Глава 11 - Прости...

Примечания:

Йо, ребятня! Простите за задержу выхода новой главы, такого больше не повторится. Надеюсь, иначе соавтор нагоняет мне п... люлей, спасибо ей за это :D

От лица автора

Tokio Hotel – Reden

С тех пор, как братья Каулитц вновь уехали из Магдебурга — прошло около нескольких недель. За все это время они уже почти закончили альбом, и теперь на их плечах остается лишь одно: подготовка к съемкам клипа на сингл Übers Ende der Welt, и все готово.

Токи не Токи, если их репетиции проходят тихо и скучно. Часовые посиделки сопровождались многочисленными шутейками и подколами в фирменном стиле близнецов Каулитц. Но Густав так же не уступал им в этом, часто выдавая такое, что даже Билл с Томом просто напросто курили в сторонке по сравнению с ним, а Георга от этого и подавно разрывало от дикого ржача, от чего даже диван в студии скрипеть начинал. Ну надо же, им утерли нос, ха!

— Ты че дикий-то такой, ежик? — великий Том наконец-то «отсиделся в уголочке» и опять начал вливаться в коллективный разговор. Про что? А вот наш распрекрасный, на белом свете, Билл, в кои-то веки посмотрел на число и понял. Точнее вспомнил, что полностью облажался. Абсолютно.

— А, твою мать, Том, что мне делать?! — ныл и шнырял туда-сюда взбешенный Каулитц, словно кот с глистами, зараженный перед этим бешенством, и которого целую неделю не кормили, поэтому от этого он готов всех к чертям поубивать, искусать, и вообще угандошить всех на свете. С ним связывать себе дороже. Честно слово, лучше вообще его не трогать — руку по локоть отгрызет и выплюнет.

— Ой, да брось ты, Билл, — смеясь с нынешнего неадекватного состояния младшего Кау, начал Георг. — Вообще не сомневаюсь в том, что тебе не составит ну такого огромного труда купить подарок своей девушке.

— Захлопнись, Георг, она мне никакая не девушка! Что ты несешь?! — резкие слова Билла сразу же действуют на всех и они с новой силой заполняют все помещение студии невероятно громким и заливистым ржачем, которому все точно позавидуют. Только «соседи» будут возмущаться и орать, что это просто кошмар. Не, ну, а где вы еще услышите их истинный смех, как не тут?

Каулитц раздраженно отмахивается рукой, устало усаживаясь в излюбленное кресло и чувствуя постепенное расслабление в области спины. Невероятные ощущения, ведь все затекло. Кажется, когда Билл попытался выгнуться дугой, в его спине что-то хрустнуло... Нет, он не сломал ничего. Наверное... Но это не столь важно, как важно то, что сейчас в его голове творилась просто тотальная «оргия» из мыслей. Отвратительно? Да он сам не понимает, как между мыслей он успевает представлять то, как прогуливается по ночной набережной, попивая коктейль в компании какой-то девушки. Сплошной бред, но что поделать.

— Я много чего хотел бы ей купить, но совершенно понятия не имею, что она любит.

— Ты вот сейчас серьезно? — выдавил смешок от слов Билла Том. — Ты ее друг или как? Че ты врешь, что нихрена не знаешь. Да тебя гидом по ее характеру и предпочтениям можно нанимать, чтобы с ней подружиться. Ты большая энциклопедия по Неле Хартманн. Я не удивлюсь, что ты знаешь о ней даже больше, чем она о себе за всю свою продолжительную жизнь в этом мире.

— Опять за свое, Том, дай мне подумать!

— Но ты не можешь думать, твой мозг может взорваться от перенагрузки. И так всякая дичь в башке, ведь так? — не упускает шанса подразнить Билла Густав, после чего получает угрожение в виде замаха ладонью младшего Кау в его сторону. Но на это ему плевать, поэтому просто продолжает смеяться с него, бурча себе что-то под нос и временами переговариваясь с Гео.

— Ну, Билл, что ей больше всего нравится изучать? — решил все-таки помочь своему брату старшенький, явно понимая, что тот сразу не додумается, ибо еще тот пень.

— Ммм, — призадумался Билл, пытаясь показаться умным, поднося руку к подбородку, потирая его, и думая, что мысль точно придет, как обычно это бывает в фильмах. Да только хрен там. — Языки! — надо же, осенило мальчика, что тот от восторга над самим собой даже несколько раз в ладоши хлопнул.

