10

По своему обыкновению - Кевин и Эндрю сидели снова вместе в машине. Джозеф с блондином приложили титанические усилия, чтобы разбудить все еще пьяного Дэя. Эндрю в конечном итоге просто скинул его с дивана, при этом выглядя крайне давольно, слушая злое шипение нападающего.
Однако Кевин весь путь до аэропорта проспал, уткнувшись лбом в сидение перед собой, иногда соскальзывая вниз от сильного покачивания. Он смешно выпрямлялся, полностью дезориентируемый, но потом садился в то же положение, проваливаясь сразу в сон.
Эндрю иногда со скучающим лицом специально толкал Дэя, чтобы тот соскальзывал - явно веселясь с непонятного и все еще пьяного бормотания соседа.
Джозеф наблюдал за ними, находясь по другую сторону от них. Он сидел один, закинув ноги на сиденье рядом и не сводя взгляда с блондина. Эндрю практически не было видно за массивным телом Кевина, однако благодаря попытке второго поспать, рыжий мог отчетливо рассмотреть его профиль.
Казалось, блондин вовсе не замечал пристального взгляда или, что более вероятно, просто не акцентирует на это внимание. Джозефу по большей части было все равно, даже, если команда заметит его излишнюю заинтересованность Миньярдом; пока Эндрю его не отталкивает - ему плевать на других.

Часовая поездка до аэропорта прошла в относительной тишине, так как большинство дремали, лишь капитан - Крис тихо перешептывался с тренером о прошедшей игре.
Стефан растормошил Тигров громким басом, оповещая о прибытие, только Кевин остался в том же положении, полностью игнорируя тренера. Эндрю пришлось толкнуть его в проем между сидений, чтобы Дэй проснулся. Тот сразу вскочил на ноги, бросая яростный взгляд на беловолосого. Он громко послал Эндрю, начиная длинную тираду о том, что если бы он получил травму, на что вратарь с абсолютно незаинтересованным взглядом показал ему средний палец, дав знать, что именно он думает о его личной драме.
Джозеф довольно хмыкнул на их перебранку, направляясь на выход вслед за Эндрю.

Регистрацию и посадку на самолет они прошли быстро. В этот раз рыжеволосому повезло чуть больше, он сидел зажатый между Ноа и Мишель, которые активно обсуждали недавно вышедший фильм. Абстрагироваться от их разговоров было куда легче, если они не пытались вовлечь его в беседу. Спустя две такие попытки - они смирились с его нелюдимостью.
Эндрю и Кевин сидели далеко впереди, что разглядеть их было невозможно. Джозеф смирился с этим почти так же быстро, как понял, что полет обратно пройдет далеко не в тишине, как бы ему хотелось.

Голова раскалывалась от нудящих голосов сокомандников, от недосыпа и от огромного потока мыслей. Тяжелые разговоры с бывшими Лисами уже далеко позади, сейчас стоит сосредоточиться на внимание фанатов экси и Морияма, однако светлая макушка и угрюмый вид - сбивали. Эндрю со всем своим спокойствием и уверенностью, ассоциируется с безопасностью. Привычные легкие касания, клубы едкого дыма и ровный тембр - единственное, что действительно любит рыжеволосый.
За долгие годы, которые они провели порознь, Нил понял, что влечение к Эндрю, которое он испытывал еще в Пальметто - не что-то «быстрое» - оно правильное и навсегда. Давно потухшие угольки его заинтересованности к блондину, вспыхнули в самый настоящий пожар, стоило только увидеть его.  Казалось, что от одного только взгляда темных глаз, которые были достаточно проницательны, бросало в холод. Однако рыжеволосый чувствовал самый настоящий пожар эмоций. Эндрю медленно пробирался под кожу, опаляя ее, оставляя отметены там, где никто не увидит. Пламя тянулось через все тело, собираясь ярким костром где-то под ребрами. Нил видел в чужих глазах куда больше остальных: он видел искренность, мерцающие звезды и весь свой мир.

Он решился на план дяди больше из-за противного чувства, будто он остался должен ему, нежели Стюарт настаивал на вовлеченность племянника в преступные дела. Оглядываясь назад, где жизнь рыжеволосого напоминал ад - это меньшее, чем он может отблагодарить дядю за казнь Балтиморского Мясника. Сейчас, когда Джозеф Хэтфорд играет в экси за Тигров, а его близкие смогли простить его - он счастлив.

