Глава 17. Любить и быть любимым.

«...многие герои погибли во время спасения людей из «штаба» Профессора, которых похители Карательница и её члены из Тёмного Ордена. Положение в мире героев да и вообще во всём обществе людей принимает не самый лучший оборот, если не сказать худший. Злодеев стало слишком много, и они стали слишком сильны. Но с помощью этой вылазки героям удалось хотя бы узнать внешность и квирки новых врагов из Тёмного Ордена. Как было ещё выяснено, что некоторые члены Ордена из Альянса злодеев. Возможно ли, что у них такое же отношение, как было у Альянса с «Восьмью заветами смерти»? И к чему всё это? Зачем был создан Тёмный Орден? И какое будущее ждёт всею Японию? Так или иначе, погибли известные герои: Древесный Камуи, Рюкю, Локрок и ещё несколько героев. Такая ли нам нужна была победа ради спасения людей?...»

Киришима выключил телевизор.

Он лежал в лазарете Юэй весь перевязанный бинтами, перемазанный мазями и напичканый лекарствами. К нему приходили родители, после этого приходили друзья, а это весь класс, с которыми он разговаривал, а потом по отдельности приходили Бакугоу, Ашидо с Денки, Тамаки, Саро и Мидория, и даже Тодороки с Яойорозу, но их вскоре выгняли из его комнаты, и теперь он лежал один, посмотрев печальные новости.

Парень вспомнил, как его, привязанного к стулу, мучили Тога и какой-то синеволосый парень, как пытались от него узнать побольше о слабостях героев, в том числе и Жира. От многочисленных потерь крови он всё время терял сознание, так что большинство времени в плену он не помнил. Зато Киришима отчётливо помнил перекошенное злобой и ненавистью лицо Изамы, её нож около его лица, её слова...

« –Чтоб ты знал, ты не достоин никого. Ни других девушек, ни Ашидо и уж тем более не меня. Никого! Я отмечу это позор на твоём лице, чтобы все знали, какой ты жалкий, отчаянный мужик.» Эти слова навсегда останутся в его больном, разбитом сердце. И в шраме, который тянулся ото лба, по самому краю глаза, чуть ли не по веску, и до подбородка.

Мужик... Да, он мужик. Самый настоящий. Но он не чувствовал это. Он вообще ничего не чувствовал. Ни отчаяния, ни боли, ни ненависти, ни злобы, вообще ничего. Как будто все чувства, которые когда-то он испытывал, просто исчерпались, растворились, исчезли. Он не хотел уже быть героем, он вообще ничего не хотел, лишь бы его только оставили на какое-то время одного в полном спокойствии. Точно, спокойно – так он себя чувствовал, будто был просто каким-то бревном, а не потрёпанным, искалеченным человеком. Совершенно спокойно.

–Киришима?– вошла в комнату Ашидо,– Ты как?– она села на кровать у его ног. Её лицо хоть и было красиво, но выражало беспокойство и тревогу, что не было при первой и второй встрече, когда она приходила сначала с классом, а потом с Каминари.

–Никак,– парень закрыл глаза,– Совершенно никак. Словно я лишился чувств.– он снова открыл глаза.

–А я ими только и переполняюсь,– грустно опустила голову девушка, поглаживая руку Киришимы.

Парень никогда не видел её такой печальной, такой...подавленной. Даже такой жизнерадостный человек, как она, может грусить. И даже плакать, ведь девушка сейчас плакала.

–Что случилось, Ашидо?– нахмурил брови Киришима, вцепившись в её руку, но он даже не заметил этого, а внимательно смотрел в её печальное лицо.

–Я...я так волновалась за тебя,– всхлиплула девушка, вытирая слёзы с щёк, но на них появлялись новые.– Я с Бакугоу больше всех волноввлись за тебя. По ночам я не могла заснуть, думая о тебе, о том, как ты страдаешь... Я хотела тебя найти, помочь тебе, но не могла...

«И правильно, что не сделала этого, ты бы там погибла.»– подумал Киришима, но перебивать девушку не стал.

– Я не хотела тебе это говорить при ребятах и вот пришла к тебе одна,– продолжала она, глядя на него влажными глазами, но плакать она уже перестала. – Всё-таки мы дружим с тобой очень давно...

–Да, спасибо, тебе,– тепло улыбнулся ей Киришима.– Спасибо за всё. Но...ты ведь не только из-за этого сюда пришла?

Парень заметил, что Ашидо будто что-то не договаривала, и не зря же в её глазах читалась тревога помимо печали и боли.

–Да, ты прав,– девушка чуть помолчала,– Как бы то ни было, с Изамой мы тоже дружили давно.

Сердце Киришимы пронзила неприятная боль, и от этого он чуть сморщил лицо.

–А так и думал, что ты хотела о ней поговорить,– с печалью в голосе проговорил парень.

–Ты её видел, когда был в плену?– осторожно подбирая слова, спросила Ашидо.– Как она?

–Стала слишком злой,– покачал головой Киришима, снова вспоминая гневное лицо Изамы.– Это она сделала мне шрам на лице,– он провёл пальцем от лба к подбородку, чувствуя мягкую кожу шрама.– Она сказала, что я не достоин никого, ни её, ни тебя...

–Это она не достойна тебя,– строго сказала девушка,– А ты всегда был, есть и будешь достоин меня.

–П...правда?– глаза парня округлились, его сердце дрогнуло, а чувства будто снова проснулись.

–Да, дурачок,– улыбнулась Ашидо, медленно наклонилась и поцеловала его в губы.

Глаза Киришимы ещё больше округлились. И как он раньше не замечал её влюблённые взгляды? Как не замечал её ревнивые слова? Как не замечал её комплименты, её ласковые движения? Хоть они и были с Изамой лучшие друзья, она всё-таки всегда ревновала к нему.

Парень откликнулся на поцелуй, их языки сплелись. Раньше все его мысли были зациклены на Изаме, на её любви, на её реакциях, словах, движениях. Он и не замечал, что тайно от самого себя, был влюблён в Ашидо. Как же это было шикарно снова встретить любовь, почувствовать её вместо боли, почувствовать, что тебя любят, а не хотят покалечить, унизить, избить, как это делала Изама.

–Ради тебя я буду жить,– оторвавшись от губ Ашидо, Киришима гладил её лицо большим пальцем руки.– Ради тебя я стану великим героем, который будет помогать спасать мир, ради тебя я не буду больше чувствовать этой невыносимой боли, ради тебя я всегда буду с тобой и всегда буду любить тебя.

–Я люблю тебя, Киришима,– сверкая глазами, Ашидо снова впилась своими губами в его.