День второй: Застукали

  Вечерело. Только свечи освещали спальню, объятую полумраком. Стояла необъятная, приятная своим покоем и безмятежностью тишина. На постели со слегка смятой простыней и скомканным одеялом беззаботно лежал Леви, подумывая о чем-то своем. В одной только тонкой льняной рубахе и штанах до колена. Ему никак не спалось. Потому что кое-кто не находился рядом. Это никак не давало покоя капралу. Ворочаясь с бока на бок, он думал только о нем – об Эрене. Этот человек никак не лез у него из головы, а из сердца и подавно. Словно что-то накрепко пришило Леви к Эрену и не хотело отпускать. Сердце из-за этого билось с бешеной скоростью, а дыхание становилось прерывистым. 
      До ушей донесся скрип старой двери, который нарушил это одинокое безмолвие. В проходе показался до боли знакомый юношеский силуэт, который освещался слабым огоньком свечки. 
      - А, это ты, Эрен, – встав в положении сидя, все так же бесстрастно промолвил капрал. – Чего ты бродишь в столь поздний час?
      Йегер стыдливо повернул голову в сторону капрала. По лицу мальчишки явно чувствовалась бессонница. Слишком уж ярко выражены были мешки под его глазами. 
      - К-капрал Л-Л-Леви, – заикался парнишка. 
      - Эрен, не нервничай. Подойди сюда, - единственно, что произнес капрал. 
      Держа свечу в руках, парнишка медленно приближался к кровати Ривая мерными шагами. Пламя свечки колыхалось и трепетало, отбрасывая свет на побледневшее лицо Эрена. За спиной играли всевозможные и причудливые тени. Где-то слышались отдаленные скрипы и шаги. Сердце у Йегера так и замирало. Он чувствовал себя неловко и неуклюже. 
      - Что-то случилось, Эрен? – сочувствующе спросил капрал. – Тебе не спится? 
      Но тот ничего не ответил. Лишь неуверенно присел рядом и как будто замер. Его что-то беспокоило. 
      - Эрен, что с тобой? – повернув мальчонку лицом к себе, все так же спокойно спрашивал капрал. – Что-то не так? 
      - Я замерз… - почти шепотом проговорил Йегер. 
      - Как? Сейчас ведь жарко, как ты мог замерзнуть? Не заболел ли ты случаем? 
      - Я замерз… Без тебя так холодно… 
      - А, так вот оно что, - положив на плечо мальчонки руку, сказал Леви. – Ясненько с тобой. 
      Приблизившись к Эрену, Ривай ласково обнял его сзади. Теплое трепетное дыхание приятно обдавало нежную мальчишескую кожу, а любовные прикосновения этих родных и близких рук согревали парнишку изнутри. Приближаясь к его лицу, Леви стал медленно смыкать свои губы в трепетном поцелуе с Эреном

…Тем временем…

      - Титашкину за ногу мать! Пресвятой батончик хлеба! Мать моя колбаска! – неистово бушевала Саша, безумно улюлюкая и показывая жесты, имитирующие поведение полоумного медведя. 
      По всему коридорчику бушевал хаос неведомых даже титанам размеров. Блаус носилась со скоростью реактивного хомячка, издавая отнюдь не пристойные звуки. Укуренными глазами она глядела во все стороны, бегая от угла к углу и вертясь, как сверхскоростная центрифуга. 
      - Каким титаном? – заикаясь, с ничего не понимающим выражением лица вопрошал Конни. – Что случилось? 
      - Что вообще происходит? – недоверчиво поглядывая на неадекватную разведчицу, удивлялся не меньше Спрингера Жан. – Почему Саша так безумствует? 
      - А вы разве не знали? А вы разве не знали? А вы разве не знали? – как попугай, повторяла одно и то же темноволосая девушка, дергая за щеки каждого из парней. С лицом обезумевшего животного, Саша хохотала во все горло, как маниакальный психопат, грозящийся убить всех и вся вокруг. Со страхом в сердцах, поледеневшей кровью и мокрыми от испуга штанами они ожидали ответа от подруги. 
