Лиам и Зейн "One Direction"
a very sore loser
Автор: auntie spice
Переводчик: idk
Оригинальный текст: http://archiveofourown.org/works/673014
Фэндом: One Direction
Основные персонажи: Зейн Малик, Лиам Пейн
Пэйринг или персонажи: Лиам/Зейн
Рейтинг: NC-17
Жанры: Слэш (яой), PWP
Предупреждения: OOC, Нецензурная лексика, Секс с использованием посторонних предметов
Размер: Мини, 17 страниц
Кол-во частей: 1
Статус: закончен
- Зейн, произносится как «рисéс», - недовольно настаивает Лиам.
Зейн закатывает глаза и отвечает так же, как и всегда:
- Нет, Ли, «рúсес».
У них выходной, они сидят у Лиама и объедаются шоколадными конфетами. Но стоит только тому предложить Зейну конфету «Рисес», как их многолетний спор, начавшийся в тот день, когда оба ещё участвовали в шоу и пошли за замороженным йогуртом, разгорается с новой силой.
- Зейн, признай уже: я прав, а ты нет, - пыхтит Лиам, разворачивая очередную конфету с наполнителем из арахисового масла.
- Хорошо, - соглашается тот, выхватывая её у него из рук и закидывая себе в рот. Он быстро прожёвывает и одаряет Лиама широкой улыбкой, обнажая свои измазанные в шоколаде зубы, - я прав, а ты нет.
Лиам хмурится и берёт другую, держа её чуть поодаль, так, чтобы Зейн не мог дотянуться и стащить и её.
- Я не это имел в виду, тупица, - ворчит он.
- Но ведь это правда, - отвечает Зейн, улыбаясь. – Я прав.
- Нет, не прав.
- Да, Ли, прав.
- Спорим?
- На что?
- Да на что угодно, - предлагает Лиам, хитро ухмыляясь так, будто уже осознаёт свою победу. – Проигравшему придётся исполнить любое желание победителя.
- Ладно, хорошо, - пожимает плечами Зейн. Он-то знает, что не проиграет. Ему известно, как произносится «Рисес». – И как же ты предлагаешь проверить, кто из нас прав?
Лиам наклоняется и подбирает один из разбросанных по полу фантиков.
- Позвоним в «Херши», - отвечает он, кидая в Зейна обёрткой. Тот внимательно её изучает и кивает.
- Отлично, идёт, - соглашается он, уже вытаскивая свой телефон. – Готовься проиграть, Пейн.
Лиам ухмыляется и в ожидании самодовольно откидывается на спинку дивана, а Зейн набирает номер горячей линии и включает громкую связь.
- Здравствуйте, Вы позвонили в компанию «Херши». Чем мы можем Вам помочь? – спрашивают у них.
- Привет, - отвечает Зейн, не отрывая взгляда от ухмыляющегося Лиама. – У нас с другом возник вопрос. Нам интересно, как правильно произносится название одного из ваших товаров.
- Хорошо, с этим я Вам помогу, - обещает парень.
- Да, мы думаем, произносить ли его как «рисéс», - влезает Лиам.
- Или «рúсес», - добавляет Зейн, заканчивая свою мысль.
На секунду парень фыркает от смеха, но отвечает:
- Ну, после нескольких десятков подобных звонков я с уверенностью могу сказать, что говорить нужно «рúсес».
От досады глаза Лиама широко раскрываются, и он плюхается на диван, позорно зарываясь лицом в ладони и постанывая от разочарования.
- Отлично, спасибо за помощь, сэр, - отвечает Зейн, закончив над ним посмеиваться.
- Не за что. Удачного дня и благодарим за то, что выбрали «Херши»!
Звонок прерывается, а Лиам всё ещё дуется, поэтому Зейн наклоняется и тычет его в бок.
- Отстань, - сердито стонет тот.
- Да ладно, Ли, - смеётся Зейн. – Прими своё поражение с достоинством.
Лиам раздвигает пальцы, и Зейн видит глаза, которые теперь злобно сверлят его довольное лицо.
- Откуда ты вообще узнал? – спрашивает тот.
Усмехнувшись, Зейн падает рядом, забирается на Лиама и пялится в потолок, на ощупь пытаясь найти очередную упаковку конфет.
- Просто у меня хорошо с английским, - заявляет он. – Это же имя собственное, Лиам, в притяжательном падеже. Но если серьёзно, как ты вообще додумался до «рисéс»?
- Ох, - снова стонет тот, скидывая Зейна с себя и поднимаясь. – Ну и ладно, - говорит он, вызывающе скрещивая руки на груди, и надувается, выпятив нижнюю губу, будто это заставит Зейна передумать. – Чего ты хочешь?
Зейн улыбается:
- Ещё не знаю, но сообщу, как только придумаю.
Лиам бросает на него сердитый взгляд и отбирает конфету, пока тот ещё не успел закинуть её в рот.
***
Идея посещает его только, когда он этим же вечером оказывается дома. Он лежит на кровати с выключенным светом и смотрит порнушку на своём плоском телике, запихивая в себя вибратор и наблюдая, как парень вколачивается в лежащую под ним миловидную блондиночку и зарывается лицом в её очень уж фальшивые сиськи.
Зейн старательно пытается найти простату тринадцатисантиметровой сиреневой игрушкой и задевает её как раз в тот момент, когда девушка на экране выкрикивает имя парня.
- Лиам!
