Глава 5 «Ни слова больше».

      Какаши, сидя около двери и опираясь об неё своей спиной, перестал лить свои слёзы, от которых толку совсем и не было. Он чувствовал себя иначе, не как обычно и всегда, сейчас все было совершенно по-другому, вокруг него все будто перевернулось и он угас во тьме, оставляя за собой лишь потушенную свечу, которая стала остатком лишних сожжённых в гневе чувств... Но Хатаке ещё был полон любви и привязанности к Обито, его ещё переполняют те сожжённые чувства, адресованные в его сторону, но вдруг вспоминая то, что он собирается уйти, его окутывают большое количество мурашек и некий холод проходящийся по спине. В этом случае ему неважно было, жив ли он физически. Он умер лишь для него, даже если он вполне себе жив и здоров в физической реальности.
Это явление и являлось его собственным соприкосновением с душевной смертью. Пережившее только самое начало расставания, завершение их отношений, хоть и дружеских, называлось для него - маленькой смертью. Когда горящая свеча, наполненная яркими и ласковыми чувствами резко задувают на самом разгаре, испытываешь огромную и невыносимую боль, потому что на тот момент сталкиваешься лицом к лицу со смертностью. Что-то умерло и разбилось в душе пепельноволосого, когда потеря вошла и в его жизнь. Порой можно было заметить в его глазах некую потерянность и усталость, но это выглядело совершенно иначе, как пустота в душе, а порой то происходило как физическая утрата сил двигаться, не делая что либо, но продолжать жить дальше...

Нежеланный стук в дверь, который раздался в его спину, заставил Какаши открыть глаза и взглянуть в потолок, только сейчас замечая потушенные лампочки. Он никак не отреагировал на пожалевшего человека к нему в ванную, но вновь услышав стук в дверь, он выдавил из себя тихий голос, не желая сейчас разговаривать и вообще что либо говорить.
—...Что?—Медленно прикрыл глаза Какаши, чувствуя, как в дверь ломятся.
—Открой мне!—Вскрикнул нежеланный Обито, который пришёл поговорить.
—Уходи, у тебя ведь новая компания,—Голос Хатаке задрожав, резко утих.
—Не откроешь мне - я выбью эту чёртову дверь. И мне плевать на то, что это мой дом!—Продолжил кричать Учиха, не слыша ничего в ответ.

Но прислонившись ухом к двери и попытавшись прислушаться, Обито лишь услышал звук открывающегося замка и тогда дверь настежь распахнулась, показывая полностью морально убитого Какаши, который не глядел в глаза Учихи, а смотрел лишь в пол. Обито, который не пытался никак иначе думать, а лишь действуя, зашёл в ванную и запер за собой дверь и обернув измученного Хатаке спиной к двери, прижал его к ней, сквозь темень заглядывая своим единственным глазом в чужие глаза напротив.
—Прости меня, прошу,—Прошептал Обито, беря в свои ладони лицо Хатаке.—Я не хотел так неожиданно все преподнести, но я уверен, что вы свыкнетесь с этим, пока я буду помнить о вас... Ну прошу тебя, Какаши.
—...Не трогай меня. Своими "омерзительными" прикосновениями ты ничего не добьёшься,—Какаши отвечал так же, как и Обито ему тогда, схватившись за кисти его рук и пытаясь их убрать от своего лица.
—Я омерзителен, признаю, но это не изменит то, что я чувствую к тебе,—Обито все так же близко стоял к Какаши.

На какой-то момент Учиха убрал свои руки от чужого лица и вместо того, прижал бледные руки Какаши к двери над его головой и после мягко прильнул к губам, одаривая его сладким и столь нежным поцелуем, которые возрождали внутри него все чувства и только через это соприкосновение их губ. Пепельноволосый никак не смел отвечать на поцелуй, даже не поддаваясь и никак не ставя Обито в доминанты, понимая, что сделанное никак не повлияет на их данные отношения.
—О-Обито,—Скривился в лице Какаши сквозь поцелуй,—Отпусти... меня.
—Нет, я не отпущу,—На лице возникла немного похотливая и даже от счастья грустная улыбка, разрывая свой поцелуй и чувствуя, как его толкают в грудь.
