Глава 28

• Наверное тяжело отказаться всего и всех, чтобы обрести спокойствие? Нет. Мне не тяжело. После того, как я исчезну, мир не поменяется, никто не заплачет, на мою могилку, представляющую собой маленький бугорок без надгробия, никто не придёт поплакать, истории о моей никчёмной жизни не дойдут до будущих поколений.

Я вышла на улицу и закрыла дверь на замок. Пьяные крики мамаши не в силах сдержать даже толстые стены дома. Небо подозрительно бурое. Или это от действия наркотиков?
Стараясь держать равновесие, я дошла до машины и села на переднее сидение.
- Зачем ты приехал?
- Хотел забрать тебя, отвезти в школу, пообщаться.
- А я не хочу. И сама могла бы дойти.
- Если бы не хотела, не села бы в машину.
На лице парня засияла самоуверенная улыбка. Он медленно провёл рукой по моему плечу, отвернулся и завёл машину, нажал на газ.
- Как дома?
- Никак. Мама пьёт, я употребляю. Всё ужасно.
- Ещё не оправилась после похорон?
- Нет. - Я устремила взгляд в окно. Мимо проплывают деревья, дома, столбы. Небо с каждой секундой становится всё темнее и темнее, принимая ярко-алый окрас.
- Не понимаю. Как ты сохраняешь спокойствие после того, что сделала?
- Что я сделала?
Я повернулась к Мейсону. Его лицо внезапно почернело. Он посмотрел на меня, улыбка растеклась по всему лицу парню, уголки рта дотянулись до ушей. Парень медленно начал говорить:
- Ты убила брата! Ты знаешь, что это твоя вина! Ты беспомощна! Ты бесполезна! Ты ни на что не способна! Тебе всегда нужна чья-то помощь! Если бы ты была сильной, Мирко был бы жив!
С каждым словом из его рта вырывались сгустки дыма, напоминающие облака. Они заполняли машину, перекрывая обзор.
- Прекрати! Замолчи, Мейсон, замолчи! - завопила я, закрывая уши.
- Не отрицай правду! - он перешёл на крик. - Ты во всём виновата! Ты разрушила свою семью! Ты забрала жизнь своего брата и ещё трёх невинных! Ты испортила всё, что можно было испортить!
- Это не правда! - Я вцепилась в кресло мёртвой хваткой.
- Ты убила своего брата!
- Нет! - Я старалась перекричать Мейсона, но ничего не выходило.
- Ты убийца! Ты должна была умереть, а не он!
- Заткнись! Заткнись! Заткнись!
Внезапно шум дорог исчез, машина словно подлетела. Сквозь постепенно рассеивающуюся белую дымку ко мне потянулась рука. Она окутала автомобиль, словно поднимая его выше к небу.
Я разглядела лицо парня, держащего меня за руку.
- Сестрёнка, я рядом!
- Мирко, - проронила я, неуверенно взяв его за руку. - Живой! Неужели живой!
Его светлое личико словно сияет на солнце, кофейно-карие глаза неустанно рассматривают меня, нежно-розовые губы изгинаются в улыбке.
- Я скучаю! - прошептала я, стараясь как можно внимательнее рассмотреть его.
- Я тоже! Ты пойдёшь со мной?
Я кивнула:
- Да. Забери меня, братишка, я так больше не могу жить!
- Я рядом. Не печалься.
Я почувствовала что-то мокрое на губе. Провела пальцем и осмотрела его. Кровь. У меня из носа пошла кровь. Подняв вновь взгляд на брата, я ужаснулась. Зрачки закатились назад, кожа стала стекать с лица брата, оголяя череп, всё его тело задрожало, из почерневшего рта потекла алая кровь. Вместе с кровью, постепенно заполняющей машину, из рта Мирко стали вытекать органы. От страха меня бросило в дрожь. Я закричала, зовя на помощь. Попытка освободить руку не увенчалась успехом. Оголенная рука-кость вцепилась в меня, пронзая запястья насквозь. Боль сковала меня, кровь стала хлестать из всех частей тела, меня словно ломало изнутри. Взгляд в панике метался между братос окном. Как вдруг я увидела землю в лобовом стекле. "Он заберает меня с собой! " - всё, что я успела подумать перед тем, как машина столкнулась с землёй.

Я проснулась от удара. Точнее, не совсем удара, а от падения. Сердце гулко забилось от приснившегося кошмара. Который день меня мучает этот ужасный сон!
Я должна была быть на его месте. Я должна была умереть, а не он!
На дрожащих ногах я спустилась в гостиную. На диване лежало пьяное тело так называемой матери. Со дня смерти Мирко ни разу не видела её трезвой. Она только и делает, что пьёт и трахается с не менее пьяным любовником.
Как бы хотела я остаться дома. Но и так три дня уже не ходила в школу. Мистер Уолт будет крайне недоволен.
Посмотрев на измученное и опухшее от слёз лицо в последний раз, я вышла на улицу. Не хочется даже приводить себя в порядок. А какой смысл? Для этого мира я всё равно ничего не значу.

