Худшее во мне
RedJester : автор
Tabletych : бета
Описание:
Худшее в Танджиро то, что он спит с учителем.
_________________________________________
Одинокая банка пива стоит на подоконнике возле кровати. Вроде открытая. Вроде из неё даже пили. Из полусдохшего динамика мобильного телефона хрипло играет на повторе одна и та же песня. Танджиро уже не вслушивается, но почему-то раз за разом выхватывает две не стоящие рядом строчки.
— «Ты хочешь худшее во мне», — поёт мужской голос, а юноше кажется, что это конкретное к нему обращение, — «...худшее во мне».
Он двигает головой, удобнее устраиваясь на чужой сильной руке, смотрит на мирно поднимающуюся крепкую грудь.
— «Единственное худшее в Гию-сане - это то, что он встречается со школьником», — думает Танджиро. — «А этот школьник — ты», — отвечает он сам же себе поучительно и поджимает губы. То ли обиженно, то ли смущённо.
Немного клонит в сон.
С Гию-саном в постели действительно хорошо.
— «Что бы сказал Зеницу, если бы узнал, что ты спишь со своим физруком?»
В ответ на свои же мысли юноша тихонько фыркает. А не всё ли равно? Главное, чтобы семья не узнала. Мама, братья, сёстры… Они все думают, что он сейчас у Зеницу. Скорее всего, у Зеницу, ведь беглое «Можно я переночую у друзей?» — довольно расплывчатые слова.
— «Зеницу, Иноске…», — лениво перебирает Танджиро имена. Иноске. Да-а, мама была бы явно против, останься он у него. «Плохая компания», как ей казалось.
Остался ещё один очень интересный вариант для размышлений. Он мог бы быть у Канао. А вот тут у любимой семьи появился бы повод для радости, — какая красивая девушка у нашего сына!
Танджиро усмехается.
Да, конечно.
Он приподнимается на локте, с сонной улыбкой смотрит на любимое лицо. Да, у него очень красивая «Канао». От этого невольного сравнения не удаётся сдержать смешок.
— Прости, Гию-сан, — шепчет он с ласковой издёвкой, обращаясь скорее в пустоту, чем к Томиоке.
Мужчина ожидаемо молчит.
В комнате темно, а голос из динамика, не замолкая, всё поёт ту же песню - «Худшее во мне». Ухо выхватывает другую строчку:
— «Я не буду скучать, когда ты уйдёшь».
Улыбка становится немного натянутой, вскоре медленно исчезает совсем.
Где-то под окном проезжает машина, тусклый жёлтый свет от фар пробегает по потолку от одной стены к другой. За окном горят фонари.
Им бы задёрнуть шторы.
— Эй, Гию-сан, — тихо зовёт Танджиро, слегка тряхнув его за плечо. Тот даже не реагирует. Не дождавшись ответа, Танджиро стягивает одеяло, накидывает его себе на плечи и, сжав края в ладонях, заваливается на обнажённое тело. — Гию-сан.
— М? — мужчина вздрагивает, распахивает глаза. Похоже, он задремал. — Что случилось? — голос звучит недовольно и сонно.
Юноша со смущённой усмешкой выдыхает:
— Да ничего.
Он опускает глаза, снова чувствует, как улыбка становится натянутой. Молчит. Думает, что ведёт себя совсем как девчонка, но всё же хочет спросить:
— Скажи, Гию-сан, — его тихий голос теперь звучит серьёзно, он поднимает голову, сталкивается с привычным спокойным взглядом, — ты будешь скучать, если я уйду?
В синих заспанных глазах проскальзывает непонимание.
— Ты куда-то собираешься?
Теперь непонимание звучит в голосе Танджиро.
— Нет
— Тогда ложись спать. — Томиока откидывается обратно на подушку, закрывает глаза. Его тяжёлая ладонь опускается Танджиро на затылок, заставляет опустить голову и прижаться к груди. Пальцы начинают осторожно поглаживать и перебирать тёмные мягкие волосы.
Танджиро кажется себе совсем маленьким и растерянным, однако рядом с Гию-саном это приятно. Есть некое чувство защищённости.
Быть в его крепких сильных руках — приятно.
Лёгкая улыбка вновь появляется на губах.
— Я сейчас, — шепчет он и приподнимается, слыша согласное мычание в ответ. Одеяло сползло. Чужая рука безвольно спускается с затылка по шее на плечи, вяло, но, всё же придерживая, останавливается на пояснице. Танджиро тянется к телефону на подоконнике. Прежде чем всё выключить, он позволяет последним строчкам прозвучать в тишине:
«Ты хочешь худшее во мне».