глава 4
Тэхен лежал на полу со связанными руками. Глаза были завязаны, а во рту какая-то тряпка. Попробовал сесть - получилось.
Открылась с тихим скрипом дверь, кто-то вошел в помещение, подошёл к Тэхену и стал развязывать повязку на глазах...
...Ханыль... ...Кто бы сомневался.
Парень, молча, достал кляп и подошёл к директору, который так же сидел неподалеку и проделал те же манипуляции.
- Вижу - не удивлены, - сев возле стены, Ханыль не сводил глаз с Тэхена. - Тэ, давай уедем. Вдвоем. У меня есть деньги, переедем в соседнюю страну, спрячемся, переждем все это... и будем жить, вдвоем... М?
- Ты сейчас приколоться решил?
- Хм... Я ведь с самого начала, как только увидел тебя, вляпался, - хмыкнул, Ханыль. - Никогда не думал, что меня заинтересуют парни, вернее - один из... Сначала ненавидел тебя, потом себя... Вот только все у меня как-то не так.
-Ханыль, я тебя еще раз спрашиваю - ты сейчас в какие игры играешь? Пять лет издевался...
- Я и пальцем тебя никогда не трогал. А то, что тогда те дебилы тебя в больничку отправили, так я их потом сам туда же отправил. И это их счастье, что только избили, а не что другое. Тогда их бы родители самих долго искали. И лечение твое я оплачивал, через благотворительные счета...
- А твой папаша в курсе? - съязвил, Тэхен.
- А у меня нет отца. Отчим. Ты, правда, думаешь, что мне все это нравилось. Только я такой же заложник обстоятельств.
- Ха, мне тебя пожалеть?
- Мой отчим - та еще мразь. Он ни перед чем не остановится. На матери он женился из-за денег ее родителей. Меня записал сыном. Очень надеялся, что мама родит ему сына. Вот только родилась девочка и мама больше не смогла иметь детей. Кроме мамы и сестры у меня никого нет.
- Хорошо, Ханыль, но объясни, пожалуйста, - вмешался директор. - Нас то ты зачем сюда привез таким образом.
- Отчим сказал, что пора заканчивать со всем этим. Из-за профессора вашего. Отчиму кто-то слил информацию. Вы так шифровались, но я знал всех, кто вам помогает. А раз знал я, то и все, кто хоть как-то причастен к этому делу, мог знать.
- То есть, ты нас сейчас спасаешь? - с ехидством спросил Тэхен.
- Ты же больной, Тэ, - усмехнулся Ханыль. - Ты же сам себя не контролируешь, когда рвешься кого-то спасать.
-Ну, хорошо, а тогда в туалете, что было. Ты же меня порезал.
- Отчим сказал тебя убрать по-тихому. Ну, я и, как будто, слетел с катушек от ненависти к тебе и, не дождавшись удобного случая... типа, хотел прикончить в туалете. Так, что мои, так называемые, товарищи, доложили отчиму, что я накосячил и нужно подождать. Ну а твоему личику пару царапин лишь придали шарма.
- Ты сейчас, блять, серьезно? - попробовал встать на ноги Тэхен. - Развяжи, твою мать, или я тебя, - Тэхен тщетно пытался подняться.
- Тэхен, остынь. Я успел Джису отправить к господину Чону, - устало сказал директор. - С этим действительно пора заканчивать. А кто прав, кто виноват, кто просто мимо проходил - пусть полиция разбирается. Ханыль, мы не будем писать заявление о похищении. Правда, Тэхен?
Тэхен зло посмотрел на Ханыля.
- Я тебя и так, голыми руками, отправлю к тем, кто из-за вас с папашей, пострадали.
- Тэ, я даже сопротивляться не буду, - с грустью, Ханыль посмотрел на Тэхена. - Но... господин директор, можно вас попросить... Я боюсь, что моя мама и сестра останутся на улице и их ничего хорошего не ждет, сами понимаете. Да и меня собственно тоже. Они останутся совсем без средств к существованию. У меня есть деньги, я скажу где. Пожалуйста, заберите их сюда. У меня куплен дом на имя Ким Тэхена, передайте им их.
Тэхен подавился воздухом.
- Что ты сказал? - Тэхен опешив, смотрел на парня.
- Документы и карточки лежат в бараке. В комнате твоей мамы, Тэ. Под шкафом отнимается доска и там лежит железный ящичек. Там все. Документы на этот дом. Он твой, Тэ. Можешь делать с ним все, что захочешь. Только прошу тебя и вас, господин директор, позаботьтесь о маме и сестре. Я уже не смогу...
С улицы раздались полицейские сирены.
- Ханыль, быстрее развяжи меня, пожалуйста, быстрее, - закричал директор.- Давай, не усугубляй ситуацию.
Ханыль успел развязать директора, когда полицейские ворвались в дом.
- Капитан полиции, Чан У Бин, -представился полицейский. - Господин Чхве, можете объяснить, что здесь происходит.
- Спасибо капитан, вы очень во время. Мы с Ханылем связали Тэ и привезли его в этот дом, который, кстати, принадлежит Ким Тэхену. - заискивал перед полицейским директор. Вы же знаете, что мальчишка кидается в самое пекло. Поэтому мы с моим помощником и решили, во-избежании недоразумений, так поступить с Ким Тэхеном. И вам так спокойнее, никто не мешал вашей операции. - Постепенно выводя из комнаты, тараторил директор.
