100-108

Вэнь Хань недоверчиво посмотрел на него: «Как ты это сделал!»

Цинь Фэн был немного смущен: «Просто, естественно… Когда я только что волновался, это вышло само собой. Теперь это стало инстинктивным».

Вэнь Хань спросил: «О чём ты сейчас думал?»

Цинь Фэн: «Я просто хочу связаться с тобой и отвезти тебя посмотреть на цветение сливы».

Вэнь Хань задумался, сидел и смотрел на свои руки, как будто находился в трансе.

Цинь Фэн поддержал подбородок одной рукой и его взгляд упал на Вэнь Ханя, но он продолжал думать о духовной сфере в своем уме.

Двое людей, которые только что появились внутри, были одеты в ту же одежду, что и сейчас. Однако, поскольку он может это контролировать, сможет ли он изменить свое тело с теплого на холодное? Например, тонкое платье, которое мне приснилось в первый раз, было мокрым и прилипло к телу, полупроницаемое...

Когда Цинь Фэн пришел в себя, он обнаружил, что на ладони Вэнь Ханя также появился белый прозрачный гель, но это была не мягкая веревка Цинь Фэна, а плоская поверхность.

Цинь Фэн улыбнулся и поздравил: «Это успех, поздравляю».

Вэнь Хань в мгновение ока взглянул на него: «Я могу создать только эту форму и самое большее — контролировать размер».

После этих слов плоская поверхность на его ладони сначала расширилась в форме круга, а затем сжалась обратно.

Цинь Фэн был ошеломлен, снова достал мысленную сущность и попытался разложить ее на плоской поверхности. Однако, как бы он это ни делал, его умственная сила проявляется в виде такого оружия, как «кнут», «пистолет», «стрела», «палка» и «нож».

Вэнь Хань увидел, как изменилась его умственная сила, и внезапно сказал: «Ударь меня здесь».

Цинь Фэн пошевелил пальцами, и маленький мысленный кнут устремился к мысленному плану Вэнь Ханя. Однако по сравнению с «драками» это больше похоже на расклеивание стикеров в прошлом.

Затем мысленный кнут отскочил.

Вэнь Хань: «Постарайся».

Цинь Фэн взглянул на него, улыбнулся и заменил свою умственную силу стрелой, тыкая в плоскую поверхность.

Стрела была заблокирована плоской поверхностью, и обе стороны оказались в тупике.

Однако в следующий момент они оба молчаливо восстановили свои умственные силы одновременно.

Цинь Фэн: «Значит, у тебя щит».

Вэнь Хань: «Кажется, существуют индивидуальные различия».

Цинь Фэн: «Разве это не хорошо? Я атакую, а ты защищаешься, что прекрасно дополняет друг друга».

Говоря это, он посмотрел на время: «Почти пора, пойдем».

Сегодня они не встали до девяти часов и снова начали работать над этим. Сейчас они изучали ментальные силовые связи, поля и визуализацию, и, прежде чем они это заметили, наступило время обеда.

Они встали, переоделись и вместе вышли.

Еще до того, как они покинули спальню Альфа, на них смотрели бесчисленные шокированные взгляды. По пути в столовую все проходящие мимо Альфа и Омега в радиусе десяти метров от них бросали изумленные взгляды.

Время от времени раздавался звук, как кто-то задыхается, и звук вещей, выпадающих из рук из-за оглушения. Когда Бета на дороге увидел эту странную сцену, он не мог не схватить стоящую рядом с ним Альфу или Омегу и не спросить, что происходит.

Цинь Фэн оглянулся краем глаза, и его настроение стало еще более радостным. Он внезапно поднял руку и обнял Вэнь Ханя за плечи.

Вэнь Хан взглянул на него, но не убрал руку.

Реакция вокруг него внезапно стала сильнее. К тому времени, когда они вдвоем достигли входа в столовую, новость, казалось, быстро распространилась, и некоторые люди даже бросились наблюдать за происходящим издалека.

Цинь Фэн обнял Вэнь Ханя, не мог сдержать гордого выражения лица и в приподнятом настроении вошел в забронированную им небольшую ложу.

Все члены команды прибыли.

Как только Гао Лиу услышал звук открывающейся двери, он повысил голос и спросил: «Брат Цинь, каков ответ на сообщение, которое ты только что отправил…»

Прежде чем он закончил говорить, он в шоке открыл рот: «Ты, ты, ты, ты...»

Даже Сун Юи, которая была спокойна рядом с ним, была полна удивления.

Цинь Фэн закрыл дверь и сел с Вэнь Ханем, притворившись спокойным, и сказал: «Это ничего, я просто подумал об этом».

Два бета, Юй Ран и Лун Хэ, не могли понять ситуацию и странно посмотрели на Гао Лиу и Сун Юи.

Лун Хэ: «Сяо Гао, что ты хочешь о них сказать?»

Гао Лиу пробормотал: «... мы снова отметили друг друга».

Юй Ран и Лун Хэ оба были ошеломлены: «А?»

Сун Юйи слегка кашлянула и объяснила: «Они оба несут феромоны и не оказывают никакого воздействия на людей. Они могут только метить друг друга».

Юй Ран тут же снова посмотрела на них двоих, не смогла удержаться и прикрыла рот рукой и тихо вскрикнула.

Лонг Он несколько раз причмокнул языком и сказал с улыбкой: «Поздравляю. Но ты только что шел всю дорогу вот так?»

Сун Юи внимательно относится к сбору информации. В это время она открыла световой экран и зашла на форум: «На форуме уже есть высотные здания».

Сказав это, он просто увеличил световой экран и установил его над центром стола, чтобы все могли его видеть.

Вверху висит свежий и горячий пост €€€€【В шоке! Альфа действительно может отмечать друг друга Альфа! Два начальника уровня СС снова открыто издевались над собаками! 】

На верхнем этаже размещен скриншот личной домашней страницы Цинь Фэна с надписью «Это так хорошо пахнет», а также короткое видео, на котором Цинь Фэн идет по дороге с Вэнь Ханем на руках.

[Этот плакат разоблачил самого себя! Я живу в том же здании общежития, что и они. Очевидно, когда мы встретились вчера, все было нормально, но когда мы встретились снова только сейчас, они оба были покрыты альфа-феромонами, заявляющими о своей собственности! 】

[Я свидетельствую, что мы с моим соседом по комнате встретили их на дороге и понюхали. Шокировала всё наше общежитие. 】

【Что что? Где они? Пожалуйста, найдите их. Я тоже давно хочу их увидеть! 】

【Ебать! Когда я чувствую запах феромонов моего Альфа-брата, я не могу не ударить друг друга дважды. Как они могут помечать друг друга? ! 】

[Знак сдерживания инстинкта, если это не любовь! 】

[Цинь Фэн сказал, что Вэньхань был «действительно ароматным». Я почувствовала его запах, это был запах цветущей сливы, он был действительно ароматным. 】

[Вэньхань пахнет травой, которая пахнет очень свежо, и эти два запаха хорошо сочетаются друг с другом. 】

[Значит, холодный ветер реален. Только два уровня SS были переварены внутренне. 】

Цинь Фэн несколько секунд смотрел на пол перед собой, поднял брови и сказал: «Они все почувствовали такой ароматный запах».

Вэнь Хань, который заказывал еду, даже не поднял головы: «Я зайду и куплю два элиминатора позже».

Цинь Фэн сделал паузу и внутренне боролся. В конце концов, идея продемонстрировать право собственности возобладала: «Забудь об этом, давай сделаем это. Они все равно могут только чувствовать запах».

Как только он закончил говорить, он почувствовал четыре глаза. Оглянувшись, он увидел тонкие выражения на лицах членов команды.

Цинь Фэн: «Что?»

Гао Лиу посмотрел на него, затем на Вэнь Ханя и завершил свою речь: «Человек-собака, чувак».

Цинь Фэн и Вэнь Хан пообедали с членами команды и обсудили выбор курса. Выйдя из столовой, они сели на автобус в больницу кампуса.

По дороге Цинь Фэн позвонил Янь Чжэню и что-то сказал.

Янь Чжэнь ответил на звонок снаружи палаты. Подумав об этом, он сказал: «Сынок, выключи там радио».

Лицо Цинь Фэна было озадачено, но он все равно послушно выключил радио.

Янь Чжэнь сохранил связь, развернулся и пошел обратно в палату.

Световой экран в машине Цинь Фэна показывал ситуацию в палате. Угол был немного низким, и на нем было видно, что генерал-майор и его жена сидели рядом на кровати, а Цинь Цунъе сидел рядом с кроватью.

Когда человек просыпается, он чувствует себя совершенно иначе, чем когда он спал.

Хотя Чу Вэнь очень похож на Вэнь Ли, его общий темперамент отличается от Вэнь Ли и Вэнь Ханя, которые холодны и высокомерны в своей отчужденности. Он очень солнечный и веселый тип. Даже если он и Вэнь Ли выглядят совершенно одинаково и стоят рядом друг с другом, они все равно могут с первого взгляда определить, кто есть кто.

У Мяо Шаояня сильная аура ортодоксального солдата. Даже когда он сидит на больничной койке, его спина прямая, как будто эта привычка уже давно запечатлена в его душе. Однако он был не так серьезен, как улыбался. Было видно, что он выглядел очень расслабленным, с улыбкой на лице, а его глаза, обращенные к Чу Вэню рядом с ним, были нежными, как вода.

Они болтали и вроде бы обсуждали вопрос смены фамилии.

Ян Чжэнь: «Значит, ты решил измениться?»

Чу Вэнь кивнул: «Мы с Сяо Ли так похожи. Если бы у нас были разные фамилии, некоторые люди наверняка жаловались бы, что у наших братьев плохие отношения. Он столько лет менял имя, поэтому я буду следовать его фамилии Вэнь. "

Мяо Шаоянь: «Я тоже приду, моя фамилия Вэнь».

Цинь Цунъе внезапно прервал его: «Генерал-майор, я должен вам посоветовать это. Вам лучше не использовать одну и ту же фамилию, иначе в будущем близким вам юниорам будет трудно. Возможно ли, что у вас есть позвонить... дяде Вэню или дяде Вэню?»

Чу Вэнь рассмеялась.

Мяо Шаоянь посмотрел на него, а затем на Янь Чжэня: «Оказывается, именно поэтому ты использовал разные фамилии. Ты давно об этом думал».

Цинь Конге с гордостью сказал: «Правильно».

Мяо Шаоянь немного подумала, а затем сказала: «Поскольку фамилия Авена и моего сына одинаковая, то я последую за своим зятем и сменю фамилию на Цинь».

Глаза Цинь Цунъе расширились, и он закричал: «Нет! Сяохань называет меня дядей Цинь!»

Мяо Шаоянь поднял брови, и Чу Вэнь рассмеялся. Световой экран слегка дрогнул, и Янь Чжэнь, очевидно, отреагировал на это.

После долгого поддразнивания возлюбленной Мяо Шаоян сказал: «Тогда моя фамилия Чу, в память о матери Авен».

Чу Вэнь: «Хорошо, решено. С этого момента я буду Вэнь Вэнь, а ты — Чу Шаоянь».

После этих слов тема перешла в другое место. Вэнь Вэнь призвала Цинь Цунъе и Янь Чжэня показать фотографии и видео Вэнь Ханя и Цинь Фэна и больше рассказать об их двух детях.

Цинь Фэн уже улыбнулся и повернулся, чтобы посмотреть на Вэнь Ханя: «Я не ожидал, что они окажутся такими интересными людьми».

Лицо Вэнь Ханя было немного сложным, но в его глазах также было тепло.

Цинь Фэн уже понял, что Ян Чжэнь имел в виду, делая это – он должен был дать Вэнь Ханю буфер.

Вскоре машина подъехала к воротам школьной больницы. Цинь Фэн повесил трубку и отправил сообщение Янь Чжэню, затем вышел из машины, взял Вэнь Ханя за руку и вместе зашел внутрь.

Вэнь Хань опустил глаза и позволил ему держать его за руку, не говоря ни слова.

Ян Чжэнь вышел, чтобы забрать их, и отвел в специальную секретную палату.

В тот момент, когда он вошел в дверь, Цинь Фэн почувствовал, что Вэнь Хань тайно удерживает его. Он обернулся и увидел, что на поверхности Вэнь Ханя не было ничего странного, но он ясно чувствовал нервозность Вэнь Ханя.

Цинь Фэн приложил немного больше силы к рукам, замедлил шаг и медленно втянул человека внутрь.

Вскоре они собственными глазами увидели Вэнь Вэня и Чу Шаояня.

Вэнь и Чу на мгновение были ошеломлены, их глаза бегали то вперед, то назад, то к Вэнь Ханю, то к Цинь Фэну, очевидно чувствуя запах феромонов на своих телах.

Цинь Фэн раньше очень гордился в школе, но теперь он внезапно почувствовал себя немного смущенным. В конце концов, эти два человека — биологические отцы Вэнь Ханя, и он всегда чувствует, что повел кого-то не так, и его родители ищут его.

Однако Вэнь Вэнь и Чу Шаоянь быстро подавили свое удивление и улыбнулись.

Согласно этикету, в это время Цинь Фэн и Вэнь Хань, двое младших, должны позвать на помощь. Цинь Фэн тайно взглянул на Вэнь Ханя — он чувствовал, что сердце Вэнь Ханя было в смятении. Возможно, он только что услышал слово «сын» на световом экране и колебался, как его назвать.

Но Вэнь Вэнь поднял руку, чтобы помахать рукой, и тихо сказал: «Сяохань, Сяофэн, у дяди зрение не очень хорошее. Подойдите ближе и позвольте дяде внимательно рассмотреть».

На мгновение Цинь Фэн почувствовал ошеломление Вэнь Ханя, но его сердце постепенно успокоилось.

Они взялись за руки и подошли к кровати. Прежде чем заговорить, Вэнь Вэнь снова улыбнулась и сказала: «Это действительно похоже на Али. Он действительно ребенок, которого он воспитал».

Ян Чжэнь представился рядом с ним, используя два новых имени: «Вэнь Вэнь» и «Чу Шаоянь».

Вэнь Хань тайно вздохнул и крикнул: «Дядя, дядя Чу».

Цинь Фэн, естественно, последовал за ним.

Вэнь и Чу ответили улыбками. Вэнь Вэнь наклонил голову и сказал Янь Чжэню: «Ажен, сначала отправь для нас красный конверт Сяо Ханю и Сяо Фэну. Когда мой оптический мозг исцелится, я верну его тебе».

Ян Чжэнь повозился с оптическим мозгом и пошутил: «Тогда мне придется разбогатеть, раз вы оба и так богаты».

Вэнь Вэнь и Чу Шаоянь искали безопасные темы для разговора с двумя детьми. Цинь Цунъе и Янь Чжэнь стояли рядом, чтобы согреть их, обе стороны довольно хорошо болтали, хотя они неизбежно были немного сдержанными.

Вэнь Хань никогда не отпускал руку Цинь Фэна, а Цинь Фэн просто продолжал держать его.

Вэнь Хань крайне редко говорил с такой осторожностью. Цинь Фэн выглядел удивленным и не мог не пошевелить пальцами в другую сторону, позволяя духовной силе тихо обойти и удариться о его талию.

