День третий: С добрым утречком!

  Позднее утро. Все уже давно занимались своими делами, а кто-то даже отбывал свое наказание за вчерашний, крайне наинеприятнейший своей сутью инцидент. За окном расцветали яблони и груши, над рекой летали отсеченные головы титанов, вытворяя всякие пируэты, а во дворе Микаса кидалась в Сашу сворованной из столовой колбасой, чтобы та быстрее выполняла свою работу. Примерно тот же метод рядовая решила попрактиковать на члене элитного отряда разведчиков Майке Захариусе, что, собственно, успешно проходило. Но хуже всего приходилось, конечно же, Ханджи Зоэ, которая с превеликим трудом пыталась отчистить конюшни одной только зубной щеткой! 
      Но, однако, некоторое количество довольно-таки значимых персон пропадало в неизвестном направлении, отчего озлобленная Микаса иногда самовоспламенялась и Саша с Захариусом с завидным успехом жарили над ней шашлыки, наполняя местность дивным ароматом турецкой кухни и заставляя разведчиков растекаться киселем от голода по лужайке. 
      Если бы вы могли пройтись по коридорам основного этажа замка справа, то могли бы там наблюдать небольшой проход в общественную уборную. Так вот, около этого самого прохода в царство чистоты стояли двое сонных неумытых разведчиков – Оруо и Петра. Хотя, своим видом они больше напоминали призраков, ибо более безысходных лиц за всю историю штаба никто не наблюдал. Ну, разве что головы титанов, быстро летавшие по простору и с завидной для девушки скоростью назначавшие свидания со стеклами окон замка. 
      «Титаном об стену», - сквозь дрему думала рыжеволосая. – «Все уже помылись, одна я с Оруо никак не могу умыться. Каким гигантом? Там хоть надолго?» 
      За дверцей в ванную комнату ясно и отчетливо слышались всплески воды, звуки брызг, звонкий и задорный смех, чьи-то недовольные нудные сопения и попискивание резиновой уточки. 
      - Оруо, скажи, кто сейчас занял ванную? – промямлила Петра, глядя на мужчину через полуприкрытые веки. 
      - Капрал, кажись, - зевнув, вяло проговорил Боссард. Перекинув полотенце на другое плечо, разведчик протер кулаками свои слипшиеся глаза. 
      - Значит, это надолго, - с безысходным выражением лица выдохнула девушка, опершись на стоявшую поблизости швабру. Постепенно Петра задремала, тихонечко похрапывая и пуская слюнки.
      Неожиданно все затряслось. По стенам, по потолку, по полу пошли трещины. Запахло жареным. Слышался дикий, душераздирающий звук, напоминавший адскую смесь рева льва, рычания тигра, воя волка, крика разъяренного медведя гризли, стрельбы пулемета и работы циркулярной пилы. В некоторых местах замка даже потрескалось стекло, а часть окон распрощалась с рамами. Но даже если бы наступил Апокалипсис, Оруо и Петра, словно сонные мухи, не перестали бы спать. Пушечным выстрелом их невозможно было разбудить. 
      И тут показалась владычица Ада, благодаря которой в этом растрясшем свои дряхлые косточки замке и начался этот Рагнарок – Микаса собственной персоной! Разгневанная, обозлившаяся, с неистовым огнем в глазах она распугала всех чертей в округе, от которых осталось только мокрое и неприятно пахнущее место. Местные тараканы с молниеносной скоростью схоронились под потрескавшимися плинтусами и стали писать завещания своим потомкам. А титаны, внезапно воскресшие от такого метания грома и молний со стороны Аккерман, начали выстраивать кирпичные заводы. От злости у Микасы, как у быка, стал идти дым из носа. Девушка шипела, будто котел с кипящим маслом.
      А рядом с этой новоявленной владычицей Ада, к которой даже бы сам Люцифер побоялся бы подойти ближе, чем на десять километров, мелкими шагами шел Армин. Отряхивая пряди со своего лица, блондин держал над раскалившейся от гнева головой темноволосой подруги шампур с нанизанным на него сочным мясом. Но иногда оно подгорало, чему Арлерт явно не был доволен. 
      Но даже этот хаос не заставил бы проснуться ту парочку товарищей по недосыпу, которая стояла в очереди в ванную комнату. Им, откровенно говоря, было фиолетово на возникшую из ниоткуда полукровку. Их больше беспокоили свои, личные проблемы, касающиеся гигиены. 
