Вечная тоска

1. Когда пришло время

Виктор никогда не думал, что его разум будет занят столь навязчивыми идеями об идеальной жизни для себя, ведь ничего не предвещало беды. Встав с кровати и потянувшись, он первым делом вышел на балкон, дабы вздохнуть свежего январского ветра. Надев халат и закурив сигарету, он присел на старую кресло-качалку, сделанную из сена, уже ныне покойным дядей Виктора, который был прекрасным мебельщиком, что означало, что это кресло будет ещё долго служить Виктору в его утренних посиделках. "Чудно" – подумал Виктор, оглядывая улицу, на которой он живёт вот уже второй десяток. Он встал, опёрся на перила и затянулся сигаретой. Выдыхая дым, он посмотрел на сигарету: бумага медленно тлела на его глазах, превращаясь в черные как космос листочки, которые улетали в сторону дуновения ветра, превращаясь в невидимую пыль. В его голове промелькнула интересная ассоциация, вызвав ухмылку на лице. Он взглянул вниз. Снизу по улице шастали прохожие, которые, глядя с высоты балкона Виктора, походили на маленькие точки. "Вот она - Свобода" – подумал он, глядя на яркое солнце, светившее ему в глаза, обещая хороший день. Докурив сигарету, он задрал рукав халата до локтя и потушил её о предплечье, на котором находилось около десятка подобных следов от потушенных сигарет. Выкинув потухший окурок, он посмотрел вниз, собрал всю слюну, что была в ротовой полости, задрал вверх голову, и, опустив её, со всей силы плюнул вниз, наблюдая за тем, как летит его плевок - он ждал, пока тот разобьётся об землю. Убедившись, что это произошло, Виктор развернулся и пошёл в свою комнату, оставив открытой дверь балкона, чтобы свежий ветер задувал в его небольшую комнатку. Он прошёл на кухню для того, чтобы приготовить себе яичницу на завтрак. Позавтракав, Виктор вернулся обратно в комнату, чтобы одеться. Зайдя в комнату, его тело покрылось мурашками из-за холода, нагрянувшего в его комнату с улицы. "Стоит закрыть балкон, иначе в моё отсутствие прилетят вороны" – подумал Виктор и закрыл дверь, ведущую на балкон. В животе было приятное ощущение переваривающейся яичницы. Почесав затылок, он заправил кровать, и подошёл к своему гардеробу. Оделся он сегодня как обычно: старые грязные кеды с белым носом, штаны, оставшиеся у него ещё со времён учёбы в университете, белая футболка с жёлтыми пятнами от жира, на неё он надел старую чёрную ветровку, почти полностью выгоревшую и замаранную в грязи от падения с велосипеда, и головной убор, как всегда, представлял из себя старую кепку кремового цвета с номером всемирно известного баскетболиста. Одевшись и сев на кровать, он почувствовал давление в груди, будто его сердце сильно сжималось от чего-то извне. "Как же пусто стало. Интересно, отчего же?" – задался вопросом Виктор. Вопрос прозвучал эхом в его голове, далее распространился по комнате и впитывался в глухие стены. Немного отойдя от этого состояния, он нашёл в себе силы подняться. Проследовав в ванную комнату, он включил в ванне кран на максимальную силу и закрыл слив пробкой. Находясь в ванной комнате, он решил рассмотреть себя в отражении, дабы проверить, всё ли в порядке с его лицом, нет ли дыр, ссадин, грязи или шрамов. "Так отчего же?" – спросил он, рассматривая своё лицо. Поправив кепку, он вышел из ванной комнаты, перейдя в большую комнату. Осматривал он её так, будто впервые здесь находился. Старые вещи валялись на полу: хаос и полный бардак царили в комнате. Виктор подошёл к полке с фотографиями. Засунул в них руку и вытащил случайную: на ней был изображён маленький мальчик, который стоял на пляже и обнимал свою