12 глава

Два дня прошли так незаметно, что Хиджо не мог вспомнить, ходил ли на работу вообще. Со стороны все казалось таким, словно он не надолго задумался, а число уже сменилось. К счастью или нет, но смены получились настолько спокойными и незапоминающимися, что у офицера было несметное количество возможностей размышлять над предложением Кафки. И, похоже, этими мыслями он умудрился дотянуться до самого парня.

В очередной раз внезапно очнувшись, Мурата понял, что вокруг все спокойно: коллеги тихо стучат пальцами по клавиатуре и изредка шуршат бумагами, бойлер с жутким гудением остужает воду, за окном слышатся гудки машин и даже чьи-то крики. Эти мелочи помогли мужчине немного заземлиться и прийти в себя. «Все нормально, тебе не нужно тратить столько сил на размышления, работа, все-таки, главнее» — стоило подумать Мурате, как раздался звонок. Не раздумывая, он подрял трубку, но вместо ожидаемого строгого женского голоса оператора Хидэо услышал совсем другой:

— Привет, прошло уже четыре дня, ты все еще не определился? — ласковый голос Кафки звучал еще мягче, чем при их встрече.

Офицер настолько растерялся, что ничего не ответил и, с немного ошалелым видом, пялился в экран компьютера.

— Жена? — поинтересовался один из коллег, но его тут же одернул другой:

— У мистера Мураты нет жены, ты совсем что ли?

— Я то откуда знал?

— Промолчал бы тогда лучше.

Хидэо спешно оставил свое рабочее место и ушёл в кабинет — на время ночных смен он предпочитал сидеть в общем зале, чтобы не нужно было туда сюда ходить, для общения с коллегами.

— Хидэо, что мне еще сделать? — этот вопрос звучал так странно, интонация была совсем несвойственна самоуверенному парню, но это ощущение было настолько мимолетным, что Мурата подумал, что ему привиделось. К тому же, буквально в следующую же секунду снова раздался тот властный манипулятивный тон: — Мне что-нибудь подорвать в качестве предупредительного знака?

— Не смей.

— Ой-ой-ой, боюсь. А то что? У меня есть почти все твои данные вплоть до адреса, а все, что ты знаешь обо мне, это то, что номер, по которому я тебе звоню, будет недоступен, как только мы закончим разговор.

— Почему тебе вообще нужна именно моя помощь?

— Тебе просто повезло.

— В каком смысле?

— Ты первый полицейский, которого я запомнил.

Хидэо тяжело вздохнул.

— Тогда уж, не повезло.

— Я тебе не нравлюсь?

— Догадайся.

— Какая жалость... — деланно расстроившись произнес Кафка, — Какая жалость, что меня это мало заботит. Я могу заигрывать с тобой хоть всю ночь, но не хочу отвлекать от работы. Напомню, у тебя осталось три дня. Чао, мистер коп.

Он сбросил, в очередной раз оставив Хидэо в метаниях, в поисках верного выбора. Но не успел он выдохнуть, как телефон снова зазвонил. «Да сколько можно?»

— Да? — раздраженно спросил он.

— Хи, ты же на работе? — это был отец. Голос его был на удивление ровный. Похоже, он был трезв.

— Да.

Хидэо напрягался каждый раз, когда отец звонил ему, особенно по ночам, ведь каждый раз это не заканчивалось ничем хорошим.

— Что-то случилось?

— У тебя когда выходной? Не знаешь?

— Мне нужно еще два-три дня отработать, и буду свободен.

— Я бы хотел встретиться с тобой, ты не против?

— Встретиться? Хорошо, конечно. Только по времени давай сориентируемся попозже, я не уверен, что после ночных смен смогу встать раньше полудня.

— Естественно. Говоришь так, будто я не был на твоем месте, — с усмешкой сказал Рюсукэ. — Ну, хорошо. Тогда не буду отвлекать от работы. Аккуратнее там, хорошо? Не натвори ничего.

— Ну отец.

— Шучу я, шучу. Все, хорошей ночи.

— Спокойной ночи.

Несмотря на немного неуместные шуточки отца, Хидэо не мог избавиться от легкой улыбки. Было ощущение, что он снова вернулся в прошлое, где было все хорошо. К тому же, он был безумно рад, что отец трезв. «Похоже, похмелье на мамину годовщину отрезвило его» — подумал Хидэо.

***Осталось 2 дня

В этот день Хидэо повезло: ему поручили патрулирование города, поэтому почти всю ночь он колесил по Лос-Анджелесу, то тут то там разгоняя шумящие компании и пугая бродячих кошек и собак. По радио крутили хиты прошлого десятилетия, и Хидэо периодически боролся с желанием не начать подпевать особенно заедающие моменты.

Он все реже обращался к мыслям о выборе. При том, что в его голове все еще не было четкого ответа, в глубине души он уже знал, как поступит.

Остался 1 день

Наверное, нынешняя неделя выдалась самой спокойной за все время, что Хидэо пробыл в полиции. Даже Эванс, проработавший в полиции большую часть своей жизни, поражался такому:

— Ни одного угона, ни одного убийства, — сетовал он, как будто разочарованный отсутствием работы.

