Дом у моря
Телевизор включился сам по себе. Показывали очередной репортаж с места событий. Мужчина, в перчатках и в кожаной куртке, стоял на улице, возле обгоревшего поместья, и вещал о моём прошлом. Камера была нестабильна и постоянно тряслась. Казалось, что ещё немного, и меня стошнит. Голова плыла, как корабль в шторм. Во рту было сухо. Я отпил немного воды, но ничего не менялось, по-прежнему пустыня сахара. Моя рубашка вспотела, преобразовав круги на подмышках и большое пятно Роршаха на спине. Репортёр всё вещал и вещал, его голос меня раздражал.
- ...сегодня чудесный день, чтобы вспомнить трагедию в Икике! Сгоревший дом с потерянным ребёнком! – живым и плотным голосом рассказывал репортёр. – Волна не утихающего огня, в момент катастрофы, обрушилась и на соседний дом, окатив его своим пылающим языком. Пожарные не дают точного ответа, но полагают, что следствием такого мощного возгорания явилась нестабильность в системе... - телевизор отключился.
- Не стоит тебе сейчас это смотреть. – я обернулся и увидел Джамала со стаканом виски в руках. – Не время, брат. – его тёмная фигура постепенно приближалась ко мне.
- Ты ещё тут?
- Конечно. Я тебя одного в этот день не оставлю. – он отпил немного виски и скривил рожу. – Мерзость то какая!
- Шотландский. – пояснил я ему.
За окном тем временем бушевала гроза. Тучи разгневались, молния начала греметь. Её звуки, как удары барабана, бились в тёмное, болтыхающее море. Волны колотили со всей своей яростью о скалы, высвобождая свою природную натуру. Бухты рядом были потоплены. Жуткий ливень дополнял ужасающую картину маслом. Всё разражалось в диком ужасе и рёве ветра. Стёкла на окнах с трудом выдерживали порыв хаоса снаружи. Мне тогда на ум пришла фраза из стихотворения одного русского писателя: «И как, зверь она завоет, И заплачет, как дитя!».
В доме было уютно и тепло. Мы сидели оба на большом диване и постепенно приходили в себя. Тишина покрыла нас с головой до ног. Лишь погожий ветер давал о себе знать. Помню, как в самые страшные ночи, когда мне снились кошмары и я не мог уснуть, Джамал всегда пытался приводить меня в чувства. Он успокаивал меня, читая детские рассказы или выдумывая различные легенды. Это были прекрасные, опоясанные золотом, времена.
- Всё хорошо. Я рядом, братишка. Помни, эта маленькая коробка, оберегает нас от всего плохого, что за этими стенами. – уверял он меня в очередной раз, когда мне снился кошмар. – Её ничто не сломает, не пробьёт! Знаешь почему? Потому, как мы есть друг у другу, чтобы прикрыть наши тылы. – после этих тёплых слов, я успокаивался, приходил в себя. Его доброта души была непомерной, можно было утонуть в ней и жить без стресса этого мира.
Времена тогда были хорошие, полезные для нас двоих. Даже не знаю, как бы изменилась наша с ним жизнь, если бы мы не переехали в большой город, не встретили бы Лулу. Может тогда бы наша жизнь пошла бы по другому сценарию, более радужному и светлому. Но нам не дано даже этого знать.
Переехав в большой город и встретив Лукрецию, моя жизнь изменилась. Со временем и Джамал менялся, но в другую сторону, не в положительную прогрессию. Безработица и травка сделали своё дело. Он рыл себе могилу, из которой выбраться было невозможно. Единственный путь, который он видел – это копать дальше, пока не выйдешь в другой точке земного шара. И так, день за днём.
Позже я начал проводить больше времени с Лукрецией. Мы ходили на свидания, болтали по вечерам, переписывались, занимались сексом и просто радовались друг другу. Каждый вечер четверга, мы ходили с ней в кино. Каждое утро субботы, устраивали пикники за городом. Посещали музеи, театры, разные выставки. У нас были собственные традиции. Чем больше мы находились вместе, тем сильнее можно было увидеть, как мы становимся похожи друг на друга. Наши привычки перенимались. Речь трансформировалась. А мысли стали едиными. Мы понимали друг друга с полуслова. Время и моменты проведённое вдвоём были незабываемы, они научили нас любить, ценить и восхищаться.