Вэнь Хан спокойно оглянулся.

Цинь Фэн тайно поднял на него брови и направил свою умственную силу, чтобы ударить его снова.

Однако на этот раз он наткнулся на щит Вэнь Ханя. Застигнутая врасплох, мягкая веревка ментальной силы отскочила и даже пронеслась мимо Цинь Цунъе и Янь Чжэня рядом с ними.

Цинь Цунъе чуть не вскочил: «Что это? Умственная сила?»

Одно предложение заставило всех посмотреть на него.

Ян Чжэнь также сказал: «Я также почувствовал, что увидел что-то полупрозрачное, проходящее мимо».

Вэнь Хань пристально посмотрел на Цинь Фэна.

Цинь Фэн высунул язык, поднял руку и честно признался: «Это моя умственная сила. Сегодня я внезапно обнаружил, что могу это визуализировать».

В тот момент, когда он поднял руку, дверь открылась, вошел Вэнь Ли и, естественно, сказал: «Какая визуализация».

Вэнь Ли подошел, пока говорил. Он взглянул на двоих детей и, похоже, не слишком удивился запаху феромонов на их телах. Его взгляд быстро остановился на руке Цинь Фэна, в его глазах горел сильный интерес: «Духовная сила?»

Цинь Фэн и Вэнь Хань скрывали все тонкости ссылок и доменов и лишь демонстрировали визуальное проявление умственной силы.

Вэнь Ли посмотрел туда-сюда и вздохнул: «Уровень СС действительно имеет много способностей, которые необходимо изучить».

Цинь Цунъе немного подумал и сказал: «Ментальная сила Сяофэна только что пронеслась сквозь меня, и я чувствую, что это также повлияло на мою умственную силу. Лао Ян, а как насчет тебя?»

Янь Чжэнь кивнул: «То же самое».

Толпа внезапно, казалось, открыла новый континент и начала позволять Цинь Фэну и Вэнь Ханю проводить различные эксперименты.

Вскоре они обнаружили, что, держась за руки, они могут использовать умственную силу других людей в качестве энергии для усиления своего визуального оружия.

В этой комнате два СС-уровня и пять S-уровней, поэтому нет страха потеряться при проведении экспериментов. Последний день прошел в повторных экспериментах и ​​записи.

Цинь Фэн и Вэнь Хань ужинали с пятью людьми, прежде чем покинуть палату.

Ожидая автобус у входа в больницу, Цинь Фэн почувствовал, что Вэнь Хань был полностью расслаблен и очень счастлив.

Он пожал им руки, которые не разлучались весь день, и сказал с улыбкой: «Хорошо, у вас есть еще два члена семьи, которые вас любят».

Вэнь Хань посмотрел на него, в его глазах отражалось яркое сияние неба, и слегка кивнул: «Да».

На линии фронта федеральная армия и повстанцы все еще противостояли друг другу, и федеральная армия по-прежнему находилась в невыгодном положении.

Единственное, что может конкурировать с космическими технологиями в руках повстанцев, — это система линкора, которую Вэнь Вэнь написал ранее. Эта система может значительно улучшить скорость реакции линкора. В то время система впервые была опробована на команде спецназа Чу Шаояня, но прежде чем ее удалось продвигать, что-то случилось с Чу Вэнем и его женой.

Теперь, когда Ян Цзе держит эту систему в своих руках, он является источником жизненной силы федеральной армии. При поддержке партии Дай Чикуня он вскоре получил должность командующего фронтом, как и пожелал.

В то же время Чу Шаоянь и Вэнь Вэнь вернулись в столичную звезду, чтобы появиться на свет, шокировав все федеральное руководство. Конечно, внешне говорилось только о том, что Вэнь Ли наконец помог этим двум мужчинам выздороветь после многих лет лечения.

Теперь, когда они оба появились, им пришлось полагаться на систему Вэнь Вэня до конца битвы. Естественно, их репутация, а также их военные звания и обращение были быстро восстановлены.

На самом деле, факты того, что произошло тогда, всегда были ясны только потому, что семья Ми была могущественной в то время, и несколько конкурентов следили за позицией Чу Шаояня, а другие военные ничего не делали, истина была такова. перевернутый вверх дном. Теперь, когда даже семья Ми пала, кабинет министров и военные, естественно, очень быстро справляются с этими людьми.

Согласно первоначальному замыслу Янь Цзэ, Чу Шаоянь был назначен главнокомандующим. Но Чу Шаоян чувствовал, что он потерял двадцать три года, и теперь общее количество было немного не в порядке, поэтому он отказался и забрал только специальную команду.

Ян Цзе уже генерал-майор, и изначально у него была личная охрана, но она была распущена, когда он стал директором. Теперь он отозвал их и передал Чу Шаояну.

На продвижение системы линкоров потребуется время, но линкоры этого спецназа сразу же можно будет использовать. Чу Шаоянь лично повел войска в бой и после нескольких боев немедленно остановил продвижение повстанческой армии. Жаль, что эта команда невелика. Если мы хотим контратаковать, нам придется ждать, пока большие силы отладят систему.

Команда личной охраны Янь Цзе воссоединилась после более чем годичной разлуки, а у Чу Шаояня больше не было личных солдат, Цинь Цунъе и Янь Чжэнь беспокоились о безопасности своих мужей, поэтому они оба временно присоединились к войне в качестве солдат резерва. и остался с ними.

Спустя почти полгода федеральная армия наконец начала брать верх.

Но в этот момент новость чрезвычайно быстро распространилась по сети Star Network. Подавляющий импульс был гораздо более сильным, чем когда результаты федеральной армии были опубликованы ранее.

Это магический вид, который появляется среди повстанцев. Он не имеет сущности, только тень, но может осуществлять мощные ментальные атаки на людей. Федеральная армия не могла защититься от ментальной силы монстра, и ее атаки против него были неэффективны. Солдаты падали на куски, и повстанцы легко атаковали скрытно, но федеральной армии не потребовалось много времени, чтобы понести тяжелые потери.

Семестр пролетел незаметно, и вот уже почти летние каникулы.

В общежитии Вэнь Хань просматривал Star Network и не мог не нахмуриться: «Должно быть, в федеральном правительстве есть какие-то инсайдеры. Эта волна, очевидно, вызвана повстанцами, создающими панику в Интернете».

Обычно, даже если линия фронта проиграет, такие ясные новости не смогут быстро распространиться по Star Network, не говоря уже о том, что это лишь частичное поражение.

Когда Цинь Фэн собирался заговорить, он получил сообщение от Цинь Цунъе и быстро ответил на звонок.

На световом экране присутствовали не только Цинь Цунъе, Янь Чжэнь, Чу Шаоянь и Вэнь Вэнь, но также Янь Цзе и Линь Тэн.

Выражение лица Цинь Цунге было серьезным: «Сынок, ты и Сяохань видели новости об этом монстре?»

Цинь Фэн и Вэнь Хань посмотрели друг на друга и кивнули.

Цинь Конге: «Боюсь, тебе придется с этим справиться».

Когда этого потребовала война, Цинь Фэн и Вэнь Хань быстро подготовились, и Цинь Цунъе приехал, чтобы забрать их лично.

Они вдвоем сели на эксклюзивный космический корабль, и Цинь Фэн наконец смог спросить: «Что это за штука?»

Цинь Конге: «Это духовное тело, такое же, как и ваша зрительная умственная сила. После оценки группа экспертов считает, что это, скорее всего, какой-то аномальный загрязнитель. Но наша волна умственной силы S-класса не причинит ему большого вреда. и действительно сложно найти основную часть».

Все трое прибыли на передовую, и Цинь Фэн и Вэнь Хань немедленно начали тренировки с командой специальных операций.

Через несколько дней группа специального назначения сменила на новое обозначение и отправилась на заманивание противника.

Цинь Фэн остался в каюте, глядя через иллюминатор на темную вселенную снаружи, и пробормотал: «Интересно, будет ли эта поездка плодотворной».

Вэнь Хань сел на кровать и прочитал читателю: «Это не большая проблема. Генерал-майор Ян уже сам выступил в качестве приманки. В повстанческой армии есть только одна вещь. Хотя ее поджигают повсюду, это не может изменить ситуацию. общая ситуация в битве. Противнику теперь нужны точные и эффективные операции по обезглавливанию, чтобы федерация могла вздохнуть».

Цинь Фэн подошел, сел рядом с Вэнь Ханем и взял Вэнь Ханя за руку.

Вэнь Хань поднял глаза и посмотрел на него.

Цинь Фэн подошел и мягко ударил Вэнь Ханя лбом по лбу.

«Удачи предостаточно, СС в квадрате».

Вэнь Хань слегка приподнял уголок рта: «Старомодно».

Цинь Фэн засмеялся: «Это сработает».

Эти двое плыли с командой три или четыре дня и, наконец, услышали аварийный сигнал. Они немедленно надели капюшоны, поднялись на лифте на палубу, где могли покинуть корабль, и закрепили фиксированный трос вокруг своих талий.

Во вселенной за пределами линкора слабо появился огромный полупрозрачный монстр. Это похоже на корректировку голографического изображения: от размытого до четкого.

На палубе было много людей, и не только этот корабль, все боевые корабли были выстроены в заданном строю, и на палубе было много солдат.

Все готовы, капот над палубой открыт. Воздух быстро исчез, и все взлетели в воздух.

В это время чудовище в шаре впереди вытянулось, его тело было похоже на дождевого червя, но у него было бесчисленное множество ног, как у многоножки.

Он поднимается вверх, как один конец головы.

В этот момент Цинь Фэн сразу почувствовал, как на него накатила ужасающая ментальная сила. Он не мог не сильнее сжать левую руку Вэнь Ханя.

В следующий момент над Вэнь Ханем появился полупрозрачный щит. Более того, по мере того, как этот щит соприкасается с духовной силой окружающих его людей, он продолжает расширяться.

В конце концов, щит защитил всю команду сзади.

Все могли видеть, что на этот раз ментальная волна, выпущенная монстром, была заблокирована щитом, и никто не подвергся нападению.

Цинь Фэн открыл и закрыл правую руку и поднял ее: «Посмотри на меня дальше».

Полупрозрачный мягкий мысленный кнут вылетел из его руки и полетел в сторону воинов рядом с ним, как веревка, проходя через мысленную силу одного человека за другим, пополняя одну ментальную энергию за другой.

Согласно тому, что он заранее отрепетировал, Цинь Фэн как можно быстрее подключил все назначенные ему «источники энергии».

Затем он сжал ладонь Вэнь Ханя.

Щит над головой каждого был разделен на две части, и мысленный кнут Цинь Фэна внезапно принял форму копья и быстро ударил из двух щитов.

Чудовище, казалось, почувствовало опасность и извивалось, чтобы избежать ее.

Первый выстрел прошел мимо его тела. Цинь Фэн поднял руку, превратил копье в нож и разрезал тело монстра.

Однако, несмотря на то, что его разрубили пополам и его атака ослабла, монстр не исчез.

Цинь Фэн поднял брови: «Дождевых червей нужно резать вертикально, верно?»

Ментальная сила преследовала извивающееся тело монстра и снова вмешалась. На этот раз лезвие повернулось и разрезало вертикально. Отрезав эту половину, переходите к другой половине.

Во Вселенной звук не передался, но, возможно, он передался посредством духовных волн. Казалось, все услышали резкий крик.

Полупрозрачное изображение монстра впереди похоже на неисправный световой экран, выдергивающий бесчисленные пряди, изображение серьезно смещается и в конечном итоге исчезает.

В этот момент все аплодировали на общедоступном канале наушников.

Парящий в воздухе человек включает гребной винт, опускается обратно на пластинчатую броню и ждет, пока крышка закроется и наполнится воздухом, прежде чем вернуться на линкор.

Более того, военные корабли тоже начали двигаться в поисках команды повстанцев, которая, должно быть, скрывается неподалеку.

Цинь Фэн и Вэнь Хань вернулись на мост, чтобы встретиться с Янь Цзе и другими.

Цинь Фэн отдал честь: «К счастью, я не опозорил свою жизнь».

Звук немного слабоват.

Цинь Цунъе, Янь Чжэнь и Вэнь Вэнь быстро вышли вперед, чтобы проверить их двоих.

Лицо Вэнь Вэня было полно беспокойства: «Ты устал?»

Вэнь Хань улыбнулся ему: «Все неплохо. Ты сможешь восстановиться всего за два дня отдыха».

Рядом с ним Чу Шаоянь сказал Янь Цзе: «Попроси Отдел внешней пропаганды немедленно опубликовать видео боя с монстрами в Star Network. Есть также территории, контролируемые повстанцами, и они будут размещены везде, где только можно. быть взломанным».

Если враг может подорвать боевой дух вражеских войск, то, конечно, он тоже может это сделать.

Ян Цзе поднял уголок рта так высоко, что не смог его снять. Он наклонил голову и сказал Линь Тэну: «Поторопись и приготовься».

Линь Тэн, всемогущий адъютант, немедленно отошел в сторону, чтобы пообщаться.

Янь Цзе также подошел к Цинь Вэню и нежно похлопал Цинь Фэна по плечу: «Молодец! Я подам заявление на получение наград за военные заслуги для тебя. Если ты чего-то хочешь, ты можешь попросить об этом. Просто спроси Линь Тэна».

Цинь Фэн кивнул.

Янь Цзе увидел, что они оба выглядят усталыми, поэтому попросил их вернуться, чтобы отдохнуть и восстановиться.

Двое остались рука об руку.

Цинь Фэн спросил в хорошем настроении: «Чего ты хочешь?»

Вэнь Хань: «Я позже обсужу с дядей Яном некоторые материалы, которые нелегко достать».

Цинь Фэн кивнул и ничего не сказал, но начал производить расчеты в своем сердце.

У Янь Цзе были дружеские отношения с другими жителями планеты в Резервной военной академии, и Цинь Фэн действительно хотел попросить Янь Цзе о помощи. Раньше вопрос о червоточине держался в секрете, но на этот раз достижения его и Вэнь Ханя будут широко раскрыты. Учитывая этот ореол, сделать это не составит большого труда.

Цинь Фэн втайне думал о том, чтобы позже найти возможность тихо связаться с Линь Тэном.

Пока вся звездная сеть болела за мощный класс СС, Цинь Фэн и Вэнь Хань отдыхали три дня и вернулись на планету, где располагалась Резервная Военная академия.

Солдат, который отправил их обратно, был назначен Чу Шаояном. После парковки космического корабля ему пришлось связаться с машиной.

Цинь Фэн вежливо отказался: «Мы можем просто взять такси обратно».

Солдат замялся: «Но генерал-майор просил меня отправить тебя в школу…»

Цинь Фэн улыбнулся, но остался непоколебимым: «Я все еще хочу пойти куда-нибудь по дороге. Мне действительно не нужно его отсылать, здесь очень безопасно».

Когда солдат услышал то, что он сказал, он подумал, что они оба были на уровне СС и не нуждались в собственной защите, поэтому он последовал за Цинь Фэном.

Цинь Фэн отвез Вэнь Ханя в звездный порт и нашел место, где можно отправить его багаж обратно в школу.

Вэнь Хань странно посмотрел на него: «Куда ты на самом деле идешь?»

Цинь Фэн: «Да. В любом случае, просто пойдем со мной».

