17. Игра началась

Я стояла как вкопанная, боясь повернуться к нему лицом, честно говоря, чувствовала себя как перед забоем.

— Мне нужно идти, звони, если что, Лана, я оставил номер в твоем новом телефоне, — сказал Билл, идя к двери.

— Новый телефон? — в недоумении спросила я.

— Пока-пока, — скрылся Билл за дверь.

И я осталась наедине с чудовищем, я почувствовала на затылке его дыхание, вдруг его руки обвились на моей талии, прижимая меня к себе.

— Как ты вкусно пахнешь, — прошептал Том.

— Что ты будешь со мной делать?

Я почувствовала, как он еле заметно улыбнулся. — Всё, что захочу.

— А если буду сопротивляться?

— Хм... Мне придется наказывать тебя, а если послушания не будет, то пострадают твои родители.

Я хотела ответить на это, но он сразу перебил меня.

— Я не трону тебя, пока ты сама не будешь хотеть, я буду ждать... Видишь, я не такой плохой, но ты будешь делать всё, что я скажу, не будешь выходить, пока я не позволю, не будешь с кем-то общаться, пока я не позволю, у тебя новый телефон, где только мой и Билла номер, единственный, с кем ты можешь общаться, когда захочешь, это будет он, ну а так весь дом в твоем распоряжении, охрана исполнит любой твой приказ, хоть даже перестановку делай в доме, а всё, что будет касаться улицы, ты будешь делать с моего позволения.

— Ты сама доброта, — с сарказмом ответила я. — В моем так называемом новом телефоне могут быть номера Сэм и Азуми.

Но на мой вопрос Том задумался. — Ах, ангел, ну как тяжело тебе в чем-то отказать... С Азуми возражений нет, она не посмеет что-то выкинуть, а вот Сэм, ее я под контроль еще не ловил... Ладно, так уж и быть, общайтесь, но если вы что-то выкинете, Лана... Ты знаешь, еще больше ознакомишься с моими способностями.

— Ну а что будет дальше?

— Дальше? Всё зависит от тебя.

— Почему я? Что ты от меня хочешь, неужели, чтобы переспать со мной, ты пошел на все?

— Мне не только твое тело нужно, я хочу, чтобы ты была зависима мной.

— Тебя недолюбили в детстве?

Но Том разозлился на это слова, припечатав меня к стене. — Я тебе даю срок, срок в четыре месяца до твоего совершеннолетия, и ты полюбишь меня.

Я рассмеялась, но это был нервный смех. — Полюблю тебя? На тебя всей жизни не хватит, чтобы хотя бы каплю любви к тебе испытать, я лишь буду ждать, ждать, когда ты устанешь от меня и отпустишь.

— Не достанешься мне — не достанешься никому! — после чего Том ушел.

А я так и осталась в этом доме, наверное, примерно так же попадает человек в ад, его же варят в котле, человек попадает в условия, в которых он молит о смерти.

Честно говоря, я осталась в недоумении с мыслью «А что делать?», пока кто-то не постучал в дверь, но я побоялась открывать и затихла, как мышка.

— Мисс Каулитц, я могу войти? — прозвучал голос мужчины за дверью.

Миссис Каулитц, прокрутила я в голове, что за хрень?

— Да, входите.

Ко мне подошел охранник, протянув пакеты с разных брендов магазинов. — Это прислал вам мистер Каулитц.

— Можете оставить себе, — пробурчала я.

Охранник немножко растерялся. — Мисс, вы не поняли, это женские вещи, то есть ваши.

Я тяжело вздохнула. — Да пошел бы он к черту, и пусть засунет себе эти вещи в одно место, — проорала я.

— Но...

— Я сказала, вон!

Охранник поспешил в растерянном виде за дверь, я понимала, что он не виноват и выполняет лишь свою работу, но никто не мог понять, как мне плохо. В конце мне так сильно докучало тут одной, что я решила прогуляться, но кто же был удивлен, что охрана не пустит меня за дверь, злость во мне так и бушевала, неужели я проведу тут всё свое время, пока не сдохну, не видя белого света.

Проведя в его доме около двух часов за телевизором, он наконец-то вернулся, с пакетами которые ранее приносил охранник

— Собирайся, — сказал Том, кидая на диван вещи.

— Куда?

Он ухмыльнулся: — На гонку, милая, теперь ты там будешь чаще, чем тебе хотелось бы.

— Зачем? Зачем тебе там я? Ну какой от меня толк?

— Ну как зачем? Как моя девушка не будет возле меня?

Я нервно рассмеялась: — Девушка? Что, простите?

— Ну а кто ты мне?

— Хм, дайте-ка подумать... Твоя пленница.

— Не извращай мои мысли.

— Уф, ты невозможен, Том.

— Как ты вкусно произносишь мое имя.

— Вкусно? Кажется, оно звучит каждый раз как — я спородировала рвотный позыв — т...ом.

Он рассмеялся: — А знаешь, мне уже начинает нравиться наш семейный вайб, как истинная жена подкалываешь меня.

— В твоем предложении звучало все странно!

Том начал приближаться ко мне все ближе и ближе: — Тебе нравится эта мысль? Ты моя жена, Лана Каулитц, прекрасная женкушка якудза и лучшего гонщика в Японии. — Он внезапно прижал меня к стене, обхватывая мою талию, а другой рукой упираясь к стенке.

— Ничего омерзительнее звуча...

Он заткнул меня поцелуем, на этот раз интенсивнее целуя меня, словно он думал, я сама этого желаю, его язык оказался возле моего, в какой-то момент он укусил меня за губу.

— Ты моя, запомни это! А теперь бегом пошла переодеваться, и погнали на гонки.

— Я могу хотя бы душ принять? — возмутилась я, учитывая, что и утром мне не дали мне искупаться.

Он своей фирменной ухмылкой посмотрел на меня: — Если только со мной.

— Что ж, видимо, душ мне не пригодится.

— Ладно-ладно, злая девочка, иди, я жду.

Я зашла в душ впервые в его ванной. Здесь было так же аккуратно, как и во всем доме. Черно-серые тона, черные полотенца, его парфюмы — все создавало уютную атмосферу.

Я включила воду и начала мыться. Даже гель для душа и шампунь пахли Томом. Этот запах сначала раздражал, но потом вызвал странное чувство. Через двадцать минут я была готова, и мы отправились на гонку.

— Ты так маняще пахнешь мной, что же будет, когда я овладею твоим телом?! Ты станешь частью меня?

— Прекрати эту чушь нести.

Вдруг меня осенило: а что, если надоесть Тому? Что, если вести себя так, чтобы он почувствовал усталость и отвращение из-за меня? Провоцировать его, быть как можно более раздражающей, вести себя как шлюха. Заигрывать со всеми мужчинами, делать всё, чтобы он избавился от меня. Ну что ж, Том Каулитц, игра начинается.