Косые взгляды, перешёптывания и отвращение на лицах учеников мне стали уже привычны. Но сегодня все смотрели на меня с какой-то новой эмоцией. То-ли со страхом, то-ли с сочувствием. Но эти эмоции не искренние. Они точно знают о потере моей семьи, поэтому и смотрят так. В людях заложено ложное сочувствие к потерянным. И не важно, как они относились к человеку до. Узнав о горе в жизни другого, люди начинают испытывать стыд за то, что унижали его. Именно этот стыд многие воспринимают как сочувствие. На самом же деле всем плевать на ваши чувства. Словно крысы, окружающие затихают на время, пока ваш моральное состояние не придёт в норму. Когда же это случится, они вновь нанесут удар и сломают вас.
Но у меня уже нет сил скрывать боль и отчаяние. Нет сил улыбаться и делать вид, что мне всё равно. Пусть обсуждают. Пусть самоутверждаются засчёт моих страданий.
Я зашла в кабинет и медленно осмотрела всех сидящих. С моим приходом наступила глухая тишина. Одноклассники уставились на меня, некоторые медленно отвели взгляд. Я прошла к своей парте и кинула рюкзак на пол. Заметила поникшие взгляды Бекки и Одри. Они смотрели на меня словно на умирающего от голода щеночка. Не знаю почему, но я почувствовала отвращение. Отвращение к ним, к себе. Ко всему миру. В людях нет ничего святого. Они умеют унижать, высмеивать и "сочувствовать". Я не хочу жить в таком мире!
В класс зашёл мистер Уолт.
- Приготовились к уроку?
Он бегло осмотрел учеников и, заметив меня, застыл. Мы молча смотрели друг другу в глаза некоторое время, после чего он улыбнулся и произнёс:
- Здравствуй, Мёрфи, рад снова видеть вас на уроках.
Я молча кивнула и направилась в коридор, подальше от всех этих жалких существ. Судя по всему, Адам посчитал это намёком и направился за мной.
- Подожди, Мёрфи! Стой! - Он осторожно взял меня за руку, я развернулась к нему лицом.
Ком из слёз в горле мешает мне разговаривать.
- Ты как? - Адам закрыл рот рукой и зажмурился. - Глупый вопрос, знаю. Но я переживал. Тебя не было на уроках.
Я кивнула.
- Что у тебя с лицом?
Адам осторожно дотронулся до моей щеки, провёл рукой по лицу и приподнял голову, чтобы рассмотреть гематомы.
- Кто тебя бил?
В ответ я пожала плечами.
- Мёрфи, кто это сделал?
Я отстранилась и отвела взгляд в сторону. Картинки перед глазами расплываются словно волны в море. Я тщетно пыталась сфокусировать зрение хоть на чём-нибудь. Медленно облакотилась на подоконник и уставилась в него.
- Ты что-то употребляла? - Адам заметил, в каком я состоянии.
Не особо-то он и наблюдательный, раз понял это только сейчас, спустя три минуты нашего диалога. Я замотала головой в разные стороны, не отводя взгляд от подоконника. Даже белый цвет растекается, переливается и убегает прочь с глаз моих.
- Ответь, что ты употребляла!?
Адам схватил меня за плечи и принялся трясти. Мне пришлось выдавить из себя ответ, пока он не вытряс все мои органы:
- Валерьянку! Много валерьянки!
Адам остановился, но качать меня не перестало.
- Сколько? И от валерьянки не может быть такого эффекта.
- Семь. Или девять. Я не помню. И вчера курила.
- Сигареты?
Нервный смешок сорвался с моих уст. Его вполне хватило, чтобы Адам понял ответ.
- Ты уверена, что сможешь присутствовать на уроках в таком состоянии?
Я кивнула. Да и выбора у меня нет. Либо вернуться домой, где меня без конца бьют и трахают, либо остаться в школе и слушать скучных учителей. Кажется, всё очевидно.
Медленно переставляя ватные ноги, я направилась в кабинет. Мистер Уолт постоял ещё некоторое время, после чего тоже отправился на урок.
Прозвенел звонок. Мистер Уолт начал объяснять тему сегодняшнего занятия.
С дальней парты, да ещё и в таком состоянии, практически невозможно разглядеть что написано на доске. И спустя несколько усердных попыток, которые ни к чему не привели, я сдалась. Сдалась, опустила голову на парту и провалилась в сон.
Прозвенел звонок. Я с трудом открыла глаза и осмотрелась вокруг. Затекла правая часть лица, на которой я спала. Скорее всего, остался след от парты. Вокруг никого. Когда все успели уйти? Но когда я посмотрела на часы и увидела, что уже десять часов, поняла, что проспала несколько уроков. Почему меня никто не разбудил? Адам посчитал, что мне нужно выспаться? Это конечно очень заботливо с его стороны, но и не педагогично! Как он может позволить своей ученице спать на уроках?