      - А знаете что? А знаете что? А знаете что? – пугая окружающих своей выходкой, схожей с реакцией неадекватного енота, без устали вопрошала Саша. Ее с ума сводящий смех заставлял ребят думать, что титаны не такие уж и страшные. 
      - Что?! – дрожа, как осиновый лист, спрашивал Конни. Все его напуганное существо было на руках, как у потенциального жениха, у Жана. 
      - Бу-га-га-га!!! Бу-га-га!!! Бу-га-га-га!!! – ржала, как скакун арабский, Саша. Спрингер и Кирштайн уже подумывали о том, что нужно было срочно вызвать кукушку и кого-нибудь из старших с волшебным пинком под зад. 
      - Саша, с тобой все нормально? – с взглядом напуганного хорька, чуть ли не пищал Конни на руках у Жана. 
      - А знаете что? – все так же с манерой Франкенштейна спрашивала Блаус. 
      - Что?! – в один голос испуганно, как девчонки, взвизгнули ребята.
       После минутного, крышу сносящего улюлюканья, Саша ответила спокойным, как ни в чем не бывало, невинным голосом: 
      - Эх, Эрен пропал! 
      - Что?! – донесся с другой стороны крайне недовольный женский голос. 
      Все обернулись. Там, в проходе стояла крайне озлобленная Микаса. Темная аура так и густилась вокруг нее. Глаза девушки сверкали хищным светом и пускали молнии во всех и вся, а от бешенства чуть-ли не пена изо рта появлялась. 
      - Титаном об стену, что творится в этом дурдоме? – сглотнув ком, завизжал Конни, как можно сильнее сцепившись с курткой Жана. 
      - Вот же Эрен паршивец! – огрызалась и фыркала Аккерман. – Вот попадись он мне в руки! Он будит во мне зверя! 
      - Эм, Микаса, мы не боимся хомячков, - качаясь взад-вперед, сквозь транс мямлила Саша. – И чего ты так злишься? И где Эрен? 
      - В том-то и дело, что он сейчас где-то с капралом целуется! Фу, мерзость какая, убила бы их нахрен, - чуть ли не раскрывая от злобы врата в Ад, злилась Аккерман. Хотя, черти там уже давно с перепуга наделали дел в штаны. Потому что злая Микаса пострашнее титана будет! Где-то гиганты уже нервно покуривали в сторонке, видя свою никчемность. 
      От слов, сказанных темноволосой девушкой, Саша резко протрезвела и лишилась нижней челюсти. Жан настолько диву дался, что Спрингер на автомате выпал у него из рук. А тот даже не обратил внимания на то, что он упал на свою пятую точку, ибо такое известие просто не могло не оставить равнодушным. У мальчишки случился колоссальный взрыв мозга, которого, кажись, все равно не было. 
      - Ни хрена себе!!! – удивилась троица. – Это… Это как? У Эрена с капралом? Вы серьезно??? 
      У троих сразу на ум пришли грязные мыслишки, о которых не было принято говорить в приличном обществе. Если, конечно, их скромного размера компанию с отнюдь не скромным поведением можно было назвать обществом. 
      - А вы что, не знали? – скривила губы Микаса. – Или Армин вам не рассказывал?
      Все резко перевели свои взоры на побледневшего Армина, который больше смахивал на призрака. 
- Расскажешь тут о таком, – чуть ли не ревя, испуганным голосом пропищал блондин. 
      Мальчишку чуть ли не трясло. Глаза были пустыми и расширенными от шокового состояния, они глядели куда-то в левую точку. Ноги у Армина подкашивались, а плечи дергались подобно иголкам у ежа. Казалось, вот-вот, и Арлерт отбросил бы копыта. 
      - А… это… того… когда Эрен уже с капралом в таких связях? – издавая звуки отсталого ламантина и теряя по дороге нижнюю челюсть, спрашивал Конни. 
      - С тех пор как эти милашки переспали!!! – донеслось из прохода. 
