Перекрёсток трёх дорог ☀️

1.О грустном

БУМ! БУМ-БУМ! БУ-УМ!!!

Стратис открыл глаза и несколько мгновений не мог понять, что происходит. Оказалось, на втором этаже, в квартире Стефана, кто-то бегал и топал так, как в спортзале во время физкультуры.

- О, Стефан коня завёл. - сонно, но совершенно спокойно произнёс Стахий и тут же снова уснул.

- Коня?! А как по мне, так целого слона! - заявил дядя Ставрос, тоже разбуженный топотом. - Этот мальчишка такой хрупкий и худенький, а топает, как стадо слонов...Да ещё и в четыре утра...

Сказав это, дядя тихонько захрапел.

Да, вот так всегда! Сегодня суббота, Стахий дома, а потому можно поспать подольше - в мастерскую идти не надо. Но, конечно, именно в такое чудесное утро происходят какие-то не дающие выспаться приключения!

Стратис тихонько выскользнул из комнаты в коридор и набрал на телефоне номер Стефана.

- Ты чего так топаешь? У вас дома всё в порядке?

- Да, всё очень хорошо и даже лучше! - бодро откликнулся Стефан. - А у вас?

...Всё было в порядке: несмотря на то, что Стратис проснулся рано и не ходил в мастерскую, из дома он вышел всё равно поздно.

Ночью шел дождь, всюду были лужи, которые прохожие старательно обходили. Стратису же лужи казались чем-то совершенно пустяковым, и он нёсся по ним, будто моторная лодка, взметая целые фонтаны брызг.

Он опоздал даже на утреннюю молитву, но, к счастью, урок ещё не начался. Поняв, что учителя в кабинете ещё нет, Страт с довольным видом уселся за свою парту.

- Ой, какой ты грязный! - вздрогнула Маргарита Илиолуста, которая была не только подругой Стратиса, но и его соседкой по парте. - Вот, возьми салфетку, хоть руки и лицо вытри.

У Стратиса была очень хорошая соседка по парте! Всегда помогала, поддерживала, поднимала настроение. А вот Стефану с этим не повезло - с ним за одной партой сидела Евгения Евтихис, на всю школу известная дерзила и хулиганка. Стефан её боялся.

Кстати, о Стефане...

- Эй, Стэф! Почему ты в четыре утра так топал?!

- Да к нам в гости папа, мама и Фотий приехали! - сияя, сообщил Стэф. - Вчера, поздно вечером, когда я уже спал...А сегодня проснулся рано, смотрю, а у нас гости! От радости немножко побегал.

Стефан жил с бабушкой, а его родители и шестилетний братик жили в селе Потамос. Папа Стефана, диакон Серафим, служил там в храме, а мама работала учительницей в сельской школе. Стефан жил в городе, потому что ему очень нравилось изучать точные науки, а в сельской школе больше учили труду, дополнительных же курсов там и вовсе не было. С родителями и братишкой Стэф виделся редко, и очень радовался каждой встрече.

- Слушайте, а что с опять с Давидом? - поинтересовалась классная руководительница. - Второй день его в школе нет, а он не звонит, не предупреждает...Стратис, Стефан! Что с вашим другом?

- Не знаем! - в один голос сказали друзья.

Давид действительно пропускал уроки довольно часто: то у него будильник не срабатывал, то ключи от квартиры утром не находились, то даже ботинки найти не мог...Но если его не было в школе два дня подряд, это уже подавало поводы для беспокойства.

Последний урок отменили, а потому друзья решили сгонять к Давиду и узнать, какая сила не пускала его в школу уже второй день - сломавшийся будильник, пропавшие ключи, страшная лень...

Давида мальчишки встретили во дворе. Он стоял возле крыльца своего подъезда, очень печальный. Даже не улыбнулся, увидев своих друзей.

- Давид, что-то случилось? - тихо спросил Стратис.

- У тебя что, траур по китайской императрице? - завопил Стефан.

Давид сразу не ответил. Он помолчал, повздыхал, а потом всё-таки начал:

- Моя любимая кошка пропала. Я с ней знаком с самого раннего детства, она такая умная! Раньше никогда надолго со двора не уходила, а тут вот пропала! Я её вчера искал, и сегодня тоже...Она уже старенькая...

- М-м... - протянул Стефан и огляделся по сторонам, будто надеялся увидеть пропавшую кошку. - А вчера была трудная новая тема по химии.

- А сегодня была важная контрольная по алгебре. - подхватил Стратис.

Давид, казалось, даже не слышал.

- Послушай, ты со своими кошками совсем с ума сошёл! - выкрикнул тогда Стефан.

- Тоже мне, друзья. - холодно отозвался Давид. - У меня беда, а вы с этими уроками дурацкими...

Стратис и Стефан переглянулись.