Вэнь Хан увидел на своем лице надпись «Я хочу преподнести тебе сюрприз», поэтому больше не задавал вопросов.

Они покинули звездный порт, взяли такси и вскоре остановились на улице.

На этой улице полно кафе, чайных, закусочных и т. д., а на дороге много мест под открытым небом. В это время садились звезды, небо темнело, уличные фонари с обеих сторон еще не зажглись, а на улице, которая была пустынной, почти не было людей.

Цинь Фэн отвел Вэнь Ханя в нужное место и выдвинул для него стул.

Вэнь Хань сел и осмотрелся, но не увидел ничего странного. Напротив, они могли видеть перед собой колесо обозрения и американские горки — парк развлечений, в котором они были.

Он в растерянности спросил: «Что здесь такого особенного?»

Цинь Фэн сел рядом с ним: «Не волнуйся, мы скоро будем здесь».

Как только он закончил говорить, аккуратные уличные фонари с обеих сторон одновременно загорелись.

Взгляд Вэнь Ханя был привлечен бессознательно, и он посмотрел на него естественно.

Когда он обернулся, он увидел Цинь Фэна, указывающего вверх: «Смотри».

Вэнь Хань поднял глаза.

Я увидел, как медленно спускались два воздушных шара в форме сердечек: один розовый, а другой светло-голубой. Веревки внизу были привязаны к маленькому кокону из ротанга, сделанному Цинь Фэном.

Через некоторое время воздушный шар приземлился прямо перед ними. Цинь Фэн протянул руку, позволил кокону лозы упасть ему на ладонь, затем развязал два воздушных шара и посмотрел на Вэнь Ханя.

Вэнь Хань поднял брови: «Я не хочу розовых».

Цинь Фэн с радостью привязал голубой к своему запястью, а затем привязал розовый к своему запястью.

Вэнь Хань перевел взгляд на Тэн Кокона.

Цинь Фэн поднял кокон из лозы повыше и медленно открыл маленькую дверцу.

Внутри ротангового кокона лежал кусок черного бархата, а на нем лежали два простых кольца.

Вэнь Хань моргнул и удивленно посмотрел на Цинь Фэна.

Цинь Фэн мягко улыбнулся: «Можете ли вы впустить меня в свой дом?»

Закончив говорить, он добавил: «Если это все равно не сработает, я спрошу еще раз через некоторое время».

Вэнь Хань на мгновение был ошеломлен, а затем засмеялся: «Вам не нужно добавлять последнее предложение».

Цинь Фэн улыбнулся и закатил глаза: «Тогда я приму это как твое обещание».

Он положил ротанговый кокон на стол, осторожно достал кольцо, затем поднял левую руку Вэнь Ханя и надел кольцо на безымянный палец.

«Я поймал тебя в ловушку, брат Сяохань».

Вэнь Хань перевернул руку, поймал левую руку Цинь Фэна, взял еще одно кольцо из кокона лозы и тоже вложил его в безымянный палец.

«Теперь ты часть моей семьи».

Цинь Фэн опустил глаза и посмотрел на маленький кружок на своем пальце, чувствуя, как его сердце бьется слишком сильно: «Что мне делать? Я хочу отметить тебя сейчас…»

Вэнь Хань поднял глаза, чтобы посмотреть на него на секунду, слегка повернулся в сторону и откинул волосы: «Хочешь укусить?»

Цинь Фэн не ожидал такого развития событий, но его взгляд невольно упал на железы Вэнь Ханя, и он почувствовал, что его клыки внезапно почувствовали зуд и дискомфорт.

Конечно, в конце концов он применил большое самообладание, чтобы выдержать стоящее перед ним искушение. По этой причине Вэнь Хань также снял резинку для волос, позволив своим длинным золотистым волосам полностью закрыть шею.

Цинь Фэн убрал коконы виноградной лозы и стиснул зубы, приказывая: «Просто подожди меня сегодня вечером!»

Вэнь Хан усмехнулся.

Цинь Фэн внезапно встал, подошел к Вэнь Ханю, поднял стул и развернул его, а затем указал вперед, как будто обнимая человека: «Смотри».

Вэнь Хань посмотрел вперед и увидел колесо обозрения с прозрачной коробкой, медленно вращающееся вдалеке.

Когда он собирался спросить: «На что ты смотришь?», все коробки на колесе обозрения одновременно загорелись.

Даже если они находятся далеко, они могут ясно видеть своим зрением.

Огоньки двухцветные, один ряд розовый, а другой светло-голубой, то есть ровно два сердечка, носящие друг друга.

«Это… — Вэнь Хань взглянул на Цинь Фэна, — очень уникальный сюрприз».

Цинь Фэн опустил голову и поцеловал его в лицо: «Поздравляю с успешным предложением».

В это время робот принес чашку кофе и поставил ее перед Вэнь Ханем.

Вэнь Хань: «Ты этого не хочешь?»

Цинь Фэн: «Пей кофе, смотри на колесо обозрения и жди меня здесь».

После этого он быстро пошел в магазин.

Вэнь Хань взглянул на вывеску и обнаружил, что это магазин десертов.

Поскольку Цинь Фэн все еще удивлен, он подождет немного. Больше всего ему не хватает терпения.

Вэнь Хань сделал глоток кофе и нашел его немного вяжущим, поэтому отставил чашку и только играл ложкой, продолжая любоваться колесом обозрения вдалеке и настраивая камеру для съемки видео.

Небо становится все темнее и темнее, а два сердца на каждой коробке становятся все яснее и яснее.

Многие люди, возможно, видели это, но они, возможно, подумали, что это развлечение в парке развлечений, и не подумали бы, что на самом деле это один человек, признающийся в любви другому человеку.

И яркий, и сдержанный.

Очень романтика в стиле Цинь Фэна.

Пока он смотрел, Вэнь Хань не мог не смягчить взгляд.

Внезапно он почувствовал что-то странное и резко обернулся.

Цинь Фэн в какой-то момент молча откинулся назад, передал трехцветный шарик мороженого в руке вперед и нежно коснулся губ Вэнь Ханя.

Он тут же улыбнулся, как непослушный ребенок: «На этот раз твоя очередь!»

Вэнь Хань: «…»

Он не мог ни смеяться, ни плакать: «Почему ты так настойчив в этой детской игре?»

Цинь Фэн просто сделал вид, что не услышал: «Попробуй, вкус этого ресторана очень популярен».

Вэнь Хань опустил глаза, взял мяч и откусил.

Цинь Фэн убрал руку, наклонился вперед и прижал ее к губам Вэнь Ханя. Он открыл губы кончиком языка и вставил его, чтобы лизнуть.

Мороженое таяло между их губами и языками, и сладкий вкус распространялся во рту.

Через некоторое время Цинь Фэн отошел и облизнул губы с незаконченными мыслями.

«Ну, это очень вкусно».

Вэнь Хань слегка прищурился, посмотрел на него, а затем на трехцветный шар.

«Ты же не собираешься... съесть вот так три шарика?»

Цинь Фэн улыбнулся, поднес мороженое ко рту, откусил кусочек, а затем наклонился к Вэнь Ханю.

Вэнь Хан на мгновение заколебался, но все равно не спрятался.

В сгущающейся ночи две фигуры пересеклись.

Над их головами два воздушных шара в форме сердечек мягко столкнулись друг с другом, снова слиплись и так и не разошлись.

(Конец текста)

Основной текст закончен\*^_^*/Ниже есть вставка Q, которую можно увидеть в веб-версии, а также вы можете перейти к колонке автора, чтобы найти путь~

Следующий роман средней длины — «Принц-регент популярен в кругу развлечений [прошлое и настоящее]». Заинтересованные маленькие милашки могут нажать на колонку, чтобы получить его первыми~

Безмолвно охраняющий верный пес Гонг x Непринужденная и свободолюбивая красавица Шу

[Хозяин и Страдалец 1V1, замок с двойной стрелой, Су Шуан + Милый питомец]

Великолепный регент Шэнь Янь умер молодым и превратился в старлетку, у которой не было ничего, кроме лица.

Шэнь Янь улыбнулся: «В такое процветающее время я должен быть настолько счастлив, насколько хочу».

В прямом эфире развлекательного шоу Шэнь Янь столкнулся с Чэнь Цзыси, бывшим отморозком, который прославился и выгнал первоначального владельца.

Чэнь Цзыси нахмурился: «Я сказал, что больше не буду с тобой сотрудничать, не приставай ко мне».

Прежде чем Шэнь Янь успел ответить, кто-то оттолкнул Чэнь Цзыси сзади: «Я тот человек, которого ищет г-н Шэнь».

Публика была шокирована: есть такие люди, как Шэнь Янь, которые спешат сформировать команду? Этот классный парень, не смотри просто на его лицо!

Шэнь Ян посмотрел на высокую фигуру, стоящую рядом с ним, его глаза сверкнули: «Следуй за мной, и я возьму тебя в полет».

Глаза Пэй Юаня были глубокими: «Хорошо».

После этого Шэнь Янь ошеломила всех своей музыкой гуцинь и пипа, которые шокировали всех.

Хейзи усмехнулся: «Должно быть, это фальшивая бомба», — звук был озвучен командой программы за кулисами.

Эксперты народной музыки взволнованно вышли на сцену: Цинь — новая аранжировка древней музыки, Пипа — новая музыка, и в мире народной музыки наконец-то появился новый гений!

Хейзи: ...У меня болит лицо...

В аукционном доме Шэнь Янь соревновался с другими в рисовании, и пейзаж, написанный брызгами чернил, был продан на аукционе за самую высокую цену.

Хейзи дико рассмеялся: С закрытыми глазами хвастовство студии слишком возмутительно. Вы действительно думаете, что вся сеть — дура?

Шэнь Янь рисовал в прямом эфире, пьяно писал стихи и демонстрировал свое хладнокровие одним росчерком дикого скорописи.

Прямая трансляция внезапно превратилась в сцену торгов, и различные аукционные дома, услышав эту новость, бросились к ней, яростно конкурируя за право на аукцион.

Хэйзи: ...лицо опухло...

Чэнь Цзыси больше не мог сидеть на месте и признался, что все еще испытывает чувства к Шэнь Янь, обвинив компанию в том, что она заблокировала ее.

К сожалению, каждый раз, когда он пытался приблизиться к Шэнь Яну, Пэй Юань безжалостно блокировал его.

Пэй Юань: «Первоначальное предложение возвращено. Не приставайте к нему».

Фанат Yuanyan CP: Подонок, держись подальше! Юань Янь уже давно заперт!

※

Место съемок исторической драмы, в холле.

Шэнь Янь, одетый в роскошную одежду, облокотился на диван и поманил Пэй Юаня: «Генерал Пэй, вы должны дать мне объяснение?»

Пэй Юань, который был одет в военную форму, опустился на колени и сказал: «Ваше Высочество, где вы находитесь, я буду там».

Шэнь Яньчжи улыбнулся и сказал: «Почему я не увидел тебя таким уважительным, когда пришёл сюда вчера вечером?»

Пей Юань взял его руку и нежно поцеловал: «Ваше Величество приказал мне служить вам, и я должен сделать все, что в моих силах».

дополнительная духовная сфера

Последний козырь повстанцев был раскрыт, и федеральная армия сильно воодушевилась. Они предприняли красивую контратаку и отбили несколько звездных секторов. Star Network с большой помпой опубликовала новость о победе на передовой, а видео Цинь Фэна и Вэнь Ханя, уничтожающих духовного монстра, стало еще более популярным.

В последний раз они раскрывали свой статус уровня СС во время прямой трансляции после матча-реванша конкурса новичков-механиков, но дела семьи Доу в то время были еще более популярны.

На этот раз каждый может интуитивно увидеть визуальную умственную мощь уровня СС в видеоролике, который сразу же вызвал повальное увлечение погоней за звездами. Многие предыдущие прямые трансляции соревнований новичков также всплыли на поверхность и стали популярными.

В этот период Цинь Фэн и Вэнь Хань незаметно вернулись в Военную академию резерва, чтобы сдать экзамен. Однако их одноклассники вскоре опубликовали в StarNet фотографии, на которых они носят одинаковые кольца, а также предыдущий инцидент, когда они несли феромоны друг друга.

Какое-то время вся сеть Star Network была зависима от Fenghan CP, и пользователи сети, приветствуя друг друга, использовали крылатую фразу: «Тебе холодно?»

Цинь Фэн посмотрел на динамику. На этот раз, отметив друг друга, он не почувствовал себя смущенным из-за того, что был слишком громким, поэтому честно купил элиминатор для себя и Вэнь Ханя, чтобы использовать его.

После экзамена они изначально хотели пойти на передовую, чтобы снова сражаться, но Цинь Цунъе не согласился отпустить их. Он только сказал, что боевая ситуация идет хорошо и им не о чем беспокоиться. даже не пришлось брать зимний отпуск, и теперь они могли взять хороший двухмесячный отпуск.

В таком случае Цинь Фэн просто взял Вэнь Ханя в путешествие и провел счастливый «медовый месяц», прежде чем вернуться в свой родной город.

Цинь Цунъе и Янь Чжэнь все еще находятся на передовой вместе с Чу Шаояном и Вэнь Вэнем. Хотя в этой битве нет особого напряжения, по консервативным оценкам, она продлится еще три или четыре месяца. Вэнь Ли не уехал и по-прежнему работал в центральной больнице этого пенсионного астероида.

Цинь Фэн и Вэнь Хань переехали в дом Цинь и продолжали жить в своем собственном мире. Если Вэнь Ли однажды вернется домой, они пойдут в дом Вэня, чтобы поужинать с ним.

Время шло медленно, и это был почти момент, когда они оба стали восприимчивы.

Той ночью Вэнь Хань пошел принять ванну, а Цинь Фэн играл в небольшую игру.

Внезапно перед глазами Цинь Фэна всплыла подсказка: автоматическая передача оптического мозга Вэнь Ханя — кривая феромонов Вэнь Ханя превысила тревожную желтую линию.

Цинь Фэн быстро вышел из игры, достал успокаивающее средство, быстро подошел к двери ванной и постучал.

Внутри не было никакого движения.

Цинь Фэн нахмурился и использовал силу оптического мозга, чтобы открыть дверь.

Свет в ванной был приглушен, и не было слышно шума воды. Он бросил быстрый взгляд и обнаружил, что Вэнь Хань лежит в ванне, даже его подбородок не был в воде, как будто он мог соскользнуть вниз в любой момент.

Сердце Цинь Фэна внезапно пропустило удар.

Первые два раза, когда у Вэнь Хана были восприимчивые периоды, он смутно замечал, что состояние Вэнь Хана отличалось от его раздражительного состояния. Он казался особенно подавленным и в очень плохом настроении.

Цинь Фэн в несколько шагов подошел к ванне, но Вэнь Хань все еще молчал. Цинь Фэн наклонился, поднял Вэнь Ханя за подмышки и первым вытащил его из воды.

Затем Вэнь Хань открыл глаза и издал неопределенный звук: «А?»

Цинь Фэн мягко спросил: «Спит?»

Вэнь Хань: «Нет, мне лень двигаться».

Цинь Фэн взял успокаивающее средство и прижал его к шее сбоку, чтобы ввести его.