Я скинула все принадлежности в рюкзак и собралась уходить, как вдруг заметила на столе маленькую шоколадку с привязанной к ней запиской. Кристиан всё ещё подкладывает мне сладости? Я оторвала записку и прочитала её.

"Милая моя Мёрфи, мне было так тоскливо без тебя эти дни. Я знаю, что в твоей жизни сейчас очень тяжёлый период, но прошу, не оставляй меня так надолго! Я не проживу более ни дня, если не увижу твоё прекрасное личико среди множества учеников нашей школы. Просто знай, что ты всегда можешь обратиться ко мне, и я всегда буду рядом! Всё ещё твой друг (в мечтах парень) Кристиан."

Я аккуратно сложила записку и убрала её в карман. Почему же ты продолжаешь меня преследовать? Для тебя это всё игра... Когда же ты поймёшь, что в реальной жизни всё гораздо сложнее и страшнее?
Собралась и отправилась на следующий урок. Но в коридоре меня ждал очередной сюрприз в виде Мейсона. Парень стоял возле кабинета биологии, куда я направлялась, и нервно осматривался по сторонам, сухо выстукивая пальцами по подоконнику. Наши взгляды пересеклись. На лице парня появилась неловкая, или даже взволнованная улыбка. Недолго думая, Мейсон направился ко мне навстречу, я остановилась и сделала шаг назад.
- Ты меня боишься?
Я замотала головой в разные стороны. Он подошёл так близко, что я смогла почувствовать тепло его тела. Внезапно меня одолела ни то слабость, ни то спокойствие. Больше я не смогла сдерживаться и бросилась парню в объятия. На некоторое время он словно статуя замер, не решаясь обнять в ответ. Наконец-то его сильные руки обвили мою талию и прижали к накаченному телу, пахнущему безумно вкусными мужскими духами. Запах окутал меня с ног до головы, я медленно выдохнула горячий воздух в грудь Мейсона.
- Ты в порядке?
- Нет! Мне так плохо! - Душа стонет от боли, из-за чего я не могла говорить громко и внятно.
- Хочешь свалить с уроков?
- Да!
Мейсон провёл рукой по моей щеке и грустно улыбнулся. На миг мне показался его взгляд не холодным и бездушным как обычно, а взволнованным и чувственным. Но лишь на мгновенье. После же равнодушное спокойствие вернулось к Мейсону.
- Пошли, у меня ключи от машины Майкла.
Парень взял меня за руку и повёл по коридору к выходу. По пути мы встретили мистера Уолта. Он печальным, но понимающим взглядом проводил нас и вздохнул.
Дойдя до машины, Мейсон открыл мне дверь и усадил на переднее сидение, обошёл машину и сел за руль.
- Прокатимся или посидим?
Я пожала плечами. Взгляд упал на сухие руки, кожа потрескалась. Вдруг их накрыла сильная рука Мейсона и нежно сдавила.
- Очень плохо?
От этого вопроса сдавило всё внутри. Я медленно перевела взгляд на совершенно спокойное лицо парня. Как у него получается сохранять равнодушие в такие моменты? Да и с чего он вдруг решил заговорить со мной? И с чего я решила заговорить с ним?
- Я опустошена и уничтожена.
В горле пересохло, поэтому мой голос было едва слышно.
- Мёрфи, я понимаю, тебе тяжело. Я не умею говорить красиво. Просто хочу узнать о твоём состоянии. Тебя не было в школе больше недели.
Стоп!
- Я пропустила три дня! - уверенно возразила я.
Парень нахмурился и осмотрел меня.
- Нет. Тебя не было больше недели. Дней девять, наверное.
Эта информация никак не укладывается в голове. Я была уверена, что провела дома всего три дня. Ну, может четыре. Но никак не больше!
- Ты пила? Употребляла?
На каждый вопрос я лишь кивала в ответ. Мейсон осторожно дотронулся до моего лба, затем провёл тыльной стороной ладони по щеке. Пальчики, подёргиваясь, спускались всё ниже, убирая волосы с шеи и плеч.
- Что употребляла?
Он продолжал внимательно рассматривать моё тело.
- Я не помню. Всё, что могла достать. На что денег хватало.
- Кто продавал?
- Нашла какого-то дилера в клубе незадолго до смерти Мирко. - Я оттолкнула руку парня, которая внезапно дотронулась до блузки и оттянула её. - Что ты делаешь?
Лишь на одно мгновенье брови парня нахмурились. После он невозмутимо посмотрел мне в глаза и спросил:
- Кто тебя бил?
Странное чувство. Почему-то мне так необходим был этот разговор. Столько дней я мучалась и ждала, когда кто-нибудь поинтересуется моим состоянием. Но теперь, когда он здесь, рядом, и по непонятным мне причинам проявляет внимание, желание разговаривать в миг улетучилось. Словно кто-то заклеил мне рот и приказал молчать. Словно нас подслушивают и за всё сказанное нанесут мне новые увечья.
Я постаралась отсесть от парня так далеко, как позволяли размеры машины. Руки непроизвольно обхватили тело, заставляя меня нагнуться вперёд, к коленям.