Зейн замирает, перед глазами вспыхивают звёзды, и он крепко сжимает в себе игрушку, прижатую к нужному месту. Он снова сосредотачивается на порнушке: девушка продолжает, постанывая, выкрикивать имя партнёра и оставляет отчётливые красные полосы на его спине там, где настойчиво её царапает.
Тогда парень, Лиам, выходит из неё, снимает резинку, а потом встаёт на колени, трётся членом о сиськи и спускает ей на лицо.
Зейн выключает телевизор, отлично понимая, что его яйца всё ещё ноют и пульсируют, нуждаясь в разрядке.
Он протягивает руку, достаёт небольшой пульт от дилдо и включает его. То тут же начинает вибрировать, упираясь в простату и вынуждая Зейна блаженно застонать.
Порнушка никак не идёт у него из головы, и из-за имени, что выкрикивала девушка, он не может не думать и о своём Лиаме.
Он проталкивает дилдо чуть глубже, и его член дёргается. Зейн не перестаёт размышлять о том, насколько его Лиам отличается от того, что был на экране, трахается ли и он так же хорошо? Насколько заполненным ощущал бы себя Зейн, будь в нём Лиам?
Только одна мысль об этом заставляет Зейна стонать, и он включает вибратор на полную мощность, наслаждаясь появившимися ощущениями, но всё же желая, чтобы на месте вибратора оказался член его друга. Это уже не первый раз, когда он думает о Лиаме. Далеко не первый. Но он впервые заходит так далеко, в процессе растягивая себя вибратором.
Он энергично пихает в себя дилдо, пытаясь сымитировать, как он представляет, движения Лиама, если бы тот его трахал, и не проходит и минуты, а его член уже пульсирует, и он кончает, даже не прикоснувшись к себе.
Он обессилено падает на кровать, оргазм усиливается, а член опадает. Вибратор всё ещё работает, настойчиво задевая простату, но Зейн сбавляет мощность и наслаждается теперь только легкими прикосновениями. Это довольно приятно, особенно если представить, что это делает Лиам (хотя Зейн уверен, что его член намного больше).
Он блаженно улыбается в темноту, уже немного сонный и удовлетворённый сексуальными фантазиями о себе и лучшем друге. Но мысли почему-то приходят к тому, как бы он заполнил Лиама, окажись он сверху, и не будь Зейн таким уставшим, он бы уж точно уделил внимание своему члену, который уже проявляет признаки возобновившегося интереса.
Зейн знает, что Лиам не гей, но это также не делает его натуралом. Он может оказаться бисексуалом, или ему вообще всё равно, как и самому Зейну. Но уж в чём он уверен точно, так это в том, что когда дело касается сексуальной ориентации Лиама, там слишком много спорных вопросов, включая его стремление и готовность поучаствовать в гомоэротичных экспериментах Зейна.
Он всё ещё не может выкинуть из головы мысли о том, каково бы это было, окажись Лиам под ним. Ему кажется, тот был бы чертовски горячим и невероятно узким, и обоим уж точно бы понравилось, так что Зейну стоит как-нибудь поделиться с ним этой идеей, желательно в ближайшее время. Но, учитывая всю спорность определения ориентации Лиама, Зейн также уверен в том, что тому не очень захочется пихать себе в задницу его двадцатисантиметровый член.
Он опускает ноги на кровать, тем самым проталкивая вибратор чуть глубже. Может, Лиам и не согласится на его член, но ведь можно начать с тринадцатисантиметрового дилдо? Пусть расслабится, привыкнет к мысли.
Он вспоминает об их споре и его условиях.
- На что угодно, - шепчет Зейн, улыбаясь и погружаясь в дремоту, с нетерпением ожидая завтрашнего дня.
***
- Ты хочешь чего? – возмущённо переспрашивает Лиам.
Проснувшись, он обнаруживает в своей кровати Зейна с сиреневым силиконовым вибратором в руках, который, как выяснилось, тот просит вставить Лиама в себя.
Зейн вздыхает и закатывает глаза:
- Я хочу, чтобы он остался в тебе на весь день.
Мысли Лиама разбегаются. Для подобных разговоров ещё слишком рано.
- И почему? – наконец, серьёзно спрашивает он.
- Потому что ты проиграл, - невозмутимо отвечает Зейн.
- И поэтому ты предлагаешь мне сделать именно это?! – недоверчиво уточняет Лиам. Зейн поворачивает голову, улыбается ему и, пока тот беспомощно и безотрывно смотрит в его глаза, каким-то образом передаёт ему дилдо.
- Да, - подтверждает он. – Думаю, будет весело. Хочу посмотреть, как ты справишься.
- Но зачем? – еле слышно бормочет Лиам.
- Завязывай с вопросами, Ли, - отвечает Зейн. – Мы договорились, что проигравшему придётся исполнить любое желание победителя, и я выиграл.
Лиам хмурится, надеясь разжалобить Зейна своим коронным щенячьим взглядом.
Но тщетно.
- Лиам, ты же сам придумал правила, - напоминает ему Зейн. – И я хочу, чтобы ты сделал именно это.
- Но почему? – тихо и беспомощно повторяет Лиам, однако его слова пропускают мимо ушей: Зейн уже слезает с кровати и направляется к выходу.
У двери он останавливается и достаёт из кармана небольшой тюбик, который затем кидает Лиаму.
- Вот, с этим будет легче, - говорит он, улыбаясь, выходит из комнаты и закрывает за собой дверь.
Лиам опускает глаза и смотрит на руки: в одной лежит дилдо, в другой – смазка; он хмурит брови.