- Твоя кошка, наверное, найдется. - твёрдо сказал Стратис. - А если и нет, ты всё равно не грусти так сильно. Мы тебя будем очень ждать!

Но Давид уже не слушал. Из-за забора послышалось мяуканье и грустный Кавалеридзе тут же побежал туда.

Стратис посмотрел на Стефана. Тот кусал губы и в глазах у него блестели слёзы. Стратису тоже было не по себе.

- Пойдём, Стэф. - вздохнул он. - Здесь мы сейчас не нужны никому.

...Моросил дождь. Стратис и Стефан шли молча, быстрым шагом, оба довольно подавленные и грустные. Во-первых, поведение Давида их очень расстроило. Для него кошки - это смысл жизни, кошки для него важнее близких людей, друзей, школы...

- Страт, о чем ты думаешь? - нарушил молчание Стефан.

- Я думаю о том, что хобби, увлечения - это неплохо. - начал Стратис. - Они помогают отдыхать, сбрасывать напряжение, самовыражаться и развивать творческие способности, помогают человеку радоваться самому и радовать других. Хобби даже может перерасти в профессию. Но если увлечение не помогает, а только мешает жить или даже становится для человека единственным смыслом жизни - то это уже очень и очень опасно. В увлечениях, как и во многом другом, нужно знать меру. Иначе...

- Да! - согласился Стефан.

...А во-вторых, свободное время заканчивалось!

2.Именинные приключения

А в воскресенье были именины бабушки. В субботу Стратис и Стахий ходили на рынок за продуктами и дружно рассуждали, что бы такое купить бабушке в подарок. Так ничего и не придумав, купили только морковь, картошку и помидоры.

Семья Стратиса не отличалась особой религиозностью: храм они посещали только по большим праздникам. Воскресенье же было для них днём, в который почти вся семья сидела дома и все занимались домашними делами. Стратис по воскресеньям был свободен, как летний ветер: никаких курсов, мастерских, садиков...
К пожилой соседке забежал, помог ей, с чем нужно и - свобода!

...Бабушка начала праздновать с самого утра: отправилась на кухню. Стратис проснулся раньше всех (то есть, первый после бабушки) и стал первым, кто её поздравил.

- Спасибо! - с улыбкой отозвалась бабушка. - Ты что будешь на завтрак? Есть гречка, пирожки...

...Праздник был в самом разгаре. Бабушка поделилась с каждым кусочком горы своих домашних дел. Мама стирала, папа вешал новые занавески, дядя Ставрос прокручивал говядину в мясорубке, Станка мыла пол, Стелла вытирала пыль, а Стратис и Стахий чистили ведро картошки. Бабушка же ненадолго прилегла отдохнуть.

Бабушка вообще не любила праздновать свои именины - она целыми днями трудилась и ей было не в радость принимать гостей или даже устраивать праздник только для своей семьи. Но, как бы то ни было, все были вполне довольны. Стратис даже начал тихонько петь пасхальный тропарь, к нему присоединился Стахий, потом папа, а потом уже вся семья, кроме бабушки, тихонько распевала "Христо́с анести́ эк некро́н фана́то..."

В это самое время зазвонил домашний телефон.

Стелла бросила тряпку и побежала снимать трубку. Из коридора, где висел телефон, послышался её весёлый звонкий голос:

- Здравствуйте, бабушка Стефания! Какой праздник?..Ой, точно! Конечно, мы празднуем! Я вот пыль вытираю, Станка пол моет, мама...

Стратис и Стахий чуть не лопнули от смеха, пока Стелла беспечным тоном перечисляла все праздничные "развлечения" семьи. Интересно, что подумает о таком положении дел бабушка Стефания, родная сестра их бабушки? Стефания очень любит праздники и застолья, толпы гостей, песни и пляски...

- Бабушка Стефания идёт к нам в гости! - радостно сообщила Стелла, повесив трубку.

Эта фраза прозвучала, как гром среди ясного неба. Но бабушка, не привыкшая отказывать, тут же призвала всех готовиться к приёму гостьи, и, конечно, сама подключилась к этой бешеной подготовке.

Итак, все засуетились: надо срочно пропылесосить! Выдвинуть стол в центр комнаты, достать праздничную скатерть и праздничную посуду! Тщательнейшим образом прибраться надо!

Когда всё уже было сделано и в доме ненадолго снова стало тихо, Стратис сказал брату и сёстрам:

- А я понял, какому подарку обрадовалась бы наша бабушка. Спокойствию!

- Точно. Значит, увы, останется наша бабушка без подарка. - со вздохом развёл руками Стахий.

Бабушка Стефания пришла в гости с пакетом, полным упаковок мороженого, и со внуком Стронцием. Это был шустрый четырёхлетний мальчик, которому ни минуты не сиделось на месте.