— Это же отлично? — неуверенно спросил Джейден. — Меньше нарушений — меньше работы.

— В самом деле, Эванс, чего ты? Отдыхать тоже надо, — осадил его Дэвис — такой же старожил. — Совсем уже помешался.

— Он просто жаждет повышения.

Они рассмеялись. Все. Кроме Эванса.

— Вы не понимаете! Это как затишье перед бурей, вы не находите?

— Ну, похоже, но разве у вас не бывало спокойных дней? — поинтересовался Джейден. Из всей компании, наверное, он единственный при любых обстоятельствах прислушивался к советам и мыслям Эванса.

— Это Лос-Анджелес, Джейден! Тут каждый день что-нибудь происходит. А сейчас... — он многозначительно вздохнул и уткнулся в руку.

— Ну, хватит нагнетать и пугать новичка. Пошли лучше кофе попьем, — похлопал его по плечу Дэвис. С бухтением: «Вы еще вспомните мои слова» — старший офицер направился следом за ним.

Хидэо уважал мистера Эванса — за свою карьеру он раскрыл не мало преступлений, а его интуиции могли позавидовать многие полицейские, — но со временем стал относиться к его довольно пессимистичным прогнозам с некоторым скепсисом. Все же, если всегда смотреть на мир через призму ужаса, мрака и краха всего, жизнь покажется той еще пыткой.

Осталось 12 часов

Мурата был так рад окончанию рабочей недели, что решил зайти за тортом в кондитерскую рядом с домом. Он давно не брал ничего сладкого, поэтому не стал сопротивляться внезапному порыву. Иногда себя тоже можно баловать.

Небольшая кондитерская находилась на углу дома и своей лаконичностью и зеленью выделялась на фоне унылых магазинов с неоновыми вывесками. В бочках по периметру росли аккуратные кустики с маленькими листами. Сразу было видно, что над их формой старался умелый садовник. Вокруг оконных рам вился своевольный плющ. В отличие от своих братьев-кустов, он казался свободным и гордым. В лотках под окнами были высажены симпатичные ухоженные розочки. Витражные вставки в форме листьев лотоса завершали общую цветущую композицию.

Внутри было не менее зелено. Хоть и стены и пол были мягкого бежевого оттенка, узоры растений на всю стену подчеркивали наружное украшение кондитерской.

Несмотря на всю эту красоту, Хидэо периодически задумывался, насколько правильным было делать кондитерскую в тематике леса. Но приличная очередь, в которой он оказался, как только пришел, и большое количество гостей внутри и снаружи говорили о том, что дела у кондитерской идут отлично.

Помимо всевозможных тортов, пирожных, эклеров, бисквитов и кексов там продавали еще и кофе, что было отличной приманкой для студентов и молодых людей, гонящихся за эстетикой, в которой обязательно необходимо было начинать утро со стаканчика латте на миндальном молоке.

И пусть Хидэо был заядлым любителем кофе, чаще всего пил обычный растворимый кофе, который брал в супермаркете. Но в этот раз он решил изменить традиции и помимо торта взять еще и кофе.

— Здравствуйте, желаете сделать заказ? — милая девушка за кассой слегка улыбнулась ему.

— Да.

— Вам с собой или здесь?

— С собой, пожалуйста.

— Хорошо, что будете?

Хидэо пробежался взглядом по витрине. Торты выглядели так аппетитно, что захотелось распробовать каждый. Мужчина был еще и жутко голодный, отчего аппетит разыгрался еще сильнее.

— Можно, пожалуйста шоколадный торт, и я еще бы хотел кофе заказать.

— Поняла, какой?

— М, эспрессо, пожалуйста.

— Тогда подождите несколько минут.

Девушка перепоручила задание бариста, который тут же занялся делом. Через пять-семь минут все было готово. Хидэо рассчитался и осторожно забрал торт. Кофе был вкусным и на вкус значительно свежее того, что он пил дома. «Надо будет заходить сюда почаще», — подумал он.

Вернувшись домой, он заглянул в холодильник, в котором почти не оказалось ничего съестного. Снова идти в магазин жутко не хотелось, поэтому он быстро оформил доставку, после чего пожарил котлеты, завалявшиеся в морозилке. Включив чайник, он не стал дожидаться его закипания и отрезал кусочек торта. Тот оказался таким же вкусным, как выглядел.

Недолго думая, он набрал отцу.

— Алло, привет.

— Хидэо? Добрый вечер, не ожидал от тебя звонка.

— Я же обещал тебе время уточнить. Давай завтра в пять?

— Без проблем.

— Отлично. Тебе тортик принести?

— А есть повод?

— Нет, просто взял себе сегодня, один, наверное, не управлюсь.

Отец рассмеялся в трубку.

— Ну, возьми, я давно торты не ел.

— Хорошо.

Еще недолго побеседовав ни о чем, Хидэо положил телефон и продолжил есть. Раздался звонок в дверь. «Как-то быстро для курьера», — подумал мужчина, но дверь все же открыл.

