Глава 13. Смерть любви дальняя родственница
Выйдя из бара, мы сели в такси и Болейн назвала водителю какой-то адрес. С неба полился сильный холодный дождь и по земле разлились целые реки. Автомобиль еле смог выехать из них на более-менее нормальную дорогу, на которой, как ни странно, совершенно не было освещения.
Привезли нас к какому-то дому в спальном районе и остановили возле входа в цоколь. Там нас встретил какой-то очередной знакомый Болейн и провёл внутрь. Внутри было также мало света, пахло сыростью и играла тихая музыка, возможно из какой-то оперы. В углу было поставлено большое кресло в стиле крестного отца, а рядом с ним стоял бильярдный стол, по которому гонял шары молодой светловолосый парень в свободной рубашке с поднятыми рукавами.
Видимо услышав шаги, он повернулся в нашу сторону и при слабом освещении керосиновой лампы я заметил знакомые чёрные глазки.
- Это хорошо, что вы так скоро прибыли. - поставив кий у стены, он отряхнул руки и пригласил проследовать за собой.
В следующей комнате видимо уже оплатили счёт за свет. Накинув на себя шаль, парень прошёл до мини-бара, налил себе ликёр и предложил его нам. Так как Болейн отказалась, я решил последовать её примеру. Пожав плечами, он поставил бутылку обратно и присел на кресло, показав нам присесть на диван напротив.
- А вы, Александр, не слишком и торопились. Конечно, ваше положение даёт вам право не делать поспешных решений, но и мы не можем долго ждать. Поэтому позволили себе вольность позвать вас в гости именно сейчас.
Я долго пытался понять почему мне были знакомы эти глаза и голос, но, стоило ему упоминуть "мы" и до меня сразу дошло, что перед нами та самая "птица", но уже в истинном обличии.
- Прошу меня извинить, Лиз, что я позволил себе шалость проигнорировать ваше предложение.
- Так прямо? А вы мне симпатичны.
- Симпатичен из-за моей прямоты или положения?
Загадочно улыбнувшись, он наклонился в мою сторону.
- Да.
- Что-о ж, господа, сейчас же уже всё проясни-илось. - Аня с силой сжала мою руку и обратилась к Лиз, - Какой дальнейший план?
- Думаю, вам не стоит забивать лишним свою прекрасную голову. И, если вы не против, я бы хотел поговорить с Александром тет-а-тет.
Я почувствовал как по телу Болейн прошла дрожь и отдала в руку, которой она меня удерживала. Взяв её ладонь в свою, я прошептал ей одними губами чтобы она не переживала и отпустил. Когда она вышла, Лиз пересел ко мне.
- Думаю, вы не до конца осознаете своё положение. Назревает революция и именно от вас зависит её исход. И это не преувеличение. Для народа вы как новый Мессия и они готовы пойти за вами куда угодно...
- Зачем вы говорите мне об этом? Разве вы не должны убеждать меня в своей правоте и шантажировать? - мои слова развеселили его.
- Вы перечитали детективов, друг мой. Мне нужно ваше доверие, а не покорность. К тому же будет некрасиво с моей стороны не дать вам право выбора при полном понимании происходящего и собственной роли в этом.
- Что я должен делать?
- Сразу к делу? Похвально. - встав с дивана, он подошёл к книжному шкафу и достал какие-то бумаги, спрятанные между книг. - Вам стоит это прочесть... - как только я начал их разворачивать, он удержал меня за руку и медленно помотал головой. - Позже. Это первое. Во-вторых, если вы будете согласны, я... то есть, господин Левинский хотел бы, чтобы вы выступили со своим официальным заявлением.
- Официальным... чем?
- Мы же желаем возродить империю, друг мой, а такие события, как известно, тихо не проходят.
- И без жертв тоже... Неужели вы хотите начать гражданскую войну?
- Ну что вы... ненужные кровопролития нам ни к чему. Иначе бы куда пошли все наши старания? Эта бомба должна гореть долго и тихо, но взорваться - быстро и громко.
- И, видимо, фитиль уже догорает... - Лиз удовлетворённо улыбнулся. В его глазах горел азартный огонь, ищущий во мне подготовленный факел. Но нашёл он только его видение.