- Зейн! – кричит он, заставляя того вернуться. Через секунду голова Зейна уже показывается в дверном проёме.
- Что? – спрашивает тот, приподнимая бровь.
- Я не имею ни малейшего представления, что с этим делать, - признаётся Лиам, заливаясь краской.
Зейн опускает голову и посмеивается, но всё же входит в комнату.
- Тебе нужно вставить его себе в задницу, - объясняет он.
Лиам кивает.
- Помощь нужна?
- Нет! - тут же отвечают ему. – Только подожди немного, ладно?
- Хорошо, - соглашается Зейн, снова скрываясь за дверью.
Лиам вздыхает. Через полчаса им уже нужно быть на работе, но он прекрасно понимает, что Зейн не оставит его в покое, пока игрушка не окажется у него в заднице – менеджер их прикончит. Он опускает глаза, отчаявшись, недовольно осматривает дилдо, в очередной раз вздыхает и сбрасывает с себя одеяло.
На нём ничего нет, а это уже плюс, так что он раздвигает ноги и смазывает вибратор. Удовлетворившись результатом, он приставляет его к заднему проходу и пытается вставить в себя, но тот оказывается слишком большим и безболезненно не входит.
- Зейн, - нехотя зовёт он. – Нужна твоя помощь.
Через минуту тот уже стоит у него в ногах и руками придерживает его разведённые в стороны колени.
- И в чём проблема? – интересуется он, пялясь Лиаму прямо между ног. От столь повышенного внимания его член дёргается, но Зейн всё равно ухмыляется.
- Не могу его вставить, - ворчит Лиам, швыряя дилдо ему. Тот ловит его одной рукой и, замечая, какое оно влажное, откладывает в сторону поближе к заднице Лиама.
- Ты себя пальцами растягивал? – уточняет он, приподнимая бровь.
- Я... что?
Зейн издаёт смешок и тянется к смазке, его прикрытая тканью промежность трётся о голый член Лиама, вынуждая того негромко застонать.
Зейн поднимается и возвращается на прежнее место, а Лиам, вздрагивая, наблюдает, как тот смазывает три своих пальца.
Закончив, он передаёт тюбик Лиаму и медленно опускает руку: пальцы слегка касаются его задницы, оказываются между ягодиц и задевают проход. От прохладного прикосновения рот Лиама приоткрывается, а сам он сжимается.
- Расслабься, - советует Зейн, - так будет легче, ясно?
Лиам впивается зубами в нижнюю губу, но всё же кивает.
- Я введу только указательный, согласен?
- Да, - слегка напугано выдыхает Лиам.
- Лиам, нам не обязательно это делать, - заверяет Зейн, кончиком пальца обводя его сфинктер, мягко его массируя и описывая круги. Он говорит искренне и смотрит Лиаму прямо в глаза. – Если тебе неприятно, я не стану тебя заставлять.
- Нет, всё нормально... просто... я... я никогда, - запинаясь выдавливает тот из себя, а затем вздыхает: – Я никогда таким не занимался, - тихо признаётся он. – Но я хочу. Я же проиграл. Так будет честно.
Зейн, задумавшись, хмурит брови, и Лиам понимает, что тот уже собирается отказаться от своей затеи, поэтому сам насаживается на его палец, который тут же беспрепятственно проникает внутрь.
От неприятных ощущений Лиам стонет, а у Зейна от удивления открывается рот. Палец входит только по ноготь, но непривыкшему к такому Лиаму хватает и этого. Он сжимается, его мышцы плотно обхватывают фалангу Зейна, и тот терпеливо ждёт.
Через минуту он расслабляется и кивает, разрешая продолжить.
Зейн не возражает, он закусывает губу и медленно вводит палец до самой костяшки. Лиама пронзает жгучая боль, и когда палец в нём начинает сгибаться и разгибаться, он, сопротивляясь, то сжимает, то отпускает его.
- Это нормально, - посмеивается Зейн. – Сначала будет немного больно, но потом привыкнешь, обещаю.
- Ты этим уже занимался? – догадывается Лиам. Он зажмуривается и пытается отвлечься от неприятного ощущения.
- Да, прошлой ночью, - признаётся тот. – Но, вообще-то, практикую уже несколько лет. Это довольно приятно.
- Уж извини, но что-то с трудом вери... ох, блять! – вырывается у Лиама, в глазах внезапно темнеет, а по телу волнами прокатывается наслаждение.
- Так о чём ты там говорил? – самодовольно дразнит Зейн, Лиам даже по голосу слышит, как тот ухмыляется, и ему это не нравится.
- Дрочила ёбаный, - злится он. – Что это было?
- Это, милый мой Лиам, была твоя простата, - объясняет Зейн, снова слегка на неё надавливая. Лиам нетерпеливо насаживается на его палец, ожидая повторения ощущений. – Она есть у каждого парня, но лишь немногие используют её разумно.
- И поэтому... поэтому ты... блять, поэтому ты пихаешь в себя пальцы? – спрашивает Лиам, чуть задыхаясь, когда Зейн вводит уже второй и быстро начинает его растягивать.
- Нет, - отвечает тот, - мне просто нравится ощущение наполненности. И мне плевать пальцы это, игрушки или чей-то член.
- Зейн, я не... я не гей, - защищается Лиам. – Мне такая фигня не очень нравится.
- Ну, Лиам, я тоже не гей, - улыбается Зейн. – Возможно, бисексуал, но, вообще-то, мне всё равно. Мне нравятся члены. И сиськи. Вагины не очень, конечно, но это не так уж важно.
