39 ГЛАВА- АВГУСТИН ЧАСТЬ 2

Наконец, Августин вместе с испереживавшимся Винсентом и остатками тех, кто укрывался от холода на "Морской" дошли до "Солнцевской". Тома, Кейт и еще нескольких пострадавших пришлось тащить на себе по очереди. Если их предыдущее место обитания было самым глубоким в Грисовском метро, то эта станция, наоборот, располагалась выше всех остальных.

Глубина, на которой находилась платформа станции, составляла восемь метров, а вместо украшенного потолка наверху была стеклянная крыша. Единственное место под землей, из которого можно было наблюдать текущее состояние погоды. Наверху бушевала метель, то покрывая стекло снегом, то срывая его с нее, обнажая грозное серое небо людям.

Здесь было на порядок холоднее, чем в их прошлом укрытии. Ухудшало положение еще и очередное похолодание. Людей, прибывавших на станцию за медицинской помощью становилось больше, но, к счастью, они жаловались лишь на простуду и озноб, больше аварий в метро не происходило. Пока что...

-Август! Что ты тут делаешь?- обняла его Эшли- ты в порядке? Что у тебя за порез на лбу?

-"Морской" больше нет, ее затопило- наконец почувствовал ее тепло парень, отчего ему сразу стало в разы легче- мы загерметизировали ближайшую станцию, будем надеяться, что такого больше не повторится...

-Прости, что не смогла вернуться...- девушка прижалась головой к его плечу- Том просил не отдодить ни на шаг, пока Дженифер не помогут, но ее до сих пор не вернули...- она бросила взгляд на одну из импровизированных кушеток, рядом с которой суетились врачи- она до сих пор на операции, прогнозов не дают, говорят, осложнения на легкие после перенесенной болезни...

-Все будет хорошо, милая- он поцеловал ее в лоб- Эш, ты правильно сделала, что не вернулась. Я бы очень не хотел, чтобы ты пострадала!

-Как там наши?

-Кейт повредила перепонку, пока что одним ухом не слышит, но жить точно будет- печально выдохнул Август- а вот у Тома сильно повреждена рука. Я вколол ему обезболивающее, пока мы сюда шли, но нужна операция.

-Они говорят, что свободных врачей нет, разворачивают всех, кто приходит к ним сейчас...- забеспокоилась Эшли.

-Значит будем делать все своими силами. Я попробую найти свободных медсестер, а вы с Ви соорудите нам рабочее место из того, что найдете. Как я вижу, операционные столы занести под землю не успели.

-Принято- кивнула девушка и побежала в сторону друзей.

Августин, вспоминая все выученное им в медицинском университете, старался заменить панику хладнокровными знаниями. Оперировать ему доводилось всего несколько раз, и это не было его основным профилем. Да, зашить маленькую рану ему было несложно, но с Томасом явно все должно быть сложнее. Медлить с ним было нельзя.

Август подозвал к себе ближайшую медсестру, что только что освободилась от другой операции. в Ней Кейтлин узнала сестру Роксаны, красноволосую Арию. Ее коллеги, вместе с врачами тут же перешли к следующему больному. Под их глазами виднелись синяки, а лица потеряли всяческие эмоции, кроме серой усталости. Когда они ели или спали в последний раз?

Мужчина был поражен тем, насколько точными и профессиональными оставались движения хирургов, как слаженно работали команды по спасению человеческих жизней несмотря на колоссальное измождение. А тем временем, стрелки часов перевалили за двенадцать, и на всех остальных станциях народ готовился ко сну...

Они подошли к Томасу, и Август еще раз ввел обезболивающее. Только сейчас он осознал, что не имеет возможности сделать другу полноценный наркоз, придется довольствоваться местной анестезией.

-Просто гипс наложить не вариант?- спросила у него медсестра.

-Я подозреваю множественный перелом, рентгена нет, чтобы проверить- покачал головой Августин- с поверхности забрали металлические заготовки для соединения костей?

-Да, сейчас принесу- Ария отошла вглубь станции.

Августин тяжело выдохнул. Как же он не любил этим заниматься. Он распаковал стерильную подкладку и положил на нее руку Томаса, а затем попросил Эшли держать между пациентом и оперируемой областью что-то непрозрачное.

-Показывайте...- послышался женский голос сзади. Август обернулся, ожидая увидеть медсестру, но, к его счастью, это была Кэра, ранее успешный хирург, затем главврач, а сейчас член Совета.

-Слава богу!- выдохнул Августин- вот, смотрите...

На душе мгновенно стало лучше, когда к делу присоеденился профессионал своего дела. Тем более, что втроем им явно будет проще справиться со всеми непредвиденными обстоятельствами.

Большое количество обезболивающего дошло до мозга Томаса и он закрыл глаза и начал дышать ровно, будто бы заснул. О том. Как возвращать его транса нужно было думать уже после того, как все пройдет успешно.

-Не получится...- покачала головой Кэра после вскрытия конечности- кость раздроблена сразу в нескольких местах, мелких осколков слишком много. Оставлять конечность опасно для жизни.

-Что вы имеете ввиду?- переспросил у нее Августин, застыв на месте.

-Самые мелкие осколки могут проложить движение вверх по кровеносным сосудам и повредить внутренние органы, например, дойти до сердца- не обратила внимания на его волнение хирург- не исключены также воспалительные процессы, или того хуже, сепсис.