мать. Хоть ребёнок и улыбался, но в его глазах читались страх и тоска. Виктор нахмурил брови, фыркнул и достал зажигалку. Он вышел на балкон, поднял фотографию и поджёг её. Она начала гореть, куски отрывались и улетали в пустоту. Огонь пожирал фотографию с размеренной скоростью, разрывая тело ребёнка на мелкие части, превращая их в мёртвые листья и отправляя в далёкий полёт. Дожигая фотографию, огонь начал жечь пальцы Виктора, а тот в свою очередь никак на это не реагировал. Его ноготь почернел от термоэффекта. Виктор держал фотографию, пока от неё не осталась совсем маленькая часть, которую он зажал своими пальцами. Выкинув её, он развернулся и пошёл к выходу, забыв закрыть дверь балкона. Перед уходом, Виктор обернулся и прислушался: в квартире стояла полная тишина, которую разрывал только лишь звук льющейся воды в ванной, уже переходивший через рамки и заливавший кафельный пол. Виктор взялся за ручку двери, медленно её отворил и вышел. Закрыв дверь своей квартиры, он проверил, точно ли она не открывается. "Вроде хорошо закрыл" – подумал он, дёргая ручку, но всё же решил снова её отпереть и снова закрыть на ключ. -"Теперь в порядке". Виктор спустился по лестничной клетке на первый этаж и вышел из подъезда на улицу.

2. Мысли пачкают мозги

Его сразу обдуло сильным морозным ветром, да так, что кисти рук покраснели от холода. "Чёрт, пора бы уже купить перчатки" – С напряжением подумал Виктор. Он перешёл через дорогу не в месте пешеходного перехода, нарушая правила, и двинулся налево вдоль нечётной стороны домов, направляясь в свой любимый парк. Передвигаясь лёгкой походкой, он достал сигарету из пачки, закурил её и, держа её в зубах, наклонился и взял снег. Скомкав его в шар, он замахнулся и кинул в ворону, сидящую на ветке над Виктором. "Тварь, как же я ненавижу их!" – Подумал он, выдыхая наверх дым из лёгких. Дойдя до ворот и завернув в арку, Виктор последовал по тропинке, ведущей к центру парка. Везде гуляли люди, женщины с колясками, веселились дети, играя в снежки и строя снеговиков. Докуривая сигарету, Виктор нагнулся, чтобы потушить её об снег; потушив сигарету, он её выкинул на дорогу и в очередной раз собрал снег и сделал шар из него, только внутрь он поместил маленький камешек. Он смотрел на детей, играющих в снежки и готовился кинуть свой шарик. Только вот руки задрожали, как у маленького ребёнка перед контрольной работой в школе. Но всё же Виктор собрал свою волю в кулак, замахнулся и кинул свой снежок. Шар летел, сделав несколько оборотов вокруг своей оси и угодил ребёнку прямо в весок, отчего тот упал лицом в снег и заплакал. Виктор быстро сунул руки в карманы и пошёл дальше, будто ни в чём не бывало, чтобы не привлекать к себе внимания. Пройдя всю эту шумиху, он наконец-таки дошёл до своей скамейки и с удовольствием присел на неё, перед этим скинув с неё снег, и закурил. Любуясь зимой – угасанием жизни природы -, он сидел спокойно на скамейке, полностью расслабившись и рассматривая прохожих.
- Вы так и не дали ответа, Виктор, – Произнёс человек, сидевший рядом. Видимо, Виктор был слишком занят любованием и не заметил, как тот подсел к нему. – Попытайтесь его сформулировать, это очень важно.
Виктор решил не смотреть в сторону незнакомца и отвернулся в другую сторону, затянувшись сигаретой. Держа в лёгких дым, он пытался всё-таки найти ответ на вопрос человека, который так резко и напрямую его задал.
-Знаете ли вы, что значит быть одному? – спросил Виктор, поворачиваясь в сторону незнакомца. – Не иметь ничего и никого, что могло бы скрасить мою жизнь, чтобы она заиграла новыми красками, снова ожила.