Казалось, расти в наших отношениях было некуда. Но как бы не так. Мы с Лукрецией уже давно планировали совместное сожительство. Вроде как два года вместе, а собственной квартиры нет. Это был серьёзный шаг для нас обоих. Тем более, давно пора было сделать это. Поймите, признаваться друг другу в любви в постели, когда Джамал в соседней комнате слушает группу Muse и попыхивает марихуану, такое себе своеобразное удовольствие. И вот, скопив нужную сумму, я купил чудесный домик в Чили, в городе Икике, у самого моря. Это был чудесный дом на сваях. Мы давно думали уехать из страны и поселится где-то далеко-далеко от мирской суеты. Вот и выбрали место на краю земли.
- Боже, этот дом великолепен! – с восхищением проговаривала Лукреция, расхаживая по его внутренней оболочке. Риелтор стоял у входа и ждал, пока молодая парочка осмотрится. – Ты правда хочешь его приобрести?
— Это будет наш новый дом, Лулу. – я приблизил её к себе, взял за талию и поцеловал. Всё также, как в первый раз, те же самые эмоции и чувства. Я любил её, а она меня. Мы составляли целое, без которого нет возможного знака плюс. – Мы берём его, дружище! – отпрянув от её сладких губ, обратился я к риелтору.
Самым тяжёлым было рассказать Джамалу о том, что я съезжаю. Ведь после того, как я нашёл стабильную работу, он полностью полагался на меня. Его поиски своего места оканчивались неблагополучно. Работы для него не было. Ему приходилось подрабатывать официантом в одном местном ресторане, а по вечерам он был охранником в клубе. Он пробовал всё, брался за каждую ниточку, чтобы выбраться из ямы-попрошаек. Но всё никак. Наркотики, итак, ломали в нём силу его духа. Так, постоянные отказы, жалобы на его работу и низкий доход, уничтожали его. Его ментальное состояние ухудшалось. Он часто пребывал в глубочайшей депрессии или во фрустрации. Внешний вид становился всё чаше неряшливым. Всегда забывал бриться, причёсываться, мыться. Он забывал о своей оболочке и думал только о своём тёмном внутреннем мире. Его не было здесь, он был там. Конечно, его образ жизни и мышления повлиял и на меня.
Однажды, на день Святого Валентина, я прикупил Лукреции, в одном очень элитном бутике, шикарное из бриллиантов колье. При свете дня оно сияло, как диско-шар. Я надеялся, что и у Лулу также будут сверкать её маленькие, как бусинки глазки. Запросив у продавца колье, я его прикупил, потратив все накопленные мною сбережения на тот момент. В кармане стало пусто, но душа была заполнена. До праздника оставалось совсем ничего, я забронировал столик в одном ресторане и купил цветов. Завтра я должен был прийти к Лулу в девять вечера, забрать её. Но всё пошло не по плану. Перед сном, я решил проверить свой подарок, взглянуть на него. И как только я открыл коробку, сильная боль охватила меня, лёгкие в мгновение, перестали работать. Колье нет!
Я спросил у Джамала, не видел ли он мой подарок. Весь грязный с оборванной майкой, и не совсем приятным запахом, от ответил мне, закручивая бумагу в трубочку.
- Я тебе его чуть позже отдам...- моему удивление не было предела.
- Что значит «позже»?! Ты хоть знаешь сколько оно стоит? – я повысил свой голос на полтона, но казалось, что я кричал на него. Его глаза были красные, а волосы взъерошены.
- Прости, прости...
- Где колье? Верни его тут же!
- Не могу, брат.
- В смысле...в смысле не можешь? – непонимающе, я взялся за его плечи и начал трясти это жухлое тело. – Джамал! Эй, Джамал! Не выводи меня!! Это подарок для Лулу, я отдал почти всё, что у меня было, где оно? – углы его губ спустились вниз, брови нахмурились, глаза прикрылись.
- Мне послезавтра выдадут чек, послезавтра...
- Мне нужен он завтра! – посмотрев на него, я испытал жалость, но чувство гнева были сильнее. Я выдал ему лёгкую пощёчину, чтобы он пришёл в себя. – Эй, эй! Ты меня слышишь?