— Надеюсь, хоть не настоящие? — отшутился Листинг. Кому, что в голову взбредет.

В этой группе никак без шуток и подколов. Но в большинстве случаев роль шутников играют братья. Что ж, видимо сегодня счастливый день для тройничка. Нет, в другом смысле. Сегодня время шуток с двумя ГГ и Мистером «Я ведь охуенно шучу, че вы».

— Ха, смешно, — и ведь Каулитц действительно посмеялся. Но громко и с полным безразличием в голосе. Эх, не оценили шутейку. — Неле любит изучать различные языки, вроде Испанского, Французского, Английского, Шведского. Типа такого.

— Фига она загрузила себя... — со всем удивлением в голосе проговорили Георг с Густавом, после чего переглянулись, понимающе усмехнулись друг другу, ибо сказали это вместе на одном дыхании.

— Ну-у-у, — начал Шефер, — подари ей словари. Упростишь жизнь бедняжке.

— А ты не думаешь о том, Густав, что у нее уже они могут быть, напиханные по полкам в комнате? Да и, думаю, в библиотеке их полным полно.

— Я просто предложил, не обязательно все отвергать. Идиот.

— Обидно сейчас было как бы мне...

— Просто молчи.

— Да и откуда ты можешь знать наверняка, есть они у нее вообще или в помине не было? Вещь-то довольно-таки полезная, так еще и ее личная станет, если ты купишь, понимаешь? Только ее. И штука нужная и очень приятно от того, что ты решил как-то поддержать ее любовь к изучению языков.

— Вау, Густи, ты меня прям таки просто поразил и сразил, — как-то восторженно воскликнул Том, похлопывая Шефера по плечу, после посылая брату довольную лыбу. — Видишь, Билл, всегда прислушивайся к тому, что тебе говорят друзья! Мы плохого не посоветует никогда в жизни. Ну, это не точно, но от силу правда. Густав еще никогда так не распинался за всю свою жизнь. Смотри, теперь даже дышит так, словно сейчас задохнется. Билл, ты за это отвечаешь, откачивать сам будешь.

— О, я заставляю людей говорить! Ахах, как классно! — смеется младшенький, поднимаясь из удобного и мягенького кресла, после потягиваясь и зевая так, словно медведь из спячки вышел. Только на несколько тонов выше. Можно ли сравнить его с уткой или кошкой, которой на хвост наступили? Так более похоже.

***

— Да куда тебя, черт возьми, постоянно заносит? Долбанная принцесса, харе смотреться в зеркало, мы пришли, вроде бы, сюда смотреть подарок Неле, а не тебе новые футболочки, — тащил Том Билла, пытаясь отодрать того от прилавка с секонд хэндом, который Каулитц просто прожигал горящими глазками, готовый нахватать чего только душе угодно, совсем позабыв цель прихода в данный супермаркет. Вот же...

— Но я только успел присмотреть одну с черепом. А если ее кто-то отхватит?! Ты бесчувственная скотина, Том! — ныл Билл, спустя несколько минут молчания брата, начиная рассматривать все вокруг. — Точно, подарок Неле!

— Дошло, блядь.

— Слушай, Том, а может не будем покупать эти словари? Может... ну его, а?

— Я тебя сейчас выкину нахер отсюда, совсем сбрендил, что ли? Вчера все обсудили, харе менять свое мнение каждую секунду, ну точно, баба! — начинал закипать старшенький Кау, готовясь просто схватить что-нибудь тяжелое и быстрей огреть своего немного невменяемого братца на данный момент. — Сошлись все на том, что ты купишь эти ебучие словари, а если нет — то мы самолично продадим тебя геям в том клубе, в который ты по случайности зашел на прошлой неделе, думая, что это обычный бар. Хотя, там наверху и была вывеска: «Горячие горы голубых истоков». Придурок, честное слово. Больше я тебя вытаскивать не стану, даже не ной мне в трубку, когда тебя будут прижимать на кожаном диване, в то время как ты будешь выплескивать в страхе в лица геев не дешевой цены мартини! Сука! Пятьсот евро, блядь! Убью!

— Окей, спокойно, я не нарочно же...

***

Братья наконец-то покупают подарок, спустя несколько часов. Да, пришли утром в супермаркет, вернулись вообще под ночь. И, абсолютно довольные тем, что все их страдания, особенно Тома, закончились, поэтому сейчас они тихо и мирно плетутся пешком в отель, собираться, готовясь к завтрашнему утреннему рейсу.

