Хочу изрисовать всё твоё тело.
Хёнджин обожал рисовать. Но больше всего на свете ему нравилось рисовать Ликса. Не то чтобы лицо, а всего его. Не смотря на свою страсть почему то он рисовал Ликса лишь единожды, после того как увидел его голую спину после душа, вдохновился, не мог удержать член в штанах и решил, что уж лучше будет насиловать холст чем Ликса, который тогда ещё сох по Чанбину. Согласитесь, мудрое решение он принял, в отличае от Минхо. Но сейчас, когда этот горячий австралиец полностью принадлежал ему, он решил:
- воспользоваться тобой вместо холста.
- и изрисовать всё тело?
- всё тело.
- даже член?
- даже жопу!
- ты уверен, что это никак не вредно для кожи?
- да я для тебя заказал самую дорогущую краску, всю зарплату проебал. Её хоть ешь не вредно.
- а, круто... Только вот... Когда? И где?
- в отели конечно, как же ещё? Ты стоны свои не держишь.
- ой как будто ты держишь! Вечно просишь, чтоб я тебя "трахнул", а потом лежишь смущаешься от того что наговорил.
- ты тоже так делаешь!
- отель значит..?
Договорились парни, что проведут свою арт терапию в том самом отеле, даже в том же номере, где Хёнджин вроде третий раз признался Ликсу и они официально стали парой.
- ты точно собираешься просто нарисовать что-то на мне, а не оперировать меня кисточками? - сказал Ликс когда увидел разбросанные кисточки от самого тонкого до самого толстого и дофигище банок краски
- сначало нарисую... - ответил Хёнжин подойдя к нему в плотную и говоря ему под ухо. - потом... Поебёмся?
- можно выразится поприличнее... Но и это сойдёт...
- несколько раз... И я буду сверху.
- оу, решил покинуть пост пассива альфача? Хахах.
- решил слушать твои стоны весь день и всю ночь, малыш... - мокрый поцелуй в затылок и Ликса унесло. Забыв о том, что вроде сегодня он должен быть снизу, он резко повернулся к Хёнджину, бесцеремонно ворвашись ему в рот языком и укусил его язык, даже не думая отпускать... пока Хёнджин не крикнул от боли.
- Ыыы!
- прости! Дай исправлю... - мягкий язык прошёлся по губам Хёнджина, после чего он сказал
- ты меня так угробишь. От перевозбуждения. Он переизбытка любви. Или нахрен сожрёшь живём.
- мне раздеться или сам разденешь? - после первого раза, стыд между ними заменился смелостью, смелость каждым новым разом превращался в разврат. Ликс стал смелее в своих словах, Хёнджин же в действиях. Каждый новый секс для них стал новым экспериментом, в котором они что-то узнавали друг о друге и чему-то учились. Стоны Хёнджина становились всё громче, а действия Ликса всё грубее и глубже. Хёнджин сам просил, Ликс лишь выполнял. Наступали неловкие моменты, когда они теряли голову во время процесса, обливали друг друга пошлыми и грязными словами, а в конце лежали и смущались, вспоминая чего только не наговорили друг на друга будучи на пике возбуждения. Но вскоре они и к этому привыкли, лишь иногда дразнили друг друга, бывали такие короткие диалоги:
- "Феликс, пожалуйста, трахни меня как последнего шлюху..."
- сука и тебе обязательно напоминать об этом как последняя шлюха?
- конечно! - усмехался Ликс.
***
Хёнджин уже знал наизусть все вещи Ликса. Вот его длиннющие голубые худи, уже на полу, вот его чёрная обтягивающая майка, которая так бесстыдно обтягивает его соски... тоже, теперь на полу. Вот голый торс Ликса, кубики пресса, грудь, ключицы - всё в красных следах, спасибо Хёнджиновым губам. Вот штаны... Штаны Хёнджина кстати...
- это моя спортивка.
- брось хён, мы давно не делим одежду на что-то моё и твоё.