Вэнь Хань опустил глаза и оглянулся: «Ты можешь драться позже, красная линия еще не перешла».

Цинь Фэн: «Сражайтесь скорее и быстрее получите облегчение».

Сказав это, он выбросил пустую ручку для инъекций в мусорное ведро и одновременно выпустил феромоны. В следующий момент также распространились теплые и холодные феромоны.

Цинь Фэн ощупал лоб Вэнь Ханя, чтобы убедиться, что у него нет температуры, а затем спросил: «Я тебя вынесу?»

Вэнь Хань поднял руку и подержал воду на запястье Цинь Фэна: «Зайди и помокни со мной немного».

Он не приложил к руке особой силы. Он слегка потряс ее и просто держал. Влажность воды покрыла тонкие мозоли на его пальцах, и слабая духовная сила распространилась от пальцев к коже, задерживаясь на мгновение, очевидно, с дразнящим смыслом.

Цинь Фэн взглянул на свое запястье, а затем посмотрел в глаза Вэнь Ханю: «У тебя хорошее настроение?»

Вэнь Хань слегка приподнял уголки рта, и казалось, что в его глазах был небольшой крючок, висящий прямо на макушке сердца Цинь Фэна.

Цинь Фэн прищурился, встал, снял одежду и вошел в ванну.

Эта ванна не так хороша, как та, что находится в главной спальне виллы Capital Star, и пригодна только для одноразового использования. Вэнь Хань медленно отошел в сторону, а Цинь Фэн осторожно сел наполовину боком.

Вода хлынула, и двое людей прижались друг к другу.

Сидеть рядом было действительно неудобно, поэтому Цинь Фэн просто протянул руку, чтобы обхватить Вэнь Ханя за талию, и, используя только силу своих рук, немного приподнял его и позволил сесть перед собой.

Вэнь Хань согнул ноги, оперся на грудь Цинь Фэна и издал тихий вздох, который звучал очень комфортно.

Цинь Фэн обнял Вэнь Ханя, откинул свои длинные волосы на сторону, положил подбородок на плечо и шею и потер шею кончиком носа: «Кажется, это намного лучше, чем в последний восприимчивый период».

Вэнь Хань положил руку на руку Цинь Фэна, постукивая пальцами с духовной силой: «Ну… наверное, потому, что он полностью отпустил свое сердце».

Он говорил неопределенно, но Цинь Фэн мог понять, что он имел в виду — речь должна идти о его биологическом отце. Хоть Вэнь Ли и хороший отец, «возможное оставление» всегда является небольшой проблемой. Короче говоря, это лучшая ситуация сейчас.

Вэнь Хань слегка повернул голову и потер подбородком лоб Цинь Фэна: «Самое главное, что ты со мной».

Цинь Фэн был ошеломлен. Хотя Вэнь Хань не стеснялся и даже время от времени проявлял инициативу, он редко говорил такие простые и послушные слова.

Вэнь Хань не стал ждать его ответа и продолжил: «У вас ситуация лучше, чем у меня, верно? Мы еще не достигли линии тревоги».

Цинь Фэн тщательно обдумал это и обнаружил, что это действительно так. В прошлый раз его восприимчивый период был отложен всего на один день раньше, чем у Вэнь Ханя, и его раздражительность была намного мягче, чем в первый раз.

Однако в этот момент их оптические мозги начали одновременно вибрировать. Они подняли руки и увидели, что две кривые феромонов, указывающие на Вэнь Ханя, достигли вышедшей из-под контроля красной линии, а у Цинь Фэна — тревожной желтой линии.

Цинь Фэн улыбнулся: «Все будет так, как и было обещано».

Вэнь Хань: «Выйти и купить успокаивающее лекарство?»

Сказав это, он оставался неподвижным, опираясь на Цинь Фэна, его пальцы все еще тыкали в руку Цинь Фэна.

Цинь Фэн поднял голову, его взгляд упал на железы на шее Вэнь Ханя, и облизнул клыки: «Пока нет необходимости, я думаю, это будет очень эффективно…»

Говоря это, он опустил голову и прижался губами к маленькому кусочку светло-розовой кожи.

Когда он заговорил снова, его голос был хриплым: «Марк?»

Вэнь Хань: «Да».

Прежде чем он закончил говорить, Цинь Фэну не терпелось укусить его.

Насыщенный аромат сливы заставил его прищуриться от удовольствия.

Благодаря обмену феромонами Цинь Фэн мог чувствовать, как Вэнь Хань в своих руках постепенно сжимал его тело, а пальцы, сжимающие его руки, становились все сильнее и сильнее.

После того, как Цинь Фэн закончил отмечать, он с удовлетворением лизнул оставленный след.

Затем он обеими руками поднял Вэнь Ханя выше и поднес его к уху: «Отпусти».

Дыхание Вэнь Хана было тяжелым. Похоже, он приложил немало усилий, чтобы отпустить руку Цинь Фэна и положить ее на ванну.

Через некоторое время его дыхание стало прерывистым, и время от времени он всхлипывал.

Цинь Фэн держал мочку уха во рту, слегка и сильно покусывая ее, и время от времени целовал шею сбоку.

Руки Вэнь Хана все сильнее и сильнее сжимали край ванны, костяшки его пальцев побледнели, но пальцы, нажимавшие на белый фарфор, от сильного давления стали светло-красными.

Он поднял колени, как будто хотел свести их вместе, но они оказались не на одном месте. Вместо этого его ноги соскользнули, и он наступил на край резервуара, крепко держась за него.

Поверхность воды, где они оба промокли, слегка покачивалась, и рябь была невелика, но ходила кругами и долго не утихала.

Спустя долгое время Вэнь Хань поднял голову и крепко закрыл глаза.

Цинь Фэн не мог не поднять небольшой кусок мяса со своей шеи. Он, не колеблясь, применил любую силу и просто зажал его во рту, словно укусил или поцеловал.

Наконец переплетающееся дыхание постепенно утихло. Затем Цинь Фэн отпустил Вэнь Ханя и поднял руку, чтобы сменить воду в ванне.

Вэнь Хань расслабился и лениво лег на руки Цинь Фэна, повернув голову, чтобы поцеловать Цинь Фэна.

Цинь Фэн страстно поцеловал его.

Через некоторое время они немного расстались, Цинь Фэн спросил с улыбкой: «Разве работа теперь не менее грубая?»

Вэнь Хань прикусил губы Цинь Фэна и хриплым голосом сказал: «Разве ты не хочешь глубже проникнуть в цель?»

Чтобы дольше оставаться в духовном царстве, Цинь Фэн потратил много времени, уговаривая Вэнь Ханя пойти глубже в цель во время «медового месяца». Теперь, когда он вступил в период восприимчивости, Вэнь Хань не верит, что будет честен.

Первоначальная горячая вода была слита, а вновь залитая горячая вода постепенно залила двух человек.

Цинь Фэн обнял Вэнь Ханя и наклонился поудобнее: «У меня есть идея…»

В следующую секунду его духовная сила вышла наружу и окутала Вэнь Ханя.

Сразу после этого они оба появились в почти чистом белом духовном мире Цинь Фэна.

С самого начала здесь есть некоторые изменения.

Цветущие сливовые деревья и трава под деревьями были перемещены Цинь Фэном недалеко от бассейна. Белый туман над бассейном время от времени всплывает над ним, создавая ощущение неземности.

Рядом с деревом стоит двуспальное кресло, которое выглядит кристально чистым, словно вырезанным изо льда. Фактически, он такой же мягкий и удобный, как водяная кровать. Вы можете охладить его, когда захотите, или согреть, когда захотите.

Каждый раз, когда они вдвоем приходили, они лежали на нем долгое или короткое время.

В дополнение к этому Цинь Фэн также сделал и другие вещи по мере необходимости, но они будут удалены, когда он уйдет, оставив только это долговременное кресло для отдыха.

Вэнь Хань по привычке подошел к креслу, но по пути его потянул Цинь Фэн, и он повернулся к бассейну.

Он спросил: «Пойти ко мне?»

Цинь Фэн обернулся и улыбнулся ему: «Нет».

Они остановились у бассейна.

Внезапно подул порыв ветра, и Вэнь Хань увидел что-то белое, плывущее вверх. Когда он посмотрел вниз, он понял, что его пижаму заменил белый халат.

Это по-прежнему стиль с открытой грудью, поэтому внутри он совершенно пуст.

Вэнь Хань: «…»

Он снова посмотрел на Цинь Фэна и обнаружил, что Цинь Фэн остался таким же.

Цинь Фэн улыбнулся и потянул Вэнь Ханя в бассейн.

Уголки их мантий мягко скользили по воде. Цинь Фэн протянул руку и вылил несколько пригоршней воды на Вэнь Ханя. Мокрая белая мантия полупрозрачно прилипла к нему.

Цинь Фэн посмотрел вверх и вниз, чувствуя себя очень удовлетворенным, а затем медленно сел на край бассейна.

Вэнь Хань все еще не понимал такого очевидного значения.

Он сотрудничал и повернулся лицом к Цинь Фэну, подняв ногу и вызвав брызги воды.

Цинь Фэн сидел на высоте, откуда он мог ясно видеть. Он вздохнул и почувствовал, как кровь прилила к макушке.

Вэнь Хань прислушался к быстрому дыханию и слегка приподнял губы.

«Вы уверены, что сможете поддержать нас, оставаясь так долго? Брат Сяофэн».

Вэнь Хан слишком мало выкрикивал это имя, и когда он внезапно услышал его, сердце Цинь Фэна не могло не забиться на несколько ударов быстрее.

Он протянул руку, схватил Вэнь Ханя за талию и повел его к себе.

«Так что не теряйте времени...»

Слова исчезли в сомкнутых губах.

Цинь Фэн посмотрел на Вэнь Ханя под углом вверх, наблюдая, как туман задерживается вокруг него, а его покачивающиеся светлые волосы проникают в туман взад и вперед.

Большая часть белой мантии на его теле была мокрой, обнажая розовую кожу под ней.

Вода в бассейне хлестала и билась о берег.

Вэнь Хань положил руки на плечи Цинь Фэна, некоторое время слегка и сильно сжимая.

Настоящий он, естественно, в тысячу раз привлекательнее мечты Цинь Фэна. Ощущение в тысячу раз чудеснее, чем во сне.

Ароматы сливы и травы сливаются воедино и окутывают друг друга. Цинь Фэн даже не мог сказать, исходил ли этот аромат от теплого тепла перед ним или от сливового дерева позади него.

Думая о ситуации до того, как сон был прерван, Цинь Фэн облизал губы и не мог не сказать: «Вэнь Хань, подойди ближе».

Вэнь Хань прищурился на него, затем через мгновение наклонился, но поднял лицо руками и крепко прижался губами к губам.

Поцелуй был недолгим, и вскоре Вэнь Хань воскликнул и обвил руками шею Цинь Фэна.

Сожаление во сне было заполнено, Цинь Фэн взял кадык Вэнь Ханя в рот и сильнее сжал его обеими руками.

Вода в бассейне покачивалась еще сильнее, перетекая через край бассейна на землю, а затем странным образом отступала обратно в бассейн, снова и снова.

Благодаря множеству глубоких оценок, полученных в предыдущий период, они едва оставались вместе достаточно долго.

Произошел еще один неожиданный выигрыш – феромоны двух людей сбалансировались друг с другом, а кривая колебаний опустилась ниже тревожной желтой линии.

Отрадно, что нам больше не приходится терпеть восприимчивый период.

Спасибо маленькому ангелочку Джоселин за 30 бутылочек питательного раствора~~

Спасибо маленькому ангелочку "24919007" за 20 бутылочек питательного раствора~~

Спасибо маленькому ангелочку "Серому Зверю" за 15 бутылочек питательного раствора~~

Спасибо маленькому ангелочку «подмигивай www» за питательный раствор~~

Спасибо маленькому ангелочку Танюй за питательный раствор~~

Спасибо маленькому ангелочку «Это Луоло~» за питательный раствор~~

Спасибо маленькому ангелочку "€€детенышу" за питательный раствор~~

Спасибо маленькому ангелочку Цянь Ся за питательный раствор~~

Спасибо маленькому ангелочку ZXZ926 за питательный раствор~~

Спасибо маленькому ангелочку за «легкий» питательный раствор~~

Спасибо маленькому ангелочку "Муму" за питательный раствор~~

Дополнительный рассказ о прошлом моих родителей

★Цинь Конге

Цинь Цунъе был занят, когда краем глаза внезапно увидел своих товарищей, стоящих по стойке смирно и поднимающих руки в знак приветствия. Он тоже остановился и поднял голову.

Ян Цзе стоял недалеко впереди и поздоровался с улыбкой: «Я занят».

Цинь Конге поднял брови и поднял руку в знак приветствия: «Здравствуйте, командир».

Ян Цзе отдал честь в ответ: «Спасибо за вашу тяжелую работу».

Он не ушел, даже сказав это, очевидно, ему хотелось кого-то дождаться.

Командир передовой смотрел прямо перед собой, и остальные не могли не нервничать. Цинь Цунъе мягко цокнул языком, быстро закончил работу, рассказал об этом людям рядом с ним, кивнул Янь Цзе и повел его на поиски Чу Шаояня.

Во время прогулки Цинь Цунъе случайно затронул тему: «Это что-то очень важное? Зачем приходить сюда лично, если ты так занят?»

На прошлой неделе федеральная армия полностью разгромила повстанцев и вернула себе полный контроль. Будучи главнокомандующим линией фронта, Янь Цзе в это время должен быть занят множеством дел.

Янь Цзе показал выражение лица, похожее на зубную боль: «Все в порядке, я так раздражен. Приходите и поговорите с генерал-майором, чтобы расслабиться».

Они оба следовали за Чу Шаояном в течение долгого времени и работали вместе более десяти лет. Когда они собираются вместе, они все еще привыкли называть Чу Шаояна «генерал-майором».

Цинь Цунъе удивленно посмотрел на Янь Цзе: «Ты только что отказался от своего выбора? Адъютант Линь немного жалок».

Следы вины мелькнули на лице Янь Цзе, но он быстро сказал твердо: «Передохни и возвращайся. А Линь Тэн очень хорошо справляется с этими утомительными задачами. В любом случае, сначала мне нужно пройти через это вместе с ним. нет большой разницы между моим присутствием и моим отсутствием».

Цинь Цунъе улыбнулся, достал из кармана пачку сигарет, не показывая ее, открыл крышку коробки и передал ее первым.

Ян Цзе опустил руку: «Мне было больно, поэтому я ухожу».

Цинь Цунъе взял его обратно, взял один в рот и поджег. В то же время он сменил тему: «Когда я вернусь на этот раз, меня обязательно произведут на генерал-лейтенанта».

Янь Цзе: «Восемь или девять неотделимы от десяти».

После разговора он взглянул на неторопливый взгляд Цинь Цунге и спросил: «Какие у тебя планы на будущее? Ты хочешь вернуться в армию?»

Цинь Цунъе выдохнул клуб дыма и лениво ответил: «Нет, я привык к этому за эти годы, поэтому меня не будут сдерживать, когда я вернусь. Более того, генерал-майор также планирует подать заявление об отставке». когда он вернется».

Ян Цзе был потрясен: «Что?»