Но, пока они преодолевали огромный путь от супермаркета до самого отеля, Билл осматриваясь по сторонам, приметил какой-то магазинчик и, увлекшись, сам не заметил, как уже стоит и завороженно рассматривает на витринах, как оказывается ювелирного магазина, очень интересный кулон, в виде звездочки, думая и подмечая в мыслях, что он бы идеально смотрелся на белоснежной шее Неле. Но, все-таки, парень проходит мимо, не покупая его, ибо брат опять начал разъяренно орать на всю улицу, в поисках пропавшего Билла.

***

— То-о-омка, — протягивает мелкий, садясь на чемодан, пытаясь тем самым прижать его своей тощей задницей. Но, о боги, это не помогает. Словно и вообще ничего не изменилось. Поэтому брат срочно вызывает мгновенную помощь в виде Тома, который откидывает в сторону неудачника Билла, просто нажимая локтем в середину чемоданчика, и мгновенно застегивает его, дабы тот не разорвался от напора вещей Билла. Ну слишком уж их много. Но, если честно, у Билла вещей наравне, как и у Тома. — О, спасибо тебе огромное, теперь моя пятая точка свободна.

— Мда, скорей чемодан от твоей задницы, чем она от чемодана, — смеется старший Каулитц, откатывая «груз» брата в сторону к своему.

— Так как в Магдебурге нет аэропорта, нам придется ехать в Лейпциг, и уже оттуда прямиком домой.

— Да, 356 км всего, и еще чесать дохрена.

— Че-е-ерт, я сдохну, — распластался Билл на кровати в виде морской звезды, и лежал так спокойно, пока брат не кинул ему на живот бутылку воды, от чего тот аж закашлялся. — Совсем идиот или как?!

— Или как! Ты вообще еду-то взял? Мы, как бы, не как в туре едем, еду сам берешь — сам жрешь.

— Нет...

— Все всегда приходится делать самому, ты ничего не можешь, — устало вздохнул Том, ложась на свою кровать. За весь день они ужасно измотались. Выбирая подарок. Звучит смешно и дико глупо, но в их случае это совсем не так. Поэтому, младший Кау лениво плетется к тумбочке со светильником и, спешно выключая его, умудряется чуть не уронить его. Том лишь усмехается, залезая под теплое и невероятно мягкое одеяло, которое будто бы приветствует его, словно вечность ждало только Тома. Тем временем, Билл оказывается уже давно успел отвернуться на бок и преспокойненько дрыхнет себе.

Но идея все-таки поглощает Каулитца, поэтому, на следующий день, ранним утром, в тайне от брата, Билл со всех сил мчится в тот ювелирный магазин, все-таки покупая этот кулон.
Ох, сколько же криков было адресовано Биллу от брата после этой выходки.

— Ну почему, почему все всегда рушится из-за тебя-я-я? Ты-ы-ы, а-а-а, просто необычайная заноза в заднице! Мы опоздали на рейс, из-за тебя, дери тебя Господь! — не успокаивал свой порыв гнева старший брат, готовый разорвать младшего на самые мелкие кусочки, что даже через микроскоп его останки не смогут рассмотреть. — Что б тебя... Да я...

Гнев сменился на полнейший игнор Билла, а спустя несколько часов и подавно на отчуждение от мира всего. Том просто сидел на скамейке ожидания, тупо пялясь все это время в одну точку, ожидая, когда известят их новый рейс.

Билл невзначай присаживается около брата и, по-началу, не смотря ему в лицо, даже не поворачивая голову, просит у него прощения, боясь, что тот точно врежет ему по самое не балуй.

— Прости? — произносит на выдохе Билл, незаметно кося взгляд на Тома, а тот поворачивается к нему, щуря глаза.

— Прости? — повторяет за братом старший. — Прости?!

— Извини... — тихо произносит Билл, наконец поворачиваясь к старшему близнецу, уже наплевав на то, что может произойти. Но, к счастью, ничего и вовсе не происходит. Ну, если не считать того, что Том похлопывает его по плечу, улыбаясь.

— Ладно, проехали. Ты, хотя бы, ей подарок еще один купил. На это злится — только портить Неле День Рождение. Так что, все, мир, чувак.