- и не только одежду... - теперь и штаны были на полу, за ним упали и чёрные боксеры Ликса.
- а сам не разденешься? - конечно, не особо и приятно стоять голым перед своим полность одетым парнем.
- сейчас... - но он лишь оголился до пояса. - я же рисовать пока буду... Позже сниму. Ляг уже... - поцелуй в щёки. Ликс кивнул и лёг на кровать, удобно устроившись на множество подушек, наблюдая за тем как полуголый Хёнджин поставил на тумбочку апельсиновый сок, в случае если Ликс захочет пить. Вот он смешивает разные краски, выбирает кисть и подходит к Ликсу, а затем говорит:
- перевернись. Спину сначало.
- можно мне тогда вон то зеркало, чтоб я наблюдал за процессом?
- щас... - Хёнджин подал ему зеркало, смачно чмокнул его ещё раз и приступил к рисованию.
Это были одним из самых эротических моментов Хёнликсов за всё время их отношений... И как тому вообще в голову пришло объединить два самых охринительных процесса? Феликс вздрагивал и стонал от каждого прикосновения кисточки, Хёнджин же сначало целовал ту часть на которую собирался нанести краску, а потом пускался бродить по оголённой спине Ликса кисточками разной формы и ширины.
- что ты рисуешь?
- закат. На шее будет луна, которая только взошла на небо: вот здесь, на затылке... - кисточка прошлась по затылку, оставляя белые краски поверх чёрной, появились первые очертания луны.
- ыхм...
- снизу, на твоих плечах будут плавать облака. Белые, серые, на тёмно синем небе.
- хочу и фиолетовый!
- добавлю и фиолетовый мой малыш!
- ооох... Не знал, что от кисточек можно возбудится...
- дело в кисточках, или в их владельце? - прошептал Хёнджин опять где-то под ухом, но ощущения отразились где-то внизу...
- если продолжишь шептать под моим ухом, дело будет в незаконченной картине и размазанной по всей кровати краске!
- ха-хах... Какой нетерпеливый... О чём мы говорили? Ах, да! Здесь! - *шлёп. Хёнджин слегка шлёпнул Ликса щёткой толстой кисточкой, тот вздрогнул и издал короткий "ай!".
- здесь буду звёзды. Много звёзд. По всей твоей лопатке, а по середине уже будет солнце... Горячее, палящее... Солнце... - кажется сам Хёнджин тоже не выдерживал, он сел на ягодицы Ликса и не только сел, а начал слегка покачиваться там, а тот почувствовал твёрдый стояк.
- какой ты нетерпеливый! - повторил Ликс слова Хёнджина.
- дальше будет море... - уже хриплым голосом говорил он. - от сюда, до сюда. - он начертил линию от талии до линии ягодиц Ликса.
- быстрее... Закругляйся с картинкой хён... - это был похож на сладострастное мучение. Краски лились на спине Ликса, разные кисти вылизывали его спину и вызывали щекотку и возбуждение, температура тела поднималась, он напрягал ноги уже не сдерживая своё возбуждение, который выпирал на матрас. Через зеркало он мог разглядеть лицо Хёнджина. Сосредоточенное и возбуждённое лицо, на котором таки читалось "хочу тебя". Когда краски опустились к ягодицам, а Хёнджин сказал "теперь берег", Ликс громко простонал, что уже не может и опускал руку к себе в пах...
- убери...
- Хёнджина..
- потерпи ещё немного, убери я тебе сказал, всю картину испортишь!
- давай продолжим после одного раза? Я аккуратно... Пожалуйста...
- блять... Хорошо... Подгибай колени под себя и привстань аккуратно, я тебе помогу...
- угум... - Ликс таки сделал, послушно сел на колени. Хёнджин сел напротив него, уже голый, и когда это он успел раздеться? Поставил руки Ликса на свой член, а сам помогал ему...
- ты только назад не откидывайся, краска совсем ещё мокрая...
- быстрее...
- ох, ладно... - после первой зарядки Ликс в самом деле чуть ли не откинулся назад, но Хёнджин вовремя притянул его на себя.