Цинь Цунъе: «Он сказал, что, если военное ведомство согласится на то, чтобы он был директором Резервной военной академии, он уйдет в отставку».

Директор Резервной военной академии все еще вакантен, а его делами занимается заместитель директора, и военная кафедра обязательно согласится на просьбу Чу Шаояня. В конце концов, когда внезапно появляется человек с военными заслугами, другие могущественные генералы должны быть осторожны. Теперь, когда он хочет отступить, эти люди, естественно, будут рады иметь меньше противников.

Лицо Янь Цзе было немного сложным, но он ничего не сказал.

Чу Шаоян был добр к нему, и ему повезло, что он смог спасти Чу Шаояна. В остальное он вмешиваться не стал. Просто думая о чудесах света, я не могу не испытывать эмоций.

Янь Цзе снова посмотрел на стоявшего рядом с ним Цинь Цунъе: «Я попросил Линь Тэна узнать, ты вообще не играл в этот раз?»

Цинь Конге: «Ну, я здесь только для того, чтобы быть телохранителем генерал-майора. Конечно, я всегда буду следовать за ним. И…»

Сказав это, он вдруг посмотрел направо, и лицо его бессознательно стало нежным.

Ян Цзе проследил за его взглядом и через большое стеклянное окно увидел Янь Чжэня и Вэнь Вэня, работающих вместе.

Цинь Конге: «Сегодняшние люди, имеющие семью и семью, не так хороши, как раньше, когда они были одиноки, но им приходится дорожить своей жизнью».

Янь Цзе улыбнулся и сказал: «Правильно. Мне просто немного жаль. Если бы ты остался тогда, моя должность командира, вероятно, теперь была бы твоей».

Цинь Цунъе пожал плечами: «Вы высокого мнения обо мне. На самом деле, мне нравится жизнь, которой я живу сейчас. Я могу воспитывать своих детей вместе со своим возлюбленным, а затем жить вместе обычным образом, пока мы не состаримся».

Ян Цзе цокнул языком: «Твоя добродетель — способность набивать людей собачьим кормом в любое время и в любом месте до сих пор совершенно не изменилась».

Цинь Конге рассмеялся и похлопал его по плечу.

Отправив человека к Чу Шаояну, Цинь Цунъе вернулся к тому месту, где он только что видел Янь Чжэня, и продолжил смотреть в стеклянное окно.

Он только что упомянул старые вещи с Янь Цзе, и теперь, видя Янь Чжэня и Вэнь Вэня вместе, он не мог не думать о том времени, когда они впервые встретились…

В то время им двоим было всего двадцать четыре или пять лет, и, конечно, у них все еще были старые фамилии. Чу Шаоян, за которым следовал Цинь Цунъе, был еще всего лишь подполковником.

В тот день Цинь Цунъе отправился в механический отдел, чтобы забрать длинный меч, который он подал на ремонт, а затем отправился в тренировочный зал для испытаний. Результат его не удовлетворил, но в механическом отделе было меньше людей, но больше работы, и все были дядьками. У него не было поддержки, и он не хотел за это платить, даже если бы он продолжал присылать. по ремонту лучших результатов не будет.

Цинь Цунчжи расстроенный ушел и вернулся к воротам лагеря, где встретил двух незнакомцев.

Один из них — бета с каштановыми волосами, высокий и красивый, с нежным лицом. Он держит в руках ящик с инструментами, обычно используемый механиками. Другой был блондином Омегой с более стройной фигурой. На его лице была улыбка, а губы были слегка приподняты.

Цинь Цунъе вспомнил, что он смутно слышал, что к команде присоединились новые люди, поэтому осмотрел их и спросил: «Вы здесь, чтобы доложить?»

Оба кивнули, и Бета сказал: «Я только что завершил формальности и собираюсь пойти в общежитие».

Цинь Цунъе на мгновение ошеломился — голос этого человека был таким приятным, или, другими словами, это было именно то, что ему нравилось. Подобно легкому ветерку, он унес несчастье из его сердца и заставил его почувствовать себя умиротворенным.

Бета передо мной протянула правую руку и продолжила: «Мы все бета, поэтому нам следует жить в одном общежитии. Меня зовут Цзян Чжэнь, новый механик, а его зовут Чу Вэнь, программист. Пожалуйста дайте мне несколько советов».

Цинь Конге опустил глаза и протянул правую руку, чтобы пожать друг другу руки: «Меня зовут Сян Конге. Тогда я отвезу тебя туда».

Однако, как только он закончил говорить, перед ними троими остановилась машина на воздушной подушке. Дверь машины открылась, и вышел Чу Шаоянь.

Цинь Цунъе быстро встал по стойке смирно и отдал честь: «Подполковник Мяо!»

Чу Шаоян поклонился ему в ответ и посмотрел на двух людей вокруг него. В частности, его взгляд упал на блондина Омегу.

«Садись в машину, и я отвезу тебя туда».

Вэнь Вэнь посмотрел на Янь Чжэня, который улыбнулся и сказал: «Вы с подполковником можете идти».

Вэнь Вэнь, не колеблясь, потащил Чу Шаояна в машину, но сказал: «Они все бета. Пусть они вернутся вместе, чтобы Чжэнь мог ознакомиться с окружающей средой».

Чу Шаоян мало что сказал. Он только снова взглянул на Цинь Цунье и Янь Чжэня, затем сел в машину и уехал.

Цинь Цунъе моргнул, и огонь сплетен уже горел в его сердце. Но в конце концов, эти двое только что встретились, и спросить напрямую было действительно сложно, поэтому им пришлось сдержаться и повести Янь Чжэня в лагерь.

Он и Янь Чжэнь непринужденно и вежливо поболтали, а затем отправили их к двери общежития.

Янь Чжэнь очистил свой разум и открыл дверь, но не вошел. Вместо этого он сказал: «Если необходимо, я могу помочь тебе улучшить твой нож. Хочешь войти и сесть? Позвольте мне сначала проверить вашу умственную силу». ."

Цинь Конге на мгновение был ошеломлен, а затем почувствовал себя немного смущенным: «Неужели это будет слишком много хлопот…»

Янь Чжэнь так ярко улыбнулся, что его лицо просветлело: «Это не так уж и сложно. Кроме того, оружие членов команды — это тоже моя сфера работы».

Цинь Цунъе внезапно почувствовал, что ему повезло, и радостно последовал за Янь Чжэнем в дверь, не отказываясь от дальнейших отказов.

Мастерство Янь Чжэня было неожиданно хорошим. Цинь Цугье был настолько впечатлен испытанием ножа, что немедленно отправил Янь Чжэню сообщение, чтобы тот угостил его едой.

Во время еды Янь Чжэнь предложил помочь Цинь Цунье модифицировать его экзоскелетную броню, и Цинь Цунье был еще более счастлив.

Модифицировать экзоскелет гораздо хлопотнее, чем ремонтировать оружие. Механик был занят на работе, поэтому Ян Чжэнь использовал для этого время отдыха, что заняло довольно много времени.

Цинь Цунъе этого не знал, но его экзоскелетная броня не была повреждена, а модификация была несложной работой. Ему было неловко позволять Янь Чжэню работать больше бесплатно, поэтому он предложил ему заплатить.

Конечно, Янь Чжэнь отказался принять это, поэтому Цинь Цунъе пошел доставлять обед Янь Чжэню, когда у него было время. Питание в столовой бесплатное, что считается вежливостью. Цинь Цунъе все еще планировал пригласить людей вкусно поесть за пределами лагеря, когда Янь Чжэнь однажды освободится.

Походив туда и обратно, они быстро познакомились друг с другом. Даже после того, как броня экзоскелета была модифицирована, Цинь Цунъе часто доставляет обед или водит Яньчжэня в столовую, чтобы вместе поужинать, а иногда и заглядывает поболтать вечером.

В этот день Цинь Цунъе снова пришел забрать Янь Чжэня и снова встретил Вэнь Вэня, который пришел поговорить с Янь Чжэнем.

Увидев его приближение, Вэнь Вэнь не задержался, как раньше, улыбнулся и поздоровался перед уходом, а Янь Чжэнь начал собирать свои вещи.

Цинь Цунъе подумал о новостях, которые недавно циркулировали в лагере, и больше не мог сдерживаться. Он попросил Янь Чжэня подтвердить: «Были ли Чу Вэнь и подполковник Мяо раньше любовниками?»

Ян Чжэнь: «Да, именно поэтому он специально подал заявку на приезд сюда. В любом случае, мне не особо хотелось никуда идти, поэтому я поехал с ним».

Цинь Цунъе уже знал, что Янь Чжэнь и Вэнь Вэнь были друзьями, которые много лет встречались в Интернете, а позже были одноклассниками в колледже. В это время он неожиданно добавил: «Значит, у тебя нет партнера?»

Янь Чжэнь взглянул на него: «Нет. А что насчет тебя?»

Цинь Цунъе почувствовал необъяснимое хорошее настроение и посмеялся над собой: «Девяносто один человек в лагере одинокий, и я тоже один из большинства».

Ян Чжэнь опустил глаза, ответил «О», а затем сменил тему: «Мы собираемся уничтожить волну звездных воров. Вы из истребительной команды?»

Цинь Цунъе последовал словам и сказал: «Да, и это должен быть тот же линкор, что и подполковник Мяо. На каком корабле вы находитесь?»

Ян Чжэнь: «Возможно, это тоже тот корабль».

Во время разговора они пошли бок о бок к столовой.

Ян Чжэнь сидел в углу просторной каюты технического обслуживания линкора, глядя через иллюминатор на огромную вселенную за пределами корабля.

Прошло несколько дней с тех пор, как флот отправился в путь, и теперь он может быть открыт для врага в любой момент. Атмосфера внутри корабля подобна затишью перед бурей.

Внезапно послышались четкие шаги издалека в ближайшую сторону, остановившиеся рядом с Янь Чжэнем.

Янь Чжэнь поднял голову и увидел, что Вэнь Вэнь протягивает стакан дымящегося сока, затем пододвинул табурет и сел.

Вэнь Вэнь: «Каков недавний прогресс?»

Янь Чжэнь опустил глаза и выпил сок, притворяясь глупым: «А что насчет этого?»

Вэнь Вэнь поднял руку, ударил его по руке и понизил голос с улыбкой: «Давай, просто притворись со мной. Когда мы впервые встретились, ты влюбился в меня с первого взгляда, верно? Я почувствовал, что твои глаза были в тот момент я ошибался, поэтому я создал для тебя возможности позже. Ты все еще так активно меняешь оружие и экзоскелеты. Я вижу, что Сян Цунье в последнее время ищет тебя все чаще, так что не похоже, что у тебя их нет. намерение вообще».

Янь Чжэнь на мгновение помолчал и согласился: «Все в порядке».

Вэнь Вэнь с улыбкой покачал головой и вместе с ним посмотрел в окно: «Ничего не говорите, предполагается, что война начнется через день или два».

Ян Чжэнь: «Да».

Вэнь Вэнь: «Если я тебе действительно нравлюсь, признайся в любви как можно скорее. Как только ты отправишься на поле боя, это вопрос жизни и смерти. Даже если ты не говоришь о бое, ты не знаешь, когда придет несчастный случай, такой как мой отец. Хотя у меня нет с ним глубоких отношений... …В любом случае, я надеюсь, что ты не пожалеешь.

Янь Чжэнь посмотрел на темную вселенную за иллюминатором и долгое время не издавал ни звука.

Через несколько часов по всему кораблю зазвучали сирены.

Янь Чжэнь, отдыхавший в комнате, вскочил, схватил пальто и побежал в кабину технического обслуживания. Как только я ворвался внутрь, краем глаза я увидел несколько огней.

Янь Чжэнь обернулся и увидел множество небольших истребителей, проходящих мимо иллюминаторов, а многочисленные огни крыльев оставляли длинные световые следы во вселенной. В то же время башни линкоров вели бомбардировку противника.

Он не мог не нервничать, когда думал, что Цинь Конге находится в одном из истребителей.

Вскоре искры взорвались еще дальше.

Янь Чжэнь непроизвольно сжал кулаки, чувствуя панику в сердце.

Однако здесь у него не было времени беспокоиться. Вскоре в ремонтный отсек прилетело несколько атакующих истребителей. Механики быстро собрались для ремонта и снабжения, чтобы истребитель мог как можно скорее вернуться на поле боя.

Янь Чжэнь был занят и так и не смог увидеть Цинь Цунъе.

Как только истребитель взлетает, он садится на ближайший дружественный корабль для пополнения запасов, и ему не обязательно возвращаться на исходный военный корабль. Но даже несмотря на то, что он знал это, со временем Янь Чжэнь все еще чувствовал, что его сердце становится все тяжелее и тяжелее.

В частности, повреждения возвращающихся истребителей становятся все более серьезными, а их количество также сокращается.

Ян Чжэнь и его коллеги в очередной раз провожали истребитель. Кабина технического обслуживания временно опустела, и все нашли время для отдыха. Ян Чжэнь пошел за двумя тюбиками пищевых добавок, сел перед иллюминатором и открыл их.

Лазерные пушки разного уровня энергии за иллюминаторами переплетались между собой, словно разрезая темную вселенную на бесчисленные куски. Пламя взрыва все разгоралось, и было непонятно, враг это или друг.

Сразу после окончания этих двух трубок один за другим появились еще три истребителя. Последний был особенно серьезно поврежден, с длинным следом ожога снаружи кабины и большой дырой в хвосте. Он пошатнулся и, очевидно, больше не мог сражаться.

Янь Чжэнь подсознательно просмотрел номера трех истребителей. Когда он увидел последний, его сердце внезапно подскочило к горлу, и он бросился вперед.

Как только он подбежал к нему, крышка кабины истребителя открылась, и находившийся внутри человек положил руки на борт кабины и аккуратным движением спрыгнул с земли.

Эти двое чуть не столкнулись.

Янь Чжэнь схватил Цинь Цунье обеими руками, оглядел его с ног до головы, а затем глубоко вздохнул, убедившись, что опасности нет.

Цинь Цунъе явно опешил, увидев нервный взгляд Янь Чжэня, он быстро улыбнулся и утешил его: «Я в порядке. Просто этот не сработает. Мне нужно пойти за другим».

Сказав это, чтобы Янь Чжэнь почувствовал себя более непринужденно, он также подчеркнул, демонстративно подчеркнув: «Я убил шестнадцать самолетов и уничтожил две маленькие каюты. Это того стоит!»

Янь Чжэнь постепенно расслабился, а затем понял, что был немного груб, и быстро отпустил руку: «Пока всё в порядке».

Кто-то поблизости звал Янь Чжэня на помощь.

Цинь Цунъе похлопал его по плечу: «Иди туда, я сменю истребитель».

Янь Чжэнь кивнул и отвернулся в сторону, но его глаза все еще задерживались на Цинь Цунъе: «Будь осторожен».

Цинь Конге широко улыбнулся: «Я могу».

Когда Янь Чжэнь собирался полностью развернуться, его внезапно схватили за руку и он упал в объятия Цинь Цунъе.

Цинь Цунъе быстро сказал ему на ухо: «Вообще-то, сегодня у меня день рождения. Когда ты вернешься, можешь пообедать со мной и снова отпраздновать мой день рождения?»