      - О, вот вы где! Здравия желаю, - отдав честь дремавшим членам элитного отряда разведчиков, обрадовался Армин. – А мы вас обыскались. Вы такое пропустили, слов нет! Без вас практически все мясо съели. 
      Мальчишка был живчиком и бодрым, как огурчик. Такой веселости и задорности редко можно было увидеть со стороны Арлерта. А обычно хладнокровная и спокойная Микаса почему-то стала крайне вспыльчивой и неуравновешенной. Будто не с той ноги встала. Интересно, с какой именно ноги она вставала, что своим гневом снесла ко всем титанам чуть ли не половину замка? А где-то там гиганты уже присоединились к местным тараканам писать завещания. 
      Оруо и Петра так и не оживились. Напоминая недавно восставших из мертвых зомби, разведчики что-то нечленораздельно бормотали и мычали. Боссард иногда хаотично размахивал полотенцем, отмахиваясь от чего-то назойливого (неужели комары-призраки?), а Ралл под влиянием дремы иногда соскальзывала со своей подруги случая – швабры. 
      Сколько бы Армин не пытался разбудить этих чемпионов по межгалактическому состязанию в скорейшем засыпании, сколько бы Микаса не трепала себе нервы и не открывала врата в Ад, в коем черти уже вешались со страху и запасались ведрами валерьянки, юные разведчики никак не могли разбудить дремавших на ходу старших товарищей. 
      В итоге у Аккерман терпение лопнуло, и она откуда-то из параллельной вселенной достала бочку нашатыря. Со всей силой и без всякого осознания последствий она вылила все содержимое на сонь, но те… достали зонтики и не дали себе промокнуть! 
      «Хитрожопые засранцы», - преисполненная негодования, мысленно бушевала Микаса. – «Вот бы их кувалдой!» 
      А Армин, доедая с шампура остывшие остатки шашлыка, стал продумывать стратегию того, как разбудить эту парочку. Но каждый план мысленно обращался в крах. В итоге мальчишка забросил эту затею. 
      А темноволосая разведчица, поняв, что все попытки провались, решила перейти прямо к делу. 
      - Господин Боссард, - с ноткой негодования, пытаясь как можно спокойней, спросила Микаса. – Вы не знаете, где Эрен. 
      - А? – прикрыв рот ладонью, зевнул Оруо. – А, Эрен с капралом, наверное. 
      «Вот жопой чуяла, что так оно и есть!» - вскипела девушка. – «Вот встречу их, не пожалею, размажу по стенке прямо на месте! А этому чистоплюю отдельно натяну трусы на голову, а потом кости переломаю, четвертую, перееду телегой, нашинкую, переведу на корм титанам и…» 
      - Бу-га-га!!! – безумно расхохоталась Микаса, отчего Арлерт чуть ежика не родил со страху. – Я с тобой по крупному разделаюсь! Бу -га-га!!! 
      - Эм, Микаса, может, успокоишься? – дернув подругу за плечо, спросил блондин. 
      - Извини, - успокоилась темноволосая. Повернувшись к Боссарду, девушка обратилась к нему. – А где этот сучё… то есть, капрал? 
      - А, капрал в… - указав в сторону ванной комнаты, хотел было договорить Оруо, но тут же пришел в ступор. Его глаза резко разлепились, а сон живо смахнуло рукой. Челюсть буквально слетела на пол. Примерно то же самое произошло и с Петрой, которая сразу проснулась, поняв, в чем дело. 
      Все на цыпочках подошли к двери. Приоткрыв ее, четверка глазком заглянули в образовавшуюся щелку. 
      Как и ожидалось, они увидели Эрена и Ривая, мирно плескавшихся в одной ванне. Мальчишка, сидя сзади капрала, мочалкой потирал капралу спину, а тот только тихо сопел и мурлыкал что-то невнятное себе под нос. Иногда Йегер нарочно теребил мыльной рукой волосы Леви, чему второй крайне не был рад. А рядом, как ни в чем не бывало, плавала его любимая резиновая уточка, которая с легкостью наблюдала за наготой и мускулистостью капральского и мальчишеского тел. 
      - Эрен, еще раз тронешь мою голову, получишь по шее, - строго, но в то же время шутливо буркнул Ривай. – Обещаю, убью тебя любя на месте. 