-Это мой друг! Нельзя его калечить! Прекращайте операцию, зашивайте все обратно, мы дождемся окончания холода! - в панике Августин попытался одернуть Кэру назад, но медсестра остановила его.

-Он не доживет до конца бури, понимаете?- продолжала как ни в чем не бывало женщина- либо его жизнь, либо конечность... Нужно будет адаптироваться жить без правой руки, конечно, но самое главное, что он будет жив!

Августин замолчал на момент не в силах выдавить из себя ни слова. Он не мог позволить калечить родного человека, но если он сейчас продолжит мешать Кэре, то просто убьет его... Томас - левша, изменения будут не настолько страшными, как могли бы быть при других раскладах... Печальное решение напрашивалось само собой. Ему необходимо было взять себя в руки и отречься от эмоций, иначе все станет только хуже!

-Как скажете- ответил ей врач- он нас поймет. Говорите мне что делать, я постараюсь помочь чем смогу...

Шли часы. Несколько раз Августину пришлось смахивать с уголков глаз слезы, но все, что он мог сделать, это помогать хирургу спасать все, что еще можно спасти. В течении операции было решено сохранить верхнюю часть руки вместе с локтевым суставом, уже маленькая победа! Глаза боялись, разум волновался, но руки все равно делали то, что должны были без малейшей дрожи.

Резкие движения скальпиля, похрустывание костяных осколков и уверенные движения рук в перчатках. Еще одна доза обезболивающего. Просьба к Эшли проводить Винсента с ребенком подальше от происходящего и объяснить ему ситуацию. Обратной дороги уже не будет...

Последние движения, выверенные с точностью до миллиметра для спасения здоровых тканей организма. Тяжелая, детальная работа с нервными окончаниями и сосудами.

Долгожданный финальный надрез. Завершающая перевязка. Много крови и необходимость использования коагулянта. Неприятное зрелище. Тяжелая, детальная работа с нервными окончаниями и сосудами. Долгожданный финальный надрез. Финальная перевязка.

Не в силах больше наблюдать тяжелое зрелище, Август покинул место операции сразу после ее завершения. Он плотно прижался к своей девушке и впервые за день дал волю эмоциям. Что он скажет Томасу, когда тот очнется? Слезы и медленные поглаживания по голове, горячие руки Эшли. Такие теплые объятия вопреки острому холоду станции.

Им пришлось дежурить у Томаса поочереди. То Август и Эшли проверяли его состояние, то Кейтлин и Феликс. Винсент так и не решался подойти, боясь увидеть последствия произошедшего и молча сидел с Шарлин, развлекавшей себя рассматриванием пустых блистеров от таблеток и баночек, в которых раньше были лекарства. Она убирала найденные "богатсва" в кита и не позволяла родителям их выкидывать. Ладно, пусть лучше так, чем бегать по станции и мешать врачам.

Томас приходил в себя постепенно и болезненно, лишь под вечер начал периодически открывать глаза. Ближе к одиннадцати ночи пришлось разбудить его и напоить супом, который теперь давали на замену рыбе с гарниром. Видимо, импровизированные кухни не справлялись со свалишимся на них объемом работы.

Августин приземлился рядом с другом и помог ему сесть, облокотившись на колонну. Томас взял ложку в руку и по привычке захотел опереться на пол второй рукой...

-Прости, что так получилось... Мы сделали все, что могли... Иначе тебя бы не стало...- мгновенно начал оправдываться Августин в попытке заглушить нараставшее чувство вины.

-Я понял, что такое может произойти в тот момент, когда перестал чувствовать руку- медленно и с запинками проговорил Том- не волнуйся, я же левша.

На самом деле парню хотелось кричать. Хотелось разнести весь проклятый метрополитен к чертовой матери. Хотелось чуть ли не пойти на самые крайние меры лишь бы вернуть себе частичку себя, что как будто бы ощущалась при его движениях локтем. Тело ныло, голова была ватной.

Томас случайно выронил ложку, но был не в силах наклониться за ней. Он лишь позвал Винсента и вперемешку со слезами начал делиться накопившейся ненавистью к этому городу, ко всему миру и даже вселенной с ее идиотскими законами физики.

Как он теперь сможет работать? Никак. Будет ли он также любим? Наверное, нет. Можно ли что-то изменить? Опять отрицательный ответ. Томас лишь уткнулся головой в плечо друга.

-Мы справимся... Ты научишься, привыкнешь...- шептал ему Винсент сквозь слезы- я тебе помогу, я обещаю, ты справишься...

Не выдержав напряжения, Августин снова ушел к Эшли, но девушка его остановила. И, вопреки его нерным просьбам отпустить его руку, привела его обратно к Тому и Ви, позвав также и Кейтлин с Феликсом.

-Ты ни в чем не виноват- шептала ему девушка- мы сейчас все нужны друг другу!

Маленькая компания замерзающих друзей свила на полу клубок объятий и печальных попыток улыбнуться. Как минимум, этой холодной майской зимой друг у друга были они.

-Ребята...- вытирая слезы рукой обратился к ним Том- просто спасибо за то, что вы есть... Что вы рядом...

-Мы всегда будем рядом- обнял его Винсент- всегда...