- Хорошо, но я-то точно не гей, - повторяет Лиам и открывает от неожиданности рот: пальцы Зейна снова касаются его простаты.
- Да я этого и не говорил, - замечает Зейн, посмеиваясь. – Но вот твоему члену мои пальцы, видимо, очень даже нравятся.
Лиам удивлённо открывает глаза, чтобы проверить, о чём это там Зейн болтает, и его взгляд падает на свой теперь полностью возбуждённый член. Он недовольно стонет. Лиам и так знал, что тому нельзя доверять: он уже предавал его в самые неподходящие моменты, как, например, в тот раз, когда Лиаму нужно было выступить с презентацией, но он совсем не ожидал такой подставы от своего «дружка» прямо в присутствии Зейна. Лиам уже подумывает совсем его отрезать, но всё-таки решает только проучить, избив до полусмерти.
Поэтому он крепко его обхватывает и несколько раз дёргает рукой вверх и вниз, облегчённо постанывая и отвлекаясь, наконец, от странной смеси боли и наслаждения в собственной заднице.
Но на его член внезапно опускается чужая ладонь, которая разжимает пальцы Лиама.
- Ну уж нет, - ухмыляется Зейн. – Это же наказание за твой проигрыш, а не халявное развлечение.
- Зейн! – хнычет Лиам, но его рука всё же обессилено опускается и начинает сминать простыни. – Сраный извращенец. Ты же мой лучший друг!
- Сегодня за все твои оргазмы отвечаю я, Ли, - предупреждает тот, – и я решаю, кончать тебе или нет. И если я всё-таки позволю тебе это сделать, то только так, как того захочу я, и только в то время, которое выберу сам.
- Ненавижу, - бормочет Лиам, прекрасно понимая, что лжёт: Зейн периодически задевает нужное место, и по его телу приятно разливается тепло.
- Ага, зато я тебя люблю, - отвечает Зейн безразлично. – Блять, ты сейчас такой горячий, скачешь тут на моих пальцах.
Лиам, не глядя, кидает в него подушкой и смеётся:
- Заткнись.
- Знаешь, я вчера пока дрочил, всё не мог выкинуть тебя из головы, - признаётся Зейн.
- Зейн! - возмущается Лиам, смутившись, по его щекам уже разливается краска, которая постепенно захватывает шею и опускается на грудь. – Кончай врать!
- Я и не вру, - хихикает Зейн. – Смотрел порнушку и трахал себя дилдо...
- И ты хочешь, чтобы я запихал в себя твоё попользованное дилдо?! – возмущается Лиам.
- Да, но я его отмыл, так что не переживай. Так вот, - продолжает тот. Он уже минут пять с лёгкостью запихивает в Лиама целых три пальца, и тот теперь совершенно уверен, что для вибратора его растянули достаточно, но всё же не предпринимает никаких попыток остановить Зейна. – Девчонка на экране выкрикнула твоё имя, ну, не твоё, конечно, а того чувака, что её трахал, так? Но, короче, я пихал в себя дилдо и думал о тебе. А потом кончил, представляя, как ты меня имеешь.
- Зейн, - стонет Лиам, неосознанно подаваясь вперёд.
- Разве не заманчиво, Лиам? – соблазнительно спрашивает Зейн, всё ещё разрабатывая Лиама пальцами, обхватывая его оставшийся без внимания член свободной ладонью, плотно сжимая и медленно и лениво проводя рукой по всей длине. – Представь: ты бы отымел мою узкую дырку своим огромным членом.
- Блять, - стонет Лиам, снова вскидывая бёдра. Он открывает глаза и замечает на себе жадный пристальный взгляд. Он не хочет признаваться, но да: это звучит очень заманчиво. – Но я всё ещё не понимаю, как ты додумался вставить в меня дилдо на весь день.
Зейн ухмыляется:
- Потому что, как бы офигенно ты меня ни оттрахал, я всё же задумался о том, как бы в свою очередь поимел тебя, и если бы в данный момент мой член не томился в штанах, ты бы понял, насколько сильно он завидует пальцам, которые тебя растягивают.
Лиам снова громко стонет, подстёгнутый пошлыми фразочками Зейна, и головой откидывается на подушки, позволяя себе насладиться тем, как тот сгибает и разгибает в нём свои пальцы.
- Но потом я подумал, что на мой член ты не согласишься. Он, конечно, немного меньше твоего, но всё же большеват для того, чтобы сразу его запихивать. Поэтому решил, что если тебе понравится Лео...
- Лео? – Лиам прыскает от смеха, который тут же переходит в шипение: Зейн намеренно задевает его простату.
- Малыш Лео Литтлкок, - подтверждает он. – Так вот, если вставим в тебя Лео, то сможем им растянуть под меня, так?
Зейн вынимает свои пальцы, и Лиам обессиленно падает на кровать, даже не кончив. Он тяжело дышит и чувствует себя так, будто его уже хорошенько оттрахали. Когда дыхание, наконец, приходит в норму, Зейн, не раздумывая, тут же вставляет в него Лео.
- Можешь пока не отвечать, малыш, - обольстительно шепчет он ему на ухо. – У тебя целый день на то, чтобы решиться.