- мы твою подушку испачкали, возьми другой...
- это было шикарно... - прошептал Ликс.
- это только начало, хаха... Ляг на место малыш...
- как скажет мой парень...
- ... - Хёнджин на это сначало довольно усмехнулся, а потом так засмутился... Ну не привык он над кем-то доминировать, а Ликс то и дело вёл себя как послушный щеночек, явно получая удовольствие от процесса...
Следующим планом Хёнджина было нарисовать берег на ягодицах ликса, а потом дразнить его кисточкой, проникая одним из них в его анус...
- зачем туда? Ты решил там тоже нарисовать?
- я подумал, что эта кисточка больше похожа на палец... Решил подготовить тебя к следующему этапу, пока краска не высохнет...
- но она долго высыхает, я не могу так всё время лежать.
- знаю... Дай мне просто ещё немного полюбоваться этим шедевром, потом я перейду на переднюю часть...
- хён, долго ты ка-ааах, блять, вытащи это!
- неа, думаю даже что мало одной кисточки, они очень тонкие.
- хей, Хёнджина, моя жопа похожа на пенал для тво-иаааах, кисточек? Что ты делаешь?
- .. больно?
- нет, просто... Странно. Непривычно... Щекотно... Это совсем не похож на палец, они жёсткие!
- хаха... давай найдём твою простату. Тебе будет приятно. Не дёргайся...
- тебе обязательно это кисточкой делать?
- конечно. Это называется искусство.
- искусство чего?
- искусство траха! - или он всё таки привык доминировать..? Хёнджин налил смазки, и засунул в него одну из самых толстых кистей, что мог быть шириной минимум как два пальца, до самого конца. У Ликса вырвался громкий и болезненный стон.
- прости! - Хёнджин сразу вытащил.
- ох, это было нечто... Ты бы хоть предупредил!
- давай я сфоткаю тебя для начала, пока картина не испортилась.
- ты этот позор ещё и фотографировать будешь?
- моё искусство тебе не позор!
- да я же голый, я не про картину...
- никто не увидит! Все твои голые фотки у меня в ноутбуке, в скрытой папке. - Ликс даже спрашивать не стал о каких он фотках говорит, каждый их секс сопровождался целой фотосессией, которую Хёнджин устраилвал. Он достал телефон и вот, как всегда, сделал несколько снимком голого Ликса с картиной на спине с разных ракурсов. Потом продолжил растягивать его кисточкой, пустил в ход пальцы. Кроме жгучей боли и мимолётного кайфа, когда он случайно задевал его чувствительное место пока Ликс ничего не ощущал. Но вот когда Хёнджин пустил в ход свой член и вошёл в него одним громкий стоном, Ликс завёлся не на шутку. Всё же, ощущение члена своего парня это было другое. Не палец и не кисточка. Картина на спине отошла на второй план, главной целью стало сейчас близость двух тел, пошлые звуки и удовольствие, которое они жадно получали друг от друг. Для Хёнджина это был самым лучшим из всех его процессов рисования, Феликс как огненный музыкальный инструмент в его руках, куда не касайся обжигает и издаёт ласкающие слух звуки, от которых внизу твердеет хуже прежднего. Хёнджин иногда даже думает, что мог бы кончить лишь от стонов Ликса, стоит попробовать, думал он. Только не в общаге. Он приподнял лицо Ликса, держа его подбородок: зажмуренные глаза, открытый рот откуда вырываются стоны, опухшие губы, которые были добиты поцелуями и укусами Хёнджина, зрачки его, каждый раз когда он открывал глаза и улыбался хёну, а потом опять закрывал их когда становилось слишком больно... Феликс же задавался вопросом. Как дальше ему теперь жить без ласок Хёнджина хотябы один день? Как он теперь проведёт ночь в тишине, зная что за стенами другие мемберы? Как ему теперь остановится, когда он попал в такой водоворот любви и страсти? Невозможно было и дня провести без него, без его ласок. Каждую ночь, когда что-то твёрдое выпирал ему в зад или когда он сам опускал руки в его пах... они всегда забывали что жили не одни... Ещё Ликс был поражён тем, как Хёнджин менялся во время секса. Возвращался тот дикий безумный взгляд, которым он одаривал зрителей во время танцев, глаза его словно становились более хищными, черты лица резкими, а движения грубыми и требовательными. Ликс за ним не поспевал, Ликс терялся, на этот раз не он брал Хёнджина, а отдавался. Полностью и без остатка. Ощущая на затылке его крепкую груд, он чувствовал себя во власти какой-то божественной силы и он подчинялся этой силе, позволяя ему касаться каждого миллиметра своего тела и души. Он любил Хёнджина, он хотел чтоб Хёнджин его вот так вот присваивал, он хотел простонать о том, что чувствует себя маленьким мальчиком сейчас в его руках и готов был назвать папочкой умоляя быть побыстрее... Он бы наверное таки сделал, если бы не знал, что по окончанию ему будет стыдно за свои слова... Но... Какая ведь разница?
