Часть 1

Гарри Поттер уже не мог. Все. Он на пределе. Выдохся. Голова взрывается от безумных идей, которые ему никогда и ни за что не воплотить в реальность, а сердце-то ноет, плачет и страдает. Не трудно догадаться, что виной тому Мастер Зелий, Ужас Подземелий, Летучая мышь… Бэтмен, мать его!
Как подкатить к человеку, который презирает и уничтожает только одним взглядом? И не важно какой он, взгляд, все равно уничтожает. Гарри даже не уверен, что Северус Снейп умеет улыбаться или смеяться глазами. Смеяться глазами… Умнее он не смог бы сказать, конечно же.
— Поттер! — все, ему конец. Это уже шестой «Поттер!» за тридцать минут урока. Гарри витает в облаках, думает, как подобраться ближе, а на деле оказывается все дальше и дальше.
Мальчишка зажмурился, когда книга прилетела ему по затылку. Мерлин, кто бы знал, как он кайфует от такого внимания!
Все мысли были глупы. Подойти и сказать: «Хей, профессор, я тут хочу вас. Трахнете меня?» — и он труп;
«Профессор Снейп, я тут вас люблю!», — и он ингредиент для зелья;
«Профессор Снейп, мне умирать скоро, лишите меня девственности?», — и он сам себя убьёт;
Что делать в такой ситуации, он не знал, а посоветоваться было не с кем. Рон ему врежет, а Гермиона… Она загорится и не отстанет, будет заставлять делать Снейпу подарки и все в таком духе. Он же не девчонка, чтобы ему цветы дарить! Взрослый мужчина, прошёл много, это очевидно…
Поттер упал лбом на стол и пару раз побился о дерево. Руки опускать нельзя, но нужно же что-нибудь придумать, потому что терпеть уже нет никаких сил. Абсолютно. Может, взять силой?.. А что? Это идея… Вот оно!
Гарри вскочил с места, развернулся и скрылся из класса. Все медленно перевели взгляд с двери на профессора Снейпа, что с поднятой бровью смотрел вслед, но быстро потерял к этому интерес и шикнул на класс. Убежал, так убежал, не Снейпу сдавать экзамен.
Сказать, что его идея безумна — ничего не сказать, а пропищать, потому что он идёт на верную смерть. С Волан-де-Мортом было бы в разы легче. Фу, Мерлин, не нужно его вспоминать в таком ключе.
***

— Гарри, ты в своём уме?! — Гермиона положила свою сумку на диван и устроилась рядом. Рон покивал и присел на подлокотник.
— Что? А… Живот прихватило, — без тени сожаления соврал он, закрывая книжку, благодаря которой маскировал свою занятость.
— Снейп не оставит это. Завтра снимет баллы! — подал голос Уизли со вздохом.
Что тут сказать? Если все пойдёт по плану, то у него не будет и мысли о баллах.
***

Все вошли в класс, осторожно и почти беззвучно. Только в кабинет зельеварения все так заходили, а на остальные же уроки вбегали как сумасшедшие.
— Гермиона, где Гарри? — шепнул Рон, поглядывая по сторонам.
— Не знаю, он же был с нами только что… — Гермиона нахмурилась, думая, куда мог подеваться друг, но в голову ничего не приходило, — Садись, будем надеяться, что у него хватит ума не приходить, раз уже не явился.
— Страница пятьсот тридцать три, — произнёс спокойно Снейп и, заметив отсутствие Мальчика-Который-Имел-Совесть-Выжить, шагнул в сторону его подруги.
— Мисс Грейнджер, где мистер Поттер? — холод в голосе мог заморозить не только лёд.
— Он в больничном крыле. У него живот болит, сэр, — ответила она, надеясь, что он и правда там.
Снейп задумался на секунду, внимательно посмотрел на стену, рядом с дверью, а после резко развернулся, отчего полы его мантии взметнулись вверх.
***

