстрашная, насколько тебя хватит, - последний раз пройдясь взглядом по женской фигуре, лежащей на столе Даниэль оттолкнулся от перил возвращаясь обратно в концертный зал.