- Хёнджин... Ммфф... Папочка!
- какого хрена... - Хёнджин вышел почти до конца и вошёл грубо. Видимо, "папочка" его всё же добило...
- daddy!!!
- oh, shut up...
- Ыммх, Хёнджинааа! - он повторял его имя без остановки, словно повторял имя своего повелителя. Рука Хёнджина крепко сжала его лицо, он посмотрел на него мутным пугающим взглядом, движения его огрубели и стали больнее, больными и уже невыносимыми, Ликс почувствовал, что в животу у него изнутри выпирает.
- Ыыггггххх, ты слишк... Ааа... Слишком... Глубоко! Ыымм... Не делай так...
- не хочешь потрогать? Там где выпирает? Смотри как я глубоко в тебе...
- ааххм... Не думал, что такое возможно... - он в самом деле потрогал руками область, где виднелся выпирающий изнутри член, надавил туда, хоть и сам давился от боли... Крикнул "Хёнджина" и кончил, обессиленно падая на его руки.
- Феликс, посмотри на меня!
- мммм? - тот еле дышал
- ты мой! Ты это понимаешь? Ни чей сука больше! - Хёнджин повалил Ликса на подушку, приподнял его зад и вбивался в него грубыми хаотичными движениями, кончил и упал на него сверху не выходя из него... Волна безумия протекала по венам, вроде кончили, но безумный оргазм ощущался до сих пор, вызывая стоны... Каждая нервная клетка пульсировала и расслаблялась... Первым умолк Ликс, Хёнджин до сих пор тихо постанывал ему в ухо.
- только твой и ни чей больше, хён.
- ыаахх, не двигайся! - издал он, когда Ликс дёрнулся и сжал его член.
- ты до сих пор во мне... Охуеть...
- реально... Охуеть...
- не знаю даже что сказать Хёнджина... Ты божественный... Даже жаль что закончили...
- если бы я знал, что ты такой... Взял бы тебя, когда мы были ещё трейни...
- я был несовершеннолетним!
- ну... Если по согласию?
- ну... Тебе бы я дал наверное. - Хёнджин улыбнулся, Ликс льстил ему...
- по третьему разу пройдёмся? - сказал он.
- по третьему? - больше соглашаясь спросил Ликс. - а что с картиной? - поинтересовался он
- проебали же... В прямом смысле... - сказал Хёнджин меняя презерватив.
- а краски? Краски же остались? - Хван его понял. Ликсу хочется больше игр и экстрима, так он его получит. Хенджин покрасил обе ладони разноцветными красками и начал рандомно лапать Ликса. Всем было пофигу на бедное белое постельное бельё, который уже успел стать радужным. Словно ничем пошлым они только что не занимались, парни начали хватать рандомные кисти и красить друг друга, смеясь как дети. Банка с водой упала на пол, разливаясь по всему паркету цветной лужей.
- а вот это теперь придется почистить...
- Хёнджина, ты зря отращивал волосы что ли? Пора использовать их по назначению!
