Вот и новый дом, где обитает истинный

   И вот мы выползаем из машины, живот болит от смеха, челюсти сводит от долгого ржания, короче болит всё, что только можно.

— Давно так не ржали, ай, — айкнула Салли потирая ляжку, куда прилетела моя рука, за её не смешной прикол. — Сал, ну я же любя.— показушно обиделась голубоволосая.

— Я тоже любя. — в тон отвечаю ей.

— Бука.

— Сама такая.

— Ну всё принцессы успокойтесь, — а вот это уже стёб высшего пилотажа, — берите вещи и идём. — улыбнулся Генри.

— Я парень! — возмутился я, но стёб есть стёб и от этого никуда не уйти.

— Ну да, только фабрику детей открывать будешь. — снова начала Салли свои не смешные приколы и по-правде говоря она права — омеги созданы, для того чтобы продолжать род, ну или в крайний случай работать проституткой, ведь омеги слабые и на труд не способны, остаётся только надежда на контракт с богачём или проституция.

— Это не смешно. — шикнув на синеглазую, беру коробку и иду в дом.

   Как бы мне не хотелось быть омегой, но ничего уже не поделаешь. Да, за голубовласой, как за каменной стеной, — что-то плохо сказал про неё или меня распетушится не хуже альфы и поминай как звали обидчика. Хотя многие думают, что она альфа, по запаху свежескошенной травы и дерева. А я пахну жаренными котлетами и понимай как хочешь, то ли альфа, то ли омега, беты вообще ничем не пахнут. Это пиздец.

   В нос ударили феромоны, от которых мне захотелось блювануть, Салли же побежала к ближайшим кустам. Весело конечно, уж больно приторно пахнет омега, даже мой аромат перекрыла.

   С горем и под тошнотворный запах течной омеги мы перетащили коробки в квартиру, а где-то на этом этаже убивали козу, ведь на весь этаж разносится «Бе-е-е!». Сказать мне больше нечего.

   Поняв, что этот запах будет стоять до тех пор, пока на так называемую «помощь» не придёт альфа, мы заперлись в ванне, открыли форточку и включили холодный душ, в нашем городе не было так жарко, как здесь. И вот мы сидим в ванне, под прохладным душем, довольные жизнью и мокрые, а протез лежит на стиральной машинке.

— О чём поговорим? — разрушила тишину Салли.

— О чём мы ещё не говорили? — вытянув ноги, девочка присела на бортик ванны и набрав в ладошки воды — умылась.

— О жизни, кем будем и, что будет дальше. — начала философствовать синеглазая.

— Салли, ты случайно не перегрелась?

— Сал, я серьёзно. — пересев в другую сторону, голубоволосая находилась под прохладными струями воды. Выключив воду, она недовольно-грустно глянула на меня. — Что будет дальше?

— Школа, колледж или универ, профессия. — начал я, не понимая к чему она ведёт.

— Какая профессия?

— А какая профессия подходит омегам? — усмехнулся я. Ведь она права.

— Либо найти альфу-истинного, по контакту или продавать своё тело. — вздохнула Салли.

— С моим-то запахом жаренных котлет, меня не только на работу не возьмут, меня к ней за километр не пустят.

— На каждый товар свои купец найдётся и на жаренные котлетки найдётся спрос. — улыбнулась девочка. Я кинул в неё мочалку, а она засмеялась и заойкала. — Весёлый Салли-Кромсали.

— Салли-Принцесса. — улыбнулся я.

— Конечно, мы же папины принцессы.

***

   После разговора косивший на философскую речь мы переоделись в разных комнатах, тот сладкий тошнотворный запах исчез и мы вздохнули полной грудью, а сейчас пьём чай — кофе не зашло, да и горькое оно.

— Кис-кис. — позвала синеглазая нашего рыжего котика Гизмо.

— Мя-я-я-а...

— Какой хороший Гизмо, хочешь кушать? — сюсюкалась с ним Салли.

— Мя-я...

— Ты его ещё поцелуй в одно место. — прыснул я.

— Поцелуйчик в жопу. — улыбнулась она и кинула в меня полотенце, наша «битва» вышла за пределы квартиры.

   Вот мы прилетаем вниз по лестнице, чуть ли не выбиваем двери на улицу, Салли дрифтует так, что земля летит на меня, я за ней, мы сворачиваем за дом, она ржёт, я за ней. Обежав три раза пятиэтажку мы валяемся на траве и загораем под лучами солнца.

   И вот поднялся долгожданный прохладный ветер, все запахи смешались и воздух переносил их: вот запах палёных волос, старых книг и пион. И настолько сильный, что мне крышу снесло — запах хвои, видимо так и происходит нахождение истинных.

— Че разлеглись здесь? Малявки. — послышался сверху насмешливый голос незнакомого парня.

— Это кто тут малявка? — тут же вскочила Салли, уперев руки в боки.

— Явно не я. — ухмыльнулся высокий патлатый парень, смотря на девочку сверху вниз.

   В это время я попытался встать на ноги, но видимо Матушка природа и тут решила по-крупному накосячить и я, будто бухой, кое-как встаю на ноги. Всё идёт, как нельзя лучше.

— Тазик принести? — засмеялся высокий и наклонившись ко мне, сказал:

— Омежка с запахом котлет? Такого я еще не встречал.

— Чтоб ты задохнулся в своей стратосфере. — возмутилась Салли и схватила меня за шкирку, видя моё «бухо-о-ое» состояние и потащила подальше от пятиэтажки.

— Весёлое знакомство. — недовольно зыркает девочка в сторону патлатого, он же уходит на площадку для баскетбола.

— Ага. Он ещё истинный.

— О-хо-хо-хо-хо-хо, — посмеялась Салли, как, не знаю кто. — теперь понятно почему ты «бухим» заделался.

— Тц, тоже событие века. — недовольно цокнул я. Солнце нещадно палит, под протезом становится невыносимо жарко.

— Пошли многострадалец котлетный, щас в голубую лужу превратишься, кто тебя потом соскребать-то будет?

— Иди уже.

— Пошли.

  Мы с сестрой медленно поплелись домой, зная, что отец тут же заставит разбирать вещи. Что же, посмотрим, что будет дальше.