Лиам стонет и пытается наградить его уничтожающим взглядом, но у него ничего не выходит: Зейн уже обхватывает его член, наклоняется, и его тёплое дыхание слегка щекочет головку, а сам он смотрит на Лиама потемневшими от желания глазами. Член Лиама дёргается, и он хнычет, отчаянно надеясь, что Зейн сейчас просто возьмёт его в рот и будет сосать до тех пор, пока Лиам не кончит, но у того, видимо, другие планы.
Вместо этого Зейн резко проводит по члену рукой и предупреждает:
- Не смей кончить.
Затем ухмыляется и быстро выходит из комнаты, успевая перед этим напомнить, что у Лиама всего пять минут на сборы.
Тот откидывается на подушки и издаёт возглас негодования, мысленно напоминая себе больше никогда не участвовать в спорах.
***
По дороге на интервью Зейн подробно объясняет условия их сделки. Лиаму нельзя вынимать дилдо до тех пор, пока он не окажется дома, а ещё ему нельзя кончать. У вибратора три режима контроля мощности: стандартная низкая, средняя и высокая частота вибраций. Пока он не работает, но Зейн обещает, что в течение дня будет периодически его включать. Управляется всё небольшим пультом, которым также распоряжается Зейн.
Их день расписан следующим образом: сначала нужно стойко перенести интервью, затем час потратить на автограф-сессию и наконец дать благотворительный концерт.
По какой-то странной безумной причине Лиам решает, что отлично со всем справится.
Ему доказывают обратное уже на середине интервью.
Они все ютятся на диванчике, который внесли специально для этого: Лиам сидит слева, а Зейн, чтобы места хватило всем, – у него на коленях, хотя Лиам прекрасно понимает, что делает он это больше для того, чтобы прикрыть его стояк. Найл устраивается рядом, а Гарри с Луи – на противоположном от них конце.
Всё идёт отлично, пока темноволосая журналистка не решает задать Лиаму вопрос:
- Итак, Лиам, можешь рассказать нам, какие у вас с ребятами отношения?
Он мило улыбается – вопрос ему нравится, и он уже знает, как на него ответить:
- Мы все очень близки, - говорит Лиам, взглянув на остальных. – Нам в этом плане очень повезло.
- И кто же тебе ближе всего?
Он уже почти открывает рот, но вдруг чувствует сильную вибрацию и неловко поёживается. Лиам поднимает глаза и смотрит на того, кто управляет орудием пыток, застрявшим в его заднице.
- Зейн, - отвечает он не так сердито, как хотелось бы, и тот радостно улыбается.
- Оу, Лиам, спасибо! – и он нарочно сжимает его лицо и смачно чмокает в щёку, вызывая всеобщий хохот. Но Лиам не смеётся, он быстро отстраняется и прожигает того недовольным взглядом.
- Значит, вы лучшие друзья? Часто проводите время вместе? – снова спрашивают его, безобидно одаряя белоснежной улыбкой.
Зейн всё ещё строит из себя святую невинность, поэтому Лиам отворачивается и сосредотачивает своё внимание на журналистке и камерах.
- Да, часто, - подтверждает он. – Хотя, когда узнаёшь его лучше, понимаешь, какой он на самом деле мудила, - добавляет он, желая отомстить за все издевательства.
Журналистка начинает смеяться, и остальные следуют её примеру, понимая, что это чистая правда, но Лиаму это не сходит с рук: вибрация только усиливается, он начинает ёрзать под Зейном, но тот лишь усаживается поудобнее, и ох: у Лиама стоит.
Вибратор продолжает усердно работать, и Лиам понимает, что тот так и не сбавит оборотов, пока он не искупит свою вину.
- Хотя я всё равно его люблю, - честно заверяет он и снова поднимает глаза: Зейн довольно ухмыляется, поэтому Лиам добавляет: - Не могу даже представить друга лучше.
Он говорит от чистого сердца, и Зейн этому, видимо, верит, потому что дилдо тут же переключается на самую низкую мощность.
Дальше интервью проходит без происшествий, хотя вибрация ни на секунду не прекращается. Лиам, смирившись, привыкает к тому, как дилдо приятно массирует его внутри, а Зейн через каждые несколько минут вертится у него на коленях, устраиваясь удобнее. Хотя Лиам подозревает, что тот просто пытается потереться задницей о его стояк.
И это почему-то заставляет его довольно улыбнуться.
***
Автограф-сессия длится вечность и невыносимо раздражает: вокруг толпятся сотни визжащих девочек и небольшая группка парней. Лиам с Зейном сидят у самого края стола, подписывают диски и плакаты, приветствуют фанатов и благодарят их.
Зейн расписывается только правой рукой: левая крепко, а иногда даже дразня, сжимает ногу Лиама, вынуждая того перестать двигаться. Зейн отказывается выключать вибратор, поэтому Лиам большую часть времени беспокойно елозит на стуле.
Когда с начала автограф-сессии проходит минут двадцать, в комнате появляется какой-то паренёк, и с этого момента для Лиама всё становится только хуже.
Парень издаёт пронзительный вопль, когда оказывается рядом, и Лиам удивлённо поднимает глаза, улыбается ему и тоже в шутку вопит.
Сидящий рядом Зейн хмурится и, пристально за всем наблюдая, не глядя подписывает всё, что оказывается у него под рукой.
- О боже! – выдаёт парень. – Лиам!
- Привет! – радостно отвечает тот, его лицо расплывается в улыбке, и чувствует он себя совершенно счастливым.
- Лиам! – снова визжит парень, восторженно подпрыгивая, чем очень его веселит. – Ты же мой любимчик! Боже, тебе говорили, что ты офигенски горячий?!