- Мёрфи, что с тобой?
Перед глазами стали мелькать воспоминания о событиях прошедших дней: как Айлин берёт первый попавшийся на глаза предмет, будь то скалка, провод от зарядки или что-то ещё, и бьёт меня со всей силы, а я, закрывая голову, молча терплю ужасную боль.
- Мать била, - коротко ответила я.
- За что?
Мейсон провёл тыльной стороной ладони по моему плечу.
- Просто так. За то, что я порчу ей жизнь. За то, что разрушила семью и убила Мирко.
- Но ты же не виновата!
Внутри всё сжалось. Мирко! Как же мне тебя не хватает, братишка!
- Она этого не понимает. Я каждый день слышу, что я не желанная дочь и они хотели только сына.
- А отец? Он был на похоронах?
Я кивнула.
- Но мы не общались. Он обнял меня один раз и больше не подходил. Я не смогла даже рассказать ему о том, что происходит дома. Словно мы не знакомы. Ему абсолютно всё равно, как я живу. Ему нет дела даже до того, жива я или уже нет.
- Он же хотел забрать тебя к себе, нет?
- Хотел. - Я отвела взгляд в сторону. - Или не хотел. Думаю, ему лучше живётся без меня.
- А помимо отца есть родственники?
- Нет. Точнее есть, но нет.
По негодующему выражению лица парня я поняла, что необходимы подробности.
- Моя бабушка была сиротой. Когда она познакомилась с дедушкой, ей было семнадцать лет. У них были сложные, но полные приключений отношения. Они прожили вместе около пятидесяти лет. Дедушка умер от рака, бабушка не смогла пережить эту утрату. У моей мамы были сестра и брат. Но не родные. Как бы объяснить... - я замялась. - Бабушка забрала их из детского дома. Они росли вместе, насколько знаю. Когда дядя погиб, я ещё не родилась. Насколько знаю, после его смерти у тёти появились большие проблемы со здоровьем, многие думают, что она сошла с ума. У неё были галлюцинации и постоянные нервные срывы. Тётя переехала в другую страну и живёт там теперь одна. Мама не общается с ней. Папа был единственным ребёнком в семье. Поэтому сейчас у меня, можно сказать, нет родственников. У меня нет никого. Мирко за день до смерти переслал мне большую сумму денег. Но я боюсь съезжать, потому что скорее всего потрачу деньги на наркотики и алкоголь и умру.
- Почему ты так считаешь?
- Я не могу жить, зная, что убила любимого брата.
- Ты не виновата в его смерти, Мёрфи!
- Виновата. - Я усмехнулась. - Я знала, что не стоит ему звонить. Я могла дождаться окончания его экзаменов и потом всё рассказать. Он бы не поехал домой, не попал бы в аварию. Он бы не погиб. - Я помолчала. - Эти дни я ждала звонка из больницы. Надеялась, что они сообщат об ошибке в опознании. Да, мамаша не взяла меня опознавать тело. Мне до сих пор не верится, что он погиб. Конечно, так нехорошо говорить, но лучше бы на его месте оказался Джейкоб.
Я перебирала пальцы и нервно рассматривала ссадины на руках. Столь жестокие мысли заставили меня усмехнуиься.
- Никогда бы не подумала, что буду желать смерти Джейкобу. Они с братом дружили с ранних лет. Вместе закончили школу, вместе поступили в университет. Они всегда были вместе, всегда поддерживали друг друга. Он был мне как второй брат. Но, как бы это жестоко ни звучало, лучше бы выжил Мирко.
Я смахнула слезу с щеки. Тело словно умирает. Никогда не думала, что возможно настолько отчётливо чувствовать свои органы и боль в них. Мейсон осторожно дотронулся до моей руки и прошептал:
- Мёрфи, не вини себя! Ты просто хотела его поддержки!
- Я заметила интересную вещь во время аварии. Мне позволили на секундочку взглянуть на труп Мирко. На его руке не было браслета! Он всегда носил свой браслет! На минуту я даже подумала, что передо мной не брат, а...другой человек! Но потом поняла, что, возможно, браслет просто спал с его руки во время аварии.
Я вновь и вновь прокручивала воспоминания в голове, боль сдавила сердце. Я всё никак не могу привыкнуть к тому, что его рядом нет и никогда не будет.
Но внезапно меня оглушила тишина, боль резко утихла, сердце замерло. Пришло осознание ужасного! Я оттолкнула руку парня и воскликнула:
- Это ты виноват в его смерти!
Глаза парня округлились от удивления и моей резкости. Ну, конечно! Как я этого раньше не поняла!? Я зажмурилась на несколько мгновений, проклиная себя в глубине души.
- Если бы ты не появился в моей жизни и не пытался испортить её, ничего бы не произошло! - медленно и тихо начала я. - У меня не было бы столько проблем в жизни, мне не пришлось бы жаловаться Мирко, он бы не поехал домой и сейчас был бы жив!
