Часть 23.

Сукуне гулял по вечернему парку вместе с Мегуми, приобнимая его за талию. Сообщение с просьбой придти он получил ближе к вечеру. Итадори быстро догадался, что парень просто не хотел оставаться теперь один. И он совершенно не осуждал его.
- Не замёрз? Может домой повернём? - Сукуне улыбнулся парню, крепче прижимая его к себе. Они ведь вышли совсем налегке, а сейчас уже и солнце село, и температура опустилась. - Нам ведь ещё надо заглянуть в магазин. Что хочешь на ужин?
Менуми даже не успел толком ответить. В этот момент к ним, словно совершенно случайно, подошёл уже знакомый обоим Махито в компании ещё пары парней.
- Ох-ох, какие люди и неужели снова вместе? - юноша улыбался своей противной улыбкой, обнажая белые зубы. - Неужели все обиды так быстро забылись? Или ты у нас не из привередливых, а Фушигура? Хотя только такие и подходят кому-то вроде нашего дорого Рёмен.
Сукуне тут же скривился в злобой гримасе. Как же хотелось голыми руками задушить этого недоумка, испортившего столь замечательный вечер. Он выпустил Мегуми из своих объятий и уже сделал шаг на встречу обидчику, но быстро был приостановлен.
- Ты решил устроить тут дебошь посреди улицы? - недовольно спросил Фушигура, смотря на парня исподлобья.
- Нет. Ничего такого. - Сукуне выдохнул, успокаиваясь. Ему и правда стоит лучше держать себя. Хотя бы при Мегуми. Он ведь хочет производить на него лишь хорошее впечатление. Занятый подобными мыслями, Сукуне не сразу заметил, как стоящий между ним с Махито Мегуми с плавного движения разворота перешёл в наступление, с невероятной скоростью и точностью засадив прямо в нос обидчу, отвлечённому но Рёмена. Брызнувшая кровь легла ярким пятном на кофте Махито, приковывая к себе взгляды всех собравшихся. От шока, все встали не в состоянии пошевелиться.
- Ещё одно слово в мой адрес, и я вновь не пожалею твою свинскую морду. Понятно тебе?
В этот момент Сукуне и вспомнил, что раньше парень не против был пересчитать кости обидчикам. И видно старые навыки до сих пор были в свежей памяти. Для себя Итадори на всякий случай сделал пометочку в голове.
После этих слов дружки Махито не выдержали и залились звонким гоготом, кажется распугав при этом всех птиц в округе. Чувствуя такое предательство юноше ни оставалось ничего, кроме как позорно капитулировать с нецензурным шипением, прижимая руку к носу в попытках остановить кровь.

Подобное воспоминание наверняка останется как одно из лучших в памяти Мегуми. Можно считать его личная победа. После такого даже Сукуне не будет сомневаться в его силах. Хотя тот вроде даже ничем таким и не занимал свою голову, моя посуду после из лёгкого ужина. Всё-таки готовить парень умеет, с этим не мог не согласиться даже Мегуми, довольный валявшийся на татами и покачивая ногой, закинутой на колено другой. Сейчас в квартире Годжо никого кроме них двоих не было, так как хозяин квартиры сейчас был слишком занят делами, о которых Мегуми старался пока особо не думать. Со всем этим он ещё столкнётся. Но это будет позже. А пока хотелось хоть ненадолго запереться в из с Сукуной маленьком мирке, где не было всех тех ужасных событий, над которыми сейчас суетились, будто голодные стервятники, взрослые.
Сукуне подошёл совсем тихо аккуратно усевшись у ноги парня, и положив на чужое бедро голову, смотря прямо в глубокие тёмные глаза напротив.
- Ты был сегодня крут. Не ожидал от тебя такого.
- Я тоже, честно говоря. Но меня взбесили его слова. Он принимает меня за шлюху! А сам только и делает, что вертит перед тобой своей тощей задницей! - недовольно фыркнул Фушигура, вновь переведя взгляд на потолок и крепче сжав зубы.
- Ох, так наш крошка Мегуми ревнует. - Сукуне не сдержал улыбку, но тут же почувствовал как тряхнули ногу под ним, словно желая скинуть наглую голову.
- Вот ещё! Ничего я не ревную! Это всё глупости!
- А мне кажется, что как раз таки и ревнуешь. - Сукуне поддался вперёд и навис над парнем.