      Капрал улыбался. Добродушная белозубая улыбка проскользнула по его лицу. Контуры безмятежного лица стали более мягкими. Леви ничуточку не сопротивлялся тем ласкам, которые так легко шли со стороны возлюбленного им мальчишки. Иногда капрал позволял себе лечь на Эрена и расслабиться, чему брюнет был несказанно рад. Чувствовать всем своим существом любимого капрала для Йегера было всласть. 
      - Хорошо, - порозовев, пролепетал мальчишка. 
      Но все равно, преисполненный наглости, он с силой прошелся по взъерошенным волосам Леви, оставив на его голове порядочное количество мыльной пены. От такой «случайности» капрал упал лицом в воду, отчего Йегер без стеснений расхохотался во все горло. 
      - Ах, ты ж! – пытаясь стереть воду с лица, с долей усмешки буркнул Ривай. – Получи, фашист, гранату!!! 
      Набросившись на Эрена, Леви стал дергать мальчонку за волосы и периодически топить в неглубокой ванне. Весело булькая и выплескивая на пол часть воды, брюнет беспорядочно дергал ногами и пытался дать деру от повеселевшего Ривая. 
      - Стоять! Бояться! Сейчас уточкой кидаться буду! – подняв над головой руку с резиновой игрушкой, прикрикнул Йегер. 
      - Отставить бросаться полковником Ирвином!!! – отдав честь утенку, скомандовал капрал. 
      - Полковником? Ирвином? – Эрен, еле-еле сдерживая приступы смеха, чуть ли не потонул. – Леви, ты шутишь? 
      - Эрен, я на полном, мать его, серьезе! – скрестив руки на груди, фыркнул Ривай. – Лучше по-хорошему, отдай, пожалуйста, утенка. 
      Мальчишка послушно отдал неудавшийся снаряд в руки капралу. Он лишь опустил пискнувшую игрушку на водную гладь, и та спокойно поплыла вокруг своего покровителя. 
      - Ты только тому Ирвину, что не утенок, не говори о том, что я его именем кликаю вот это плавающее чудо, - подмигнул Ривай, не опуская скрещенных рук. 
      - А почему именно Ирвином? - глядя, как мерно плавала резиновая игрушка, спросил мальчонка. А та только протяжно пискнула, уткнувшись носом в воду и задрав хвост вверх. 
      - Знаешь, Эрен, - поправив тонувшую утку, на выдохе произнес Леви. – Несмотря на мое почтение к Ирвину, его хорошую репутацию и добропорядочность, иногда он меня бесит. Сильно бесит. Ну, сам погляди! 
      Капрал прикрыл лицо рукой, заставив любопытство Эрена живо проснуться. 
      - Леви, подорвал свою тощую задницу и вперед! – убрав с лица руку, пародируя полковника Смита, гаркнул Ривай. – Вперед, дети мои! Даже если вы двести раз порвете себе пердаки, убейте этих чертовых титанов! 
      - Титаном об стену, Леви, - сдерживая смешок, буркнул Эрен. – Я даже и в мыслях такого не подозревал… 
      - Кто здесь босс? Я здесь босс!!! – с помощью рук скривив свои брови на манер Ирвина, самодовольно фыркнул капрал. – Вся вселенная сосредоточена в моих неотразимых шелковистых бровях! Узрите, смертные, мою божественность! 
      Эрен прикрывал глаза руками, потому что такого его глаза еще не лицезрели. К тем более со стороны капрала. 
      - Ривай, скажи отряду дозаправиться колбасой, - с серьезным лицом поря чушь, говорил Леви. – И не спрашивай почему, чтобы не разрушить наш загадочный ореол сексуальности! Заодно задержи Эрена, чтобы он не взорвал сортиры! 
      - Титашкину мать, неужели и обо мне думают что-то подобное? – извиваясь в агонии смеха, хохотал Йегер. – Никогда я еще так не смеялся. 
      - Ханджи, мать твою за ногу! Сколько раз тебе повторять, мы не купим тебе пижамы размера «титанический» для Бина и Сонни! Мой бюджет уже, чем моя задница! 
      - О, это надо запомнить! – понимая, что сдерживать смех было бесполезно, угорал Эрен. – Титана за ногу и через плечо! Леви, у тебя прекрасное чувство юмора, провалиться мне на этом месте.