Мгновенно грусть перешла в злость. Моя жизнь пошла под откос именно тогда, когда в ней появился Мейсон! Я потеряла друзей, семью, парня, любимое увлечение, брата! Я всё потеряла из-за него!
- Я не убивал твоего брата.
Не смотря на то, что лицо Мейсона оставалось невозмутимым, тело его заметно напряглось. Левая рука сжала изо всех сил руль, остававшийся всё это время без какого-либо внимания, плечи приподнялись. Я на несколько секунд закрыла лицо руками, сделала глубокий вдох и устремила озлобленный, жаждущий мести взгляд на парня.
- Но умер он из-за тебя! Всё это из-за тебя! - я перешла на крик. - Ты испортил мне жизнь!
- Мёрфи, дай мне всё объяснить! - Мейсон попытался дотронуться до моей руки, вероятно, чтобы каким-то образом успокоить меня. Очередная манипуляция!
- Заткнись! - Оттолкнув его, завопила я.
Сердце гулко забилось, всё тело обмякло, ноги затряслись. Я все эти дни винила только себя в смерти брата, не желая углубляться в предысторию!
- Почему я раньше это не поняла? Как же глупо искать поддержку в человеке, который сделал всё, чтобы ты искала эту поддержку.
- Мёрфи! Мне нужно тебе всё объяснить, выслушай, пожалуйста!
Мейсон схватил меня за руку и посмотрел в глаза. Я вновь испытала отвращение к этому человеку.
- Я не хочу разговаривать.
Я высвободила руку, выскочила из машины, захлопнула дверь и направилась прочь. Послышался продолжительный вой машины и несколько ударов.
Не в силах больше сдерживаться, я расплакалась. Какая же я дура! Мейсон просто пытается загладить вину, именно поэтому приследует и пытается втереться в доверие. Он пытается избавиться от угрызений совести, если она у него вообще есть.
Я шла по дороге, разглядывая деревья, машины и дома. Постепенно плач перешёл в безэмоциональность. Избавившись от накопившихся слёз, душа моя вновь опустела. Как же я устала!
Странно это всё. Моя жизнь катится к чертям, но мир продолжает существовать, как существовал и до моих проблем. Наверное странно считать, что твоя жизнь это книга или фильм, а ты главный персонаж, и все события сосредоточены на тебе, твоих желаниях и трудностях. На самом деле, этому миру нет дела до тебя. Ты умрёшь, но ничего не поменяется. Деревья будут также цвести весной и сбрасывать листву осенью, дети будут продолжать играть на улицах и нервировать взрослых звонким смехом. Солнце не перестанет всходить каждый день, луна не взорвётся, не пересохнут океаны. Жизнь планеты не остановится вместе с твоей. Но может, если ничего не поменяется после моей смерти, в моей жизни и смысла нет?
Вряд ли кто-то будет рыдать на моей могилке, как мать рыдает из-за смерти Мирко. Вряд ли вообще кто-то вспомнит обо мне. Моя жизнь причиняет слишком много боли окружающим, моя смерть же не причинит боли никому. Да и сомневаюсь, что у меня будет могила. Вероятнее всего, моё тело останется гнить где-нибудь в поле или на дне озера. Может быть меня сожгут или разрежут на кусочки и бросят на съедение диким псам. Похороны - довольно дорогое "удовольствие". Ни у меня, ни у мамаши моей денег на это нет. Да и всем будет абсолютно всё равно, похоронена я или нет.
Размышляя обо всём этом, я дошла до дома. Тяжело вздохнув, я приготовилась к очередному конфликту и потянулась к ручке. Едва открыв дверь, я увидела Айлин, стоявшую в коридоре метрах в трёх от входа. В её руке стеклянная бутылка. Зачем она ей?
Обезумевший от алкоголя взгляд упал на меня. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы узнать во мне свою дочь. Женщина занесла руку над головой и завопила:
- Изыди нахуй, тварь!
С этими словами бутылка полетела в мою сторону. К счастью, я успела проанализировать ход её действий и закрыла дверь до удара. Бутылка разлетелась на мелкие осколки. В этот момент сердце ушло в пятки. Медленно я приоткрыла дверь и заглянула в дом.
- Теперь можно входить? - спросила я с опаской.
Айлин махнула рукой и направилась в сторону кухни, пробурчав:
- Опять не попала.
Разувшись, я быстро пробежала в свою комнату, дабы избежать новых нападений. Ну, на этот раз хотя бы не нож. Я даже закрыться не могу, её придурок-любовник сломал мне замок. Вот так и живу с психопаткой и постоянной тревогой в сердце. Лишь в недолгие моменты, когда я курю или употребляю, могу забыться и перестать слышать окружающий мир.
Смоки, услышав мой голос, выбрался из-под кровати и замяукал.
- Привет, малыш, ты проголодался?
Я взяла котёнка на руки и достала из тумбочки корм.
- Маленький прожора, всё скушал! Ты так растолстеешь же! - Смоки тут же набросился на еду. - Кушай, кушай!