Встав, я пожелал ему доброго дня и вышел за дверь, где меня уже ждала Болейн, выпивавшая в этот момент с одним из охранников. Увидев меня, она поднялась и быстро окинула меня взглядом, остановившись на бумагах в моих руках. Предвещая её вопросы, я убрал руки за спину и покачал головой, показывая что об этом лучше не спрашивать.
Когда мы вышли дождь почти прекратился и с неба уже падали лишь его остатки.
- Что ду-умаешь? - удостоверившись, что за нами не наблюдают, Болейн подошла ко мне и коротко обняла.
- Думаю о том, что ты могла сделать для нашего еврея.
Глаза Ани округлились и она оттолкнула меня как ошпаренная.
- Что он тебе наговорил?
- А тебе? Как давно ты мутишь с ними эту воду? Дай угадаю, это было ещё до того, как вы собрались меня отравить?
- Мы тебя не трави-или, мы тебя спасли-и! Как ты не понима-аешь? Да ты же теперь можешь королё-ём стать! Что тебе не нра-авится?
- А ты моим кукловодом? - на минуту воцарилось молчание, пока я не сказал последнее, что должен был сказать уже давно, - Это не моё. - и ушёл... но она двинулась за мной, высказывая своё мнение.
- А что-о тогда твоё? Тр*хаться с теми, кто даё-ёт? Постоянно играть с людьми-и, а потом бросать из-за безна-адобности? Выпрыгивать из окон когда тебе ску-учно? Да нах*й такого короля-я! Вы все-е... Все одина-аковые! Вам дай законы, вы ими подтира-аться будете! А я ведь дала вам всё-ё... всё отдала! Где ваша благода-арность? - обессилев, она упала на колесо на детской площадке и осталась на нём, вытирая руками слезы на щеках. Во мне вдруг проснулась совесть и начала меня тащить к ней за уши. Достав из сумки влажные салфетки, я подал их Ане и присел на шину рядом.
- А я тебе говорил, что я далеко не подарок.
- Ты мне это говоришь каждый го-од. Хоть бы оди-ин хороший подарок вместо себя прине-ес!
- Ну хочешь, я соглашусь на их революцию?
- Соглаша-айся, не соглаша-айся, а она всё равно-о бу-удет. Я пыта-алась всё измени-ить, хотя бы для семьи-и...
- Да... Знаешь, бабушка однажды мне сказала: "Если ты упадешь в глубокую яму, у тебя будет два варианта: первый - смириться, второй - попытаться выбраться. Если ты не видишь ни одного варианта на спасение, то вспомни о первом варианте."
- Она была права-а... - она хмыкнула и вернула мне салфетки.
- Что ты сделала из-за его обещаний? - Аня тихо выдохнула и поежилась. Сняв с себя куртку, я надел её на неё и слегка приобнял в поддерживающем жесте.
- Та-ак, ме-елочи... Перепи-исывала людей из нашей организации в его-о, путала отчёты Ле-ебедева, помогала устраивать беспредел в го-оспитале... как раз-таки по-омнишь ту свиную кровь на сте-енах? Он ду-умал, что сможет запугать этим Ёсю и остальны-ых, но все воспри-иняли это как детскую ша-алость... из-за чего не заметили во что эта шалость вы-ылилась. Он начал готовить план по постройке импе-ерии только после встречи с этим... Ли-изом. А до этого он был достаточно ми-илым и добрым па-арнем.
- И сейчас этот милый и добрый парень собирается воспользоваться мной и встать во главе новой империи. Прекрасная сказка о гадком утёнке.
- Так ты не собира-аешься с ними сотру-удничать.
- Нет, конечно. Лишь сделаю вид. Знаешь, они могут быть нам очень полезны...
- Самой сильной ка-артой в колоде всегда был "дура-ак".
Домой я приехал уже ближе к десяти. Проходя по лестничной площадке, я заметил, что дверь в квартиру Киры была открыта, оттуда шёл дым, а пожарная сигнализация сходила с ума. Испугавшись, я без раздумий забежал к нему, в голове молясь всевозможным богам, чтобы он оказался жив. И боги меня услышали. Кира стоял на кухне возле открытого настежь окна и пытался выгнать весь дым, исходящий от печки. Взяв кухонную перчатку, я достал из неё противень и переложил под раковину, предварительно открыв холодную воду.