…Тем временем…

      Все стоявшие по ту сторону двери, стараясь держать себя в руках, пребывали одновременно и в шоке, и в диком веселье. Армин, заедая эмоции едой, никак не мог успокоиться, будто его глаза и мозги повторно потеряли девственность. Петра, вся в своем девичьем стеснении, сотню раз падала в обморок, когда возникали моменты с намеками на то, что она сможет увидеть совершенно, мать его, голого капрала. Боссарда понемногу посещала мысль, что подражать Риваю исключительно во всем была одна из самых наиглупейших идей в его жизни. 
      А вот у Микасы происходило самое настоящее кино, что и плакать, и смеяться хотелось. Девушка кипела, как котел с маслом, скалилась и злилась так, что лев не шел в какое бы то ни было сравнение с ней. От гнева полукровки могли разверзнуться врата в Ад, но черти, которых мы не уже не один раз побеспокоили, запасались одиннадцатилитровыми ведрами «святой» (!) валерьянки и уже побаивались выйти на свет Божий, пугаемые мыслью быть съеденными темноволосой разведчицей. Но с другой стороны (вы не поверите), у Микасы, словно Петергофский фонтан, шла кровь из носа! Бедная девушка уже сотым платком за раз пыталась остановить это кровотечение, которое выдавало ее истинные эмоции. А где-то рядом таракашки собирали так называемую «кровь девственницы», чтобы вызвать демона, который спас бы их от этого Апокалипсиса. Но с чертями сами знаете, что творилось. 
      Не в силах больше смотреть на то кино, что творилось в ванной, великая четверка закрыла врата в царство чистоты. Если Петра еще держалась, как могла, то Арлерт не выдержал первым и упал без чувств. 
      - Армин, что ты творишь?! – выпучив глаза и чуть ли не ревя, взвизгнула Петра. – Это же андалузский мрамор!!! Ривай убьет нас, если с полом что-то случится! 
      Припав к бессознательному мальчишке, Ралл стала проводить творящие чудеса в перьях обряды по его воскрешению. 
      «Интересно, когда это она успела достать шкуру волка и Бубен Предков?» - выполнив акробатические движения бровью, неподдельно изумился Оруо. 
      «Какой пидорас дал ей ключи от седьмого измерения?» - потеряв всякий дар речи, подумала Аккерман. 
      После недолгих, но громких ударов бубна над ухом побледневшего блондина, приведших, впоследствии, к контузии, мальчишка восстал из царства умерших со срывом сердца. 
      - А? Что? – очнувшись, спросил Арлерт. – Я уже в раю? Какой сейчас год? 
      - Не парься ты так, - отмахиваясь, сказала рыжеволосая разведчица. – Ты просто по обыкновению потерял сознание. Кишка тонка, приятель. 
      - Ну, кто бы говорил? – усмехнувшись, съязвил Боссард. – А сама чуть бы компотом не ссала, увидев обнаженный торс капрала. Я больше, чем уверен, что ты двести раз на дню представляешь, как идешь с Риваем под венец. А обручальное кольцо и платье продумано до мельчайших деталей, чтоб я оказался в желудке у титана! 
      - Ах, ты ж! – изрядно покрывшись румянцем стыда, начала негодовать Петра. – Титана на тебя нет! Отведай-ка силушки богатырской!!! 
      Со скоростью реактивного енота девушка набросилась на обидчика и стала давать сдачи, чтобы в следующий раз думал, о чем говорил. Иногда доносился дикий хохот со стороны Оруо и бешеный писк радиоактивных котят, который воспроизводила Ралл. Где-то в сторонке сидел Армин и глядел на это гладиаторское сражение, грызя попкорн, тоже добытый из параллельной вселенной (опять какой-то инкогнито Петросян оставил ключи без присмотра). Одна Микаса оставалась безучастной в этой варварской забаве. 
      Все еще стоя около двери, в которой скрывались оголенные мужские тела, которые остро нуждались в цензуре, полукровка иногда приоткрывала эти ворота, а потом с визгом последней истерички резко закрывала ее. В ту же секунду у Аккерман кровь шла из носа в три ручья, которую приходилось останавливать добытой из тронного зала огромной скатертью. К сожалению, даже она долго не протянула: почти половина полотна была окровавлена (скажите, как только Микаса не померла от столь значительной потери крови?). 
      - Эй, Микаса! Что ты там делаешь? – окликнула темноволосую разведчицу Петра, которая победно подпирала ногой тушку Боссарда. А тот только с лицом проигравшего глядел на рядовую, опираясь головой об руку. 