Смоки, мой милый Смоки, ты последнее, что осталось от моего братишки! Пока ты жив, я чувствую его присутствие рядом.
Я достала из рюкзака личный дневник, ручку и легла на кровать, устроившись поудобнее.

Наверное тяжело о бросить всё и всех, чтобы обрести спокойствие? Нет. Мне не тяжело. После того, как я исчезну, мир не поменяется, никто не заплачет, на мою могилку, представляющую собой маленький бугорок без надгробия, никто не придёт поплакать, истории о моей никчёмной жизни не дойдут до будущих поколений.
Но стоит ли оно того? Действительно ли у меня больше нет сил бороться? Что должно произойти, чтобы человек окончательно и бесповоротно решил покинуть мир живых?
Я долго думала, сколько же причин необходимо мне. 7. Думаю, это идеальное число. Во-первых, это дата моего рождения. Во-вторых, я всегда считала его счастливым числом. 7 причин чтобы умереть. Но есть ли у меня СТОЛЬКО причин?
Прости, что делюсь с тобой такими подробностями. Но кроме тебя, дорогой дневник, никому не могу раскрыть эти мысли. Только ты помогаешь собрать мысли в кучу и не упустить ни одну.
1. Моя семья распалась.
Почему это не может служить первой причиной, чтобы умереть? Отец бросил меня, мать потихоньку сходит с ума. Больше нет семьи, каждый сам за себя.
Смерть Мирко. Последний член семьи, который мог спасти меня и помочь выбраться из пропасти отчаяния, погиб. Честно говоря, не вижу смысла продолжать своё жалкое существование без моего любимого братишки. Особенно, когда знаю, что именно я виновата в его смерти.
2. Я потеряла лучших друзей и любимого парня.
Мои лучшие подруги, которые на протяжении долгих лет поддерживали и направляли, стали мне совсем чужими. Я потеряла их доверие, потеряла их самих. Пусть это и не моя вина, но факт остаётся фактом. Их нет рядом.
И Лео. Ему абсолютно не важно моё мнение. Он не вернётся, не поддержит меня в трудную минуту, не обнимет, не поцелует, не угостит нашим любимым мороженным, не отвезёт в тайное место в глуши лесной. Он больше никогда не назовёт меня своей!
3. Саймон. Изнасилование.
Этот человек причинил мне много боли. Он сломал мою психику. Кажется, каждый мужчина может отыметь беззащитную девушку, и никто не придёт к ней на помощь. Мужчины правят миром. Я марионетка в его руках. Я его секс-игрушка. Я не могу больше это терпеть.
4. Наркотики. Алкоголь.
Я устала искать спасение в бессознательном состоянии. Только отключаясь от этого мира, я забываю о проблемах, все переживания и грусть уходят в небытие.
5. Мишень для унижений. Обман кругом.
Я потеряла все шансы на нормальное существование в школе. Меня выгнали из школьной газеты, тем самым оставив без любимого дела. Хах! А ведь это именно я когда-то создала этот клуб, уговорила директора выделить средства для первых изданий, нашла желающих, отобрала лучших. Я сделала всё для того, чтобы этот клуб существовал. А в итоге что? В итоге меня, СОЗДАТЕЛЯ, выгнали.
6...
7....
Шесть... Семь... Шесть. Семь. Хах. Пятый есть. А шестого, седьмого нет. Да и достаточно ли это весомые пять причин, чтобы умереть? Ну, каждая из них сводит меня с ума и вводит в некую депрессию. Думая об описанном, меня бросает в дрожь, наворачиваются слёзы.
Два маленьких пунктика отделяют меня от смерти. От смерти...

Я тщетно пыталась найти ещё две причины в самых дальних, потайных уголках мозга. Ничего!
Зачем я так усердно ищу причины, чтобы умереть? Неужели мне действительно так хочется этого? Неужели это действительно единственный выход из ситуации?
Убрала дневник под подушку и забралась под одеяло, укрывшись с головой. Мне необходим отдых!
Хоть и всё тело трясло и ломало, я смогла уснуть. Нельзя позволять себе сорваться и снова начать употреблять!

Глаза мои распахнулись словно шторки окон. В панике я принялась осматривать комнату. Который сейчас час? В горле пересохло! Голова раскалывается!
Я дотянулась до телефона и посмотрела на время. Семь часов. Я проспала тринадцать часов! Кошмар! Последние дни я не спала больше четырёх часов. Закрыла лицо руками и громко выдохнула. Неужели Саймон вчера не приезжал к моей мамаше? Сомневаюсь, что он бы прошёл мимо моей комнаты и не воспользовался возможностью.
Смоки тихо-мирно спал у меня под боком. Я потрепала его за ушком и поднялась с кровати. Котёнок открыл один глаз, перевернулся на спину и вновь погрузился в сон.
- Отдыхай, хорошенький мой. Отдыхай!
Я подошла к окну, чтобы открыть его. Духота! У дома стояла одна, знакомая мне, машина. Майкл? Мейсон? Что они здесь делают? Но Саймона действительно нет. Меня это радует.