В доме вмиг стало шумно и суетливо. К счастью, бабушка скоро начала искренне улыбаться и смеяться, вспоминать забавные случаи из жизни. Бабушка вообще была удивительным человеком: даже если она очень сильно уставала, всё равно мысли о себе самой для неё всегда были отодвинуты на какой-то дальний, незаметный план.

Бабушки и мама болтали обо всем на свете и пели песни. Станка сначала над ними посмеивалась, а потом вдруг тоже начала подпевать. Стелла и Стронций залезли под стол и очень серьезно переговаривались там о тигре, который, по их словам, притаился в прихожей. А Стратис, Стахий, папа и дядя Ставрос незаметно выскользнули из комнаты и вернулись к своим незаконченным делам. То есть, простите, к своим праздничным развлечениям.

В общем, все были довольны.

Но потом пришла одна соседка с дочкой и сказала, что они собираются поехать в парк и хотят взять с собой Стеллу. Стелла радостно завизжала и, позабыв о Стронции и даже о тигре, вылетела из-под стола.

Стронций остался один, ему стало скучно и он начал хулиганить. Тогда бабушка предложила Стратису пойти прогуляться со Стронцием.

Стратис взял с собой тетрадь (он всё-таки начал писать книгу) и они со Стронцием отправились на Северный бульвар. Строн быстро нашел себе друзей: его приняли в свою компанию детишки, кормившие голубей крошками хлеба. А Стратис присел на лавочку и принялся обдумывать сюжет своей повести.

Всё было хорошо: прохладный ветерок, шуршали листья, ворковали голуби, шумели дети...Строки, будто диктуемые кем-то, легко и свободно ложились на чистый лист. Громкий голос Стронция Стратис постоянно слышал среди голосов других детей, а потому поглядывал в сторону шумной детской компании лишь изредка.

Вдруг свежий звенящий родник мыслей иссяк. Стратис задумался...Строн подбежал к нему, что-то прокричал и снова унёсся. Страт на него даже внимания не обратил: он с головой ушёл в свой сюжет...

Прошло минут пять. Всё было замечательно - вновь пришло вдохновение, и на одном дыхании была написана целая страница. Очень радуясь, Стратис поднял голову и замер. Там, где совсем недавно играли дети, никого не было. Только несколько голубей клевали крошки.

Стратис поднялся со скамейки и огляделся по сторонам. Стронция, да и других ребят из недавней компании, нигде не было видно. Страту на мгновение показалось, что у него перестало биться сердце. Он быстрым шагом пошёл по аллеям, разыскивая Строна, но его нигде не было...

- Стронций! - негромко позвал Стратис. Через несколько минут он крикнул погромче: - Стро-онций!!

Страт уже не ходил, а бегал по бульвару. Причём ног под собой не чувствовал. Сердце стучало всё сильнее, и Страт приходил в ужас, представляя, как ему теперь ото всех влетит и какие будут последствия.

- Строн! Стронций!

Стратис не обращал внимание на то, что все прохожие на него оглядывались, а какой-то парень даже насмешливо выкрикнул: "Гидраргирум!"

Стратис перебежал через дорогу - там бульвар продолжался - и там стал бегать по аллеям.

...Сил бежать больше не было. Перед глазами плавали разноцветные круги. Стратис остановился посреди аллеи, закрыл лицо руками, прошептал: "Стро-онций!.." и заплакал. Обычно его очень волновало чужое мнение и он вёл себя скованно, но сейчас совсем не стыдился своих эмоций, даже не думал о них. Он вообще уже ни о чём не думал, все его мысли занимало одно: пусть мне влетит, пусть меня накажут, лишь бы Строн нашёлся! Господи...

- О, Стратис! - вдруг послышался голос, от которого Стратис почувствовал себя совершенно счастливым. С детской площадки навстречу Стратису бежал маленький мальчик в джинсовом комбинезоне.

- Строн!!! - громко, на весь бульвар, закричал Стратис и крепко обнял Стронция, сквозь слёзы говоря: - Зачем, ну зачем ты убежал без спроса? Разве тебя не учили, что так делать нельзя...Я же так испугался, так испугался...Никогда больше не делай так, слышишь?!

- Стратис, ты чего? - удивился Строн, вырываясь из объятий. Вся спина у него была мокрая от слёз Стратиса. - Я же тебе говорил, что пойду с одним мальчиком и его мамой на другую площадку! Все остальные ребята уже ушли, а мы с тем мальчиком вдвоём остались...Я говорил тебе! Наверно, ты просто меня не слушал!

Стратису стало неловко. Так вот что кричал ему, подбегая, Стронций...А Стратис тогда так был увлечён своей повестью, что действительно совсем не слушал своего троюродного братишку. Мир за пределами тетрадки в тот момент был забыт!