- Слышу...
- Тогда следи за моими словами, хорошо?! – он кивнул. – Мне нужно это колье, просто скажи, где оно. Я не обижусь, просто скажи.
- Оно...я...у меня не было средств, а мне...мне было очень херово, брат. – он начал раскаиваться, его глаза заполнились.
- Так. Продолжай. – торопил я его.
- Потом, я увидел твоё колье. И продал его...- мои глаза расширились, а боль в груди расширялась.
- Что-что...что значит продал! Придурок!!
- Ломбард на соседней улице...деньги вырученные за колье, я потратил...- он показывает на стол, где лежали разные препараты, среди них был мескалин и кокаин.
- Сколько денег сейчас у тебя! – он соображал всё хуже и хуже. Кокаин уже начал свою работу в его теле. – Очнись! Сколько...
- Ничего. – я выпал из метафизики своего мироощущения. – Ничего не осталось, брат. – мои эмоции брали надо мной вверх. Руки сжались в кулаки, вены разбухли на шее, глаза залились кровью.
- Ублюдок! – с рёвом я ударил его. Он отлетел. Рука моментально разболелась о соприкосновении с черепом. Джамал не двигался. Он лежал, как овощ на грязном диване. Повернув ко мне голову, я испугался. Из его носа шла кровь. Чувства пылающего огня внутри, тут же испарились. На замену пришли чувства страха, сожаления и всепоглощающего ужаса. Я никак не мог понять, не хотел понимать, что только что произошло, я поднял руку на своего друга. Меня охватила ярость, как животного. И теперь, я сожалею, как человек. Вот поэтому я считаю человека браком природы. Он не способен быть в балансе с собой и со своими чувствами.
На следующий день, я всё же увиделся с Лулу. Она была в том же платье, как тогда, когда мы с ней только познакомились. Моя любовь к Джамалу, и уважение к нему, не позволили мне рассказать ей правду, почему вместо бриллиантового колье, она получила лишь очаровательный букет цветов и шикарный ужин в хорошем ресторане. Конечно, вечер окончился, как и полагалось, у неё в постели. Но грязные чувства так и остались во мне, не выветривались никак. Я не смог уснуть в тот день, мысли трагичного происшествия меня не покидали. Это пятно, которое я несу уже многие годы. И я не про предательское отношения Джамала ко мне, а про удар. Наградив его фингалом, конечно, он меня простил, понимал меня, посчитал это заслуженным наказание. Но вот в чём проблема, я никак не могу простить себя.
- Я сожалею о том происшествии...- процедил я сквозь зубы.
- О каком? – он развернулся ко мне, виски всё ещё был у него в руках.
- Ни о каком...- он улыбнулся и похлопал меня по плечу. Мы по-прежнему сидели у меня на диване. Свет в большом зале стал темнее, а атмосфера мрачнее.
Вдруг я увидел, как на моём рояле сидит женщина. Я улыбнулся ей. Она начала исполнять мелодию. На вид ей было 40 или 50 лет, но выглядела она, как звезда голливудских фильмов. Её белое платье было лёгким и почти, что прозрачным. Никаких украшений на ней не было. Волосы были распущены и имели золотой окрас. Она была похоже на существо с небес. Ей не хватало лишь белых, больших крыльев за спиной. В тот же момент, я задумался. Она мне кого-то напоминала, но кого? Её тонкие и гибкие пальцы исполняли Лунную сонату Бетховена. Рояль белого окраса и дама в белом, исполняли сказочное представление в аду. Всё это показалось мне весьма поэтичным.
Джамал смотрел на меня и недоумевал отчего я смотрю куда-то в сторону. Он не стал меня дёргать и просто отпил из своего стакана. Тишина заполнялась глубокой мелодией гения. Медленные движения женщины в белом, заставляли меня усомнится в реальности всего происходящего. Это было сном, прекрасным и таким долгоиграющим, отчего не хотелось просыпаться.
- Позволишь, я закурю? – спросил он меня, пока доставал портсигар из кармана.
- А? Чего? – я смотрел на пианистку с воодушевлением. – Да, конечно.
- Музыка чудесная, давно не слышал. Кто играет? – в этот момент я его не слушал, мои мысли снова опережали происходящее.