— О, да, я думал, что ты совсем завис из-за меня! — обнимает Тома Билл и, закидывая ногу на ногу, начинает забалтывать брата, от чего тот вздыхает, ожидая чего-то такого. За все время, просиженное в тишине, Биллу надо же выговорится. А кто, как не близнец выслушает его бредни, так? Теперь и терпи его. А до рейса еще совсем долго. Ожидания может скрасить только две вещи: наитупейшая и бесполезная, мозговыносящая болтовня Билла на фоне и музыка в наушниках, которые Том спешно пытается достать из сумки, что лежала рядом с чемоданом.

POV Неле

Казалось, время тянулось невыносимо долго, а часы, что стояли неподалеку от стенда с книгами, били так часто и раздражающе, что моя голова готова была лопнуть от перенапряжения напрасными мыслями.

Мы довольно весело проводим время за разговорами на различные темы, шутим, смеемся. Обсуждаем некоторые сплетни, что ходят по школе, раздумывая, что правда, а что сплошная ложь.

Но, все же, мне немного грустно от того, что сейчас здесь нет тех, кого бы я очень хотела видеть. Совсем самую малость печально, что сейчас я нахожусь в окружении людей, которые мне не менее важны, но я чувствую себя немного не в «своей тарелке». Очень странное ощущение. Словно я и вовсе тут сижу одна. А в глубине души чувство чего-то недостающего к полноценной картине. Я попыталась вырвать себя из пучины мыслей, что постепенно поглощала меня с каждой минутой.

— Неле, ты чего такая... — возможности договорить Лие не дали, ибо в дверь тут же позвонили, а я молниеносно подорвалась с места, и, пытаясь добежать до входной двери, подскользнулась, успешно приземляясь на мягкий ковер, что был постелен мамой для нашего кота, Маркиза, который обожает точить когти о него. Он спас мне мое почти пострадавшее лицо, слава Маме.

Поднимаюсь с пола, и так же спешно, как и в тот раз, хватаюсь со всей силой за ручку, открывая замок и после уже дверь. Моему счастью в этот момент просто нет предела, поэтому я обнимаю Каулитцев, пытаясь «придушить» их в крепкой хватке.

— Что вы творите! — недовольно хмыкаю на Тома с Биллом, но, все-таки, потом на моем лице сразу же расплывается счастливая, теплая улыбка. Я благодарна им, правда. От всего сердца. Они обещали приехать на мое День Рождение, и они действительно приехали... — Спасибо вам, что приехали, пусть даже и опоздали.

— Знай, Неле, — ко мне подходит старший Кау, сжимая меня в своих объятиях настолько сильно, что я начинаю нервно смеяться, пытаясь вырваться из убийственных обнимашек.

— Боже мой, Том, да я, смотрю, ты меня в мой День Рождения «убить» решил.

— Ну, Неле, знай, опоздали мы только из-за Билла и только из-за него. Вот, даю клятву, все этот гаденыш. Неле-е-е, мои нервы были просто на самом высшем уровне предела, я думал, что точно взорвусь к чертям собачьим — это было невыносимо! — жалуется мне Каулитц, временами кося зенками на братца, а тот отворачивается, мол: «Да не виноват я». Спустя еще несколько секунд выслушивания их проблем и жалований от Тома, он отцепляется от меня и, отходя к Биллу, они что-то ловко достают из сумки, и успев схватить в руки, быстро спрятали это «что-то» себе за спину.

— С Днем Рождения тебя, красавица! — с радостью на лицах, они мгновенно протягивают ко мне, по всей видимости, подарки, завернутые в довольно привлекательную упаковку. И... их было очень много.

— Оу, это так мило, спасибо вам, — целую обоих в щеки, и, беря себе в руки подарки, начиная прямо на месте раздумывать о том, что же там может быть. — Самым лучшим подарком, все-таки, был ваш приезд, но и за это огромное спасибо, я, правда, ценю все это.

— Почему мы все стоим по середине прихожей? Пойдемте уже в гостиную, там накрыт стол, — я в очередной раз одариваю парней благодарной улыбкой, и, приобнимая обоих за плечи, провожу их к остальным гостям.

Все было абсолютно прекрасно, до того момента, пока Билл не встречается взглядом с Марком. Нет, Господь, только не это, умоляю. Пусть хоть на мой День Рождение они не будут собачиться, а спокойно проведут время... Хотя, о чем это я. Это же они.

— Ну, приятно вновь тебя увидеть, — младший Кау присаживается рядом с Марком, будто бы невзначай отодвигая его в сторону к Лие, и, закидывая ногу на ногу, сдувает с лица упавшую прядку волос.

