Глава 6: Бесконечное эхо забытых войн

Однако не все изменения проходили гладко. Несмотря на усилия Республиума и его союзников, галактика оставалась мрачным и опасным местом. На дальних рубежах республики регулярно случались тревожные инциденты. Столкновения с орками, тиранидами и древними силами Хаоса становились всё более частыми.

Ведь эти угрозы никуда не исчезли. Орки, подстрекаемые скрытым вмешательством Хаоса, вновь начали собираться в космических пустошах. Их племена, разобщённые и истощённые долгими годами относительного мира, теперь становились объектом тайных манипуляций тёмных богов. Боги Хаоса, ощущая, что их влияние ослабевает из-за постепенного перехода галактики к миру и сотрудничеству, были вынуждены действовать агрессивнее.

Варп оставался непредсказуемым, а Хаос — непобеждённым. Но чем больше цивилизаций склонялось к дисциплине, сдержанности, умеренности и упорядоченному развитию, тем слабее становились тёмные боги. Силы Нургла, Кхорна и Слаанеш начали постепенно терять подпитку. Это ослабление не прошло незамеченным. Особенно тяжело оно ударило по Слаанеш, чья сущность была теснее всего связана с излишествами, страстями и пороками.

В новой эпохе, где всё больше миров отказывалось от саморазрушительных культов, а Эльдары начали применять усовершенствованные методы защиты своих душ от её голода, потоки страстей заметно истончились.

И в Варпе ощущалось это: там, где некогда бушевали вихри похоти и упадка, теперь возникали странные спокойные "провалы" — зоны, словно лишённые привычной пищи для богини.

Слаанеш всё ещё оставалась могущественной, но впервые за многие тысячелетия её ослабление шло быстрее, чем у прочих сил Хаоса.

Беспомощно наблюдая, как мир ускользает из их контроля, боги Хаоса начали провоцировать орков и тиранидов, подталкивая их к новым нападениям на планеты Республиума и его союзников.

Тем временем на Терре решили воспользоваться ситуацией...

— Кодекс Астартес запрещает это, — спокойно сказал Робаут Жиллиман, не отрывая взгляда от свитка.

Магистр Имперских Кулаков Дессиан стоял напротив — неподвижный, как бастион. Его голос был твёрд.

— Кодекс был создан в мире, которого больше нет, — ответил он. — Протокол Последней Стены существует именно на такой случай. Когда угроза превосходит возможности отдельных орденов — мы снова воссоединяемся под общим флагом.

Жиллиман медленно поднял голову.

— Ты осознаёшь, что предлагаешь восстановление... легионной структуры?

— Да, — без колебаний сказал Дессиан. — Временно.

В зале повисла тяжёлая тишина.

— Это опасный прецедент, — сказал Жиллиман. — Меня обвинят в предательстве.

— Пусть обвиняют, — пожал плечами Магистр. — Но, если мы этого не сделаем — обвинять будет уже некому. От Хаоситов демократическим референдумом отмахиваться будем или, может, в суд подадим?

Жиллиман закатил глаза. Пауза ощущалась тяжелее болтера. Когда он заговорил снова, в голосе не осталось сомнений.

— Тогда это должно быть объявлено публично и разъяснено. Чтобы выглядело не как военный переворот, а как временное и законное исключение из правил.

Жиллиман взял перо и протянул руку к лежащему на столе документу.

— Я ратифицирую Указ Последней Надежды. Во имя выживания человечества. И по праву Dictatus Supremus.

Перо скользнуло по свитку. Следом опустилась печать.

Магистр Имперских Кулаков чуть склонил голову — как жест признания.

— Протокол Последней Стены приводится в исполнение, — произнёс Дессиан.

— Все ордена-преемники Имперских Кулаков действуют как единый легион. До устранения угрозы.

Жиллиман кивнул:

— За последствия отвечаю я.

— Мы все, — ответил Магистр и развернулся к выходу.

Двери сомкнулись, а по закрытым каналам разошлась формулировка, от которой у старых бюрократов должны были треснуть зубы:

Last Wall Protocol: enacted.
Legion authority restored by decree of Dictatus Supremus.

Канцлер Республиканского Совета Анна-Мурза Жек и глава Адептус Министорум Эос Ритира стояли на балконе высокого шпиля, глядя на бесконечные эшелоны войск, марширующие к транспортным кораблям.

— Зачем всё это? Наши лазутчики докладывают, что хватка сил Хаоса слабеет. Их легионы отступают в Око почти на всех фронтах. А мы снова оголяем целые сектора ради нового Крестового похода? Не разумнее ли оставить их догнивать в собственном безумии?

— Вы рассуждаете как счетовод, Канцлер, — спокойно ответила Эос Ритира. — Но забываете о природе зла. Слабеющий враг подобен крысе, загнанной в угол: лишаясь путей к спасению, она перестаёт искать выход и начинает искать лишь способ подороже продать свою жизнь. Если мы промедлим сейчас, их агония рискует перейти в слепую, неконтролируемую ярость.

— Но цена этого похода... Мы истощаем резервы десятка субсекторов. И не только свои, но и союзников...

— Цена теряет смысл, когда на кону стоит выживание всей разумной жизни Галактики. Оставить Хаос "слабеть" самому — значит позволить раненому зверю забиться глубже в трещины фундамента нашего дома. Мы обязаны добить его сейчас.

Анна-Мурза Жек больше не спорила. Она молча наблюдала, как вновь собранные легионы Республиума готовятся к величайшей из грядущих войн.

В этот период космодесантники вновь оказались на передовой. Восстановленные легионы, возглавляемые Примархами, действовали совместно с силами Тау и Эльдар. Три великих народа под общим командованием сражались как единый кулак, отражая удары Хаоса, орков и тиранидов. Битвы на дальних рубежах стали ещё ожесточённее, но каждый раз, когда казалось, что галактика вновь склоняется к гибели, союзники демонстрировали феноменальную стойкость.

Где-то в пустоте космоса орочьи боссы вновь поднимались, объединяя разрозненные кланы и готовясь к новому Вааагх! Тираниды, потеряв значительную часть сил, всё ещё оставались смертельной угрозой, а их флоты-ульи продолжали пожирать отдалённые миры. Демоны Хаоса всё чаще прорывались в реальность, стремясь разрушить новое мирное устройство галактики и вернуть утраченную власть.

На этом фоне Республиумвступал в новый, ещё не до конца осознанный этап своего существования.