- Да-а, литературное творчество - это, конечно, круто. - пробормотал Стратис, смахивая с лица последнюю набежавшую слезу. - Вот только оно должно пользу приносить, а не вред! А ты, дружок, всё же запомни: с незнакомыми людьми никуда ходить нельзя! Впрочем, конечно, это я виноват...Слушай, а давай покатаемся на велосипедах!

- Ура-а!!! - радостно закричал Стронций.

...Стратис крутил педали и думал о том, что рассказы тоже пользу приносят, но своя, настоящая жизнь гораздо важнее! Да и интереснее...Свёрнутая в трубочку тетрадка лежала во внутреннем кармане куртки - Стратис к ней обязательно вернётся, но позже. Какие могут быть повести, когда рядом с тобой на маленьком четырехколёсном велике носится маленький Стронций, за которого ты в ответе?!

А ещё Стратис понял фразу бабушки "Я так за тебя переживала, что сердце кровью обливалось!"

Точно, именно это Страт и чувствовал, когда носился по бульвару в поисках Стронция.

Да-а, надо постараться не давать близким поводов для переживаний!

3. Всего лишь фраза.

- Катион серебра плюс анион хлора образуют белый осадок! Катион меди плюс анион гидроксида образуют синий осадок, а анион серы с катионом аниона...ой, тьфу! С катионом гидроксида...Так, стоп. Надо отдохнуть и проветрить мозги!

Был воскресный вечер. Стратис сидел за столом и вслух учил таблицу по химии. Учить ужасно не хотелось, да и таблица будто тоже не хотела, чтобы её учили...На улице было тепло, солнечно, пели птицы, из распахнутого окна веяло свободой и счастьем...Начинался закат...

- Стратис! - позвала из палисадника бабушка. - Набери воды в бутылки и вынеси мне.

- Иду! - крикнул Стратис и, смерив учебник по химии суровым взглядом, побежал набирать воду для полива бабушкиного сада. Сад у неё был под самым окном. Маленький, но ухоженный и очень красивый.

Задают в последнее время так много, что даже на выходных в футбол не погоняешь и на прогулку не сходишь. Скорей бы Рождественские каникулы...Ну и что, что сейчас только середина октября...

В прихожей счастливая студентка Станка собиралась на танцы. А на танцах её ждал самый прекрасный парень на свете...Выглядела Станка просто идеально, а глаза сверкали безграничной радостью.

- Мам, я правда нормально выгляжу? - волнуясь, в очередной раз спросила Станка у мамы.

- Ты самая красивая девушка! - ответила мама, и Станка, смущённо улыбаясь, снова украдкой глянула в зеркало.

- Угу. Отвернёшься - не налюбуешься. - пробурчал Стратис, медленно и мрачно продвигаясь к входной двери с пятью бутылками воды.

Он это вроде бы и без злости, в шутку сказал, но только сразу стало тихо. Станка перестала улыбаться и поглядывать в зеркало, а мама строго произнесла:

- Евстратий! Ты хоть думай перед тем, как что-то сказать!

- Да я пошутил, вы чего? - Стратис слегка растерялся, уронил одну из бутылок и принялся её поднимать, пытаясь не выронить остальные четыре. - Уф, ну, сказал и сказал, подумаешь! Делаете проблему на ровном месте. Вот у меня действительно трудности - таблица по химии дурацкая не учится, а ещё нужно выполнить гору письменных заданий...Ещё и бутылки эти таскаю!..

- Стратис! - снова донёсся с улицы бабушкин голос.

- Да иду я, иду...

...Из-за густой непроходимой чащи домашних заданий и повседневных хлопот Стратис действительно иногда не замечал, что проблемы и трудности есть не только у него. Он как-то позабыл, что Станка не на диване весь день валяется, уткнувшись в телефон, а тоже учится и помогает дома. Так Станка ещё и училась готовить, даже сдавала бабушке экзамены по приготовлению разных блюд, а также училась шить, вязать и вообще понемногу осваивала самые разные премудрости ведения хозяйства. Лишь иногда, тёплым субботним или воскресным вечером, Станка позволяла себе пойти с подругами в парк, где именно по "выходным" вечерам устраивались танцы на открытом воздухе.

Только представь: вечереет, шелестит листва и иногда, кружась, падают листья - жёлтые, красные...Уличный оркестр играет на гитарах, саксофонах, скрипках...Мягкий жёлтый свет фонарей освещает аллеи. Рядом с какими-то студентами танцуют подружки, а Станка кружится в вальсе с самым прекрасным парнем на свете - Димитриосом Киприсом...

Но после "комплимента" любезного младшего брата Станке казалось, что она просто уродина, кошмарно одета и ещё кошмарнее танцует. Это так портило ей настроение, что она не могла ни танцевать, ни гулять по парку с Димитриосом. Убежала домой в слезах, а ведь они с Киприсом планировали гулять по дальним, тёмным аллеям парка до самого позднего вечера. Даже мама была вроде не против такой длительной прогулки...а Стратис, этот дурак Стратис заранее всё испортил!