      Все машинально повернули головы на порядком ноющих шеях. В проходе, ставшим волшебным, стояла никто иная, как Ханджи Зоэ. Глаза женщины с бешеной скоростью пускали искры. Из носа непрерывным потоком текла кровь, а уголки губ были подняты в кошачьей улыбке умиления. От майора безостановочно доносились звуки, выражавшие ребяческий восторг и совсем не детский съезд с катушек. 
      - Ня! – показывая свои атрофировавшиеся манией преследования мужской любви мозги, издавала не присущие нормальному человеку звуки Ханджи. – Ня-ня-ня!!! 
      - Откуда вы все, гады, лезете?! – понимая, что собственный рассудок потихоньку накрывался медным тазом, думал вслух Кирштайн. – Я окружен одними клоунами. 
      - Жан, не задерживай их в своей жизни. Цирк должен гастролировать! – сквозь транс опьяневшего охотника нечленораздельно бубнила Саша. 
      - Ага, только этот цирк чего-то застрял у нас по-крупному, - шепотом передал свою мысль Жану Конни. 
      - Доктор Зоэ, а Вы не знаете, где сейчас мой ублю… то есть, мой брат и капрал? – поинтересовалась все еще злая, как тысяча бешеных радиоактивных котят, Микаса. 
      - Конечно, знаю, - просияла Ханджи, вертясь вокруг своей оси со скоростью триста километров в секунду. Да так, что в каменном полу образовалась дыра, из которой отчетливо виднелись недоумевавшие физиономии Захариуса и Боссарда. Видимо, они не ожидали увидеть в потолке торчавшую пятую точку безумной доктор Зоэ. 
      - Охренеть и не встать! – удивился Оруо.
      - Вау, какие булочки, - ухмыльнувшись, глянул в сторону убийцы каменных полов и потолков Майк. 
      Парочку раз прокляв все, на чем стоял этот свет, Жан подошел к этой ничего не понимавшей бомбе замедленного действия и попытался помочь ей вылезти из этой дыры. Но Ханджи, только ее потянули за руки, сама вылетела со скоростью ракеты из этой дыры. 
      - Ну, так вам показать, где эти милашки находятся? – как ни в чем не бывало, поправила очки и спокойно спросила майор. 
      Все вытянулись по струнке и любопытно выпучили глаза. Конечно, каждому хотелось узнать, что там творилось между Эреном и Леви. Так любопытно, что все про страх перед капралом забыли. Но они потом об этом пожалеют. Обязательно и по-крупному. 
      Безумно улюлюкая, Ханджи на цыпочках, как вор, вела за собой компанию пытливых до мозга костей умов. Саша, подобно озорному полтергейсту, ползла одеяльной гусеницей под ногами, зажимая в зубах французский багет. Конни по непонятным причинам прикрывал давший о себе знать зад, который только в этот момент разболелся. А Жан просто шел за остальными, ибо любопытство пинком в пятую точку толкало его вперед. 
      Коридоры сменяли друг друга так же быстро, как и провиант заканчивался в цепких охотничьих зубах Блаус. А верное одеяльце разведчицы, не раз спасавшее от комнатных монстров, оставалось еще при Саше. Иногда Армин залезал к ней под одеяло, как под надежное убежище от всякой нечисти, вроде взбесившейся в край Микасы. 
      А Ханджи чувствовала себя огурчиком, будто ей все сойдет с рук. Женщина сияла, как после очередной удачной поимки титана. Хотя в такие моменты у нее обычно не образовывался кровавый гейзер в носу, как сейчас. О да, гейзер было мягко, слишком мягко сказано. Это просто извержение какое-то получалось! 
      И, собственно, из-за этого фонтана на место канувшей в Лету крыши Зоэ прибежали Петра, Оруо и Майк. Последний как-то хитро поглядывал на Ханджи. Интересно, с чего бы? 
      - По чем булочки брала, красотка? - игриво свистнул Захариус, но ему сразу же достался мощный удар по голове от Петры. 
      - Прости, Майк, твоя лавочка закрывается, - ехидно рассмеялась рыжеволосая, победно подпирая ногой голову упавшего навзничь разведчика. Тот в свою очередь был впечатан лицом в пол, отчего на щеке у Майка остались следы грубых «поцелуев» с каменным кирпичом. 