На глазах у Какаши стали закатываться слёзы и тогда он начал вертеть своей головой в стороны, все так же пытаясь отодвинуть от себя Обито. Неожиданный всхлип, издающийся от Хатаке, заставил темноволосого распахнуть свой глаз от большого навалившегося на него удивления и впервые замечая то, как его друг плачет. Внутри Учихи впервые что-то треснуло при виде чьих-то слез, будто в душе его прошёлся ураган и все разрушив за собой.
—Какаши, ты плачешь?—Тогда Обито попытался поднять лицо Какаши за подбородок, но неожиданный рывок с его стороны, удивил его только сильнее. Его руку отпихнули, давая знать, чтобы его не касались.
—Я не буду лить слезы по пустякам! А иначе все мое тело полностью подчинится сердцу,—Хатаке поднял свой хмурый и чуть ли не заплаканный взгляд на Обито,— Это будет доказательство того, что мое сердце не подчиняется никаким приказам.
—Эй, я же всего лишь хотел извиниться перед тобой, а ты начинаешь все переворачивать. Прошу, не заставляй меня переходить на более крайние меры,—Легко вздохнул Обито.
—...Извинения приняты, теперь позволь мне остаться одному,—Какаши прислонил свои дрожащие руки к глазам и лишь всхлипнул.
—Я не хочу тебя оставлять, Какаши. Я не успокоюсь, пока ты тут один будешь сидеть,—Обито вновь взял в свои ладони руки Хатаке, но на сей раз он не заметил никакого сопротивления с его стороны.
—Ну а что, прийдется привыкнуть,—Какаши навёл свой столь холодный взгляд, который был ещё и тогда в школьном туалете,—Я уверен, что мы с Рин справимся.
—Хорошо, если ты уверен, тогда я пойду. Не держи на меня никакой обиды и злости, я всегда лишь хотел чтобы было как лучше, но признаю, все получилось как всегда - хуже,—Хмыкнул слегка Обито, после нехотя отходя от Какаши. И лишь только этот его холодный взгляд смог отодвинуть от него Учиху, который на самом деле желал и хотел любви. Вскоре Обито вышел из ванной, оставляя одного Хатаке в этом темном и столь тёплом помещении.
Темноволосый парень вернулся на кухню к Рин, которая сейчас сидела за столом и что-то искала в своём телефоне. Обито же, неловко и так устало потирая одной рукой свою шею, и даже не смея поднимать свой огорченный взгляд на Нохару лишь нахмурился, ощущая на себе посторонний со стороны взгляд. Девушка глядела на Учиху с большим желанием узнать, как все прошло. Она знала каковы были чувства Какаши и на сей раз он должен был признаться ему, но по взгляду Обито, можно было понять, что все пошло не так, как нужно было...
—Ну что, решили все? И почему Какаши до сих пор в ванной один...?—Спросила немного взволнованно Рин, прислушиваясь к звукам, которые исходили из ванной.
—Да, решили. Какаши попросил оставить его одного, он... не в духе,—Слегка фыркнул Обито, присаживаясь за стол и складывая свои руки на столе, кладя на них свою голову и взглядывая в огромные окна, которые протягивались вдоль кухни. На улице была пасмурная погода, когда такая унылая и тихая атмосфера заставляла всех жителей города спать.
—Не в духе он значит... Ох, надеюсь, что все будет в порядке. Не знаешь, долго он собирается там сидеть?—Рин накинула свой уже более сильный обеспокоенный взгляд на Учиху, который вообще не желал ни о чем думать.
—Нет, не знаю, он ничего об этом мне не сказал,—Томно вздохнул Учиха.
—...Понятненько. Хочешь я сделаю чай?—Внезапно спросила девушка, еле натягивая на своём лице мягкую и нежную улыбку.
—Я бы не отказался, если и ты тоже будешь,—Слегка хмыкнул Обито, все так же глядя в окно.
—Хорошо, сейчас сделаю,—Тогда Рин поспешила встать из-за стола и сделать чай на двоих, пока Какаши сидит в ванной и размышляет над собой.
****
       Присутствуют элементы селфхарм!