Я быстро собралась и незаметно выбралась из дома. Айлин пьяная спала в своей комнате и ничего не слышала. Иногда так хочется взять подушку и задушить её! Но нет. Хватит и одной смерти в этом году.
Большим удивлением для меня стало то, что на момент моего выхода из дома машины уже не было. Что они здесь делали и почему уехали?
В животе заурчало. Нет! Ты не заслужила еду! Терпи и мучайся, Мёрфи!
Убеждая себя в том, что я не голодна, я направилась в школу. Если такой чудесный человек как мой брат оказался не достоен жизни, значит, я не достойна еды!
Ученики, собравшиеся возле школы как-то странно смотрели на меня сегодня. В их взгляде было заметно презрение и сочувствие одновременно. Сегодня в мою сторону направлено больше давления и ненависти чем обычно.
Стараясь не обращать внимания на косые взгляды учеников, я зашла в школу. И тут всё стало ясно!
На огромном плакате у входа висела фотография моего брата.
Я опешила.
Трое ребят, стоявших возле него, раступились, увидев меня. Я словно увидела его труп вновь. Меня затрясло, сердце словно замерло, по телу пробежала дрожь, не позволяющая сделать ни шага вперёд. Его бездонно-карие глаза уставились прямо на меня. Словно он действительно стоит передо мной живой и хочет что-то сказать. Испуганным взглядом я осмотрела фотографию и прошептала еле слышно: "Блять". В какой-то момент ноги сами повели меня к стене, на которой висел плакат. От сдавливающей душу боли стали наворачиваться слёзы. Какая бездушная тварь повесила его сюда?
Под фотографией я заметила надпись. Рука непроизвольно потянулась к ней, губы беззвучно начали читать текст. "Прилежный ученик нашей школы, пример для подражания и авторитет среди учеников погиб в автокатастрофе! Мы помним и ценим наших умников и умниц!"
Зачем это всё? Как они узнали? Очередная проделка учеников или жалкая попытка учителей выразить соболезнования? Во всяком случае, это была ужасная идея! Тело вновь затрясло, горло словно кто-то сжал изо всех сил, не позволяя мне вдохнуть. Паника стала постепенно нарастать. Воспоминания словно оживают, повсюду мерещится авария, кровь, разбитое стекло и вой машин скорой помощи. Я отступила назад, закрыла лицо руками. Нужно успокоиться! Всё закончилось! Всё закончилось! Его нет рядом! Он умер! Он не зовёт на помощь и не винит тебя в своей смерти! Не винит, Мёрфи, не винит!
- Лучше бы ты сдохла, а не он!
На секунду я подумала, что окончательно сошла с ума. Ноги подкосились, и я едва не упала. Но, наконец-то осознав, что со мной говорит женский голос, я немного успокоилась и обернулась. Звон в ушах всё ещё не прошёл.
- Плачешь? А его любили больше чем тебя. В память о тебе бы такой плакат не повесили.
Вивьен скрестила руки на груди и посмотрела на меня так, будто я убила Мирко собственноручно. Столь холодного, презрительного взгляда я ещё никогда не видела. Неужели смерть моего брата настолько сильно задела её? Или же это просто очередной повод поиздеваться?
- Я ни в чём не виновата. - Мой голос звучал твёрдо, но не совсем уверенно.
- Да ты что?
Девушка усмехнулась и обменялась хитрыми взглядами с подругами. Подобно темноте страх и волнение стали постепенно окутывать пространство вокруг меня. И Вивьен заметила, в каком я нахожусь состоянии. И решила воспользоваться этим.
- Я знаю, что ты причастна к его смерти! Такие как ты не достойны жизни! Ты убиваешь лучших людей в этом мире! Мейсон. Мирко. Кто следующий? Ты дьявол, высасывающий из людей жизненную энергию!
Правой рукой я старалась сдерживать трясущуюся левую. Всё внутри просто умоляло меня убежать и спрятаться, но ноги словно прилипли к полу и отказались идти.
- Мёрфи! Мёрфи! Мёрфи! - отрывисто повторяла Вивьен, приближаясь ко мне медленными шагами.
Сердце моё билось в такт её движениям. Ещё несколько шагов, и я потеряю сознание!
Внезапно до моего плеча кто-то дотронулся и потянул назад. В панике я принялась оглядываться по сторонам и не сразу смогла понять, кто именно это был. Меня закрыла широкая спина парня, препятствующего Вивьен.
- Сама-то хоть понимаешь, что говоришь? Причём тут Мёрфи? Это она была за рулём? Она подстроила аварию? Нет! - Мейсон говорил спокойно, уверенно, не давая Вивьен ни шанса на ответ.
- Зачем ты за неё заступаешься? Она не способна сама ничего ответить?
- Я бы посмотрел на твоё поведение на её месте. Оу! Забыл! Ты же бездушная. Ты бы и слезинки не проронила.