-Нет, не понимаю, да и эти описания не имеют значения, если вы не будете честными с самим собой и будете уходить от вопросов, - произнёс незнакомец, который, видимо, не хотел начинать задушевную беседу с Виктором.
-Не знаю, сложно ответить... Мне всё кажется, что люди ходят туда-сюда какие-то пустые. Временами мне кажется, что они просто пытаются заполнить свою внутреннюю пустоту какими-нибудь делами, развлечениями, всяческими прогулками, понимаете. Какое-то дело ищут. Все, кроме меня имеют какое-то дело, а я тут сижу и смотрю на них, будто на муравейник, особенно вид с моего балкона меня всегда смущал, вечно эти люди ходят подомной, ища занятие на свою мелкую душу. – опустив глаза вниз рассказывал он.
Виктор поднял глаза на своего нового знакомого – тот сидел, глядя вперёд и не проявлял никаких эмоций от рассказа, не разделяя боль рассказчика.
-Видите ли, ваша детская травма не даёт вам забыть о чувствах, которые вы испытали ранее, оставляя пустоту внутри вас. – Начал рассказывать незнакомец, повернувшись к Виктору. – Ваше вечное одиночество иллюзорно, так как мы все здесь друг к другу причастны, все судьбы связаны друг с другом.
Виктор в последний раз затянулся сигаретой и выкинул окурок в урну. Его злило такое обращение и непонимание со стороны незнакомца.
-Да вы ни черта не понимаете, объясняй-не объясняй вам. И меня бесит то, как вы относитесь к тому, о чём я вам говорю. Не могу понять, в чём заключается иллюзорность моих взглядов на жизнь, если я рассказываю всё так, как есть! Вечное одиночество пожирает меня изнутри, мне каждый день ужасно больно, я ощущаю себя никем и ничем, будто, понимаете, весь мир рушится у меня перед глазами, и никто не может и не хочет мне помогать, - злился Виктор, тыкая пальцем на голые деревья и на людей вокруг. – Вы никогда не поймёте, что означает вопрос, раздающийся в моей голове и выходящий из неё, будто картина из рамок, и не дающий никакого ответа. Всё это улетает постоянно в пустоту, будто кому-то вроде адресовано, но на самом деле никому, кроме голым стенам в моей квартире. Я не знаю, как вам ещё объяснить чувство отчуждения от мира сего. Что-то не так с ним или со мной, я уже понять и сам не могу. Нет ни заботы, ни любви со стороны окружающего меня мира, как же мне следует дальше жить и как вам понять меня, если я сам этого сделать не могу? Хотя... мне уже как-то наплевать на всё.
-Я пытаюсь вас понять, Виктор. Но факт заключается в том, что вы просто-напросто невидимы для этого мира, так уж получилось, так уж завелось. И симптом вашего "Вечного одиночества" – это мысли, о лучшей жизни, которые не дают вам спокойно жить, ведь так? – спокойно говорил незнакомец.
-Получается, что так оно и есть, и от этого не убежать и не скрыться. Ощущение, будто я проклят. Будто нож торчит из моей спины, воткнутый мне самой природой ещё в детстве. – спокойно произнёс Виктор.
-Ну, тогда пора приступить к выходу из зоны. Вы согласны? – Спросил незнакомец, полностью обернувшись к Виктору и подняв брови в ожидании ответа.
-Если честно, то я подготовился ещё утром, хотя, как я обычно себе люблю говорить – "ничего не предвещало беды" – Сказал Виктор, вставая со скамейки и уходя прочь из парка.