          Лёгкий, прохладный пот стекал по горячему лбу, доставляя более интересное ощущение, когда две разные температуры смешиваются воедино и создают совершенно другую температуру. Холод и жар гулял быстрыми волнами по скрюченной спине Какаши, когда он сидел на полу, на мягком коврике и сжав ноги к себе, крепко обнимал их. В его голове была большая каша разных мыслей, которые огромной волной накрыли его с головой и будто утопили. Сейчас же, зажмурившись, Хатаке попытался успокоиться, тем самым начав глубоко и ровно дышать, чтобы привести своё сердцебиение в норму, но это у него не вышло, из-за чего у него началась легкая паническая атака. Закряхтевши, он широко распахнул свои глаза и после подняв перед ними свои дрожащие руки, Какаши прислонил их обратно к своему лицу, начиная пальцами впиваться в свою кожу. Вскочив на ноги и почувствовав как он без сил падает, то попытался опереться обо что нибудь, но вместо этого свалил все шампуни и разные принадлежности с полочки и сам присел на край ванны. Хатаке схватил бритву, которая лежала на умывальнике и вынул оттуда лезвие, которое он начал рассматривать очень внимательно.

—...Ты это слышал?—Спросила Рин, ставя кружку чая на стол перед Обито, который чуть вскочил из-за стола со своим испуганным взглядом и посмотрел в сторону ванной.
—Да, наверняка это Какаши,—Дрожащим голосом прошептал Учиха, дабы прислушаться к тому, что там делает в ванной Какаши.
—А если он что-то с собой сделает...?—Взволнованно отметила Нохара, вставая из-за стола и после подходя к Обито, который не отводил своего взгляда от той стороны где находилась ванная.

Какаши глядел на лезвия и полностью понимал, что он собирается сделать, правда вот, не вскрыть свои вены с намерением умереть, а просто избавиться от душевной боли путём физического причинения самому себе боли. Приложив тонкие лезвия к своей левой руке, Хатаке мягко и довольно нежно надавил на свои вены, замечая как струя крови начинает медленно вытекать из раны, а после быстро стекая по руке вниз и капая на одежду и белую ванну. Медленно проведя лезвием вдоль своей руки, он опрокинул назад голову и почувствовал, как все его тело окутывает легкая прохлада и утомительная боль, которая становится привычной и столь сладкой. Какаши с каждым новым порезом принимал всю боль, которая была для него очень нежной и успокаивающей, будто какая-то сладкая колыбельная, которая загоняла его в крепкий сон, вынимая из его тела полностью все силы. Уронив лезвие из своей руки прям в ванную, Какаши прикрыл свои глаза и начал наслаждаться этой болью, глубоко дыша и понимая, что совсем скоро ему прийдется выходить из ванной, но находясь в подобном положении, он не сможет показаться перед своими друзьями... Через его наслаждение послышался обеспокоенный стук в дверь, тогда Хатаке сразу понял, кто это может быть, а именно Рин и Обито, а может кто-то один из них. После второго более требовательного стука послышался и голос его друга, который раздался по всему помещению.
—Какаши! Ты чего там так долго?—Спросил Обито, глядя на Рин, которая стояла рядом с ним.
—С тобой там все в порядке?—Добавила девушка, прижав свои руки к груди и чувствуя, как быстро начало биться ее сердце. В ответ было молчание, когда Какаши сидел прям в ванной и смотря на то, как стекает из его руки кровь, даже не думая, что он будет говорить своим друзьям.
—Эй! Ты вообще слышишь, что мы говорим?—Слегка вскрикнул Учиха, замечая, как Рин слегка махнула рукой, дабы он был потише. Тогда девушка прислонила своё ухо к двери и стала прислушиваться к звукам, которые издаёт Хатаке. Но было тихо. Будто в ванной и вовсе никого и не было. Сразу пришла мысль о том, что он мог с собой что нибудь сделать...
—...Какаши?—На лице у Рин появился большой страх, когда она взглянула на Обито своим шокированным и довольно испуганным взглядом, из ее стеклянных глаз потекли слёзы.
—...Какаши!—Учиха сразу понял, что мог сделать его друг в таких обстоятельствах, и тогда отведя Нохару в сторону, он стал стучаться только сильнее и пытаться открыть ручку двери,—Какаши, открой мне, сейчас же!
В какой-то момент Обито стал ломиться во внутрь, тем самым ломая ручку двери. Но когда нервы и вовсе сдали, он обернулся к Рин и заметил ее заплаканный и испуганный взгляд.