А "этот дурак Стратис" понимал, что обидел сестру и испортил ей вечер. Злость у него уже прошла, и вместо неё пришла совесть. Совесть принялась больно щипать Стратиса за сердце, и он никак не мог забыть сияющие глаза Станки, мигом потухшие после той его необдуманной фразы. Страт не находил себе места. Ни таблица, ни что-либо другое просто не могло пробиться в его голову. Можно было пересилить себя и попросить у Станки прощения, но как-то не до этого было. Стратис убедил себя, что Станка вовсе не по его вине заперлась в ванной и плакала. До самой ночи он ходил по комнате и бубнил: "Я не виноват! Катион брома с анионом...У неё свои проблемы! С анионом...И вообще нечего расстраиваться из-за ерунды!"

За окнами гремел гром.

***

Как читаем мы в Псалтири на церковнославянском языке, "вечер водворится плач, и заутро радость".

Утро следующего дня встретило Стратиса лёгким дождиком, стучащим по крышам. "Ура, наступил новый день!" - подумал Стратис и вскочил с кровати, улыбаясь. Вчера он умудрился заснуть на час раньше обычного, и теперь ему казалось, что он идеально выспался.

Продолжая улыбаться, Стратис перекрестился перед иконой: "Здравствуй, Боже! Слава Тебе, показавшему нам свет!"

Тут Стратис вспомнил про Станку. Улыбка исчезла с его лица, не оставив следов. Совесть обожгла ещё больнее, чем вчера. Страт решил, что всё-таки нужно попросить прощения у сестры.

Правда, утром, когда он уходил в мастерскую, Станка ещё спала, а когда вернулся домой позавтракать - уже ушла в училище.

"Ничего, извинюсь после уроков!" - решил Стратис.

В школе было очень хорошо, и Стратис почти не думал о Станке. Первым уроком была химия, а её теперь вела другая учительница - строгая, но опытная госпожа Ала́тис. Госпожа Даскала теперь вела уроки в другом классе.

Госпожа Алатис устроила классу письменно-устный "допрос", причём вызывала учеников не по журналу, а вразброс. Стратис пытался собрать мозги в пучок...

Давид, давший торжественное обещание стать хорошим учеником (история с пропавшей кошкой и прогулами стала известна родителям и строгому дедушке), теперь почти не пропускал уроки и довольно прилежно учился. Вот и теперь он без ошибок выполнил на доске письменную часть опроса.

Госпожа Алатис внимательно осмотрела его писанину, удовлетворённо кивнула и сказала:

- Отлично. А теперь, пожалуйста, вспомни, в каком году было введено понятие валентности.

Стефан, не удержавшись, соскочил с места, высоко поднимая руку: "Можно, я отвечу?.." Но учительница так на него глянула, что бедный Стефан втянул голову в плечи и бесшумно уселся обратно.

У Давида же на мгновение сделалось такое выражение лица, будто слово "валентность" он впервые услышал. Но всё же Кавалеридзе не растерялся и спокойно кивнул:

- Вспомнил. Давайте следующий вопрос.

Тут уж все, даже госпожа Алатис, засмеялись. А Давид на следующие два вопроса ответить смог и теперь сиял, как начищенный самовар в доме прабабушки.

Стратиса, к его великому счастью, не вызвали. Зато он получил по химии хороший балл за правильно решенную задачу, а ещё его похвалили на уроке греческого. Вместо последнего урока Стратис, Стефан и Давид помогали таскать стулья в актовый зал, где намечался спектакль. А ещё классная руководительница случайно нашла тетрадь Стратиса, которая загадочным образом пропала в позапрошлом году.

- Представляешь, она спокойно себе лежала у меня дома в шкафчике, - сказала учительница Страту. - А я всё ругалась на тебя и думала, что ты сам её куда-то спрятал...

В общем, утро прошло не зря. Домой Стратис летел, как на крыльях, быстро пообедал и отнёс обед в мастерскую, а потом начались обычные дела: соседка и её собака, плавание, дополнительные...Всё это время Стратис предвкушал счастливое примирение со Станкой.

Но когда на время сиесты Стратис вернулся домой и встретил там Станку, выяснилось, что сестра мириться...не хочет. Напрасно Стратис искренне просил прощения. Напрасно рассказал Станке историю про Давида на устном опросе - сестра даже не улыбнулась. А вечером постирал вместо Станки вещи, но даже это её не умилостивило - спокойно развесила их, даже не взглянув на брата, и закрылась в комнате.