      К сожалению, Боссард не удержался от порывов смеха и дохлой рыбой упал на пол. Пару раз плюнув, рыжеволосая разведчица подошла к лежавшим, словно две выброшенные на берег каракатицы, разведчикам. Взяв каждого за волосы на макушке, Петра подняла их головы так, чтобы они могли хоть что-то увидеть помимо своего погибшего в неравной схватке с полом носа. 
      - Микки, Петра, Оруо! Голубчики мои! – по-кошачьи поджав руки и прыгая на месте, улюлюкала майор. – Вы тоже решили посмотреть на милашек? 
      Петра на автомате разжала пальцы, и Захариус с Боссардом вновь «поцеловались» с каменным полом. А вместе с их головами на пол упала и челюсть девушки. 
      - Эм, Ханджи, - робко начала разведчица. – А рядовые, того, тоже с тобой идут смотреть на, эм, ну, ты сама понимаешь? 
      Армин сглотнул ком в горле. Конни расширил от волнения глаза. Жан стал обливаться Ниагарским водопадом. Саша залезла под одеяло и стала трястись с невиданной доселе силой. Одна Микаса была спокойна, как шкаф. Но в мыслях она уже успела переломать капралу позвоночник в двадцати четырех местах сразу, хорошенько надрать ему зад и натянуть трусы на его голову. Темная аура зла так и клубилась вокруг девушки. Глаза неистово загорались ядовитым светом, уголки губ поднимались в хитрой злорадной улыбке, обнажая клыки. Иногда от Микасы доносились тихие едкие смешки. 
      - Микаса! Микаса! – тряся подругу за плечи, пытался вывести ее из транса Армин. 
      - А? Что? – спустившись на землю, недоуменно замотала головой девушка. 
      - Когда ты успела достать мечи-лезвия? – удивляясь, наивными глазами глядел на нее блондин. 
      - Упс, - скрестив за спиной оружие, засмущалась Микаса. А ведь этими самыми мечами в своих мыслях Аккерман уже сняла скальп и лишила наследства одного своего однофамильца. 
      - Ладно, ребята, - поправив очки, заулыбалась Ханджи. – Вперед, навстречу приключениям! 
      - Айда рвать пуканы! – крикнула из-под одеяла Саша. – Найдем же приключения на свой зад!!! 
      Жан беспокойно покосился на разведчицу охотничьего происхождения. Какие-то неведомые силы свыше подсказывали ему, что Блаус нужно было срочно вызвать волшебников из психушки. «Хотя, пусть доктора поберегут свое здоровье», - подумал Жан. – «Не буду же я, порядочный гражданин, отправлять их на самоубийство?». 
      Все последовали за Ханджи. Кроме одной. Эта одна поползла (!) за ней. Эта выходка порядком надоела Микасе, и поэтому она пустила в ход грубую силу и кусок колбасы, который заставил Сашу подняться на ноги. Выудив откуда-то из параллельной вселенной тростинку, Микаса нацепила этот заветный кусочек колбасы на него, как на удочку. Вдобавок, почуяв аромат сочной копченой колбаски, за так называемой приманкой, как загипнотизированный, пошел и Захариус. Он тоже, как Саша, стал обливаться голодными слюнями в три ручья. Словно зомби, они следили за малейшими движениями заветного кусочка «пищи богов», не медля ни на шаг. А Микаса с лицом, как у половой тряпки капрала Ривая, подманивала этих «дикарей» вперед, нога в ногу с доктором Зоэ. 
      Наконец все благополучно добрались до пункта назначения. В трепетном ожидании, которое было сродни поведению Гитлера, Ханджи носилась около прохода, как заводная. Глядя на нее, Конни и Армин успели наделать дел в штаны. Жан лишь про себя молился богам, чтобы ничего несущего апокалипсис не произошло. Оруо и Петра лишь пожимали плечами, глядя друг на друга. А Микаса, смотря на потолок и осознавая, что она окружена идиотами, брезгливо сплюнула. Сняв с «удочки» «наживку», Аккерман безжалостно кинула кусочек бедной колбаски на жестокое растерзание голодным чудищам – Саше и Майку.