Поттер, прячась под мантией-невидимкой, наблюдал с замиранием сердца, как профессор смотрит прямо на него, но не может быть, он невидим, а после Гарри наблюдает, как Снейп опускается в своё кресло, как принимается писать что-то в пергаменте, а это, черт подери, возбуждает и притягивает! С этим невыносимо бороться. Гарри глубоко вздыхает и задерживает дыхание, чтобы пройти между рядами, намеренно сбив чью-то сумку, что было рискованно, но вряд ли Снейп встанет из-за этого, зато будет шум и Гарри сумеет залезть под стол и затаиться.
— П-простите… — извинился кто-то там, чем заслужил холодный взгляд зельевара, Гарри было плевать, сейчас ему важнее чужие ноги перед собой. Длинные, утончённые, с множеством пуговок… А туфли какие!
Член в его брюках, что уже давно возбуждённый, дёрнулся в знак согласия. Отлично, он на его стороне.
Когда в классе все стихло, Гарри подвинулся ближе. Было неудобно сидеть на коленях, но дело того стоило. Он бы и раком постоял… Двусмысленно звучит. Гарри чуть приподнялся и нагнулся, чтобы не вылезать из-под мантии, а наоборот закрыть нижнюю часть мужчины.
Снейп уже давно почувствовал, что что-то не так, только понять этого не смог, но пытался. Гарри коснулся чужих бёдер, сначала очень легко, но профессор замер и было дёрнулся, но руки сильнее сжали их, тем самым придавливая и не давая возможности уйти. Нет, при желании Снейп бы встал, но ему и самому было интересно, что происходит, к сожалению или к счастью.
Нужно быть полным идиотом, сумасшедшим и бесстрашным, чтобы залезть в штаны профессору Снейпу на уроке. Страшно подумать, что будет, если его остальные обнаружат.
Снейп смотрит вниз, но не видит нарушителя его личного пространства, а когда горячая ладонь ложится на пах, зельевар пытается свести ноги и отодвинуться, но замирает, потому что тело явно перестало его слушаться. Он поднимает чуть растерянный взгляд на макушки учеников, сглатывает и вновь смотрит вниз.
— Профессор Снейп, здесь мне не очень понятно…
Если бы силой мысли можно было убивать, то все уже давно были бы мертвы.
— Перечитайте, — спокойно отвечает он, а Гарри поражается его выдержке, потому что голос не дрогнул, остался таким же глубоким и сексуальным.
Дальше нельзя медлить, нужно пользоваться замешательством. Гарри расстёгивает чужие брюки, тянет темные трусы вниз, а профессор кашляет, как только понимает, что звук молнии может привести к лишним вопросам и взглядам. Не хватало, чтобы ученики подумали, что он извращенец… Не то, чтобы его это волновало.
Член профессора тяжёлый, бархатный, идеально лежит в ладони Поттера, отчего у Гарри возникает чувство восхищения и облегчения. Наконец-то!
Опомниться он не даёт, наклоняется, шумно втягивает носом воздух, из-за чего Снейпу снова приходится покашливать, чтобы скрыть посторонние звуки.
— Идиот… — шепчет Снейп, прекрасно понимая, что нарушитель — мужского пола, такие крепкие руки не могут быть у представителя женского.
Гарри улыбается, трется носом о головку, оттягивает крайнюю плоть и член начинает пульсировать в его ладони. Происходящие явно заводит Снейпа. Облизнувшись, Поттер касается губами нежной плоти у основания, высовывает язык и ведёт дорожку до головки, а после заглатывает.
Снейпа подбрасывает от неожиданности, он сгибается над столом, ломает перо в руке, сжимает челюсть чуть не до скрипа зубов.
Некоторые посмели поднять головы, но Снейп одарил всех таким взглядом, что они побоялись даже пошевелиться, только уткнулись обратно в учебники. А тем временем Поттер ликовал, посасывая головку, упиваясь запахом мускуса, запахом Снейпа и стремительно таял от происходящего. Почему он раньше до этого не додумался?!
«Потому что безмозглый идиот, Поттер!», — голос в голове принадлежит Снейпу, Гарри не удивляется, последний год всегда только он.
Плоть во рту увеличивается, становится твёрдой, горячей. Поттер закрывает глаза, потому что в них темнеет, а в голове не остаётся ни единой мысли.
В какой-то момент профессору надоедает эта пытка. Его рука стремится под стол, к мантии, но он не отбрасывает ее, а забирается под неё, чтобы схватить мальчишку, несомненно, это один из учеников, за волосы, которых оказалось довольно много, и насадить на свой член. Если нарушитель думал, что Снейп будет терпеть, то он глубоко ошибался. Сам полез, его никто не просил, поэтому он не собирается церемониться.
Урок усвоен, Поттер едва не давится, но понимает, что лучше поторопиться, поэтому начинает сосать, активно, быстро, втягивая щеки, задевая уздечку языком, а под конец, когда рука сжала сильнее бедро, а другая начинала играть с яйцами, Гарри понял, что вот он этот момент… Сперма ударяет в горло, не совсем приятно, Гарри задевает зубами плоть, Снейп маскирует стон и шипение за кашлем, вцепляется рукой за угол стола, сильнее сгибаясь, пытаясь не толкаться в чужой, но такой приятный рот.
Поттер сглатывает все до капли, вылизывает чувствительный член, после чего натягивает трусы, застёгивает брюки и, как удачно, урок окончен!
— С-свободны, — Снейп глубоко вздыхает, резко встаёт и скрывается в лаборатории. Никто не должен увидеть его румянца, его мутных, расфокусированных глаз и неспособность восстановить дыхание.
Поттер сбегает, самое время, чтобы не попасться, а Снейп опирается о стол, роняет колбу, но не обращает на это внимание.
Ему только что отсосал ученик. При всех! Верх безрассудности и неприемлемости!
***