Лиам, усмехнувшись, краснеет и скромно думает, что тот преувеличивает.
- Спасибо, малыш, - отвечает он, используя своё универсальное обращение для фанатов, и снова улыбается парню, забирая у него диск. Но пока он на нём расписывается, вибрация поднимается до средней частоты, заставляя Лиама подпрыгнуть на стуле и всё запороть.
Он поворачивается и недовольно смотрит на Зейна, который намеренно его игнорирует, хотя Лиам прекрасно видит, как тот хмурится и что-то сердито бормочет. Мёртвая хватка, которой он вцепляется ему в ногу, тоже не остаётся незамеченной.
Лиам вздыхает и пытается исправить подпись, после чего с натянутой улыбкой возвращает диск парню.
- Что за хрень? – шипит он Зейну на ухо, пока рядом не появился очередной фанат.
- Хватит заигрывать, - ворчит тот, и Лиам отстраняется. Внезапное осознание безумной ревности Зейна перекрывает даже невыносимую вибрацию в его заднице.
Лиам тоже слегка ворчит, пока усаживается на стул, и теперь быстро расписывается, даже не глядя на людей, которые к нему подходят.
Он зол, ужасно возбуждён и уже готов послать Зейна на хер, хотя скорее бы предпочёл, чтобы этот самый хер принадлежал ему.
***
Этот концерт Лиам запомнит надолго. Он отличается от других по очевидным причинам.
Зейн делает вид, что не замечает его, а Лиам пытается по этому поводу не париться, даже когда они оказываются в разных концах сцены, нарушая отрепетированный порядок движений. Но Лиаму на это совершенно плевать, он слишком занят мыслями о Лео, который не перестаёт вибрировать у него в заднице, пока Лиам ходит или бегает по сцене, или даже пританцовывает в такт.
Он тоже решает игнорировать Зейна, поэтому липнет к Гарри, в шутку с тем заигрывая, но втайне всё же наблюдает за реакцией лучшего друга. Лиам чмокает Гарри в щёку и довольно ухмыляется, замечая, как у Зейна, поющего сейчас на другом конце сцены, мгновенно меняется выражение лица.
Во время последней песни вибратор начинает работать на полную мощность. На этот раз всё происходит не по вине Зейна: из-за его постоянных движений пульт срабатывает сам. От удивления и неожиданности Лиам даёт петуха, обращая внимание всех присутствующих на себя, пока сам он беспомощно таращится на Зейна. У того сужаются глаза, но он продолжает петь и оставляет Лиама с его проблемой один на один. Вибрация становится невыносимой, и у него уже стоит колом, хотя тесные джинсы болезненно прижимают член к телу. При каждом движении Лиама игрушка входит глубже и касается его простаты.
Он не может сосредоточиться ни на чём, кроме вибрирующего в его заднице дилдо и нестерпимого желания кончить, но каким-то образом ему всё равно удаётся допеть, и как только музыка стихает, он кидается прочь со сцены, не переставая ощущать постоянный дискомфорт.
Лиам не успевает добежать до гримёрки: дорогу туда преграждают ждущие за кулисами фанаты, они выпрашивают автограф, совместное фото и, ко всему прочему, ещё и поцелуй. Его задний проход ноет от непрекращающейся стимуляции, и всё, чего хочет Лиам: оказаться уже дома и вытащить из себя игрушку, но отказать фанатам он не может.
Как только он отрывается от девушки, которая, схитрив, в последний момент поворачивает лицо и целует его прямо в губы, то замечает Зейна, который несчастно, но зло на него смотрит.
Лиам открывает рот, чувствуя непонятно откуда взявшееся желание всё объяснить, но тот запихивает руку в карман и достаёт оттуда пульт. Лиам видит это и вздрагивает, плотно сжимая игрушку и ожидая худшего, но внезапно всё прекращается, вибратор перестаёт работать.
Рука Зейна безвольно опускается, и тот, развернувшись, уходит. Лиам вежливо прощается с окружившими его фанатками и бросается за ним, хотя из-за игрушки в заднице это скорее напоминает торопливое ковыляние, но Зейн, как оказалось, успев поймать машину, уже уехал к себе.
По дороге домой Лиам периодически сжимает в себе вибратор, и хотя он ещё никогда не чувствовал себя настолько переполненным, непривычное чувство опустошённости накрывает его.
***
Полуголый Лиам лежит на кровати. Его согнутые в коленях ноги приподняты и разведены в стороны: он собирается, наконец, вытащить вибратор.
Задев его, Лиам шипит: от постоянной стимуляции нервные окончания становятся слишком чувствительными, и мышцы уже по привычке сжимаются.
Он вздыхает и опускает ноги. Его зад болит, но Лиам вдруг понимает, что, вообще-то, не хочет ничего вытаскивать. Он хочет Зейна.
Поворчав, но наплевав на постоянную и невыносимую боль в заднице, он снова натягивает на себя штаны. Он ловит такси, выходит у дома Зейна и заваливается к тому без приглашения, решив, что теперь может обойтись и без подобных любезностей.
В доме темно, но Лиам пробирается в спальню по памяти. Он замечает, что дверь в ванную приоткрыта, из неё в комнату падаёт полоска света, Лиам слышит шум воды и видит вырывающиеся оттуда клубы пара.
Он ухмыляется и входит внутрь.
Перед ним предстаёт совершенно голый Зейн: он намыливается и тихонько и недовольно напевает. Наученный горьким опытом Лиам знает: будь Зейн счастлив, он бы голосил не сдерживаясь.