—Дай заколку!—Вскрикнул Обито, когда девушка тут же сняла заколку с своих волос и дала её своему другу. Учиха же, принялся вскрывать замок, куда вставил заколку и стал крутить ее по нужному направлению. Послышался щелчок и тогда резко открыв дверь, парень забежал в ванную и уже там замечая сидящего в ванной с открытыми глазами Какаши, который истекал кровью и медленно дышал. Обито и дар речи потерял при виде такого, оцепенение как сотни рук схватили его за конечности и не выпускали из своей мёртвой хватки, не подпуская его к раненному Хатаке. Когда же он все-таки переборол свой страх, то он кинулся к нему, пытаясь вытащить его из ванной. Но расслышав его тихое и спокойное сердцебиение, то Учиха с облегчением выдохнул, понимая что его друг ещё жив.
—К-Какаши, ну зачем же ты так?—Взволнованно прошептал Обито, поднимая Какаши себе на руки и замечая на себе его пустой взгляд. Когда же Учиха вынес его из ванной, то и вовсе шокировал Рин, которая прижав свои руки к лицу, удивлённо вздохнула в себя,—Рин, нужна помощь. Надо обработать его руку... Аптечка на кухне в верхнем ящике, я буду с ним в спальне.
****
«Я чувствовал, как довольно сильно перетянута была моя левая рука, будто и вовсе остановили мою кровь, чтобы она не шла. Ах, точно, я же переборщил с тем. Я всего лишь хотел успокоить себя с помощью этой боли, а получилось куда хуже, чуть не умер... Собственно, а где я? Это спальня Обито...? Ах, а вот он сам, стоит и смотрит на меня. Где Рин? М... Обрабатывает мою руку. Понятно. Так все тело болит, будто сейчас моя душа и вовсе покинет это ненужное тело. Хочется спать и не больше. Подождите-ка, а куда это Обито уходит? Стой, не уходи... Тогда я потянулся другой рукой за ним, но заметил как он вышел из спальни и больше не возвращался, а я... отрубился. Он не вернулся даже спустя несколько часов. Ещё через какое-то время меня покинула и Рин. Теперь Я лежал один в этом помещении и прислушивался сквозь свой крепкий сон к этой тишине, которая полностью меня поглотила. Мог ли я этим затронуть чувства Обито и Рин? Может, они сейчас сидят на кухне и разговаривают обо мне...? Наверняка, я зря это сделал, но мне это было столь не обходимо, как птице свобода. Я должен извиниться перед ними, но я не могу встать, что со мной не так? Ох, может мне нужен отдых? Надо бы выспаться. Нет, я должен пойти и извиниться перед ними, я обязан это сделать.»
Медленно открыв свои пустые, темно-синие глаза, Какаши обратил внимание на то, как же темно стало в помещении.
«Я проспал до самого вечера...?»—Промыслил Хатаке, после обратив внимание на свою перевязанную бинтами руку. Хмыкнув слегка, он попытался встать с кровати, прикоснувшийся другой рукой к лицу, ощутил, как он все это время пробыл без маски, хотя Рин и Обито знают, что лучше ему спать в маске, даже если он находится при своих друзьях. Наконец встав с постели, Какаши осмотрелся, замечая перед своими глазами небольшие звёздочки, которые неярко мерцали, но в конечном итоге быстро исчезли. Направившись к кухне, где не было его друзей, он лишь хмыкнул, начиная немного паниковать и хмуриться, в надежде, что они не бросили его... Он прошёл в гостиную, поднимаясь по лестнице и чувствуя как его голова начинает слегка кружиться, и тогда крепко схватившись за перилла, Хатаке притормозил прикрыв свои глаза. Но переборов это своё состояние, он продолжил подниматься и в итоге заглянул в гостиную, заметив там только одну девушку, которая лежала на диване и видимо спала, со включённым телевизором.
«Спит... А Обито нет. Интересно, он уже ушёл к своей новой компании или же просто ушёл прогуляться? Ладно, не стоит так сильно заморачиваться по поводу него. Я уже ничего не чувствую, наверное...»—Промыслил Хатаке, после пройдя в помещение, где спала сладким сном Нохара. Пепельноволосый присел рядом на край дивана и после покачал Рин по плечу и заметил, как та стала медленно открывать свои заплаканные глаза, наведя их на Какаши.