Станка стала избегать Стратиса, перестала с ним разговаривать. Если уж приходилось сказать брату пару слов, то произносила Станка их так холодно, что Стратиса будто ледяной водой обливало. Мама, папа, бабушка, Стахий, Стелла, дядя Ставрос - абсолютно никто не мог уговорить Станку простить Стратиса.

В конце недели Станка на три дня уехала в другой город - защищать с однокурсницами проект. Она училась в швейном училище и участвовала в масштабном конкурсе швейно-дизайнерских проектов.

Стратис был очень огорчён тем, что ещё по крайней мере три дня ему придется жить с камнем на сердце. Он ходил как в воду опущенный. Но всё же слабая и робкая надежда на прощение, как еле заметный огонёк, тлела в его душе.

4. Плюс-минус камень.

Вот и снова понедельник. Завтра вечером Станка наконец-то вернётся домой!

На первом уроке Стратиса попросили сходить за классным журналом. По привычке своей, Калиникалос понёсся, а не пошел. Он бегом спустился по лестнице на второй этаж. На полном ходу завернул за угол и...врезался в госпожу Даскалу, которая несла красивый торт под прозрачной крышкой. От неожиданности учительница выронила торт из рук, а Стратис покачнулся и случайно наступил в самую середину прозрачной крышки...

На мгновение госпожа Даскала и Страт замерли, ошарашенно глядя на то, что осталось от торта. А потом почти одновременно заголосили.

- Калиникалос, ты будешь вообще когда-нибудь смотреть, куда летишь?!

- Госпожа Даскала, я не хотел, правда, я не нарочно, простите меня!

...В начале этого учебного года госпоже Даскале дали в классное руководство один класс. Поначалу ребята из того класса не радовались немного нервной учительнице, но потом госпожа Даскала и ребята понемногу начали находить общий язык. Ученики даже решили подарить своей новой классной руководительнице торт на именины. Торт этот приготовила компания девочек из класса. Естественно, этот торт был госпоже Даскале и юным кулинарам очень дорог. Был...А ещё он был, наверное, очень вкусным...Теперь никто не узнает!

Торт грустно лежал на полу, совершенно обезображенный ботинком Калиникалоса.

К счастью, Стратис не знал всю эту историю с юными кулинарами и вообще новым классом госпожи Даскалы. Стратису и так было невыносимо стыдно и больно.

- Госпожа Даскала...простите!

- Ой, иди уже! - отмахнулась учительница. - Твоё "простите" торт не вернёт.

Госпожа Даскала не знала, что и делать. Конечно, девчонки, приготовившие торт, очень расстроются! А ведь она ещё обещала поделиться тортом со всем классом...

...Да уж, ну и дела! Не жизнь, а камнепад какой-то: Станка мириться не хочет, госпожа Даскала вообще не простит никогда, наверное. Станка-то, скорей всего, когда-нибудь непременно простит брата. А вот госпожа Даскала...Здесь точно выхода нет! Ну и как теперь с этим жить?

Дома Стратис про этот случай с тортом никому не рассказал и вообще старался казаться бодрым и радостным. Внешне всё было нормально - обычные дела, уроки - но в душе у Стратиса происходила такая круговерть переживаний, что он почувствовал себя Гамлетом. Только вечером Страт заметил, что у него голова болит и хочется прилечь.

Бабушка это тоже заметила и не пустила Стратиса в мастерскую, заставила измерить температуру. Температура оказалась под 38°.

Станка вернулась во вторник вечером. Уже с порога она принялась со всеми делиться впечатлениями.

Стратис в это время лежал. К вечеру снова поднялась температура, стало морозить. Но когда в комнату вошла Станка, Стратис искренне улыбнулся - такая она была сияющая и счастливая.

- Станка, ты такая красивая!

- Вот другое дело! - удовлетворённо улыбнулась сестра. - Может, тебе жаропонижающее выпить?

- У бабушки спроси. Станка, постой! Послушай...Прости меня!

- Конечно, прощаю! - беспечно махнула рукой сестра. - Да уже давно простила. Выздоравливай давай.

Стратис облегчённо улыбнулся. Как хорошо...Один камень с души свалился!..

5.Встреча

Прошла неделя...

...Стратис ехал в автобусе на хоккей. Одна мамина подружка сказала, что у неё есть знакомый тренер, который набирает юношескую хоккейную команду. "Пусть твой Евстратий запишется!"- сказала она маме.

Ну, Евстратий, как известно, был парень послушный. Никогда прежде не стоявший на коньках, он всё же решил записаться в команду, потому что привык к неожиданным поворотам своего жизненного пути. Правда, занятие началось полчаса назад и, в принципе, ехать на него уже не было смысла. Но Стратис всё равно зачем-то ехал. И, конечно, размышлял по дороге.