Усталость от изнуряющей игры, длинных разговоров и бессонной ночи накатила одним тяжелым грузом. Джозеф все же смог вздремнуть в самолете, пока Ноа не стал активно дергать его за рукав толстовки. Рыжеволосый бросил сонный и раздраженный взгляд на соседа, однако тот лишь растянул улыбку еще шире, показывая на встающих со своих мест людей. Они прилетели поразительно быстро, если сравнивать с прошлым полетом. Джозеф не сильно доверял сейчас своим биологическим часам, так как все еще жил по Уэльскому времени. Он каждый раз отчаянно дергал себя за волосы, когда не удавалось вовремя уснуть или встать.

Тигры начали потихоньку собираться около аэропорта, как только забрали свои вещи. Рыжеволосый присоединился почти самый последний к общей группе, которая дожидалась тренера. Стефан попросил не сразу разъезжаться, чтобы проговорить какие-нибудь важные, но очень нудные наставления.

Джозеф отошел чуть в стороны от команды, предварительно одолжив у одного из них сигарету. Курение стало вредной привычкой, нежели он действительно нуждался в этом. Едким дым перестал его успокаивать сразу после Балтимора, так что рыжеволосый достаточно долгое время не подносил к губам сигарету. Первым разом, после значительного перерыва, стал вчерашний разговор с Эндрю. В тот момент это было настолько необходимо и уместно, что Джозеф не смог себя остановить. Курить рядом с Эндрю - правильно. Делить одну сигарету с Эндрю - волнующе. Ловить губами каждый выдох дыма Эндрю - мечта.

Рыжеволосый наблюдал со стороны, как блондин курил прямо в кругу ребят, абсолютно не акцентируя внимание на злые взгляды в его сторону. Эндрю не волновало то, что он мог кому-то помешать; кому невыносим запах сигарет - может отойти. Джозеф чуть ухмыльнулся, отправляя бычок щелчком пальцев в противоположную сторону от себя. Стефан появился как раз вовремя, пока ребята окончательно не заскучали.

- Вы хорошо сыграли, не без изъянов, но пойдет. На сегодня у вас выходной, завтра привычное расписание, будем разбирать игру. Теперь все свободы, - Лир обошел всех взглядом, затем взмахнул рукой на прощание, первый развернулся, чтобы уйти.
- Тренер, вы могли бы это написать. Мы ждали вас почти двадцать минут, чтобы услышать это, - Джесси возмущенно крикнул в спину Стефана, которому вообще плевать на его слова. Он даже не удосужился развернуться, лишь посигналил, когда проехал мимо команды. - Вот же злобный мужик.

Джесси угрюмо пнул рядом стоящую мусорку, ковыляя к своей машине. Ребята начали потихоньку расходится в разные стороны, кивнув на прощание друг другу. Перед Джозефом встала дилемма: попросить блондина подвести, в конце концов живут же рядом, или пройтись, может даже пробежаться. Однако пока он думал ни Кевина, ни Эндрю уже не было. Выбор сделали за него.
Рыжеволосый шел не спеша вдоль массивного здания, устремив взгляд себе в ноги, когда около него начала притормаживать машина. Джозеф не сразу заметил это, мыслями находясь не там в тот момент, но громкий гудок заставил нервно обернуться. Черная Мазарати сверкающе переливалась на полуденном солнце, а спокойный водитель лишь слегка поднял бровь, ожидая какую-то реакцию. От ступора он опомнился быстро, так как сзади автомобиля начала собираться небольшая очередь. Джозеф сразу заскочил на заднее сиденье; едва он успел убрать ноги с асфальта, как Эндрю вжал педаль газа в пол, выруливая на дорогу, которая вела на выезд из территории аэропорта.

Кевин повернулся к нему с переднего сидения, ухмыльнувшись, слегка кивая в сторону блондина. Эндрю решил не комментировать явную издевку Дэя, лишь резко притормозил, заставив Кевина от неожиданности завалиться на торпеду.
- Я оставлю плохой отзыв о твоем не аккуратном вождении, - угрюмо произнес Дэй, потирая ушибленные колени. - И грубому обращению с пассажирами.
- Ты всегда можешь пробежаться до стадиона и обратно, - ровно ответил Эндрю, все так же смотря на дорогу. - Будь уверен, твое место впереди есть кому занять.