Девушка опешила. Она явно не ожидала таких слов от человека, в которого влюблена. Мейсон стоял ко мне спиной, и я не вилела его лица, но, судя по сжатым кулакам, он был очень зол. Не знаю почему, но тьма и тревога начали отступать. И когда дрожь практически унялась, я заметила Итана и Лиама, стоявших рядом со мной. Мы встретились взглядами с Лиамом. Парень улыбнулся и обхватил мою руку в районе предплечья.
Я перевела взгляд обратно на Мейсона. Вивьен потребовалось время, чтобы придумать ответ.
- И почему же ты так уверен в этом?
- Потому что вижу какая ты. - Зато Мейсону времени и вовсе не нужно было. - И будь уверенна, с такой чёрствой и злой девчонкой я никогда не стану встречаться!
- Хочешь сказать, что она лучше меня?
Хоть меня и не видно за спиной парня, я всё же зажмурилась, чтобы случайно не пересечься с ней взглядами. Зачем он это делает?
- Да.
Я не верю ушам! Зачем ты заступаешься за меня? Это очередная игра? Очередная попытка затуманить всем мозги и убедить, что ты милый и пушистый? Но я же знаю, какой ты! Знаю, что ты эгоист и манипулятор! Знаю, что ты пользуешься людьми! Знаю же! Или...не знаю.
- Не смотря на трудности в жизни, она остаётся человеком с большой душой. Остаётся такой же нежной и притягательной! Она до сих спор способна согреть своим тёплом и довериться людям, хотя понимает, что они могут предать. И даже тебя она способна втоптать в грязь, но не делает этого. А знаешь почему? - Вивьен что-то пробурчала еле слышно. - Потому что ты человек. Да, гнилой, да, бездушный. Но человек. И она, в отличае от тебя, уважает твою людскую сущность!
Наступила безмолвная тишина. С каждым следующим словом я всё меньше и меньше сомневалась в бессердечности этого человека. Я положила руку на руку Лиама, который по-прежнему держал меня. А может это очередная уловка? Но зачем ему это? Неужели он действительно хочет избавиться от меня? Избавиться... Хочет моей смерти? Но зачем?
- Свали с глаз моих. - От грубости в его голосе даже я вздрогнула. Страшно представить, что почувствовала Вивьен. Хотя, может быть, она это и заслужила.
Я открыла глаза и подняла голову. Мейсон бросил испепеляющий взгляд на Лиама, и тот мгновенно убрал руку.
- Как ты, Мёрфи? - Он поменялся в лице.
Мейсон хотел дотронуться до меня, но замешкался, сжал руку в кулак и опустил её.
Я молча посмотрела в его карие, взволнованные глаза. Я не могла выдавить из себя ни слова, словно язык проглотила.
- Ты не хочешь со мной разговаривать?
Я пожала плечами. Я запуталась. Запуталась в том, что испытываю к тебе. Запуталась...
- Я всё понимаю. И... - Мейсон задумался, и несколько секунд мы молча смотрели друг на друга. - Хотел рассказать тебе кое-что.
- Твои слова сейчас не повлияют на моё мнение.
Парень тяжело вздохнул, раскинул руки в стороны, предлагая обнять его, на лице появилась грустная улыбка надежды.
- Спасибо за то, что заступился. Мне нужно идти.
Я отвела взгляд в сторону, развернулась и пошла прочь, бросив последний взгляд на плакат. Неужели я должна прыгать к нему в объятия каждый раз, когда он делает что-то не такое ужасное как обычно? Нет уж! Достал!
Едва я зашла, все одноклассники обернулась в мою сторону. А можно на меня не смотреть? Меня это раздражает! Молча прошла к своей парте и приготовилась к уроку. И вновь нашла шоколадку с запиской, спрятанную на стуле, задвинутом под парту. Я развернула записку и прочитала её: "Пусть весь мир сходит с ума, пусть рушится всё к чертям, но есть то, что не сломается никогда... Не сломается к тебе притяжение моё, не сломается вера, что завтра будет лучше чем вчера! Вера в тебя, вера в нас. Я буду рядом, даже если ты оттолкнёшь. Я ближе чем ты думаешь!"
Я смяла бумажку и засунула её в карман. Твоя поддержка делает мне только больнее, Кристиан. Я не верю уже ни твоим словам, ни этому миру. Может быть я тоже испытываю что-то к тебе, но лжи не потерплю. Мне не нужны отношения, построенные на тайнах и лжи. Если ты не можешь даже показать своего лица мне, о какой любви может идти речь?
Я заметила, что Бекка и Одри взволнованно наблюдали за мной на протяжении всех уроков. Но мне было так плохо, что я была не в силах даже сидеть ровно. Урчание в животе, тошнота и боль в мышцах сводили с ума.
Мне необходимо ваше присутствие в моей жизни, но я не хочу, чтобы вы общались со мной из жалости. Не хочу такой дружбы. Дружбы без доверия и искренности.
А есть ли в этом мире вообще искренность? Осталась ли в людях хоть капелька добра?
С каждым днём я всё больше и больше убеждаюсь в тщетности бытия...