— Приветик, вижу, ты тут притариться решил к моему приходу, — сказал Кафка, покручивая в руках целлофановый пакет с овощами в руках. — Как мило с твоей стороны. Чем накормишь?

— Ты?..

— Конечно, а кто еще.

Парень, поняв, что встречать его тут не собираются, обошел хозяина квартиры и направился на кухню.

— Ого, даже тортик купил. Что-то романтическое намечается?

— Почему ты...

— Молчи лучше, у тебя не получается разговаривать. Я пришел узнать твое решение. А то ты все молчишь и молчишь. Пришел по твою душонку.

Хидэо еще несколько секунд пробыл в растерянности, но все же собрался. Нужно было действовать по плану. Он быстро дернулся в сторону шкафчика и схватил заранее приготовленный пистолет и наручники, после чего направил дуло на Кафку. Тот стоял к нему спиной, но едва услышал подозрительный шорох, тут же повернулся.

— О как, ну, поиграем по твоим правилам, — он бросил пакет на стол и вскинул руки.

— Я не собираюсь вестись на твои провокации. Руки выше.

— Ой ну так и быть, — парень задрал руки еще выше.

Не опуская пистолета, Хидэо медленно подошел к нему, после чего начал ощупывать его со всех сторон на наличие оружия.

— Если хочешь меня полапать, не обязательно делать это с пистолетом в руках. Хотя так, действительно, куда интереснее получается.

— Заткнись.

— Ой-ой, офицер заигрался. Выходит, ты отказываешься от сотрудничества?

— Да.

— Какая жалость, — его голос вдруг очерствел. — Я думал, я понятно объяснил, чем ты можешь поплатиться.

— Хватит играть со мной, — Мурата приставил пистолет прямо к голове парня и ловким движением прицепил наручник к одной из рук. — Кто из нас тут заигрался, так это ты. Это тебе не в войнушки играть.

Хидэо рассчитывал, что Кафка явится к нему на работу, или они встретятся хотя бы на улице. Он совсем не рассчитал, что встреча состоится прямо у него в квартире, поэтому приходилось отталкиваться от того, что было. К тому же, он должен был сказать свое решение только завтра.

Но, как оказалось, ощущение контроля над ситуацией было ложным. Кафка до неузнаваемости изменился в лице. С какой-то монструозной силой он толкнул Хидэо коленом в солнечное сплетение. Мужчине потребовалось собрать всю волю в кулак, чтобы не свалиться на пол от сковавшего удушающего ощущения. Словно рыба, выброшенная на сушу, он начал хапать ртом воздух, пытаясь как можно быстрее прийти в себя. В голове будто мигала тревожная красная кнопка — «Тревога! Опасность! Тревога! Опасность!» Следующий удар последовал в ребра, но мужчине удалось в последний момент смягчить его, поэтому урон вышел не таким серьезным. Гибкие пальцы, обтянутые дорогим атласом так крепко схватились за волосы, будто Кафка хотел снять скальп с него.

— Как эгоистично с твоей стороны, — прорычал парень. Его дыхание совсем не сбилось. — Что ж, я услышал твое мнение. Больше я таким добрым не буду. А ты еще приползешь ко мне, будь уверен.

Он швырнул мужчина на пол и придавил ногой. Пистолет тут же оказался в изящной ручке, от легкого движения которой зависела жизнь Хидэо. Офицер так и замер. Картинки с лучшими моментами его жизни не пролетали перед глазами, но ощущение ближайшей смерти стало таким сильным, будто он уже одной ногой находился в загробном мире.

Рука дернулась. Раздался негромкий хлопок из-за установленного глушителя. Острая жгучая боль пронзила руку. Хидэо застонал от боли и попытался схватиться за рану, но Кафка крепко зажал каблуком совсем рядом с ней, от чего перед глазами повылетали искры.

Мир вокруг превратился в хаос, после чего потух. Из небытия его выдернул жуткий громки рев — это кричал он сам.

Ему потребовалось еще около минуты, чтобы более менее прийти в себя.

«Нужно...

       перевязать...

                   руку... нужно»

Казалось, что мысли утекали вместе с кровью, которая медленным темным потоком лилась из предплечья.

С трудом поднявшись с места, он, еле переставляя ноги, оказался на кухне и достал эластичный бинт. Было два положительных момента, которые немного успокоили мужчину, если сейчас вообще что-то могло его успокоить: первый — пуля застряла внутри, поэтому он должен был потерять не так много крови, как мог бы, а второй — судя по цвету и скорости вытекания крови, это была венозная кровь, а значит артерия не была задета.

Кое-как найдя телефон, он набрал номер спасения.

— Алло, это 911, что у вас случилось?

— Меня зовут Хидэо Мурата, мне 32 года, на меня напали в моей квартире, прострелили руку... — делая частые паузы на передышку, он продиктовал адрес, — я перетянул руку жгутом, вызовите скорую...

— Поняла, сейчас, оставайтесь на линии.

— Угу...

Ситуация начала налаживаться, как раздался взрыв.