- мои... Что? Мои волосы тебе половая тряпка что ли? - Ликс катился от смеха смотря на реакцию Хвана, пока не почувствовал его ладони на лице, всё, теперь и Лицо Ликса было в краске.
- ты похож на клоуна... Ха-ха-ха... - теперь от смеха катился Хёнджин. И про цветную лужайку на полу забыли, и про то что они голые... Просто потерялись в таком романтическом моменте, будто сами превратились в краску и попали на холст, путешествуя по ней вместе.
***
Кафель душа покрылся смесью красок, смывалось всё долго, они истратили почти всё. Мылись зато оба довольные. Усталые, но чертовски довольные. Третьего раза таки не было, кажется двух на сегодня хватило вполне себе, судя по тому как оба парня сияли, будто поебались после трёхлетней разлуки.
***
- Хёнджина.
- мгм?
- когда ты впервые меня увидел.
- богатый мальчик?
- да. Ты так подумал ведь?
- угу.
- а ты тогда, в годы наших трейни, не думал обо мне в таких планах?
- ну... Я тогда вообще про отношения не думал. Даже можно сказать, что никогда не думал.
- вот как...
- не про тебя. А про отношения. Про тебя я думал много...
- как это?
- ну... Вначале я просто был сосредоточен на себе, на том, чтоб выжить... Но, когда тебя тогда выгнали, из передачи... И когда мы тренировались с группой одни, уже без тебя и Минхо... Я можно сказать страдал немножко...
- страдал?
- да... Я и не думал, что так привык к твоему присутствию. А когда не стала того пацанчика, который нифига на корейском не умеет говорить, но то и дело лезет обниматься ко всем...
- ты не давал себя обнимать! Ненавижу...
- но я же тогда был нетактильным...
- ну и что... Это же был я!
- в общем... Прости?
- пхах, шучу я, тебе незачем извиняться... Что дальше?
- я страдал, но по-разному немножко... По Минхо, из-за того что его мечта разбилась, что он был на подтанцовке БТС и так долго, что он теперь семье ответить должен за то что учёбу бросил и в айдолы пошёл... О тебе я конечно тоже переживал по поводу мечты и так далее, но я ещё переживал о том, что могу тебя не видеть... И в будущем... Словно что-то у меня оторвали. А когда ты тогда вернулся...
- ты так мне улыбнулся...
- я хотел крепко прижать тебя к себе и сказать: "я сам буду тренировать тебя. Я сам буду учить тебя корейскому... Ты только больше не вылетай так из шоу... Ты только больше так... Не вылетай из моей жизни." Чагия... - Хван со вздохом поцеловал его, словно благодаря вселенную за то, что он рядом.
- какой ты милый. И почему я не влюбился в тебя сразу...
- и почему же? Мне тоже интересно. Нафиг тебе дался этот Чанбин?
- охо-хо... Ревнуешь?
- конечно! Ты хотябы знаешь как я бесился, когда, вы в отели ночевали? Что вы там кстати делали?
- ебались конечно же. Он предложил мне утешительный секс, такой, одноразовый... ХЭЭЭЙ, Я ПОШУТИЛ! - сказал Ликс напуганно, когда Хёнджин встал и пошёл на кухню.
- я лишь воду хотел взять. И... Я знаю что ты шутишь... Я уже спрашивал Чанбина о том, что вы там делали.