Сказав это, он похлопал Янь Чжэня по спине обеими руками и быстро отпустил.

Янь Чжэнь удивленно посмотрел на него, но, казалось, увидел в этих глазах какой-то неизвестный смысл.

Кто-то рядом с ним уговаривал Янь Чжэня, но Янь Чжэня это не особо волновало, и он просто сказал: «Хорошо».

После непродолжительной встречи они расстались и продолжили свою занятую работу.

Однако сам Ян Чжэнь этого не заметил. Хотя он все еще волновался, в его сердце тоже было немного тайного счастья.

Цинь Цунъе забронировал магазин с хорошей репутацией и в тот день привел сюда Янь Чжэня. Он также специально носил только что купленную одежду, хотя чувствовал, что Янь Чжэнь мог этого не заметить.

Янь Чжэнь последовал за ним в магазин и вошел в отдельную комнату. Оглядываясь вокруг, он прошептал: «Это выглядит очень дорого… Как насчет нас, АА».

Цинь Цунъе улыбнулся и обнял Янь Чжэня за плечи, не оставив и следа: «Я говорил тебе, что буду лечить тебя. Кроме того, в военном лагере предоставляется еда и проживание. Я также накопил некоторые сбережения, так что это не больно, если я время от времени балую себя».

Они вдвоем вошли в небольшую ложу и сели. За двумя прозрачными стенами светилось послесвечение заходящего солнца, отражавшее комнату светло-красным светом.

Цинь Цунъе выдвинул стул для Янь Чжэня и пошел за коробкой с тортом, которую держал Янь Чжэнь. Он только что услышал, как Янь Чжэнь сказал, что испек торт сам, и его супер хорошее настроение сохраняется и по сей день.

Как только они вдвоем сели, сервисный робот принес еду, которую заказал Цинь Конге.

Цинь Конге почувствовал, как его сердце забилось немного сильнее.

Он глубоко вздохнул и, прежде чем Янь Чжэнь поднял руку, протянул руку и сжал крышку обеденной тарелки перед Янь Чжэнем.

«Я специально заказал здесь фирменную жареную свиную отбивную. Надеюсь, она вам понравится».

Янь Чжэнь посмотрел на него и улыбнулся.

Цинь Конге осторожно открыл крышку.

Янь Чжэнь потянулся за ножом и вилкой, посмотрел на них и был ошеломлен.

Жареная свиная отбивная имеет форму сердца.

Цинь Конге откинул крышку и нервно сглотнул, его голос был немного напряженным.

«Ажен».

Янь Чжэнь тупо посмотрел вверх.

Цинь Цунъе подавил колотящееся сердце и заговорил как можно более естественно.

«Ты мне нравишься, ты можешь... дать мне шанс преследовать тебя?»

Янь Чжэнь моргнул и внезапно встал.

Цинь Цунчжи напрягся, думая, что уходит, поэтому, не задумываясь, потянулся, чтобы потянуть его.

Но он только что пропустил руку Янь Чжэня.

Янь Чжэнь взял коробку с тортом, стоявшую рядом со столом, поставил ее на середину стола и снял крышку.

Взгляд Цинь Цунъе опустился, и он тоже был ошеломлен. На маленьком торте красным джемом была нарисована форма сердца, а внутри шоколадным джемом было написано его имя.

В одно мгновение уголки рта Цинь Конге непроизвольно поднялись.

Он встал и посмотрел на Янь Чжэня.

Янь Чжэнь улыбнулся теплее и нежнее, чем когда они впервые встретились, и ответил любимым голосом Цинь Цунъе.

«Сделай шаг медленнее. Ты мне тоже нравишься, Конге».

Сердце Цинь Цунчжи стало мягким, он потянулся, чтобы взять Янь Чжэня за руку и нежно поцеловал тыльную сторону его руки.

Дни после этого были все теми же, но с добавлением влаги любви все, казалось, стало интереснее.

Цинь Цунъе — сирота. Он с детства жил в коллективе и очень привык к коллективной жизни. Когда-то он думал, что у него нет желания создавать семью.

Но когда приходит судьба, я понимаю, что это огромная радость и удовлетворение — установить связь со своим возлюбленным и оставить в мире небольшой след, даже если это совсем незначительная сумма.

Цинь Цунъе даже изменил свое прежнее бестолковое отношение и начал планировать будущее и усердно работать, чтобы добиться прогресса.

Когда Чу Шаоянь получил звание генерал-майора, среди них были люди из последовавших за ним солдат, которые присоединились к личной гвардии Цинь Цунъе и Янь Чжэнь.

Они последовали за Чу Шаояном в Capital Star, жили в просторном поместье, и их жизнь стала стабильной, поэтому они прошли процедуру бракосочетания.

Однако они жили стабильной жизнью, но видели и неряшливые и грязные дела великих дворян.

Несмотря на то, что Чу Шаоянь женился на Вэнь Вэне, семья Мяо не сдавалась. Как только он вернулся в Capital Star, его родители приходили уговаривать его каждые три дня. Чу Шаояну это надоело, поэтому он публично разорвал связи с семьей и не позволил никому из семьи Мяо снова навестить его.

Глава семьи со стороны Вэнь Вэня не был экономным человеком, зная, что Вэнь Вэнь не обратит внимания, он просто пошел прямо к семье Мяо, чтобы доставить ему удовольствие от имени своих родственников. Жаль, что лесть ударила по ноге лошади.

После этого семья Мяо расправилась с семьей Доу, и семья Ми внезапно снова приняла меры. Три партии боролись семь или восемь лет, и семья Мяо в конце концов потерпела поражение.

Чу Шаоянь стоял рядом и наблюдал за всем процессом, в то время как Цинь Цунъе и Янь Чжэнь просто воспринимали это как должное. Они никогда не думали о том, какое отношение эти вещи будут иметь к ним самим.

Однажды ночью Янь Чжэнь внезапно спросил Цинь Цунге: «Ты хочешь ребенка?»

Цинь Цунъе был ошеломлен: «Почему ты вдруг упомянул об этом? Ты этого хочешь?»

Ян Чжэнь оперся на руки: «Авен сказал мне сегодня, что они с генерал-майором собираются воспитать ребенка. Я подумал, хотим ли мы тоже ребенка. Таким образом, двое детей родятся и вырастут вместе и будут товарищ».

Цинь Цунъе обнял его и поцеловал: «Хорошо, теперь, когда мы стабильны, пришло время завести ребенка. Только одного? Если вы хотите, чтобы у ребенка была компания, еще один или два будут в порядке. Я помог позаботиться о нем. Дети раньше были в приюте, поэтому я не боюсь. «Наша зарплата позволяет нам заботиться о детях».

Янь Чжэнь вдруг засмеялся: «Одного достаточно. Если их будет больше, нам может не хватить времени на двоих в течение многих лет».

Цинь Цунъе поднял брови: «Похоже, не семилетний зуд заставляет вас хотеть иметь детей».

Янь Чжэнь изогнул талию.

Цинь Конге засмеялся и перевернулся.

Однако все непредсказуемо.

Вскоре после того, как они вчетвером вырастили детей, Чу Шаоянь и Вэнь Вэнь отправились в отпуск. Стражи остались на Столичной Звезде, но однажды военные внезапно послали их следить за ними.

Цинь Цунъе и Янь Чжэнь пытались связаться с Чу и Вэнь, но постоянно теряли связь. Лишь через день Янь Чжэню позвонил Вэнь Вэнь и был шокирован, узнав, что они оба были отравлены и убиты его соратниками, и спасти их невозможно.

Глядя на Вэнь Вэня, изо всех сил пытающегося говорить на световом экране, Янь Чжэнь не мог не расплакаться, а Цинь Цунъе мог только крепко обнимать его, чтобы поддержать.

Вэнь Вэнь выдавил улыбку: «Я уже связывался со своим братом, и он приедет, чтобы заняться похоронами меня и Шао Яня. Но на этот раз, боюсь, это не так просто, как месть семьи Мяо. наверное, кто-то жаждет наших рук. Эта система линкоров.

«Даже если мы с Шаояном умрем, мы не сможем воспользоваться этими парнями. Я передам систему своему брату, но он обязательно будет расследован. Подумав об этом, вы единственный, кто может заставить меня доверьтесь этому человеку со спокойной душой. Пожалуйста, вы двое, позаботьтесь о нем некоторое время, пока он не станет безопасным».

Янь Чжэнь кивнул со слезами на глазах, его голос дрожал от рыданий: «Не волнуйся…»

Напротив, Вэнь Вэнь утешал его: «Не плачь, А Чжэнь. Я прожил очень счастливую жизнь. Жаль, что мне не удалось увидеть своих детей, детей Шаояня и твоих детей».

Когда Вэнь Вэнь, наконец, не смогла больше держаться и повесила трубку, Янь Чжэнь разрыдалась и сказала: «Нет, мы должны найти способ справиться с этим!»

Цинь Конге обнял его и похлопал: «Да».

После этого Цинь Цунъе притворился, что у него редкое инфекционное заболевание, и подал заявление на карантин. Ян Чжэнь взломал систему управления, и они замаскировались и тайно покинули столичную звезду.

Они бросились туда, куда сказал Вэнь Вэнь, и встретили только что прибывшего брата-близнеца Вэнь Вэня Вэнь Ли.

Вэнь Ли снова и снова колебался и, наконец, попросил их отправить медицинскую кабину Вэнь Вэня и Чу Шаояня в червоточину на S017.

Время там бесконечно близко к тому, чтобы остановиться. Оказавшись внутри, умирающие Вэнь и Чу не умрут, но они ничем не отличаются от смерти.

Однако Цинь Цунъе и Янь Чжэнь ничего не сказали, они просто обо всем говорили молча.

После этого они незаметно вернулись в Capital Star и подали заявление об уходе в отставку после того, как стали известны результаты военного расследования.

Первое, что они сделали, это заманили предателя, отравившего Вэня и Чу, убийцу, которого пощадили военные, в зараженную зону, чтобы убить его. Тогда он не пошел напрямую к Вэнь Ли, а переехал рядом с домом Вэнь Ли, как будто это было просто совпадение.

По замыслу Вэнь Вэня, Вэнь Ли было предложено похоронить ребенка и их мужа вместе. Однако Вэнь Ли решил сначала заморозить оплодотворенные яйцеклетки, выращенные Вэнь Вэнем и Чу Шаояном.

Янь Чжэнь в то время все еще был очень грустен, и Цинь Цугье очень колебался, стоит ли ждать, пока он успокоится, прежде чем продолжать воспитывать ее, или как можно скорее завести ребенка, чтобы отвлечь внимание Янь Чжэня. В конце концов, сам Янь Чжэнь тоже решил замерзнуть. Он почувствовал, что с его нынешним менталитетом растить детей нехорошо.

Спустя более чем полгода военные наконец прекратили наблюдение за Вэнь Ли. Вэнь Ли нашел оправдание и был успешно переведен в преуспевающую звезду.

Еще через год Цинь Цунъе решил, что Вэнь Ли должен быть в безопасности. Но он и Янь Чжэнь в это время также разочаровались в военных и планировали сменить фамилии и найти неприметный пенсионный астероид, на котором можно было бы жить и вести комфортную жизнь. Неожиданно за ними последовал и Вэнь Ли.

Цинь Конге подумал: «Все в порядке». Янь Чжэнь и Вэнь Вэнь были хорошими друзьями на протяжении многих лет, и Вэнь Ли был доверенным лицом Вэня. Вэнь будет чувствовать себя лучше, если всегда сможет о нем позаботиться.

При мирной жизни на астероиде печальные вещи постепенно излечиваются временем.

Когда Янь Чжэнь была готова и решила продолжать воспитывать своих детей, Вэнь Ли тоже приняла такое же решение.

Никто из них не сказал многого. Хотя Вэнь Ли выглядит холодным и является типичным трудоголиком, у него с Вэнь Вэнь очень хорошие отношения, а ребенок — наследие Вэнь Вэня, поэтому для него вполне естественно желание воспитать своего младшего брата.

Когда рождаются двое детей, один похож на них, а другой наследует преимущества Вэнь и Чу. Цинь Цунъе и Янь Чжэнь посмотрели на маленького ребенка, спящего на одной кровати, и их сердца смягчились.

Время жизни, которое, казалось, остановилось раньше, в этот момент наконец начало двигаться снова.

Однако ситуация по-прежнему непредсказуема.

Кто бы мог подумать, что эти двое детей смогут снова спасти Вэнь Вэня и Чу Шаоянь?

Звук открывающейся двери вырвал Цинь Цунге из его воспоминаний. Он обернулся и увидел, как Янь Чжэнь и Вэнь Вэнь выходят вместе.

Ян Чжэнь: «Почему ты стоишь снаружи и не входишь?»

Цинь Цунъе: «Лао Ян пришел навестить генерал-майора. Я только что отправил его туда, а он просто проходил мимо, возвращаясь назад».

Вэнь Вэнь ответил в шутку: «Тогда я посмотрел на А Чжэня и остолбенел».

Цинь Цунъе посмотрел на Янь Чжэня и улыбнулся.

Старик и его жена были вместе столько лет, и Ян Чжэнь, естественно, ничуть не колебался. Он подошел и взял его за руку: «Ты закончил работу? Давай поедим вместе».

Цинь Конге: «Да».

Вэнь Вэнь отделилась от них двоих и пошла искать Чу Шаояня.

Цинь Цунъе и Янь Чжэнь вместе пошли в корабельный ресторан, а затем вернулись в свою каюту после ужина. Хотя работы по-прежнему много, ведь они не находятся на действительной службе и не получают зарплату. Они приравниваются к работе личными телохранителями. Они просто помогают другим, поэтому ничего не могут сказать, если не делают этого. служить другим.

Они по очереди принимали душ, лежали на кровати рядом друг с другом и разговаривали.

Во время разговора они целовали друг друга.

С момента вступления в войну в январе они не были близки более восьми месяцев. Теперь, когда у меня наконец появилось немного свободного времени, сухое дерево быстро загорелось.

Горячее дыхание, казалось, нагрело всю каюту. Янь Чжэнь обнял Цинь Цунге за плечи и снова и снова целовал его в лицо.

Цинь Цунъе щелкнул языком и пожаловался грубым голосом: «Эта кровать все еще маленькая, и ею сложно пользоваться».

Ян Чжэнь толкнул его: «Вставай».

Цинь Цунъе применил силу: «Ты шутишь, кто может встать в такое время!»

Янь Чжэнь вздохнул и прерывисто ответил: «Позволь мне... повернуться боком... моя талия немеет...»

Цинь Цунъе выпрямился и, приспосабливаясь к нему, помассировал поясницу: «Похоже, после посадки на корабль ему не хватало упражнений».

Ян Чжэнь: «Какие упражнения?»

Цинь Конге усмехнулся.

Высокая температура сохранялась, и потребовалось много времени, чтобы постепенно спасть.

Цинь Цунъе успокоился, повернулся и сел на край кровати, достал сигарету со столика рядом с ним, вынул одну и закурил.

Янь Чжэнь перевернулся и лег, лениво подняв руку и сказав хриплым голосом: «Дай мне один».

Однако Цинь Цунъе сначала принес военный чайник и попросил его сделать глоток воды через шланг. Затем он достал сигарету и поднес ее ко рту. Когда он закусил ее, он наклонился и поднес окурок. вверх.