- Если ты собирался умереть, то мог просто сказать мне, я бы точно помог! - я также подошёл к окну и попытался отдышаться то ли от дыма, то ли от инфаркта.
- Что ты тут делаешь?
- А, то есть не "спасибо, Сашенька, что помог", а сразу "что ты тут делаешь"?
- Спасибо, Сашенька, что помог.
- Не за что... И что это было? - я кивнул в сторону раковины.
- Вот именно, что был... пирог.
- С огоньком, как погляжу.
Отойдя от окна, он снял с себя фартук и ушёл закрывать дверь, так как запах гари почти развеялся. Пока он ходил, я на автомате заглянул в холодильник и стал глазами искать что можно будет приготовить взамен потери. Пока я доставал оттуда классический набор для приготовления теста, Кира уже успел вернуться и с непониманием наблюдал за этой сценой.
- Так ты пришёл меня грабить? А я-то думал чем же заслужил появление самого принца в моём недостойном жилище. - его стиль сарказма почему-то был мне слишком знаком.
- Ты что, меня копируешь? Я тут ему ужин спасаю, а он... - я "обиженно" отвернулся, приступая к приготовлению. И где-то с минуту я стоял в спокойствии, пока не почувствовал на своей шее прикосновение холодной руки.
- Не знал, что у тебя есть татуировка... - он опустил шиворот моей майки и провёл пальцами по рисунку.
Это довольно старый секрет, о котором, я надеюсь, он никогда не узнает. Это тату скрывает за собой неглубокие шрамы, выведенные лезвием бритвы под рукой одной юной особы. Она сделала это пока я спал... вывела своё имя. А всё из-за дурацкой ревности. Я даже ничего не заметил, пока утром не обнаружил всю спину в крови.
- Ты просто не видел меня без формы.
- Это басовый ключ?
- Да... - для меня стало большим удивлением то, что кто-то смог узнать его. Я повернулся к Кире с немым вопросом, чем озадачил его.
- Что?
- Ничего. Просто обычно люди думают, что это первая буква моего имени.
- Ну да, только перевёрнутая... А сверху... Это лепестки?
- Да, весенней яблони...
- В нетающем снегу? А причём тут именно басовый? Разве скрипичный бы не лучше подошёл?
- В этом и проблема - со скрипичного ключа начинается, идёт и заканчивается симфония. А басовый ключ идёт вторым, чтобы подыграть... Многие люди о нём даже не догадываются.
- Но, тем не менее, он остаётся в мире музыки и не теряет свою ценность. Ведь без этого "подыгрывания" симфония не будет полноценной. Скорее красивой мелодией из трёх нот.
- Красиво заливаешь. Ты там, случаем, втайне не писатель?
- Когда-то пытался... - он слегка улыбнулся. Потом резко вздохнул, видимо что-то вспомнив, несильно хлопнул меня по плечу и кивком головы указал в сторону комнаты.
Поставив пирог в духовку, я включил нужные настройки и пошёл за ним.
Когда мы вошли, в комнате было темно и Кира, нащупав выключатель с первого раза, включил свет. В небольшую комнату был втиснут шкаф для одежды, кровать, рабочий стол с открытым ноутбуком и... Фортепиано "Bohemia", причём годов молодости моей бабушки. Открыв крышку, я провёл по клавишам инструмента. В голове сразу всплыли воспоминания о том, как бабушка учила меня играть на старом пианино, у которого не было несколько клавиш второй октавы, из-за чего приходилось дожимать деревянные выступы ради извлечения хоть какого-нибудь звука.
- Ты играешь? - я посмотрел на Киру, который в этот момент с довольным лицом наблюдал за моими действиями.
- 7 классов, красный диплом. Я не просто играю... А ты?