Оба парня неожиданно замолчали. Поза и близость тел вызывали самые конкретные ощущения у обоих. Кажется даже на таком расстоянии они могли почувствовать тепло друг друга.
- Нет, не ревную. - совсем тихо сказал Мегуми, не отводя взгляда от чужих глаз, сверкающих рубиновым светом, словно ягоды рябины в морозный день. - На него ты так не смотришь. Ты вообще больше ни на кого так не смотришь. Пожтому пообещай... Что этот взгляд будет принадлежать только мне.
Ответом послужил быстрый и страстный поцелуй Сукуне, который уже не мог сдерживать себя. Не отлипая от чужих губ, он залез руками под футболку и теперь поглаживал чужие бока и грудь. От всех этих ласковых прикосновений Менуми испытывал ощущение близкое к щекотке, но никак не мог назвать его. Тем временем Сукуне невольно оторвался от чужых губ, чтобы резким и уверенным движением стянуть мешающую добраться до желанного тела ткань и наконец-то добраться до нежной плоти губами. Хотелось вылизать и выласкать каждый сантиметр, чувствуя при этом как дрожит податливое тело, никогда до этого не испытывавшее подобной ласки. И в этой дрожи смешалось всё: и желание, и страх, и страсть, и попытки сдерживать себя.
А Сукуне всё не останавливался. Он продолжал покрывать бледную кожу тёмными бутонами, блестевшиими так, словно они лежат на толькотчто выпавшем снегу. Сукуне обожал этот контраст здоровой и "больной" кожи. Поэтому продолжал заражать всё до чего мог дотянуться. Даже если это чего-то не мог увидеть даже сам Мегуми. Поэтому только освободившиеся от домашних штанов бёдра Сукуне обрабатывал не менее чательно и быстро выяснил столь невежественным опытом, что внутренняя часть худых бледных бёдер была одним из самых чувствительных мест. Именно поэтому ей хотелось уделять особое внимание, чтобы слушать восторженные деферамбы стонов, воспевающие его мастерские действия.
- В ванной... В правом верхнем ящике... Годжо хранит защиту... И прочее... - со сбивчивым дыханием уверенно сказал Мегуми, прекрасно осознавая, что никуда не хочет отпускать сейчас парня. Не сейчас.
Сукуне даже не стал спрашивать откуда Мегуми известно про этот ящик. Все его мысли были заняты совершенно другой частью парня.
Вернувшись через считанные мгновения, он обнаружил, что парень, уже полностью свободный от одежды, уверенно ласкает сам себя, а его точённые ноги занимают противоположные края футона. Ощущать на себе столько голодного внимания было тяжело, поэтому, Мегуми не мог не закрыть глаза, от чего его длинные смоляные ресницы стали ещё сильнее дёргаться.
Вся эта картина слишком переполняла сознание Сукуне, так что то т просто не мог медлить. Усевшись перед единственным важным для него сейчас человеком, он уверенно перехватил чужие холодные от волнения руки своими горячими под влиянием возбуждения. Удерживая руки и не давая им вернуться на своё место, Сукуне целовал каждое место, к которому так недавно они прикасались.
- Всё же... То чем мы собираемся заняться будет сопровождаться, мягко говоря, не самыми приятными ощущениями для тебя. Но я постараюсь всячески отвлечь,  твоё тело, поэтому не бойся. - улыбнулся Сукуне, пока ещё мог говорить, так как в следующий момент его рот был занят уже более важными делами. При этом Сукуне старался быть как можно усерднее, хоть и привык, что обычно всё происходит совсем наоборот. Но ни это имело значение. А то, что Мегуми просто сжался под ним от новых невероятно приятных ощущений. Теснота и горячесть кружили голову. Пожтому парень совершенно не сдерживал своих резких, заметно дёрганых движений.
Тем временем Сукуна уже хорошо смазал свои пальцы, заполнив всю комнату запахом химозно-сладкой вишни.  Но даже такое количество смазки мало помогло, и Менуми ощутил проникновение, сразу же рефлекторно сжавшись.
- Чшшш. Всё хорошо. Расслабься немного, милый. И сосредоточься на том, что происходит спереди. - пытался отвлечь парня Сукуне, поглаживая его по ноге. Мегуми старательно прислушивался к совету. Приятная ласка помогла справиться с дискомфортом, так что Мегуми даже не потерял своего возбуждения ни на мгновение. Следующие пальцы принялись куда проще, возможно от уже имевшегося опыта. А может и от состояния парня, который уже был близок к пределу. Поэтому достаточно было лишь единожды найти ту самую важную точку, чтобы Мегуми полностью сжался, ощущая самый желанный оргазм.
Уверенно сглотнув, Сукуне вытер губы внешней стороной кисти, не отводя взгляда с раскрасневшегося и тяжело дышавшего Мегуми. Он вновь уверенно подался вверх, яростно впиваясь в чужие губы. Оба юноши дышали сбивчато, однако это не мешало им вцепиться друг в друга, окончательно перекрывая доступ к кислороду.
Во время столь жадного поцелуя, Сукуне сумел поудобнее устроиться между ног парня, так что тот даже почти не обращал на него внимания. После этого он уверенно, почти одним толчком вошёл в расслабленное и податливое тело, ловя губами первый болезненный стон. Однако оказавшись внутри он не спешил приступать к дальнейшим действиям, вместо этого предпочитая ласкать чужую ещё совсем мягкую плоть. Ощущение того, как Мегуми сжимался и разжимаося вокруг него, сводило с ума, но Сукуне не позволял себе ни одного поспешного движения. Полностью ощущая партнёра он делал лишь то, что правда приносило удовольствие тому. И Мегуми это правда ценил. Настолько насколько это было возможно в его состоянии. Поэтому впиваясь в чужую спину, через слёзы, которые слизывал Сукуне, наслаждаясь их сладостью невероятного удовольствия, Мегуми стонал его имя при каждом толчке. Он бы может хотел и кончить с именем любимого на устах, но в момент, когда оба парня были на грани, они не нашли ничего лучше, чем соединиться и ртами, в очередном поцелуе, лишив соседа возможности услышать последний стон удовольствия.