— И мне тоже, здорово, что ты приехал с братом, — отвечает Марк Биллу, даже как-то выдавливая некую улыбку, но при этом не поворачиваясь и не смотря на него. Можно со 100% точностью сказать, что они вовсе не рады видеть друг друга. Но, в данный момент я все же надеюсь, что все будет гладко.

— Да, специально взял его с собой, если ты опять начнешь бычить на меня, — нет, Билл...

— Ах, вот как? Ну, хорошо. Но, спешу тебе напомнить, что бычить на меня в тот раз начал ты... — усмехается Марк. — Идиот.

— Что? — вспыхивает Каулитц младший, подрываясь с полным недовольством в голосе и взгляде. — Да как ты!.. А знаешь, что? Катился бы ты куда подальше отсюда! Тебе тут вообще никто не рад!

— Что, прости? — за ним встает и Марк, подходя к Биллу. Постепенно, сжимая с нарастающей злости кулаки, как и Каулитц. — Единственный, кому тут не очень-то и рады — это ты, Билл, как там тебя. Да ты даже на День Рождения Неле опоздал, что уж там про тебя еще говорить. Полнейший позор.

Тут вскакивает и Том, вставая между парнями, повышая голос:

— Так! Либо вы прекращаете портить праздник, либо я сейчас точно врежу кому-нибудь!

Tokio Hotel – Zoom

Я не собираюсь больше терпеть эту дискуссию между ними, поэтому лишь отвожу взгляд и кое-как сдерживая себя в руках, вымученно выдыхаю, сжимая руки, и просто напросто убегаю на второй этаж, идя в свою комнату, после слыша за собой тихие шаги.

«Просто уйдите...» — шепчу в ответ на приближающиеся шаги и медленно сажусь на пол, облокачиваясь спиной о карниз кровати. Не понимаю, как можно быть такими даже в праздник? Их волнуют только разборки между собой, им вообще плевать на меня и остальных, которым их ругань совершенно не по душе? Это так... нечестно по отношению ко всем.

Слышу, как ручка поворачивается, и в комнату, не спеша, проходит Билл. Что-то мне подсказывает, что сейчас начнется «водопад» самых наиразличнейших жалоб, которые я просто «обязана» выслушать. Прямо как в тот раз по телефону. Но, странно для меня, он тихо, не произнеся ни звука, подходит ближе ко мне и, присаживаясь на колени, становится настолько вплотную, что мне как-то не по себе. Я нервно осматриваю его, не зная, чего ожидать. Билл в свою очередь не дернув ни единым мускулом на лице, протягивает мне продолговатую коробочку, серебристого цвета.

— Что это значит? — спрашиваю я у него на одном выдохе, но не получаю ничего в ответ. Это заставляет меня немного поерничать на месте от переполняющего меня любопытства и неопределенности в глубине души.

— Сиди спокойно... — он производит какие-то махинации с коробочкой, но я совершенно не замечаю этого, так как только собираюсь посмотреть, он приближается, как казалось мне, собираясь обнять. — Вот так-то лучше.

Как оказалось, это были всего лишь мои странные, для меня же самой, мысли. До этого услышала щелчок. Он надел на меня... цепочку с подвеской в виде звездочки. Если сказать честно, в данный момент меня переполнили абсолютно все чувства, которые только могли. На меня нахлынуло все сразу. Поэтому, я просто не смогла сдержать слезы, которые медленно скатывались по моим щекам. Я прикрыла рот рукой, не отводя прямого взгляда от Билла.

— Это значит: С днем Рождения, звездочка, — он произнес эти слова с такой теплотой, что я до сего момента просто не могла нормально соображать и ничего делать. Словно парализовало все тело, с ног до головы.

— Билл Каулитц, ты понимаешь, что сделал мой День Рождения самым лучшим на свете? За все эти шестнадцать лет, — начиная захлебываться своими же слезами, я еле все проговаривала. Мой голос даже начал постепенно хрипнуть. — Этот семнадцатый — самый лучший в моей жизни. Спасибо... тебе...

— Ты же знаешь, я всегда буду так делать, — а в конце его такая яркая и ослепительная улыбка. Я вновь не сдерживаю себя и притягиваю парня в свои объятия, начиная потихоньку мякнуть в его руках.

— Я... Ты особенный человек для меня, Билл...