      Поднимая тучи пыли, двое разведчиков с завидной титанам животной жестокостью стали терзать друг другу глотки, сражаясь в эпичной битве за колбасу, богиней (то есть Микасой) данной с небес (точнее украденной из буфета). Петра, Оруо, Жан и Конни стали делать ставки в пользу чьей-либо победы. Но в итоге победил… Армин, который отнял у ребят колбасу и съел ее. Все разочарованно застонали, а блондин удалился, будто ничего и не произошло. 
      Безумно хихикая и дергаясь в тиках, Ханджи жестом подманила банду отчаянных разведчиков к входу в капральскую обитель с крайне преступными зрелищами. Только майор приоткрыла заветную дверцу, как кровь бешеной струей хлынула из ее носа и окропила всех собравшихся. Но на это мало кто обратил внимания. Все с оледеневшей кровью и остановившимся сердцем смотрели сквозь щелочку в двери. 
      - Ну, уж этой манере я подражать не собираюсь, - выпучив от шокового состояния глаза и сглотнув ком в горле, буркнул Оруо, задергав плечами в знак отвращения. 
      Майк лишь аккуратно избавился от своей нижней челюсти, чтобы та не грохнулась вниз. Все-таки, собирать разлетевшиеся по всему коридору зубы было занятием не из приятных. У Захариуса было удивление неописуемо титанических размеров. Даже если бы он увидел Киса Шадиса в кружевных голубых семейниках, Майк не так бы сильно удивился, как тому, что видел сквозь дверную щелочку. 
      Микаса закипала от злости, как кастрюля с молоком. Правда, вместо молока у девушки убегало терпение. Затачивая мечи-лезвия, полукровка неистово скрежетала зубами. Ее глаза так и налились кровью (нет, не той, что текла у Ханджи из носа). Девушка готова была перерезать глотки одной сладкой парочке прямо на месте: капралу за то, что тот крутил шуры-муры с ее братом, а Эрену за то, что переспал с этим «чистоплюем» и вообще за то, что вел с ним отношения. 
      Удивительно, но у Жана и Конни тоже пошла кровь из носа. В их крошечных мозгах никак не укладывалось то, что их товарищ, Эрен, не просто вел отношения с самим капралом, а имел отнюдь не гетеросексуальные наклонности. Воспаленные умы парней стали посещать мысли с крайне не радужной перспективой о том, что с ними самими может учудить Йегер. От такого у разведчиков проснулась паранойя и окончательно лопнула кишка. 
      - Это… как он его, ох… - Заикаясь, бормотал Армин. – Ужас какой… Н-но тут же люди! Как это он так? Титаном меня об стену… 
      Если Петра еще старалась держать себя в своих тонких руках, то у блондина уже сдали и без того хлипкие нервы. Как какая-нибудь хрупкая барышня, Арлерт упал в обморок. Но грохнулся об пол отнюдь не с девичьей силой. Даже мини-землетрясение прошлось по коридору.
      Такая буря эмоций, такие чувства! Представляете, ведь весь этот балаган был вызван из-за того, что Эрен и Ривай только целовались!
      Горячие, жаркие, страстные поцелуи. Языки переплетались в причудливом танце, приносящем сладкое удовольствие обоим. Белые простыни, Эрен снизу, а Ривай в одних только штанах сверху. Руки капрала блуждали по мальчишескому телу, лаская нежную кожу со всей любовью и откровенностью. Иногда ладони Леви вызывающе пробегали по внутренней стороне бедер и паху мальчишки, от которого доносились приглушенные стоны. Эрен доверчиво и искренне глядел в серебристые глаза Ривая, ничего от того не тая. Простыня и одеяло сминалась под разгоряченными телами. 
      - А за мятую постель ты у меня еще попляшешь, - улыбаясь, посмеивался капрал. 
      - А ты меня накажи, Леви, - ехидно сверкая глазами, заигрывал Эрен. 
      - И накажу, проказник, - облизываясь и расстегивая рубашку Йегеру, отвечал Ривай. 
      Но неожиданно их романтическую идиллию разорвал резкий звук извне. Тот самый звук упавшего тела, ударившегося об камень. Это заставило капрала насторожиться. 