Рыжеволосый заерзал сзади, пытаясь усесться поудобнее, при этом уложив сумку так, чтобы она не мешалась. Джозеф перевел взгляд вперед, сталкиваясь в зеркале заднего вида с чужими карими глазами. Губы сами собой растянулись в легкой улыбке, из-за чего пришлось вдавить большим пальцем нижнюю губу, чтобы окончательно не потерять над собой контроль. Под пристальным взглядом Эндрю хотелось рассыпаться, чтобы потом блондин собирал его заново: кусочек за кусочком, вдох за вдохом. Сильными руками сожмет бока и вдавит пальцы по каждому ребру, проверяя всего ли Нила он собрал.
У Джозефа проблема за проблемой, и кажется, с каждой одной решенной - появляется две хуже. Разум затмевает яркие фрагменты их близости, когда они ловили жаркие вдохи друг друга, переплетая пальцы и разделяя между собой момент. С каждым днем сложнее себя сдерживать, хочется прижать блондина и вцепиться в губы больным поцелуем. Рыжеволосый никогда не думал, что будет так зависим от этого.

Мазарати остановилась на парковке их дома, однако из машины вышел только Кевин. Он недоуменно снова открыл дверь, заглянув внутрь салона; Дэй ждал  какую-то реакцию, но его очевидно проигнорировали. Нападающий бросил попытку понять этих двух, в конце концов они или общаются «телепатически», или просто всегда ведут себя странно.

Они молчали достаточно долго, так и не сдвинувшись с места. Джозеф громко вздохнул, выходя из машины, чтобы после сесть на переднее сидение. Он развернулся к Эндрю всем корпусом, практически заваливаясь на его половину. Руки мелко подрагивали то ли от предвкушения, то ли от волнения, но это не помешало рыжеволосому нагнуться вперед, чтобы остановится в пару сантиметрах от чужого лица. Нил  смотрел уверенно, полный решимости наконец воплотить в реальность то, о чем мечтал все эти годы. Осталось податься чуть вперед, чтобы ощутить тот волнующий трепет, что он и делает. Нил целует Эндрю мягко, даже не в половину того, как сильно он его хочет. Он не решается углубить поцелуй, поэтому впивается пальцами до побеления себе с колени, не осмеливаясь даже вздохнуть.
Эндрю хватает его за шею, притягивая еще ближе; сейчас Нил действительно навалился всем телом на него, припечатав блондина к дверце автомобиля. Им пришлось отстраниться, чтобы сделать глубокий вдох и снова припечататься к друг другу, словно губы залил сургуч. Воздуха катастрофически мало, он тяжелый и тягучий, такой же как их поцелуй. Нил ловит каждое томное дыхание Эндрю, ловит его губами и возвращает обратно. Целоваться приятно настолько, что приходится переодически напоминать себе, что блондин не любит прикосновения. Однако не касаться Эндрю лишний раз становится таким же тяжелым испытанием, как и оторваться от его губ. Поцелуй давно стал мокрым, развратным, но все еще ужасно мало. Нилу необходимо больше, хочется пройтись языком по бледной шее, обсыпать короткими поцелуями до мочек ушей и вновь прильнуть к губам.

Остановиться было невозможно, однако они тяжело дышали, уперевшись лбами и изредка коротко целуясь. Они не решались отстраниться, все так же находясь в притяжении друг друга. Стекло рядом с ними вспотело настолько, чтобы можно было рисовать на нем. Слышно только сбитое дыхание их двоих и все еще тихое рычание машины.

- Слезь с меня, - произнес Эндрю, пытаясь сказать это как можно ровнее. Блондин так же, как и Нил задыхался в поцелуе.

Ему пришлось послушаться, снова усаживаясь на свою половину и вытирая вспотевшие ладони о джинсы. Все закончилось настолько же быстро, как и началось, однако тягучее возбуждение все еще перекатывалось по всему телу, собираясь где-то внизу живота. Эндрю ничего не сказал, просто ушел, захлопнув дверь машины.
Нил стал слишком жадным за это время и от этого становилось странно.