Лиам скидывает с себя одежду, отбрасывает её в кучу к другим вещам и забирается в ванну, где Зейн, всё ещё ни о чём не подозревая, теперь зарывается пальцами в намокшие волосы.
Залюбовавшись его обнажённым телом, Лиам на секунду замирает. Его влажная кожа блестит, капли воды стекают по шее, спускаются ниже, скользя по спине к загорелой заднице, и проникают внутрь.
Член Лиама дёргается, он облизывает губы и, сам того не понимая, ладонями сжимает его ягодицы. Тот вскрикивает от неожиданности и, к ещё большему удовольствию Лиама, роняет мыло.
Затем резко разворачивается, понимает, кто это, издаёт вздох облегчения и хмурится, двинув Лиаму в плечо.
- Лиам, долбаный засранец, - недовольно вопит он. – У меня, блять, чуть инфаркт не случился.
- Мне жаль, - отвечает тот, нагло ухмыляясь.
- Что ты вообще тут делаешь? – прищурившись, удивляется Зейн. С лица Лиама быстро сползает улыбка, он опускает глаза и наблюдает, как у их ног вода смешивается с мыльной пеной.
- Прости, - выдавливает он из себя уже более искренне. - За то, что случилось.
- За что именно? – спрашивает Зейн, пытаясь скрестить руки на груди, но те всё равно соскальзывают.
- Не знаю, - признаётся Лиам, потирая шею и снова поднимая глаза. – За что ты там на меня злишься?
- Ох, - фыркает Зейн. – Ты так ничего и не понял, Лиам?
- А что я должен был понять? - уточняет тот с надеждой.
- Я почти признался, что ты мне нравишься, а ты, блять, начинаешь заигрывать с каждым встречным, - тихо и смущённо отвечает Зейн. – Я думал, до тебя дошло, что я имел в виду, когда сказал, что хочу тебя трахнуть.
Лиам озадаченно хмурит брови:
- Что хочешь меня трахнуть? – предполагает он, снова сжимая дилдо, так и оставшееся в его заднице.
- Да нет же, Лиам, блять, - с досадой отвечает Зейн. - Точнее, да, но мне не нужен разовый перепих. То есть, я, конечно, хочу тебя трахнуть и очень хочу, чтобы и ты меня когда-нибудь трахнул, но только если у нас всё будет серьёзно.
- Да какого хера, Зейн? – злится Лиам. – А ты не мог сказать об этом утром? Но нет, тебе надо было весь день мучить меня своим Лео Литтлкоком!
- Не я виноват в том, что родители назвали тебя в честь звезды порнушки, под которую я дрочил, - огрызается Зейн.
- Никто не называл меня в честь звезды порнушки, хватит чушь нести! – орёт на него Лиам.
Некоторое время они с ненавистью смотрят друг на друга, но Лиам всё же делает шаг вперёд. По мелькнувшему в глазах Зейна страху, он понимает: тот боится, что ему сейчас врежут, но когда вместо этого Лиам толкает его к стене и прижимается к его губам, у Зейна вырывается стон удивления.
- Я бы согласился, - говорит ему Лиам, и снова целует, требовательно раскрывая рот языком.
- Серьёзно? – спрашивает тот, когда они отрываются друг от друга, всё ещё не до конца убеждённый требовательностью, с которой Лиам в него впивался. Поэтому Лиам с готовностью решает всё повторить.
- Серьёзно, - затем подтверждает он. На них брызжет вода, но они этого даже не замечают, теснее прижимаясь друг к другу. Лиам смотрит в прикрытые, потемневшие от желания глаза Зейна и облизывается: – Конечно, сначала я немного растерялся, но уж лучше бы ты вставил в меня свой член, чем эту долбаную игрушку.
И в подтверждение своих слов, он опускает руку и обхватывает стояк Зейна, вызывая у того бурную реакцию.
- Блять, Ли, - матерится он, пока ладонь Лиама приятно скользит по его влажному члену. – Блять, - повторяет он. – Но я всё же могу тебя трахнуть?
У Лиама вырывается смешок, он вдруг понимает, как же быстро всё вернулось на свои места. С небольшими изменениями, конечно, но всё же.
- Нет, - отвечает он и разворачивает Зейна, тут же прижимаясь к его голой спине. – Лео всё ещё с нами.
- Блять, - стонет тот. – Ты его так и не вытащил?
- Я собирался, - объясняет Лиам, - но захотел, чтобы это сделал ты и заменил на свой член.
Зейн торопливо кивает головой в знак согласия.
- Но этим займёшься позже, - шепчет Лиам ему на ухо, заставляя вздрогнуть. – А пока включай Лео и дай-ка мне тебя трахнуть.
Зейн снова кивает, наклонившись, тянется к своим штанам и пытается нашарить в них пульт. Пользуясь предоставленной возможностью, Лиам просовывает руку ему между ног и вводит внутрь палец.
- Блять, - вырывается у Зейна, и он падает на колени, уцепившись за край ванны. Лиам наклоняется и снова вставляет в него палец, испытывая странное удовольствие каждый раз, когда Зейн плотно его обхватывает. В это время вибратор в его заднице, наконец, включается, и Лиам охает, удивляясь тому, как, оказывается, по нему скучал.
Бёдра Зейна подаются назад, и, пока тот пытается его растянуть, он начинает насаживаться на палец Лиама самостоятельно. Его ладони крепко сжимают бортик ванны, голова безвольно покачивается в такт движениям, а сам он громко матерится и постанывает.