"Чудно",– произнёс незнакомец, когда Виктор уже далеко отдалился от него. – "Вот она - Свобода"

3. Волшебный вечный сон

Виктор передвигался, как в бреду, как во сне, проходя кварталы и улицы. Мысли крутились у него в голове, одна заменяя другую. Но все они переходили в один ужасный конец, из которого не было им выхода. У Виктора начало темнеть в глазах, фокус зрения размылся, ему стало совсем плохо. Он опёрся на дверь своего дома, вдыхая и выдыхая зимний воздух. Когда ему полегчало, он достал пачку с сигаретами и достал из неё последнюю, выкинув пачку на тротуар и придавив её ногой, будто пытаясь втереть в землю. Табачный дым каждую секунду наполнял лёгкие владельца, давая ему приятное ощущение привязанности к табаку. "Ну, ладно, пора идти" – сказал себе Виктор и двинулся к себе домой. Поднявшись на седьмой этаж и стоя у своей квартиры, Виктор попытался открыть свою дверь без ключа. И это у него получилось. Докурив сигарету, он вошёл в свою квартиру и заметил, что вода разлилась по всему полу. "Чёрт" – подумал Виктор. Он не планировал всё залить или, что ещё хуже, запачкать. Он прошёл в свои комнату. Балкон был открыт и по всей комнате сидели белые вороны, ожидая своего хозяина. Ошеломлённый присутствием этих тварей, Виктор не смог сдвинуться с места, будто его тело было приколочено к полу. Вороны неожиданно взлетели и поочерёдно начали влетать в Виктора, одна за другой, оставляя белый след и перья по всей комнате. Вороны, залетев в Виктора, поселились в его сердце. "Какое странное чувство" – подумал Виктор. – "Стало снова пусто, только теперь пустота какая-то искусственная". Виктор прошёл в ванную, чтобы проверить воду. Войдя в неё, он увидел того самого незнакомца, только теперь он сидел на краю его ванны.
-Ну, залезайте, раз пришли, -спокойно произнёс незнакомец. – только давайте побыстрее, а то у меня скоро следующий клиент, а у вас походу ещё и дым присутствует.
Виктор не удивился, увидев этого незнакомца у себя в ванной. Мало того, он начал раздеваться прямо перед ним, выкидывая одежду в угол ванной комнаты.
-Попрошу вас, быстрее с этим кончать, у меня времени совсем в обрез, - надавил незнакомец.
-Да-да, конечно, только мне нужно вам сказать, кое о чём.
-О чём же, Виктор, вы бы хотели мне рассказать?
-Я долго думал об этом. А разве это единственный выход? Разве мне нельзя начать меняться, меняя окружающий мир вокруг меня? Я завёл бы друзей, нашёл бы подругу, нашёл бы своё дело, разве мне нельзя сделать именно так?
-Вы опять начинаете бредить своими идеями об идеальной жизни. Полезайте в ванную, я вас прошу, и побыстрее.
Виктор не сопротивляясь полез в ванную: опустил в неё своё тело и опустил голову на дно ванной, закрыв глаза. Но дыхание он не задерживал, потому что этого не было в условиях. Перед Виктором предстала настоящая тьма, полная изоляция и сенсорная депривация. Из него резко начал выходить весь дым из лёгких, исцеляя тело. Виктор начал задыхаться от нехватки кислорода.
-Так, с этим долго будет. Ускорим-ка процесс,- незнакомец достал из кармана нож для резки бумаги, опустил его в воду и вскрыл одну за другой вены Виктора, чтобы тот быстрее избавился от мучений.
Сознание Виктора исчезло, как и его надежды на лучшую жизнь. Незнакомец вышел из ванной комнаты и вскоре вернулся с устройством , похожее на пылесос. Вода в ванне была серая, очень густая и липкая.
-Чёртов куряга, - произнёс незнакомец и начал всасывать воду.
После того как вода была удалена, он взял скальпель и начал резать бледное и мокрое от воды тело Виктора. Вырезав и выкинув лёгкие на одежду Виктора, он дошёл до сердца. Осторожно перерезав аорты, он вынул сердце и положил его в раковину. Незнакомец сунул руку в Виктора и напрягся: что-то он пытался ещё оторвать. Наконец незнакомец выполнил свою задачу, поскольку в ванной раздался звук обрывающейся цепи.
-Вот она. Не думал, что Виктор придёт к такому концу: лежит мёртвый в своей же ванне и лишь бирка в груди – "Тоска".