Дверь в комнату закрылась. Директор с капитаном обговаривали дальнейшие действия в соседней комнате. Ханыль остался один с связанным Тэхеном.
- Я бы развязал тебя, но ты же меня убьешь и тебя посадят, а я этого не хочу. Так, что, думаю, стоит дождаться твоего принца, который спасет тебя из башни...или из лап дракона, - как тебе больше нравится?
- Почему ты раньше мне ничего не рассказал? Обо всем.
- Боялся...- с какой-то обреченностью произнес Ханыль. - Страх, Тэхен - это ужасное чувство. Когда тебя приучают бояться с детства... Страх становиться твоей шагреневой кожей, он с детства записан на подкорке твоего мозга, выбит цифрам на запястье... Я всегда восхищался тобой. Всегда хотел быть ближе, хотел, что бы ты научил меня не бояться...
Дверь с грохотом открылась. В комнату влетел профессор Чон. Увидев все еще связанного Тэхена, Чонгук начал развязывать веревки.
- Не уходи из дома, Ханыль - не обращая внимания на Чонгука, Тэхен подошёл к Ханылю.
Парень поднялся на ноги и, молча, стоял напротив Тэхена, прямо глядя тому в глаза. Через минуту, Тэхен, обойдя Ханыля, вышел из дома. Чонгук, ничего не понимая, вышел за ним.
Везде было много полицейских машин, которые проблесковыми маячками освещали ночной город, но Тэхена ничего уже не интересовало.
Сейчас дело за полицией, пусть разбираются без него. А он...
Он просто устал. Устал быть сильным, сдержанным. Устал драться, устал терпеть боль. Он так устал быть бесстрашным.
Что там говорил Ханыль... Страх выжжен цифрами на запястье...
Запястье...
- Черт, - Тэхена осенила страшная догадка. Он, резко развернувшись, влетел в дом... В руках Ханыля был нож.
- Если ты это сделаешь, я оставлю без содержания и дома твою мать и сестру. Они сполна заплатят за то, что делали вы с отчимом. Так что тебе решать, кто ответит за все.
Ханыль опустился по стенке на пол, закрыв ладонями лицо. По щеках тихонько текли слезы.
- Прости, пожалуйста, Тэ. Прости, что люблю, прости, что не открылся раньше, прости, за мой страх...за все прости.
- Ханыль, ты ответишь за все, что сделал и не сделал. И прощения ты будешь просить не у меня... Но я сделаю, как ты просишь. Обещаю, твои родные не будут на улице.
Тэхен, выйдя снова на улицу, поднял голову вверх.
Звезды усеяли небо. Тэхен так давно не видел звездного неба... пять...шесть...сколько лет прошло, как он возненавидел небо, звезды, солнце, которое освещало его искалеченное лицо. Вселенную, которая отгородилась от него ржавой железной дверью. Отгородила его от тепла, любви, счастья. Его, маму...
А Ханыль...
Что во всей его жизни происходило такого, что он чуть не порезал себе вены.
- Вселенная, прошу, не отгораживайся от нас железой ржавой дверью. Верни нас к жизни. Покажи нам свою любовь и научи заново любить.
Чонгук, что все это время был за спиной Тэ, коснулся его плеча.
- Профессор, вы с первого раза не поняли, что я вам сказал, - не поворачиваясь, огрызнулся Тэхен. - Никогда не касайтесь меня. Никогда. Я запрещаю вам касаться меня, разговаривать со мной, смотреть на меня, - все еще не поворачиваясь, рычал парень. - Вы заставили поверить, дали надежду...и вы же научили меня не доверять, не верить, не надеяться... Наверное, я должен сказать вам спасибо... Только, почему-то, мне хочется врезать вам как и Ханылю. Он тоже врал... моя Вселенная - Вселенная лжи и лицемерия... Уезжайте профессор. Куда хотите - Америка, Европа, да хоть в Россию... Это будет та дверь, которую вы пообещали тринадцатилетнему мальчику. Красивому, чистому, наивному дурачку и ботанику...
Тэхен уходил медленно. Немного шатаясь от усталости...или...отчего можно идти, не видя дороги, спотыкаясь о каждую кочку, о каждый камешек...отчего ноги такие тяжелые, и боль такая, как будто идёшь по лезвию бритвы...идти тяжело, дышать тяжело...жить...
...Чонгук остался стоять, глядя в спину повзрослевшему мальчику, которого сломал совсем случайно, нехотя, не думая, просто пройдя мимо по жизни...но который сейчас так же проходим мимо него...он шел к краю обрыва...
- Тэ, пожалуйста... Я не смогу без тебя... Пожалуйста... Если ты сделаешь еще
шаг, Я последую за тобой.
Тэ стоял на краю... на краю своей жизни...
...Как странно всё в этой блядской жизни.
Так долго ждать человека, смыслом жизни который был все эти шесть лет, чтобы
сейчас стоять на краю пропасти.
Пропасть...Тэхен задумался и усмехнулся: в этом
слове где поставить ударение - прОпасть или всё же пропАсть.
ПропАсть в человеке, растворится в нём...
ПропАсть в жизни, исчезнуть из памяти людей...
Людей...какие люди окружали всё это время Тэ...любимые, любящие...
бессердечные... жестокие... ненавидящие...
- Прости...
А прости - это как...
Просто - прости...
...или прости...просто...
...Одна буква...
...скажите Тэ когда смеяться...
Мысли Тэ жили в параллельной Вселенной.
Не было страха и сожаления...ничего не было...просто - пусто - прости - пропАсть - прОпасть...