Лиам вводит в него второй палец и повторяет все утренние манипуляции: сгибает и разгибает, раздвигает их в стороны. Вскоре он понимает, что вибрации становится недостаточно.
- Переключи-ка его на среднюю, - просит он, удивляясь своему охрипшему голосу.
Зейн кивает и исполняет его просьбу, заставляя Лиама слегка дёрнуться от неожиданности.
Вскоре в Зейне оказываются уже три пальца, и Лиам, наконец, находит его простату. Зейн тут же стонет, его спина выгибается, и на лице Лиама появляется довольная ухмылка. Он снова задевает простату, на этот раз намеренно и с большей уверенностью, и, вскоре, Зейн уже бешено двигает бёдрами, стараясь насаживаться на его пальцы сильнее.
- Прибавь ещё, - вдруг слышит Лиам свой голос. Вибратор переключается на полную мощность, а член начинает пульсировать. Лиам вынимает из Зейна пальцы и, игнорируя его жалобы, нависает сверху, положив одну руку ему на задницу, а другой скользнув на поясницу.
Чуть опустившись, он тут же вставляет в него свой теперь влажный от выступившей смазки член, выгибается и одним резким движением входит до конца. У Зейна вырывается стон удивления, и сам Лиам невольно стонет от того, какой же тот невыносимо горячий, до безумия узкий и восхитительно влажный.
- Двигайся уже, блять, - возвращают его на землю, шипя, сквозь сжатые зубы и плотно собой обхватывая. Лиам кивает, отвлекаясь от мыслей о том, насколько он сейчас глубоко и как же это чертовски приятно. Затем полностью выходит и тут же с силой входит обратно: Зейн теряет равновесие и чуть съезжает по стенке ванны.
Тогда Лиам прижимает его к себе и, стараясь удерживать на месте, ритмично двигается вперёд и назад, наслаждаясь тем, как мышцы каждый раз плотно обхватывают его.
Но Зейну этого, видимо, недостаточно, и он, собравшись с силами, приподнимается и чуть отталкивает Лиама назад.
Лиам удивлённо отстраняется, но тот жестом приказывает ему лечь. Он подчиняется, его обдаёт водой, а в следующую секунду над ним уже нависает Зейн, готовый взять всё в свои руки.
Округлившимися глазами Лиам наблюдает, как тот обеими руками обхватывает его стояк и, низко постанывая и закатывая от удовольствия глаза, начинает на него опускаться.
Как только задница Зейна оказывается тесно прижата к его бёдрам, а угол проникновения меняется, у обоих вырываются громкие стоны. Зейн чуть приподнимается, но снова резко насаживается до конца, вскрикивая каждый раз, когда член Лиама задевает его простату. Тот вскидывает бёдра ему навстречу, и теперь движения становятся быстрее и яростнее.
Лиам готов просто лежать и наблюдать, как Зейн скачет на нём, пока вода брызжет ему на голову и стекает по спине, но тот выгибается и на ощупь находит дилдо, всё ещё послушно вибрирующее в заднице Лиама. Он обхватывает его и проталкивает глубже, задевая простату и заставляя того дёрнуться и войти в Зейна сильнее.
Зейн тут же кончает, выкрикивая имя Лиама, и спускает ему на грудь, даже не прикоснувшись к себе. Одновременно он резко сжимает внутри его член, но, к ещё большему удовольствию, двигаться не перестаёт. Вместо этого Зейн сильно прикусывает нижнюю губу и продолжает проталкивать вибратор к простате. Он быстро насаживается, чуть расслабляя мышцы, когда скользит вниз, но всё же плотно сжимается, снова приподнимаясь, и словно вытягивает из Лиама оргазм.
В конечном итоге ему это удаётся, и Лиам пальцами впивается в его бёдра, вскидывает свои вверх и выкрикивает его имя, пока тот продолжает двигаться, растягивая удовольствие. Он кончает прямо в Зейна, внутри сразу становится слишком влажно и горячо.
Наконец, оргазм начинает отпускать, движения Зейна замедляются, и он останавливается, не слезая с теперь уже обмякшего члена. Он вытаскивает дилдо из задницы Лиама, заставляя того поёжиться, пока облегчение от долгожданного чувства пустоты, наконец, не переполняет его.
Зейн улыбается и, подавшись вперёд, целует Лиама, совершенно позабыв о вибраторе, который теперь одиноко лежит рядом. Тот жадно ему отвечает, даже не замечая, как вода, падающая Зейну на спину, теперь льётся и на него.
Зейн отрывается первым, он опускает глаза и заслоняет Лиама собой.
- Как ощущения?
- Моему члену охрененно, - признаётся тот, и Зейн, поддразнивая, сжимает его внутри. – Но вот задница пиздецки болит.
- Привыкнешь, - улыбнувшись, отвечают ему. – Как только в тебе окажется мой член, я позабочусь о том, чтобы он появлялся там постоянно.
- Я не против, - тоже улыбается Лиам. – Посмотрим, как долго я продержусь с ним в заднице. Хотя готов поспорить, что больше часа ты не выдержишь.
Зейн приподнимает бровь и начинает над ним смеяться.
- Да неужели? – говорит он. – Кажется, кто-то так ничему и не научился и снова хочет поспорить?
- Да, но, думаю, теперь никто возражать не станет? – ухмыляется Лиам.
Тогда, ухмыльнувшись в ответ, Зейн целует его:
- Думаю, тут ты прав.