      Аккерман от неожиданности подпрыгнула. Дико визжа, она приняла оборонительную позу. 
      - Вольно, Микаса, – сдув с лица назойливую мошку, на выдохе произнес Боссард. – Тебя спрашивают: чего ты там на них глазеешь? Ты же вроде терпеть не можешь, когда твой брат вместе с капралом? 
      - Да я готова их в порошок стереть! – обнажив мечи-лезвия и засверкав глазами, полными злобы и гнева, выкрикнула разведчица. – Эрена за то, что перепихивается с этим ублюдком, а его за то, что трогает моего брата! Я готова снять с него скальп! Потом содрать три шкуры, дать по морде и выбить все зубы ко всем титанам! Затем сломать шею в тридцати местах сразу, пересчитать все его ребра и… о да, вырвать ему с корнем позвоночник!!! А потом в обязательном порядке четвертую и кастрирую! И на финише порежу его на салат, нет, на фарш (!) и скормлю титанам! Бу-га-га!!! Бу-га-га!!! Бу-га-га!!!
      Каждое упоминание пытки отображалось четкой и яркой картинкой в мозгу Боссарда, а слова отдавались будущим хрустом костей Ривая. Петру чуть бы не бросало в тошноту при подобных упоминаниях (уж Аккерман явно превзошла доктора Зоэ в ее рассказах о каннибализме). 
      - А чего тогда у тебя кровь из носа идет, как у Ханджи? – поинтересовался Оруо, прервав этот безумный смех новоявленного Франкенштейна. 
      - В том то вся и беда! – стерев очередную струю краем скатерти, фыркнула Микаса. – Я готова похоронить Эрена вместе с капралом заживо, утопить в одном мешке, сварить в котле с кипящим маслом, бросить в яму с бритвами или на растерзание медведей, но… 
      Боссард и Ралл затаили дыхание. Вытянувшись по струнке, они выжидали дальнейших слов обезумевшей девушки, которую уже мысленно нанимали в палачи-инквизиторы вне очереди. 
      - …но когда они вместе, то это слишком мило! – издав душераздирающий крик, сквозь него проговорила Микаса. – Я хоть их ненавижу, но при этом они очень хорошо друг с другом смотрятся. Сама не понимаю, что на меня находит?! 
      Разведчица готова была разреветься. Такой драмы еще никто не ожидал. 
      - Господи, Аккерман, ты ведешь себя, как последняя истеричка, - донесся откуда-то сухой и холодный голос. 
      Все повернулись в сторону, откуда он доносился. А именно – со стороны ванной комнаты. И верно: из прохода высовывалась мокрая голова капрала Ривая собственной персоной. Темноволосая от испуга отпрыгнула в сторону. 
      - Микаса, титана за ногу, через плечо и в ухо! Я и не думал, что ты меня так ревнуешь к капралу! – показалась над головой Леви не менее сырая голова Эрена. – Ну, ты и драму закатила! А что ты там, говоришь, хотела сделать с ним? 
      - Вы всё слышали?! – покраснев, как самый настоящий рак, взвизгнула Аккерман. 
      - Всё до единого слова, - не меняя своего привычного каменного лица, бросил Ривай. – Да и к тем более, я больше, чем уверен, что вы за нами тоже подглядывали. 
      - Ага, спасибо Армину, - рассмеялся Эрен, прикрывая рот рукой. – Его-то больше всех и было слышно. 
      - От тебя, Петра, если честно, тоже шуму хватало, - покосившись на рыжеволосую, фыркнул Леви. - И да, чья очередь сейчас принимать ванную? Мы уже закончили. 
      Петра и Оруо, вспомнив, что они до сих пор не были умыты, стрелой помчались к широко распахнутому входу. Но вот незадача: в желании быть первым эти двое застряли в проходе. Леви с Йегером лишь стоял снаружи рядом и делал лицо осознания того, как тонка граница между легендами и идиотами. 
      - Оруо, титаном тебя об стену, сколько раз тебе повторять?! – гаркнул Ривай, грубо схватив мужчину за волосы на затылке и вытащив его из дверного проема. – Дам вперед, а потом уже сам иди! 
      Петра, прощально помахав Боссарду, хихикнула и хлопнула дверью.
      А Армин, которого почти никто не трогал, продолжал наслаждаться эпичным зрелищем, заедая добытой из параллельной вселенной свежей порцией шашлыка.