Янь Чжэнь вздохнул, и кончик его сигареты загорелся красным.

Они молча сделали несколько затяжек.

Ян Чжэнь: «Авен спросил меня, хочу ли я перейти в Военную академию резерва и нанять нас в качестве инструкторов».

Цинь Конге: «Мне все равно, это не место для выхода на пенсию».

Ян Чжэнь смешно дал ему пощечину: «Согласно нынешнему среднему возрасту, мы прожили только одну треть нашей жизни».

Цинь Конге схватил руку, которая гладила его, и сжал ее: «Какое душевное состояние. У меня есть любовник и ребенок. Даже ребенок нашел любовника. Жизнь полна».

Янь Чжэнь был позабавлен им и несколько раз рассмеялся, прежде чем сказать: «Я думаю, это хорошо. Транспорт там более удобен. Отныне Сяофэн Сяохань может легко вернуться домой, куда бы он ни пошел».

Цинь Конге: «Тогда иди».

Закончив говорить, я подумал о Вэнь Ли и снова спросил: «Где доктор Вэнь?»

Ян Чжэнь: «Авен уже обсудил с ним, что, когда его нынешняя работа подойдет к концу, его переведут в школьную больницу».

Цинь Цунъе не смог сдержать улыбку: «Что еще можно сказать? Доктор Вэнь идет туда, дом Сяоханя находится там. Его сын вошел в дом Вэня, поэтому, конечно, мы должны следовать за ним».

Янь Чжэнь позабавил: «Почему ты входишь в дом Вэня?»

Цинь Цунъе пожал плечами: «Мой сын сказал, что именно это он сказал, когда делал предложение. Как бы то ни было, если бы не было так сложно позвонить кому-нибудь, мы все трое сменили бы свои фамилии на Вэнь».

Янь Чжэнь не смог сдержаться и несколько раз рассмеялся: «Это не сработает. Имя Сяофэна и имя Вэня слишком неприятны».

Цинь Конге не мог удержаться от смеха, когда думал об этом. Через некоторое время он вспомнил и спросил: «Кстати, твой сын тебе не говорил, когда собирается жениться?»

Ян Чжэнь: «Это после окончания школы».

Цинь Конге: «Прошло так много времени, что оба мальчика уже отправились в медовый месяц».

Ян Чжэнь: «У них еще как минимум два летних отпуска, три зимних отпуска и несколько медовых месяцев».

Цинь Цунъе сказал: «Нет, мы не можем проиграть молодому человеку! Мы давно не выходили играть, пора отправляться в медовый месяц!»

Пока он говорил, он включал световой экран, жевал сигарету и искал маршруты путешествия.

Янь Чжэнь перевернулся и лег на спину, глядя на него.

Фигура Цинь Цунъе хорошо сохранилась. Мышцы груди и живота четко выражены, сильны, но не преувеличены.

Янь Чжэнь протянул руку, слегка коснулся подмышки и провел им по бокам тела до талии.

Цинь Цунъе сильно задрожал и быстро схватил его за руку: «Не создавай проблем».

Янь Чжэнь приподнял уголки губ: «Этот не торопится».

Глаза Цинь Конге потемнели: «Ты достаточно отдохнул?»

Янь Чжэнь согнул пальцы и несколько раз слегка почесал ладонь.

Цинь Цунъе опасно прищурился, протянул руку, чтобы выкурить полувыкуренную сигарету, оставшуюся у него во рту, и затушил ее вместе со своей собственной.

Он тут же наклонился и поцеловал человека.

Комнатная температура снова повышается...

Ниже приводится «Вэньли Пиан», за написание плата не взимается.

Все главные герои, задействованные в этой главе, изменили свои фамилии, и их оригинальные фамилии используются в воспоминаниях, поэтому оригинальные имена используются в диалогах между персонажами. Однако для облегчения описания персонажей в повествовании используются имена, соответствующие основному тексту.

★Вэньли

Вэнь Ли сидел в шезлонге в саду и неторопливо пил чай, наблюдая, как Вэнь Вэнь подстригает ветки и листья бонсай. Это было одно из немногих увлечений его брата, помимо программирования.

Хотя эти братья-близнецы внешне очень похожи, у них один холодный темперамент, а другой теплый темперамент, поэтому их легко отличить друг от друга. Вэнь Вэнь похож на маленькое солнышко, согревающее его с детства.

Их мать умерла от болезни, когда они были маленькими, оставив о них лишь нежные воспоминания.

Хотя его отец не женился повторно, он не был с ними очень близок и лишь выполнял свой долг по их воспитанию. Два брата редко видят своего отца, который всегда занят. Можно сказать, что они выросли в зависимости друг от друга под присмотром робота-няни.

Поэтому, когда пришло известие о неожиданной смерти отца, они оба, уже перескочившие класс и закончившие свой первый университет, не слишком огорчились.

Проблемой был вопрос собственности, и главная ветвь семьи Доу сразу показала крайне уродливое лицо, борясь за него.

Естественно, два брата не стали сидеть на месте и ждать смерти, поэтому они устроили ловушку и начали упорно сопротивляться.

Чу Шаоян тоже немного помог, хотя и не появился.

Вэнь Ли действительно заметил, что Вэнь Вэнь был влюблен, но его младший брат был уже взрослым, ему было двадцать с небольшим, поэтому, конечно, он не стал бы возражать. Поскольку Вэнь Вэнь еще не раскрыл ему свои намерения, Вэнь Ли больше не задавал вопросов.

Но на этот раз все было по-другому. Услуга, которую оказал Чу Шаоян, была довольно сложной, что показало, что его личность, вероятно, была необычной.

Вэнь Ли пришлось спросить: «Авэнь, у тебя есть отношения с продвинутым учеником, который пришел в школу в прошлом году?»

Вэнь Вэнь немного смутился: «Я еще не объяснил».

Вэнь Ли перешел прямо к делу: «Вы знаете его семейное происхождение? Его фамилия Мяо. Он такой знатный?»

Вэнь Вэнь кивнул и добавил: «Однако у него очень плохие отношения с семьей, и сейчас он развивается в армии. Более того, он сказал, что не позволит своей семье ни во что вмешиваться».

Вэнь Ли поднял брови: «И поэтому ты планируешь поехать на столичную планету для дальнейшего обучения, а затем пойти в армию?»

Вэнь Вэнь тепло улыбнулась: «Да, я выберу путь технического солдата. Кроме того, А Чжэнь учится в колледже, так что я могу быть его одноклассником».

Вэнь Ли на мгновение задумался, а затем после тщательного размышления сказал: «Я думаю, что он неплох, но его семейное происхождение… Невозможно оторваться от великого дворянина только потому, что вы хотите. Если вам придется сделать это с ему, ты должен быть морально готов».

Вэнь Вэнь подбежала и обняла Вэнь Ли: «Спасибо, Али! Я знала, что ты меня поддержишь!»

После этого Вэнь Ли также отправился в Capital Star для дальнейшего обучения, но это был не тот же университет, что и Вэнь Вэнь.

После этого, после того, как Вэнь Вэнь закончил учебу, он взял Янь Чжэня в армию и отправился на поиски Чу Шаояня, который в последние несколько лет много работал, чтобы дослужиться до звания подполковника.

Вэнь Ли очень доволен этим воинским званием, что показывает, что Чу Шаоянь действительно трудолюбивый и талантливый человек.

Таким образом, Вэнь Ли сможет уверенно следовать своим идеалам.

Когда мы становимся старше, даже братья-близнецы больше не могут держаться вместе.

Почти два десятилетия братья поддерживали связь и жили той жизнью, которой хотели. У семьи Мяо были некоторые проблемы, но Чу Шаоянь очень хорошо защищал Вэнь Вэня, поэтому Вэнь Ли не нужно было слишком беспокоиться.

Поэтому, когда Вэнь Ли получил сообщение от Вэнь Вэня перед своей смертью, его первой реакцией было то, что это смешно.

Вэнь Вэнь кратко рассказал эту историю, признался в своих последних словах и, наконец, сказал с улыбкой: «Ли, не нужно меня жалеть. Я всегда жил счастливой жизнью. Теперь это то чувство, о котором ты говорил раньше. Если это исследование может дать результаты, оно стоит того, чтобы умереть. Единственное, о чем я сожалею, это то, что мне не удалось увидеть ребенка... Вы должны позволить его похоронить вместе с нами».

Вэнь Ли все еще чувствовал, что этот инцидент был совершенно нереальным. Даже если он помчался на место происшествия и увидел медицинский кабинет своего брата и его жены, он все равно не ощутил реальности.

Он чувствовал себя спокойно и не казался слишком грустным. В отличие от мягкости Саншайн, Вэнь Ли с детства был равнодушен, и у него даже нет близкого друга.

Возможно, из-за этого брат-близнец... все еще может спокойно стоять и смотреть, без слез в его сухих глазах.

Вэнь Ли некоторое время думал о словах Вэнь Вэня, думал о том, где его похоронить, и думал о несформированном ребенке Вэнь Вэня. Он стоял там неизвестное количество времени.

Пока голос не спросил: «Доктор Чу, куда вы собираетесь... их забрать?»

Только тогда Вэнь Ли понял, что Янь Чжэнь и Цинь Цунъе тоже в какой-то момент вошли в секретную комнату. Благодаря отношениям Вэнь Вэня он был в некоторой степени знаком с этой парой, особенно с Янь Чжэнем.

Все трое посмотрели на медицинский отсек.

Хотя яд в телах Вэнь Вэня и Чу Шаояня все еще медленно распространяется, и в конце концов они умрут, в конце концов, они еще не мертвы, и никто из них не может отключить энергию.

Вэнь Ли вынул часть «погребения», о которой он только что подумал, и просмотрел ее, но так и не смог найти подходящего места.

Внезапно он вспомнил место, о котором ранее упоминал Вэнь Вэнь, и, почти не раздумывая, выпалил: «Я хочу отправить их в червоточину на S017».

Янь Чжэнь и Цинь Цунъе удивленно переглянулись. Эта червоточина была очень известным и опасным местом в Федерации.

Как только эти слова были произнесены, мысли Вэнь Ли прояснились.

Он поднял глаза и посмотрел на двух людей перед ним: «Ключ открытия системы и данные все еще находятся на Авене, и я их не трогал. Они еще не мертвы. Я хочу побеспокоить вас и отправить их в червоточина, это нормально?"

Они оба на мгновение замолчали, и Цинь Конге кивнул: «Хорошо, давай найдем способ».

S017 Вэнь Ли не пошла.

Как только он вышел из секретной комнаты, у него поднялась высокая температура, которую невозможно было вылечить даже приемом лекарств. Янь Чжэнь остался, чтобы позаботиться о нем, а Цинь Цунъе остался в медицинской кабине один.

Вэнь Ли не знал, как Цинь Цунъе сделал это, но ему это и не нужно было знать, если он достиг желаемого результата.

Следующий шаг – получение «наследства». Но тела не было, а г-н и г-жа Вэнь Чу, очевидно, пропали без вести, поэтому они не могли унаследовать свое имущество.

Единственное, чем нужно заняться как можно скорее, — это ребенком.

Янь Чжэнь тихо спросил: «Доктор Чу, вам нужно, чтобы мы снова пошли в S017?»

Вэнь Ли без особых колебаний отказался: «Нет, давай сначала заморозим».

В течение полугода после этого Вэньли находилась под наблюдением военных. Цинь Янь и его жена переехали недалеко от его дома, и он знал, что Вэнь Вэньцзэн, должно быть, попросил их защитить его.

Наблюдение первого уровня за военным штабом было прекращено, Вэнь Ли был переведен на процветающую звезду, а за ним последовал и Цинь Янь. Так прошел еще год, и, убедившись, что он в безопасности, они планировали найти астероид, чтобы удалиться.

В то время исследования Вэнь Ли зашли в тупик, а окружающая среда на суетливой звезде заставила его почувствовать себя раздражительным. Случилось так, что Янь Чжэнь пришел попрощаться с ним, а Вэнь Сян решил пойти с ними, даже не задумываясь об этом.

Я, наверное, был соседом уже года полтора, так что привык.

Медленный темп жизни на астероиде действительно очень подходит для восстановления ума. Вэнь Ли приостановил свои исследования и стал врачом. Постепенно он обнаружил, что общение с другими людьми было несколько интересным.

Поэтому, когда Янь Чжэнь решил продолжить воспитание ребенка, Вэнь Сян вспомнил сожаления Вэнь Вэня и внезапно захотел увидеть ребенка, поэтому он и дети семьи Цинь воспитывались вместе.

Назвать ребенка «Хан» — вот слово, которое пришло на ум Вэнь Ли, когда он впервые увидел ребенка. Он не мог объяснить почему, но чувствовал, что это имя особенно подходило.

Поначалу у Вэнь Ли еще была мысль вырастить ребенка для своего младшего брата.

Но по мере того, как ребенок подрастал и его темперамент становился все более похожим на его собственный, Вэнь Ли постепенно почувствовал, что это его ребенок.

Вэнь Ли был очень доволен Вэнь Ханем, которого он воспитал. Кто позволил своему брату умереть рано? Тот, кого он вырастил, был, конечно, его сыном.

Однако Вэнь Хань принял только двух своих биологических отцов.

Вэнь Ли очень рано заметил, что Вэнь Хань по-другому думает о детях семьи Цинь, но, похоже, сам Вэнь Хань этого не заметил.

Он не указывал на это, просто продолжал наблюдать и пользовался привилегией быть отцом.

Однако все непредсказуемо.

Вэнь Ли никогда не думал, что однажды ему придется отправить сына на личную встречу с братом и мужем.

После того, как Вэнь Хань вышел, слова «папа» заставили Вэнь Ли почувствовать себя чрезвычайно сложно. Он не мог сказать, сколько эмоций смешалось с ним в тот момент. Он знал только, что этот сын был воспитан не напрасно.

Что еще более удивительно, так это то, что двое детей действительно спасли своих младших брата и мужа!

В тот момент, когда он увидел, что Вэнь Вэнь проснулся, Вэнь Ли внезапно почувствовал облегчение: у такого хорошего сына должно быть еще два отца, которые бы его любили.

Послышался легкий скрежет, робот-уборщик подъехал и поставил тарелку с печеньем на маленький столик рядом с Вэнь Ли.

Вэнь Ли пришел в себя от этого движения, поставил чашку, вытер руки дезинфицирующим полотенцем, взял маленькое печенье и положил его в рот.

«Очень вкусно. Где рецепт?»

Вэнь Вэнь оглянулся и продолжил обрезку: «Ее дал декан студентов. Если оно вам понравится, я позже сделаю для вас копию и введу ее в вашу программу для роботов».

Вэнь Ли продолжал есть вкусное печенье: «Вэнь Ханю тоже должен понравиться этот вкус».

Вэньвэнь исправил форму, отложил ножницы для цветов, подошел, сел, вытер руки и взял кусочек, чтобы съесть: «Сяоханю нравится этот вкус».

Вэнь Ли: «Да, следуй за мной».

Вэнь Вэнь засмеялся, но улыбнулся и вздохнул: «Честно говоря, я действительно не ожидал, что ты его воспитаешь».

Вэнь Ли: «Не надо меня благодарить, я вырастила своего сына».

