Глава вторая

- Извини? Что? - недоумевала Ингрид.

- Я еду в Техас, - повторила Жаклин. Она ходила по спальне, зажав телефон около уха,  вытаскивая одежду и бросая её на кровать.

- Техас? - пауза. - Техас!  Ты сошла с ума?  У нас сроки, если ты вдруг забыла! Ты просто не можешь поехать в Техас, - кричала Ингрид в трубку.

- Мой отец погиб в автокатастрофе, - спокойно выговорила Жаклин. - Нужно уладить некоторые дела.

- Твой отец? Прости, Жаклин, но ты никогда не говорила о семье. Прости.

Жаклин складывала джинсы, удивляясь, почему она никогда не рассказывала Ингрид о своем детстве. Ингрид была её агентом, и старше почти на двадцать лет, но все же они были друзьями. Она спрашивала себя, почему они никогда не заговаривали об этом.
- Я уехала из дома, когда мне было семнадцать. И не вернулась.

- Почему?

Замолчал, Жаклин огдядела комнату отсутствующим взглядом.

- Я лесби.

- Да, я знаю. Я тоже.

Жаклин коротко улыбнулась.

- Я оказалась лесби, поэтому я стала нежеланна в своем доме, - объяснила она. - Нежеланна в Пайн Спрингс.

- Тогда зачем ты возвращаешься?
- Да, зачем, Жаклин? Зачем ехать в город, который смеялся над тобой?  Зачем возвращаться к матери которая считает тебя ненормальной и позором семьи?

- Проститься, - тихо произнесла она. И это было правдой. Она так быстро исчезла из города, что не было времени ни с кем попрощаться. Особенно с Кей. У неё не было времени, чтобы разобраться в своих чувствах, и даже чтобы обдумать, что происходит в её жизни. Однажды она проснулась утром и оказалась в автобусе, идущим из Пайн Спрингс.

- Проститься?

- Да, проститься. И может, встретится с матерью, показать, что я выжила.

- Если она не жила в пещере все эти годы, я уверена, она ,что ты выжила, Жаклин. Две твои новеллы экранизированы, так что даже в Техасе в Пайн Спрингс, - где бы там ни было - я уверена, они слышали о тебе.

Жаклин прошла в гостиную, нуждаясь в пространстве, желая увидеть залив. Раздвинув двери, она вышла, игнорируя туман и холодный ветер, взлохмативший её светлые волосы.

- Мой отец был мэром Пайн Спрингс, когда я училась в выпускных классах, - проговорила она, тяжело облокотившись о перила веранды. - Моя семья владела самым большим лесопильным заводом в Западном Техасе, так что они были на виду. Дочь-лесби - это сплетня для всего города. Они посадили меня в автобус с сотней долларов в кармане и велели не возвращаться, пока я не одумаюсь.

- Боже, ты серьезно?

- Очень.

- Зачем же ты туда едешь? Ты думаешь, что обязана им чем-то?

- Нет, я ничего им не должна. Возможно, я хочу, чтобы они увидели, кем я стала, - призналась Жаклин. Несмотря, на предупреждение своей матери, что она приползет обратно на коленях, умоляя принять ее, она выжила. И она гордится этим. Нет, она ничего им не должна. Она услышала вздох Ингрид, зная,  что та закручивает седые волосы за ушами, считая до десяти, чтобы поднять вопрос о книге.

- Я не хочу показаться безразличной, Жаклин, но... что на счет книги?

- Не волнуйся, Игги, я возьму с собой ноутбук. Я могу отослать по емейлу все что нужно.

- Господи, Жаклин, я терпеть не могу, когда ты меня так называешь.

- Да, я знаю. И я обещаю тебе, что уложусь в сроки.

- Ты возьмешь с собой мобильный?

- Конечно.

- Думаешь, у них там есть связь?

На этот раз Жаклин рассмеялась.

- Ингрид, я еду не в страну третьего мира.

- Да, я знаю. Прости. Просто...

- Я когда нибудь срывала сроки?

- Нет.

- Вот-вот. И перестань волноваться. Скорее всего, я вернусь уже через неделю.

- Держи меня в курсе, пожалуйста. Ты же знаешь, у меня давление.

Жаклин отсоеденилась, все еще стоя на веранде. Белые облака застыли над заливом, уносят её в воспоминания в беззаботное детство.

- Давай, Кей. Ты сможешь.

- Я не знаю, Джеки. Это высоко.

- Я обещаю, что не дам тебе упасть, - наклонившись Джеки протянула ручку Кей. Кей не колебалась. Она позволила Джеки затащить ее на нижнюю ветку дерева, усевшись верхом как на лошади.

- Видишь?  Проще простого, - указала Джеки. - Если бы мы смогли добраться вон туда, нам бы обеим хватило места. И это достаточно высоко, чтобы Сэмми не надоедал нам.

- Джеки, я не смогу залезть так высоко. Мама убьет меня, если узнает.

Джеки рассмеялась.

- Она убьет тебя, только если ты свалишся!

Опираясь на плечо Кей, Джеки засунула свои грязные кросовки между веткой и стволом старого дуба, забираясь еще выше.

Она оглянулась на испуганную Кей.

- Ну, давай. Лезь за мной.

Когда их голубые глаза встретились, выражение лица Кей обрело решимость, и она последовала за Джеки. Джеки нашла подходящую ветку, достаточно широкую, чтобы уместить их обеих. Наклонившись над расщелиной, она снова протянула руку Кей.
Они откинулись, тяжело дыша после подъема. Кей засмеялась.

- Что смешного?

- Я бы не сделала это ни для кого другого, - сказала она.

- Что?

- Залезть так высоко. Ты же знаешь, я боюсь высоты. Помнишь, как я упала с крыши сарая?

- Да. Но ты сделала это. Видишь?  Мы на вершине мира, - Джеки взмахнула руками в сторону верхушек деревьев.

Жаклин рассмеялась. Это был первый раз из многих, когда мать Кей поймала их и отлупила ремнем. И её нельзя за это винить. Им было по десять, когда они начали лазать на это чертово дерево. Наклонившись над перилами, она закрыла глаза, вспоминая, когда в последний раз они забрались туда. Они были выпускниками школы. Жаклин нужно было поговорить, она хотела поделиться с Кей тем, что с ней происходит, что она чувствует. Она еще никому на рассказывала об этом, и её разрывало на части. Не придумать место лучше, чем их дерево. Они многое обсуждали на этом дереве. Строили грандиозные планы, сплетничали, прятались от Роуз. Они всегда всем делились друг с другом. У них не было секретов.

Кроме одного. И, в конце концов, Жаклин не смогла рассказать Кей что она лесби. Она боялась что Кей больше не захочет быть ее подругой, а она была её лучшей подругой, единственной, которая имела значение. Но вскоре все вышло из-под контроля. И через несколько недель, она уже была в автобусе, уносившим её из города, чтобы никогда туда не вернуться.
Она выпрямилась, глядя на Тихий океан. Никогда не вернуться, до сегодняшнего дня.