      - Каким титаном? – вернув себе прежнюю серьезность, начал возмущаться тот. Быстро пробежав вокруг глазами, Ривай приметил, что дверь в его родные пенаты была приоткрытой. В щели он четко приметил восемь пар любопытных глаз (девятой недосчитались, потому что Армин тогда потерял сознания). Такая наглость, что за его личной жизнью наблюдали посторонние, взбесила Ривая. Взяв мечи-лезвия, капрал пошел прямо к входу. 
      Снаружи послышались крики «Атас!», напуганные улюлюканья, благодаря которым и воскрес наш слабонервный блондин. 
      - Леви, ты куда? – напугавшись столь яркой реакции и блеснувшего оружия, спросил Эрен. – Что-то случилось? 
      - Они заплатят за свою наглость, - холодно бросил Ривай и стрелой выбежал из комнаты. 
      Дверь со всей силы громогласно открылась, чуть ли не слетев с петель. Все побежали туда, куда подсказывала уже начавшая болеть от страха пятая точка. Потому что все поняли, что от праведного гнева капрала пострадают все без исключения. 
      Тупик. Сорванцы попали в самый настоящий безвыходный угол. Тесно прижавшись друг к другу, и потихоньку делая кирпичей в штаны, разведчики дрожали и вопили от страха, как обезумевшие. Ривай широко расправил сжавшие угрожающе поблескивающее оружие руки. Он стал идти напрямик к эпичной восьмерке (девятый исчез при загадочных обстоятельствах), которая успела нажить себе приключений на свои голову и зад. Лезвия чуть ли не вбивались в стену, преграждая путь к отступлению. Противный дьявольский скрип о камень резал слух жертв их же преступной игры. Хоть лицо Ривая было каменным, как и всегда, но своей бесчувственностью он нагонял на разведчиков неописуемый ужас и заставлял кровь стыть в жилах. Серые глаза выражали такой гнев, что даже Микаса, хотевшая несколько мгновений назад убить своего однофамильца, напугалась не на шутку. С перепуга даже у Ханджи очки лопнули. Жан уже было начал замаливать свои грехи, а Оруо стал сетовать на то, что он так и не нашел себе пышногрудую красавицу на старости лет. 
      Неожиданно послышались посторонние неспешные шаги. Сзади Ривая теплые руки ласково обняли за плечи. Показалась знакомая голова с взлохмаченными темными волосами. 
      - Леви, не кипятись ты так, - это был Эрен. – Ты их и так достаточно напугал, что от них смердит, как от лошадей. Завтра загоняешь до седьмого пота, а пока опусти оружие, пожалуйста. 
      Капрал резко повернул голову, столкнувшись с лицом Йегера. Мальчишка, поймав момент, поцеловал его в искусанные от злобы губы. Ривая это сразу же успокоило, и его пыл остыл. А руки сами медленно опустились. 
      - Ладно, Эрен, уговорил, - взяв оба меча в одну руку, спокойно ответил капрал. – Не буду их трогать сегодня. Но… 
      Леви угрожающе повернулся в сторону толпы. Все сразу нервно зашушукались, обливаясь потом в три ручья. Некоторые уже и собственных конечностей перестали чувствовать, а у самых обособленных разведчиков так вообще душа в пятки убежала. 
      Капрал резко поднял мечи, чьи лезвия отбросили свой молниеносный блеск в сторону зачинщика всего сыр-бора – доктора Зоэ. Ее словно током зарядило: она вся встрепенулась и откинулась назад, испугавшись того, что лезвия могли ей прилететь в голову. 
      - Ханджи, я по твоей наглой морде вижу, что ты устроила всю эту заварушку, - отрывисто и брезгливо бросил Ривай. – Будешь отчитываться за каждого: вычистишь совершенно все конюшни на нашей территории. 
      Женщина облегченно вздохнула. 
      - Не думай, что ты так просто отделаешься, Ханджи. В качестве наказания и воспитательной меры ты будешь не просто чистить конюшни, а вычищать их… зубной щеткой! 