—...Какаши?—Сонно прошептала Рин, после пытаясь встать, чтобы полностью оглядеть своего друга. Но распахнув шире свои глаза, та резко прильнула к Хатаке, крепко обнимаю его,—Ты зачем так пугаешь? Зачем ты вообще это сделал, дурак!?
—Я... Я не знаю, прости меня, пожалуйста. Я не сдержался тогда и просто уже перестал адекватно мыслить,—Какаши погладил свою подругу по коричневым волосам и томно вздохнул, обнимая в ответ девушку.
—Я же тогда чуть коньки не откинула! Прошу, не делай так больше, я испугалась очень!—С глаз Рин потекли слёзы, вспоминая то, как выглядел тогда Какаши. Будто и вовсе был мёртв.
—Я-я постараюсь, Рин, прости меня,—Продолжал извиняться Хатаке, слегка хмурясь и чувствуя, как в носу начинает неприятно покалывать, а глазах мутнеть из-за наступающих слез.
—Прощаю... Прощаю тебя, только скажи, это все из-за Обито произошло?
—Да. У меня началась паника, когда он ушёл,—Какаши отодвинул от себя девушку и взглянул вверх, дабы сдержать свои слёзы,—Я уже тогда понял, что и правда люблю его...
—...И ты не сказал ему об этом?—Рин заметила то, как Хатаке еле сдерживает свои слёзы.
—Нет, я не сказал, потому что мне было больно. Он убил меня морально и я на миг перестал чувствовать к нему какие-то... тёплые чувства. Но когда он ушёл, я почувствовал себя кинутым и я... не сдержался,—Какаши прислонил свои руки к лицу и вытер свои слёзы, после взглянув красными глазами на Рин.
—Ох, Какаши, пожалуйста, не мучайся ты так, я уверена, что и у него есть к тебе какие-то тёплые чувства. Знаешь, как он перепугался, когда вынес тебя из ванной? Он будто сам был не свой,—Рин пыталась всеми силами взбодрить Какаши.
—Нет, не знаю, но верю тебе,—Хмыкнул слегка Хатаке,—Кстати, а где он сам?
—...Он ушёл,—Нохара слегка поникла, отводя свой разочарованный взгляд в сторону,—За ним пришли трое человек и похоже, они были из его новой компании.
—Ясненько,—Томно вздохнул Какаши.
—Но перед уходом Обито остановил для нас какую-то записку. Он попросил прочитать ее, когда мы с тобой соберёмся и ты будешь в полном порядке,—С интересом проговорил Рин, после беря с стеклянного столика конвертик, в котором лежала и сама записка.
—Ох... Ну, можно сказать, что я в полном порядке, не считая того, что хочу спать и у меня рука забинтована,—Слегка нахмурился Какаши, тоже проявляя большой интерес к этой записке,—Думаю, можно прочитать.
—Хорошо, тогда включи свет, пожалуйста,—Попросила Рин, после ожидая, когда Какаши включит свет в помещении. Когда же он включил свет, он полностью озарил гостиную и тогда присел обратно на диван к девушке,—Спасибо.
—Давай, открывай,—Проговорил Какаши, когда Рин начала открывать конверт.
            Достав оттуда небольшую записку, то она обнаружила целый текст, видимо с какими-то пожеланиями, либо же с каким-то серьёзным делом. Тогда у девушки в груди сердце забилось быстрее обычного и немного побоялась все это читать, но осмелившись, она все же решилась. Покашляв, Рин принялась читать вслух.