Воспоминания тягучая смесь для мозга. Чем больше мы размышляем, тем больше пуль в Русской рулетке.
Я всё же набрался смелости рассказать Джамалу о своём плане с Лукрецией, где он был третьим лишним. Мне давно пора было строить своё будущее, двигаться дальше, расти. Джамал был дорог мне, но я не мог часто следить за ним, как за ребёнком. Просыпаться каждое утро от запаха травки было непостижимо. Грязь, которую он часто разводил и не убирал за собой, его ошибки и пробелы, за которые я расплачивался. Всё это вынудило меня посоветовать ему реабилитационный центр. Я зарабатывал достаточно, чтобы оплатить ему курс лечение, но он отказывался, со словами:
- Мне не нужно, чтобы ты за меня платил. У меня есть руки и ноги, и...и я сам в состоянии заработать. Ты думаешь ты крут, да, что предлагаешь мне свои...свои бумажки?! Вали отсюда, не хочу продолжать говорить с тобой, ты меня не понимаешь! – с раздражением отвечал он мне. Но я понимал его. Он и так чувствовал себя должным, обязанным во много передо мной и не хотел усугублять ситуацию. Мои слова о нашем переезде с Лукрецией в другую страну, он воспринял также с негодованием.
- Да как ты можешь...- у него заискрились глаза. – Не бросай меня! Прошу!
- Успокойся, Джамал. Никто, никого не бросает. Мы обустраиваемся с Лукрецией там, чтобы стать ближе друг к другу. Это новый этап для нас, понимаешь? – он не понимал.
- Почему бы вам не снять квартиру здесь? Зачем обязательно уезжать на край света, брат?
- Потому что у нас есть возможности. Плюс Лулу любит путешествовать, а я никогда не был за рубежом. Так почему бы и нет.
- Я...я...я не понимаю. – он вытащил из кармана пакетик и вынул оттуда таблетку. Проглотив её, он продолжил. – Вы поступаете эгоистично ко мне!
- Джамал! Эгоистично? Ты же шутишь...- он даже не посмотрел на меня. – Знаешь, если всё получиться, и я уеду, то в будущем и ты сможешь приехать. Может даже построишь своё лучшее будущее там, если прекратишь с этим. – с досадой выговорил я. – Я от тебя не отказываюсь, и по-прежнему люблю, как брата. Но я должен строить своё гнездо...- с этими словами я покинул эту квартиру раз и навсегда. Джамал, на счастье мне, не попытался меня остановить.
Следующие события прошли для нас с Лукрецией очень стремительно. Мы совершили долгий перелёт над Атлантическим океаном и приземлились в Чили. Доехав до пункта назначения, мы очутились у подступов своего нового дома. Он стоял на сваях, а окружал его белый и мягкий песок. Море тихонько волновало свои лазурные воды. Тёплый воздух обдавал наши тела ветром. Чайки стремглавом неслись над нами. Покой окатил нас умиротворением. Живописность места не имела границ. Здесь был наш новый дом, и мы были этому очень рады.
В первые дни, мы не сходили с нашей кровати. Нам было хорошо вдвоём. Силуэты наших обнажённых тел соприкасались с нечто природным и неподвластным. Романтика тогда витала в воздухе. Днём мы купались в морской пучине, а вечером ужинали на веранде. Вино было нашим туннелем к спальне. Всё казалось безмерным и счастливым, прекрасным и нереальным в тоже время. Мы впитались волшебством прекрасного момента. Тогда я в очередной раз удостоверился, что хочу её, всегда и везде.
- Выходи за меня! – тёплым и нежным голосом сказал я, пока мы лежали на измятой кровати, после бурного утра. Её глаза были тяжёлыми, она не ожидала такого вопроса. После минутной паузы, она нашла слова, чтобы ответить мне.
- Нет! Нет! И ещё раз нет!
*Динь-Дон!
Кто-то позвонил в дверь. Я вышел из своих размышлений и посмотрел на Джамала. Музыка затихла, а женщина в белом исчезла.
- Ты кого-то ждал? – неловко спросил Джамал, ставя свой бокал на стол.
- Нет. Никто не знает, где я живу. Только ты, как оказалось и...- я испугался, прошлое вновь охватило меня. - Боже!
*Динь-Дон!