Вэнь Вэнь наморщил нос: «Да, да, твой сын!»

Затем он кое-что вспомнил и гордо сказал: «Однако Сяохань вчера тоже звонил мне и Шаояну папе!»

Вэнь Ли был непреклонен: «Здесь должны быть посторонние».

Вэнь Вэнь сделал паузу и цокнул языком: «Почему ты сразу догадался? Это невесело».

Вэнь Ли: «Мы близнецы. Нелегко скрыть от меня свои мысли».

Даже если мы отбросим это в сторону, мы сможем узнать причину, просто основываясь на понимании Вэнь Ли Вэнь Ханя.

Внешность Вэнь Ханя прекрасно унаследовала преимущества Вэнь Вэня и Чу Шаояня. Пока они втроем появлялись вместе, любой мог сказать, что они отец и сын.

Если приемным отцом Вэнь Ханя является кто-то другой, то не имеет значения, если Вэнь Хань не признает Вэнь Чу своим отцом и не расскажет внешнему миру, что у него есть еще один приемный отец. Но так уж получилось, что приемные отцы Вэнь Ли и Вэнь Вэнь — близнецы.

Если Вэнь Хань называет Вэнь Ли «папой», а Вэнь Вэнь — «дядей», даже если он называет Чу Шаояня «дядей», посторонние неизбежно зададутся вопросом, какой из братьев Чу Шаояня и Вэня он ребенок?

Во избежание недоразумений было бы уместнее всего называть всех «папой» в соответствии с реальной ситуацией, а затем рассказать внешнему миру, что Вэнь Ли — приемный отец.

Вэнь Сян заметил задумчивость Вэнь Ханя и не мог не поднять уголки губ: «На самом деле, я не против, если он назовет тебя папой».

Вэнь Вэнь сильно откусила печенье: «Но Сяо Хань боится повредить твое сердце».

Улыбка Вэнь Ли стала шире, его глаза слегка сузились, и он доброжелательно посмотрел на брата: «Разве ты не собираешься взять еще один?»

Вэнь Вэнь на мгновение был ошеломлен, а затем улыбнулся: «Нет, хорошо, что у нас есть Сяохань. Давай проживем хорошую жизнь вдвоём. позаботься о нас. В любом случае, мы двое. Дом рядом, так удобно.

Они разговаривали, когда перед ними послышался звук открывающейся двери.

Они подняли глаза и увидели, как открывается задняя дверь дома и выходят бок о бок два высоких молодых человека. У одного из них были длинные золотистые волосы, такие же блестящие, как у его брата-близнеца.

Вэнь Хань и Цинь Фэн подошли к ним рука об руку и первыми поприветствовали Вэнь Вэня: «Дядя».

Вэнь Вэнь улыбнулся и помахал рукой: «Садись, пойди и попробуй печенье, твой отец сказал, что оно тебе понравится».

Взгляд Вэнь Хана обратился к лицу Вэнь Ли: «Папа».

Вэнь Ли улыбнулся и кивнул: «Да».

Экстрадуховное царство 2

Прошел еще один год.

В октябре прошлого года Чу Шаоянь вступил в должность директора Резервной военной академии и приехал поселиться с Вэнь Вэнем.

Фактически, в прошлом должность директора Резервной военной академии занимали в основном генералы в отставке. Даже если время от времени назначаются действующие генералы, они находятся на временной службе только в качестве переходного периода. Большинство из этих директоров имеют схожие почетные должности и не отвечают за многое. У них есть свой собственный набор рабочих процедур в школе.

Предыдущий, Ян Цзе, был исключением. За время своего пребывания в должности он вернул большую часть власти в руки директора и даже имел определенное право голоса в делах планетарного правительства. Когда он наконец ушел, различные учреждения школы долго не могли радоваться, когда приветствовали еще одного столь же молодого Чу Шаояна. Более того, процедура выхода на пенсию Чу Шаояня уже рассматривается, и похоже, что он останется там надолго.

Поведение Чу Шаояня даже более жесткое, чем у Янь Цзэ. Он вступил в должность всего два месяца назад. Он не только восстановил власть, которая была рассредоточена после ухода Янь Цзе, но даже продвинул несколько реформ.

Руководители школы немного несчастны, но ученикам, которые выиграли от нескольких реформ, новый директор очень нравится. При этом фанаты Fenghan CP охватили всю школу.

Это невозможно, главным образом потому, что по внешности Вэнь Ханя слишком легко определить, кого он унаследовал.

Вскоре после этого среди студентов начали распространяться слухи о том, что директор Чу и профессор Вэнь долгое время бездействовали из-за серьезных травм, и только недавно выздоровели и проснулись. Поэтому Вэнь Ханя воспитал его дядя. , Доктор Вэнь Ли. Теперь это как иметь трех отцов.

Цинь Фэн был немного удивлен, когда услышал это. Он попросил Сун Юи тщательно навести справки и узнал, что новость, похоже, пришла от старших должностных лиц школы. Но даже если господин и госпожа Чу Вэнь приедут, их отношения с Вэнь Ханем никогда не смогут скрыть, и это хорошо. По сути, ни Вэнь Ханя, ни Вэнь Ли это не волновало.

К ноябрю Цинь Цунъе и Янь Чжэнь переехали сюда и, как ожидается, со следующего года будут преподавать в Резервной военной академии. Перед китайским Новым годом в декабре Вэнь Ли тоже оставил свою работу и переехал сюда, и три семьи жили рядом друг с другом. Таким образом, Цинь Фэну и Вэнь Ханю не нужно путешествовать во время каникул, и они могут время от времени возвращаться домой в обычное время.

Год воссоединения трех семей был беспрецедентно счастливым.

Вскоре после начала нового года в школе появилась еще одна хорошая новость для команды Фэнхань.

Когда в тот день члены команды, как обычно, ужинали вместе, Гао Лиу пригласил всех выпить сок и объявил: «Наконец-то я поймал Сяо Сун!»

Сун Юи немного смутилась, но великодушно сказала: «В этом нет ничего важного, я просто хочу всем рассказать».

Цинь Фэн улыбнулся и сказал: «Почему это не важный вопрос? Дело всей жизни каждого члена команды важно. Кроме того, два из них были решены одновременно. Как капитан, я очень счастлив!»

Все засмеялись и подняли бокалы, чтобы прославить Гао Лиу и Сун Юйи.

Потом все болтали о курсах и заданиях. Когда в колледже начинается третий год обучения, акцент начинает смещаться с учебы в школе на выполнение различных задач. В будущем необходимо будет выделять много времени для выполнения различных задач.

Пока они разговаривали, оптические мозги Цинь Фэна и Вэнь Ханя одновременно издавали подсказки. Они осмотрелись и обнаружили, что кривая феромонов превысила тревожную желтую линию.

Цинь Фэн достал две успокаивающие таблетки и приложил одну к шее Вэнь Ханя.

Члены команды знали, что их симптомы в период восприимчивости были серьезными, и, увидев это, призвали их как можно скорее вернуться в общежитие.

Цинь Фэн тоже улыбнулся и заставил Вэньханя встать, и все шестеро разошлись.

Цинь Фэн открыл дверь в общежитие и сказал, войдя: «Теперь, когда у нас есть способ решить восприимчивый период, я не смогу оставаться с вами в общежитии четыре или пять дней. меньше оправданий для лени».

Но что сейчас лучше, чем раньше, так это то, что Вэнь Хань больше не жалеет феромонов. Всякий раз, когда Цинь Фэн захочет понюхать его, он может просто добавить немного феромона, чтобы зацепить его. Иногда Вэнь Хань даже проявлял инициативу и выпускал феромоны, и обычно это означало приглашение.

Как сейчас.

Когда дверь общежития закрылась, волна холодного сливового аромата поднялась из-за Цинь Фэна. В следующий момент пара рук обняла Цинь Фэна за талию.

Цинь Фэн также выпустил феромоны с запахом зеленой травы, остановился там, где его держал Вэньхан, и сказал с улыбкой: «Брат Сяохань, ты плохо усвоил урок?»

Вэнь Хань наклонился и лизнул его затылок: «Ну, его вел какой-то ублюдок, маленький хулиган».

Цинь Фэна так сильно лизали, что волосы на его затылке встали дыбом, и дрожь мгновенно распространилась по его конечностям.

Однако прежде чем он успел ответить, теплые клыки пронзили его железы, заставив все его тело напрячься, и он слегка вздохнул, чтобы сдержаться.

Наконец, выдержав, пока отметка не исчезла, Цинь Фэн уже забыл, что он только что хотел сказать. Он быстро обернулся и прижал Вэнь Хана к двери, прижимая его и страстно целуя.

Два дыхания постепенно стали более резкими, и окружающая среда быстро нагрелась. Два насыщенных феромона смешались друг с другом и окутали их обоих.

Цинь Фэн поднял Вэнь Ханя, и от напряжения мышцы его рук набухли полной дугой.

Вэнь Хань поднял голову и обнял себя за шею, его глаза начали затуманиваться.

В ушах Цинь Фэна слышался барабанный ритм сердцебиения, и он не мог сказать, было ли это его собственное или Вэньханя.

В его глазах была ужасающая буря, и он пристально смотрел в слезящиеся глаза Вэнь Ханя, наполненные огромным чувством удовлетворения и выполненного долга.

Вероятно, из-за того, что его взгляд был слишком пристальным, Вэнь Хань опустил глаза и посмотрел на него.

Улыбка Цинь Фэна стала шире, он ухмыльнулся и облизнул клыки, которые были настолько болезненными, что стимулировались феромонами.

В следующую секунду Вэнь Хан дернул себя за волосы.

Вэнь Хан подошел ближе и прикусил губу.

Этот поцелуй был более интенсивным, чем раньше, и Цинь Фэн даже почувствовал, что его губы словно покусаны. Однако для мозга, подвергающегося высокоинтенсивной стимуляции, эта небольшая боль только добавит удовольствия.

Спустя долгое время буря наконец утихла, а сильное сердцебиение и горячая кожа медленно утихли.

Цинь Фэн положил Вэнь Ханя обратно на землю и поддержал его за талию, чтобы он не упал.

Вэнь Хань прислонился к нему, лениво не желая двигаться, и хриплым голосом спросил: «Разве ты не собираешься войти в духовное царство?»

Цинь Фэн поцеловал уголки своих красных глаз и усмехнулся: «Не волнуйся. Мы уже находимся в восприимчивом периоде. Как ты думаешь, сможешь отослать меня хотя бы один раз?»

Через некоторое время они вдвоем выпили воды, приняли душ в ванной и удобно улеглись на кровати.

Цинь Фэн схватил Вэнь Ханя за палец: «Похоже, я еще не вошел напрямую в твое духовное царство. Можешь попробовать?»

Это Цинь Фэн раньше привел Вэнь Ханя. Ментальная сила Вэнь Ханя не такая гибкая, как у него, и ее нелегко использовать, чтобы дразнить людей, поэтому Вэнь Хань никогда не использовал ее.

В это время Вэнь Хан взглянул на него, и на его ладони загорелся небольшой прозрачный щит, задев пальцы Цинь Фэна.

Когда мысли Вэнь Ханя пронеслись в его голове, они оба появились вместе на морском дне под солнцем.

Здесь теперь тоже что-то другое.

Цинь Фэн раньше становился игривым, ходил проверить множество морских существ и нашел здесь немало, что сделало этот морской район намного более оживленным.

А в небольшом пространстве, окруженном кораллами, теперь обитает огромный гребешок. Среди двух открытых ракушек разложен набор мягких подушек и одеял.

Вэнь Хань опустил глаза и посмотрел на ложе из ракушек внизу: «Значит, когда ты делал эту штуку, у тебя была такая идея?»

Цинь Фэн обнял его с улыбкой: «Не совсем, вообще-то я так думаю…»

В следующий момент Вэнь Хань заметил, что Цинь Фэн изменился.

Уши превратились в плавники, одежда исчезла, обнажив сильную грудь и живот. На шее у него висело ожерелье из ракушек и жемчуга, а на руке была повязка. Но самое главное, что ноги превратились в длинные рыбьи хвосты!

Вэнь Хань на мгновение потерял дар речи: «Ты…»

Цинь Фэн отпустил его, слегка отступил, дважды обогнул его и похвалил: «Это именно то, что я себе представлял, ты хорошо подходишь».

Вэнь Хань посмотрел вниз и обнаружил, что он тоже превратился в русалку, а чешуя на рыбьем хвосте сияла в солнечном свете, проникавшем на морское дно.

Цинь Фэн подошел, внезапно обнял Вэнь Ханя принцессу и слегка поцеловал его в губы: «Прекрасный принц-русалка, давай поторопимся».

Несколькими взмахами своего мощного рыбьего хвоста он быстро перенес их двоих на ложе с ракушками внизу.

Вэнь Хань опустился на мягкое парчовое одеяло, посмотрел вниз на два рыбьих хвоста, соприкасающихся друг с другом, и сказал с беспомощностью в голосе: «Ты знаешь строение русалки?»

Цинь Фэн посмотрел вниз и на мгновение замолчал.

Однако он быстро подтолкнул Вэнь Ханя лечь, наклонился и поцеловал Вэнь Ханя в его ухо.

«Это не имеет значения, это зависит от меня, просто наслаждайтесь этим».

Когда Цинь Фэн утешал Вэнь Ханя и немного расслабился, он внезапно схватил под собой одеяло.

Он уткнулся головой в подушку, ахнул и сказал хриплым голосом: «Какой мир эта... русалка...»

Цинь Фэн поцеловал его в шею и уверенно сказал: «Из моего мира».

Наконец, привыкнув к этому, Вэнь Хань поднял голову, чтобы дышать, но внезапно обнаружил перед собой маленького дельфина, который смотрел на них круглыми глазами.

Вэнь Хань: «…»

Его рыбий хвост яростно качнулся: «Цинь Фэн!»

Цинь Фэн без видимой причины поднял голову и увидел маленького дельфина.

Он засмеялся и сказал: «Хорошо, я сделаю занавеску».

В следующую секунду голубая марля повисла вокруг ложа снаряда, закрывая перекрывающиеся фигуры внутри.

Лишь две маленькие полусекции рыбьих хвостов, слишком длинные, чтобы их можно было прикрыть, были обнажены, спутались в одном месте и покачивались вместе.

Ранним утром солнце светит через окно балкона на лицо Цинь Фэна.

Цинь Фэн слегка приоткрыл глаза и понял, что вчера вечером он работал слишком поздно и забыл затемняющую штору перед сном.

Эта комната обращена на запад, и в это время восходят звезды, и золотой и красный свет освещает землю.

Цинь Фэн внезапно вспомнил, что он сказал раньше — если только солнце не взойдет на западе.

В это время все не могли не чувствовать себя немного смешно.

Он опустил голову и посмотрел на Вэнь Ханя, который крепко спал у него на руках. Конечно же, человеческая натура действительно милая.

Цинь Фэн нежно поцеловал Вэнь Ханя в лоб, использовал оптический мозг, чтобы управлять роботом и закрыть жалюзи, попросил у них двоих выходной и продолжил спать с Вэнь Ханем на руках.

Вокруг плавали две слабые волны феромонов.

Очень вкусно.

(Полный текст заканчивается)