***
Дальше Хёнджин рассказал Ликсу всё с самого начала. Оказывается тот всегда смотрел на Ликса по особому. Как на кого-то, кто и не друг, и не брат, и не парень уж точно, и вроде бы не чужой, очень даже родной. Сначало он думал, что Ликс ему дорог как друг. В первые два года наверное таки было, а потом, с 2021 ему всё чаще хотелось трогать Ликса, обнимать, спать с ним, кушать с ним, готовить с ним, петь с ним, танцевать с ним... С ним да с ним. Ну и ебаться наверное иногда хотелось... И вообще, везде и всегда хотелось видеть Ликса. Всё он сравнивал с Феликсом, везде он думал о нём. Заметив свой странный интерес к этому малышу и свою ревность, он задал себе вопрос: "почему я так себя веду?". В ютубе он начал часто смотреть их эдиты от стэй, видео пэйринги "Хёнликсов". А когда рекомендации забросили его в правильное русло, он понял, что ему это всё очень нравиться. Копаясь всё дальше и дальше в хештегах #хёнликсы он наткнулся на фанфики, так его и занесло в мир фанфиков, где он читал о том как он берёт Ликса будучи то ли полицейским, то ли детективом, то ли преступником, то ли учителем... По началу он читал такие вот невинные фанфики, но когда его рекомендации изменились и у него однажды встал на постельную сцену написанное стэй... где Хван Хёнджин и Ли Феликс в одной банде... он понял, что его чувства романтические. Вот тогда-то он заинтересовался своей ориентацией, прошёл всякие тесты в гугле, где ему всегда говорили, что он бисексуал. А дальше начался пиздец с Чанликсами и как спасательная подушка для слёз подоспел Минхо, который на каминг аут Хёнджина ответил:
- хах. Жаль. Я думал ты меня любишь.
***
- он таки сказал?
- да прикинь, я даже испугался. Подумал, неужели такой срач пойдёт в группе: Минхо меня, я тебя, а ты Чанбина...
- Чанбин Сынмина...
- чего?
- я тогда думал, что Чанбин на Сынмина запал...
- это самый бредовый бред. Они чистейшие гетеро.
- конечно... Тогда я просто параноиком был ахпхпх.
***
Когда настала очередь Ликса рассказывать всё, они поняли что уже 6 утра, но спать никому ещё не хотелось. Хёнжин открыл шторы, они подошли к окну и наслаждались рассветом, пока Ликс рассказывал. Рассказал о том, что Хёнджин ему тоже нравился, но влюбился он первым именно в Чанбина, потому что в начале Хёнджин был холодным и отдалённым. Всегда как-то дёргался, когда Ликс хотел его обнять, это было обидно. В итоге его выбор пал на Чанбина, который будто был готов душу ради младшего отдать. Но он всегда держался на ноте: я бы с таким человеком встречался. Пока не понял, что хочет встречаться и что ему это уже необходимо... Потому что он окончательно влюбился. Намёки и ухаживания Хвана он оказывается подозревал давно, но игнорировал, избегал, дабы не дать пустую надежду пока не забудет Чанбина полностью.
- ты бы мог просто попросить меня подождать.
- было бы подло... Ты и так долго ждал, я просто хотел тебе позволить действовать как хочешь. Покупать мне что хочешь. Завоевать моё сердце как тебе угодно. В итоге у тебя действительно получилось...
- ты позволил...
- ты старался. Я захотел. Настолько сильно, что я мог быть счастливым от твоих поцелуев, когда два месяца назад я желал получить их от кого-то другого. Ты нагло, быстро и окончательно закрыл старую книгу и словно ударил меня по голове новой. Будто говоря: пора писать новый роман.
- какие мы красноречивые... - высохшие губы Хёнджина коснулись пылающих щёк Феликса. Солнце уже стоял на небе, часы показывали 8 утра. Парни зевнули, живот больно урчал, конечно, бессонная ночь брала своё. Парни поели и отправились спать. Как хорошо, что сегодня отдых. Они могут спать целый день. Интересно то как... Родились значит два парня, один в Корее, другой в Австралии. И так всё обернулось, что они попали в одну страну, в одну компанию, в одну группу, словно как магнит притягиваясь друг к другу с разных концов мира. В итоге это оказался не магнит, а два куска одного камня и сошлись они здесь, в этой группе, на пике своей славы. Хёнликсы нашли друг друга. И как хорошо, что всё так обернулось.
(На этом основная история закончена. Напишу одно экстра по Минсонам, так как их было очень мало. И если вам чего-то было недостаточно, скажите, я добавлю как экстра главы)