Я пожал плечами и сел на банкетку. Я мог бы сказать, что я, только сев за фортепиано, сыграл бы так, что писатели описали бы: "С каждым прикосновением подушечек его пальцев к клавишам, старинный друг классики начал раскрываться по-новому, разливая чудесную мелодию по комнате, что принадлежала уже не молоточкам внутри инструмента, а душе юноши". Нет, я не сыграл какую-то знаменитую и бесподобную симфонию. Я даже не смог сыграть тот трех-нотный этюд, которым меня заставляли разыгрываться каждый раз. Я просто сыграл первое, что пришло мне в голову и нажимал на несколько клавиш, звуки которых хоть как-то могли напомнить мелодию.
Видимо подустав от этой какофонии, Кира подсел ко мне и сам начал играть. Нужно ли говорить о том, что играл он намного лучше, чем я? Он играл... "К Элизе", насколько я помню. И это действительно было волшебно.
- Подумать только, и этими руками ты недавно чуть не лишил людей жизни...- улыбнувшись, он взял меня за кисть руки и стал вести мои пальцы по клавишам, указывая куда нужно нажимать. Поначалу дело у нас шло не лучшим образом, но потом я понял его логику и начал, таким образом, подыгрывать ему.
- А у тебя неплохо получается. - Его рука потянулась к крышке и он аккуратно закрыл ею клавиши.
- Как и готовить. - от моих слов Киру пробил лёгкий смех и я впервые заметил на нём естественную улыбку. Не знаю почему, но внутри стало теплее и спокойнее...
Встав со стула, он уже собирался уйти, но я его остановил, взяв за руку. Не знаю о чем я думал в этот момент, но точно не о том, чтобы отпустить его. А он даже не сопротивлялся. Лишь ждал что я смогу выкинуть ещё.
Вдохнув побольше воздуха, я начал:
- Я ненавижу ложь, вставать рано и лук в супе. Ужасно тащусь от острого и кислого, но только если это всё не вместе. Готовить и убирать буду я, даже не думай в это лезть. О, и да, я не питаю нежных чувств к твоему брату, так что будь готов к тому, что мы постоянно будем ссориться...
- Это... сейчас было к чему?
- Просто предупреждение на будущее, если ты ещё хочешь иметь со мной отношения.
- Ты с дуба рухнул?
- Почти. Подскользнулся, пока добирался сюда, и вдруг всё осознал. - почувствовав запах горелого с кухни, я выбежал из комнаты, на ходу бросив, - Ну, ты пока подумай.
Я вовремя успел. Как говорила моя бабушка: "пирог лишь слегка подрумянился". Сделав ещё пару отверстий, я поставил его обратно и сел на стул рядом.
- Стой. То есть, ты на полном серьёзе сейчас сделал мне предложение?
- Да, а что-то не так?
- Ну, например то, что ещё днём ты посылал меня дальше Сибири! - схватив первое попавшееся - перчатку, он кинул её в меня. Поймав её на лету, я отправил её ему обратно. Так началась наша битва кухонной утварью.
- Потому что не знал какое счастье преподнесла мне судьба!
- А сейчас типа знаешь?
- Нет... Я ничего не знаю... - я схватил его за руку и потянул на себя, заключив в объятия, - Кроме того, что ты сводишь меня с ума. - из-за того, что он находился рядом, я почувствовал как его сердце на мгновение остановилось и моё вместе с ним.
- Если ты опять надо мной издеваешься, клянусь, я убью тебя.
- В первый раз у тебя не получилось, думаешь второй будет удачнее? - Кира замахнулся, чтобы залепить мне затрещину, но я успел увернуться из-за чего наши лица оказались слишком близко. Когда он потянулся ко мне, я прикрыл его губы ладонью. - Ты ведь сейчас не пьян?
Кира покачал головой. На его немой вопрос о том зачем мне эта информация, я улыбнулся и притянул его к себе. Впервые мне доставило удовольствие целовать кого-то. Так спокойно... Мне даже не хотелось отпускать его... Кажется, я действительно стал зависимым от этого парня, но мне это даже нравится.
Но вдруг нас прервал звонок на Кирин телефон. Когда он ответил, его выражение лица изменилось буквально за один момент. Отключив звонок, он медленно положил телефон на стол, уперевшись взглядом в неопределённую мной точку.
- Что случилось? - я встал сзади него и приобнял за плечи.
- Болейн... исчезла...