Станка его совсем простила! Этот случай научил Стратиса тому, что иногда даже коротенькая фраза, даже одно словечко, способны всё испортить. А ещё - если тебе плохо, не нужно портить настроение и окружающим.

С госпожой Даскалой хуже...она, как Стратиса увидит, спешит быстрым шагом пройти мимо.

Да и вообще, проблем по-прежнему немало. Вот, например, неразрешённые вопросы: куда поступать после окончания школы? На кого учиться, кем работать?

Стратис тихонько вздохнул и принялся глядеть в окно, чтобы отвлечься от грустных мыслей. За окнами автобуса - потрясающий осенний день. Светит неяркое солнце, пронизывая своими лучами деревья с пожелтевшей листвой и совсем ещё зелёную траву. В воздухе кружатся и тихо падают на землю листья.

На другой стороне дороги стоит троллейбус. "Усы" его опущены. Явно нескоро сдвинется с места, совсем пустой и какой-то печальный.

"Да уж, я совсем как этот троллейбус. Вот он такой красивый, новый. А с места сдвинуться не может. Чего-то ему не хватает для того, чтобы, зацепившись за провода "усами", пуститься в путь и делать то, для чего он предназначен. Вот и у меня похожая ситуация: вроде бы я готов пуститься во взрослую жизнь, но не хватает чего-то...Цели не хватает..."

Стратис закрыл глаза и прислонился головой к оконному стеклу. Да уж, замечательно отвлекся от грустных мыслей!..

- Извините, а вы не знаете, далеко ли до храма Вознесения Господня? - послышался рядом голос.

Стратис нехотя открыл глаза. Рядом с ним сидел какой-то мужчина в чёрной рясе - священник или, может, монах - и всю дорогу вертелся, боясь пропустить свою остановку. Очевидно, не местный.

- Уже совсем близко. - ответил Стратис. - Выходите на следующей.

- Спасибо.

Стратис кивнул и, опять приложившись виском к оконному стеклу, снова закрыл глаза и стал страдать. Так он проехал пару остановок. Потом открыл глаза и с удивлением увидел рядом всё того же священника.

- Извините, но почему вы не вышли на той остановке, которую мы только что проехали? - удивился Стратис. - Это была ваша остановка!

- Точно? Мне, понимаете, показалось, что это всё же не та остановка...

- Хм, ну в незнакомой местности это бывает. Наверное. Может быть, я вам помогу дойти до храма?

- Было бы неплохо. - смущённо кивнул мужчина. - Как вы уже поняли, я приезжий...то и дело теряюсь в вашем городе...

Страт встал и ему на несколько мгновений показалось, что все его переживания и проблемы как будто остались на сиденье.
Свежий ветер, ворвавшийся в салон автобуса через приоткрытые окошки, ещё сильнее прояснил голову.

- Пойдёмте, отче, а то ещё уедем в другой конец города...

***

Ничего себе, как устроена эта жизнь! Ехал на хоккей, а приехал в церковь!

В Кипарисисе несколько храмов и около двух десятков маленьких часовенок. Семья Стратиса, не отличавшаяся особой религиозностью, посещала храм только по большим праздникам. И то они ездили на поезде за тридевять земель, в село Потамос, а в кипарисских храмах вообще практически не бывали...

Стратис тихонько вошёл в прохладный полумрак храма. Почти не дыша, подошёл к большой иконе Христа. Приложился лбом к иконе, и на сердце стало вдруг как-то тепло. Будто перед ним стоял Сам Христос, и будто Стратис уткнулся носом Ему в плечо, и теперь никакие беды и жизненные бури не страшны.

- Господи. - шепнул Стратис.

Хотелось жаловаться. Хотелось просить помощи. Хотелось кричать.

Но Стратис просто стоял, прижавшись лбом к иконе, и совершенно не хотел уходить. Вдалеке, за стенами, шумел город. Удары собственного сердца слышны были громко и отчётливо...

Стратис вздохнул и направился к выходу из храма. В дверях стоял всё тот же священник и смотрел на Стратиса.

Страт глянул на "неместного" батюшку.

- Ну, я пойду, отче. Вы не теряйтесь больше.

- Вот уж не обещаю! - улыбнулся священник.

Когда Страт уже спустился по ступенькам храма, вслед ему донеслось:

- Тебя как зовут?

- Стратис...то есть, Евстратий! А вас?

- Отец Паисий. Спасибо тебе ещё раз, Стратис...то есть, Евстратий.

Страт широко улыбнулся, размашисто перекрестился, вышел за ворота и ушёл походкой очень счастливого человека. Эта история с храмом стала для него глотком свежего воздуха, и к Стратису вернулось уже совсем забытое чувство радости, от которой будто крылья за спиной появляются...

Отец Паисий подошёл к воротам, перекрестил Стратиса вслед и долго смотрел, как подросток уходит вдаль. И не просто уходит, а вприпрыжку. Кажется, вот-вот подпрыгнет повыше и как полетит над городом...