—Рин, Какаши, я понимаю насколько вам тяжело будет свыкнуться со всем этим без моего присутствия, но я очень хотел бы, как нибудь, снова почувствовать себя в кругу вашей любви и счастья. Меня так никто не примет в любой момент, как вы, но я нашёл себе и вторую компанию, где будет достаточно много людей и они похожи на вас, они меня так же приняли. С ними я почувствую себя более раскрепощено и живо. Но знайте, что лучше вас никого уже не будет у меня, я все равно буду помнить о вас, даже будучи на таком расстоянии. Я буду навещать вас как смогу, да и в институте мы ещё встретимся. Рин, не расстраивайся так из-за меня, я не хотел так "измениться", как ты говорила. Я, как ощущаю себя, так и веду. Ты красива как никогда, лучше тебя и твоего характера никакой девушки я больше не встречал. Знай, что я все равно буду любить тебя, как свою самую лучшую подругу. Сколько хочешь обижайся, кричи, бей меня, все равно буду сильно любить... Какаши, ты холодный как плавающая глыба льда в Северном Ледовитом океане, тебя ничто не столкнёт с твоего пути, ты будешь всегда таким стойким и равнодушным - именно эти черты в тебе мне очень нравились. Но, тогда(сам поймёшь когда), ты вёл себя совершенно иначе, будто лёд растопили и он растворился в океане. Мне на миг показалось, что ты ожил из-за своих переполненных чувств и ты не стал похож на ту холодную глыбу льда, которая одиночно плавает в океане. Ты очень удивил меня... Знай тоже, что и я тебя люблю, как самого лучшего друга. Сколько бы мы не ругались из-за пустяков, сколько бы не дрались по поводу и без повода, ты все равно останешься любим для меня, как и Рин. Вы - самое ценное, что у меня есть. Поэтому, не расстраиваетесь и не огорчайтесь так из-за меня. Мы ещё встретимся ;) На следующих выходных буду ждать вас в доме моего друга. Там мы закатим вечеринку, куда будете и вы приглашены. Поэтому, не хотелось бы видеть вас расстроенными и столь грустными, мы должны будем оторваться как следует, хорошо? Рин, как я знаю, ты любишь бассейны, а у моего друга имеется огромный бассейн с подогревом. А ещё как знаю, Какаши любит энергетики, хах, да, там будет много разных энергетиков для тебя ;).
С любовью, ваш дурак - Обито.~

Когда Рин дочитала до конца, то она оторвала свой немного восхищенный взгляд и навела его на Какаши, который был все таким же расстроенным и даже слегка смущенным. Его затронули те слова, что тогда в ванной он был совершенно другим. Лишь одним прикосновением эту глыбу льда, плывшую по холодному океану, растопили и он полностью растворился в нем. На лице у Хатаке появился лёгкий румянец, из-за чего он отвёл свой взгляд в строну и засмотрелся в одну точку. Он не думал, что ему ещё предстоит делать, чтобы его чувства не были столь переменчивыми. Каждый раз, когда он слышал столь приятные слова от Обито, то в нем зарождались и новые чувства, будто потихоньку в нем начинает накапливаться все больше и больше этих тёплых чувств к нему. А когда Учиха вёл себя как последний идиот, то у Какаши и вовсе они угасали, будто их и не было... Может, как он думал, он ещё полностью не был согласен со всеми своими чувствами принадлежащими Обито, поэтому все так и происходит. Подумав, что он проверит их и удостовериться о том, правда, что он имеет к нему что-то больше, чем просто к другу или же нет, Какаши тихо вздохнул, прислонив свои руки к лицу.
—Я не желаю больше ничего слышать от него. Заглаживать свою вину такими способами, так лишь поступают настоящие слабаки. Скрывая всю правду в себе, он сам себя лишает мужества,—Недовольно фыркнул Какаши, продолжая все так же глядеть в пустоту.
—В каком-то смысле я согласна с тобой, Какаши, но... Стоит же ему дать ещё один шанс, может он как-то и удивит нас,—Слегка улыбнулась Рин, смотря на ту записку, написанную Обито.
—Может быть, и я по крайней мере надеюсь на это...—Задумался слегка Хатаке.
—На этих выходных, а точнее завтра, он не вернётся домой, как он сказал. Обито оставил на нас этот дом,—Отметила Рин,—Предлагаю в институте поговорить с ним об этом.
—Рин, не забывай, что у нас ещё зачёт в понедельник.
—Конечно! Я и не забыла!
—Помощь снова будет нужна? Или же сама уже справишься?—На лице у Какаши появилась легкая улыбка, когда он посмотрел на Рин.
—Х-хех, если только немного. До сих пор не могу понять некоторые темы,—На лице у Нохары появился лёгкий румянец.
—Да ладно, я могу тебе объяснить все завтра и если ты все равно не поймёшь, то помогу на зачете,—Усмехнулся слегка Какаши, томно вздыхая и после облокотившись спиной на спинку дивана и прикрыв свои глаза, он ощутил некое тепло в своей душе, которое начало постепенно разливаться с одной мыслей о том, что уже в первый будний день он увидится с Обито. Казалось бы, ему тоже стоит извиниться перед ним, но смелости, пока, на это у него не хватало.