Гарри прячется в больничном крыле до следующего дня и урока. Гермиона и Рон нашли его, поверили, что у него болел живот, рассказали, что Снейп на уроке вёл себя очень странно, «заболел, может быть?», а Поттер сглатывает и пытается удержать счастливую улыбку.
— Поттер! — Гарри сбился со счета, сколько прозвучала раз его фамилия, но баллы так и не сняли, что радовало, а смотреть на Снейпа за столом было невыносимой пыткой. Самое главное не вспоминать, что он кончил в штаны, когда его схватили за волосы. Не вспоминать! Вот черт… Гарри поспешно утыкается в книгу. Хорошо, что вчера Снейп забыл про домашнее задание.
Когда все уходили, Снейп встал и вышел из-за стола, складывая руки на груди и пристально следя за Гарри, а у бедного мальчишки все из рук валилось от волнения. Не мог же он узнать?! Почему так смотрит? Отвернись, чтоб тебя!
— Задержитесь, мистер Поттер, — произносит Снейп и у Гарри холодный пот на лбу выступил. Ему конец, прощай мир, нам было хорошо вместе!
— Идите, я догоню, — бросает он друзьям, на что они кивают и закрывают за собой дверь. Гарри замирает и поднимает уверенный взгляд. Если не трястись, все будет хорошо, верно? Ни черта не верно!
— Ответьте мне на вопрос: Вы считаете меня идиотом? — Снейп выгнул бровь.
— …
— Красноречиво, как и всегда. Я полагал, что языком Вы работаете куда лучше, чем головой, — Гарри показалось или это была насмешка?! Он точно что-то знает!
— Простите, сэр, я не совсем пони…
Договорить Поттеру не удалось, потому что слова застряли в горле, как только профессор в один миг оказался рядом, нависая тучей. Глаза чёрные, подозрительно спокойные, а у Гарри коленки начали подкашиваться от близости. Только бы не упасть, Мерлина ради!
— Скажите мне, сколько людей имеют счастье быть обладателем мантией-невидимки? — горячие дыхание, глубокий голос… Кто вообще разрешил иметь такой голос?!
— Эм… — Гарри сглотнул. Как же глупо! О ней знают только Гермиона и Рон. И они оба были на уроке. Что-то подсказывает, Снейп знает, что Гарри никому больше не рассказывал о ней.
— Вот Вы и попались, Поттер, — усмехается Снейп и хватает Гарри за грудки, притягивая к себе, впиваясь в губы страстным, очень горячим и нетерпеливым поцелуем, который превратился в долгий и жаркий. Гарри стоять не мог, если бы Снейп его не держал за одежду, он бы упал как кирпич с крыши. Удивление, смешанное со страхом, не сразу позволили ему ответить, но он очнулся, слава Мерлину, и ответил с не менее жестким и требовательным рвением.
Поттер опомниться не успел, как его резко развернули, схватили за шкирку и выставили из класса. Он очнулся только от хлопка двери.
— Ох, черт! — выдохнул поражённо Гарри, прислоняясь спиной к стене, но расслабиться и насладиться вкусом Снейпа ему не дали, дверь открылась, зельевар высунулся и произнёс своим этим чертовым глубоким голосом:
— Порядочные мужчины сначала целуют, а уже потом демонстрируют навыки орального секса. Где ваши манеры, Поттер?! Двадцать баллов с Гриффиндора, за непристойное поведение. И… Двадцать пять баллов, за изобретательность.
Дверь снова закрылась, заставив Гарри вздрогнуть. Снейп дал очки Гриффиндору! Мир перевернулся, или он просто уже умер? А ещё он ведь правда его поцеловал… А губы такие же вкусные, как и семя… О, нет, только не сейчас!
Пока Гарри шел в башню, счастливо улыбаясь, постоянно касаясь пальцами своих губ и облизывая их, в кабинете зельеварения профессор Снейп позволил себе победную улыбку.