      И с этими словами капрал кинул ей необходимое орудие прямо в руки. С разинутым ртом и выпученными глазами Зоэ взглянула прямо на Ривая. 
      - Можешь начать прямо сейчас, - скрестив руки на груди, строго сказал Леви. 
      Все остальные рассмеялись. Но капрал только косо взглянул на них со всей своей серьезностью. 
      - А остальных прошу не расслабляться, - заставил притихнуть всех капрал. – На завтра я найду всем непыльную работенку. А сейчас можете расходиться. 
      На этой ноте Ривай развернулся и направился в свою комнату. Все еще негодуя, он показательно хлопнул дверью, что бедняга чуть ли не слетела с петель. И тут-то произошло то, чего никто не ожидал: с той стороны стенки, где была дверь, постепенно отлипая от каменного кирпича, на пол упала сплющившаяся тушка Армина. 
      - О, ебанный насрал! Нежданчик, - выделилась своей фразой Саша. Подойдя к неподвижно лежавшему блондину, Блаус начала ему кричать на ухо. – Ты такое кино пропустил, капрал Леви чуть нам всем пуканы не порвал! Я так вообще кирпичный завод построила! Ты бы видел наши лица. Смерть бы позеленела от той завидной скорости, с которой капрал нас заставил обосраться от страха. Это вообще титаном об стену какой пиздец! 
      Но резко Саша переменилась в лице. 
      - Эм, Армин, ты меня слышишь, блондинка слабонервная? – недоуменно скривив лицо, дернула за плечо мальчишку Блаус. 
      - Он что, сдох? – с серьезным выражением лица и без колебаний в голосе спросил Оруо. 
      Перекинув тушку разведчика через плечо, темноволосая девушка подбежала к остальным. Все они до сих пор оставались в шоковом состоянии. А Ханджи недоверчиво поглядывала на поданную ей зубную щетку. 
      - Эм, Эрен? – стыдливо понурив голову, обратился к мальчонке Жан. 
      - Что, Жан? – хитро взглянул на своего товарища Йегер. В его голосе чувствовалась непоколебимость. – Докатились? Не стыдно ли всем вам, всем вам, за то, что подглядывали за мной и капралом? Что мы вам такого сделали, что вы решились на такое? Вы нам не доверяете, или мы в чем-то согрешили перед вами всеми? Неужели наши отношения кажутся для вас слишком странными, ненормальными и дикими? Да, у нас было это. Да, мы не раз целовались. Да, мы любим друг друга. Но что вы нашли такого в наших отношениях, что, рискуя своей шкурой, вы отважились подглядеть за нами? Неужели вы так падки на столь откровенные зрелища, что захотели подглядеть за тем, как мы делаем это? Или же у вас были другие причины на то, чтобы увидеть наши интимные связи? 
      Всех стала загрызать совесть. Всем, даже разведчикам из элитного отряда, которые были намного старше Эрена, стало ужасно стыдно за свой поступок. Они готовы были сквозь землю провалиться или сгореть со стыда. Каждый из присутствующих сам для себя ответил на каждый риторический вопрос, которые им задали. 
      - Мы очень виноваты перед тобой и капралом, - подойдя к Эрену и сглотнув ком в горле, пробормотал Конни. – Мы сомневались в тебе, такого надумали про тебя, что было любопытно узнать. Нам всем ужасно стыдно. Ты прости нас, Эрен. 
      - Так уж и быть, на первый раз прощу вас. Но в следующий раз, прошу, не повторяйте подобного. Хотя доктору Ханджи нет смысла это говорить. Вы лучше идите все спать и набираться сил, завтра капрал вас точно загоняет до седьмого пота. 
      Йегер уже было собрался уйти, но его остановила чья-то рука. Мальчишка развернулся и увидел перед собой Жана. 
      - Эрен, ответь мне, пожалуйста, - оробевшим голосом начал задавать вопрос Кирштайн. - А каково это, когда тебя трогает и целует другой мужчина, когда ты сам мужчина? 
      - Наверное, ничем не отличается от обычных отношений между мужчиной и женщиной, - единственное, что ответил брюнет перед тем, как уйти спать