6.Перекрёсток трёх дорог.

Наступил новый день, и Стратис был ему необычайно рад. Лил дождь, как из ведра, и всё кругом было серое, мокрое и холодное. Среди всего этого пасмурного осеннего пейзажа лицо Стратиса сияло, будто солнце.

После вчерашней истории с отцом Паисием и храмом Стратис решил, что опускать руки ещё очень и очень рано. Ему казалось, что в это серое дождливое утро начинается новая страница его жизни - такая же трудная, как и все предыдущие, но непременно радостная!

Первым, кто узнал о вчерашнем приключении, был Стефан. Стэф ужасно удивился, отчего это Страт такой довольный и нисколько не опоздал на урок. В качестве ответа на этот вопрос Стратис и поведал другу о замеченном свете в конце тоннеля.

Стефан, правда, совсем не удивился. Он спокойно всё выслушал и деловито кивнул:

- Да, я знаю, в Вознесенском храме недавно появился новый настоятель. Он из монастыря Т-ис, его зовут Паисий Стафилионос, через три дня ему исполнится сорок лет. Отец Паисий не так давно рукоположен во иеромонаха...Страт, ты чего на меня так смотришь?

Стратис схватил с парты учебник и замахнулся на Стефана с криком:

- Да ну тебя, Википедий недоделанный! Я, понимаешь, стараюсь тут, интригу выдерживаю и прочее, а он в ответ: "да, знаю"!..

- Как, как ты меня назвал? - Стефан грозно нахмурился, с трудом сдерживая улыбку, и тоже взял в руки учебник.

- Евстратий, лучше беги! - засмеялась Маргарита Илиолуста.

Стратис выбежал из кабинета и весело помчался по коридору, а Стефан бежал за ним с криком "я тебе покажу Википедия!"

Зазвенел звонок, созывая всех на урок, но звонку было не под силу остановить полёт мальчишек...
А вот хмуро идущей навстречу госпоже Даскале это удалось мгновенно. Стратис, заметив её, помрачнел и уныло поплёлся на урок. Разве можно продолжать веселье, если на сердце у тебя появился тяжёлый камень?

***

Автобус зарычал, задрожал и поехал прочь от остановки.

- Фр-р-р! - заклокотал Стефан, покачнулся и поспешно схватился за поручень. - Господин Калиникалос, напоминаем, что спустя три остановки вам потребуется покинуть данное средство передвижения! Вы ведь не забыли, что направляетесь на очередное занятие курсов по английскому?

- Стэф, да брось ты дурачиться. - Стратис невольно улыбнулся, но тут же вспомнил госпожу Даскалу и мгновенно стал мрачнее грозовой тучи.

Госпожа Даскала. Торт. То, что осталось от торта. Стратис. То, что осталось от Стратиса - это мысли о госпоже Даскале... Воспоминания о храме уже поблекли и растворились в памяти, как нечто незначительное.

Выходить не хотелось...Хотелось вечно сидеть в этом автобусе и ехать - всё равно куда!..

В салоне звучала песня. Русская. Ведь в этом автобусе всегда звучали русские песни. Негромкий мужской голос - добрый, успокаивающий, чистый. Тихие звуки гитары...

- Стра-а-атис. - прошептал Стефан. - Слушай, что скажу. Хватит изображать из себя умирающего лебедя. Скоро ты закончишь школу и госпожа Даскала вообще забудет, что когда-то у неё учился такой вот идиот по фамилии Калиникалос...

- Что это за песня? - спросил Стефана Стратис, будто не услышав речь друга.

- Какая песня?

- Вот эта, которая сейчас играет. Ты же понимаешь по-русски, так переведи мне слова.

- А! Да это поёт русский священник Андрей Гуров, я знаю много его песен. - кивнул Стефан. - Сейчас звучит песня "Огонёк", давай я тебе попробую напеть по-гречески...

И Стефан принялся напевать, на ходу подбирая слова и даже не заботясь о том, чтоб строки хоть как-то рифмовались. Стратис слушал Стэфа, смотрел за окно, на убегающую вдаль ленту шоссе. Ему казалось, будто эта песня написана специально для него...

А когда ты подрастёшь
И шагнёшь ты за порог,
Будет ждать тебя в пути
Перекрёсток трёх дорог.
Влево - жить и преуспеть,
Вправо - нежиться в тиши,
Ну, а прямо - поскорбеть
Во спасение души.

Пожелать тебе хочу,
Чтобы ты свой путь избрал.
И донёс свою свечу,
И тепла не растерял.
И всегда спешил туда,
Где твой свет необходим.
Чтоб никто не был тобой судим.

И всегда спешил туда,
Где твой свет необходим.
Чтоб никто не был тобой судим...